Театры в дни революции 1917

24 и 25 Октября

Днем 24 октября я неожиданно был вызван телефонограммой в канцелярию командующего Петроградским военным округом. Когда я явился, помощник командующего округом поручик Козьмин сказал мне, что военный министр просил передать управлению государственных театров, чтобы все эти дни спектакли шли во что бы то ни стало. Государственные театры ни в коем случае не должны прекращать свою работу, даже если на улицах произойдут маленькие беспорядки или столкновения. Мне, как коменданту театров, вменяется в обязанность следить за выполнением этого. Козьмин распорядился, чтобы завтра днем я снова приехал к нему, так как теперь время тревожное и могут быть какие либо новые распоряжения или дополнения.

Я поехал в дирекцию к Ф. Д. Батюшкову и передал ему мой разговор. Батюшков был совершенно согласен с тем, что театры никоим образом не должны вмешиваться в политику и до последней возможности должны продолжать свою работу.

25 октября к 12 часам дня я снова был в канцелярии командующего войсками и прошел к Козьмину, но сказали, что его в кабинете нет. Дежурный офицер объяснил, что поручик Козьмин экстренно выехал вместе с военным министром Керенским за город для осмотра расположенных около Петрограда военных частей и вернется только к вечеру. Я назвался. Дежурный тотчас же вспомнил, что Козьмин просил мне передать, чтобы спектакли сегодня состоялись несмотря ни на что.

Из штаба я поехал на Невский, но вся площадь Зимнего дворца была уже оцеплена патрулями и заставами. Меня остановили, спросили куда, зачем я ездил, но не успел я еще ответить, как кто то из дежурных узнал меня и объяснил начальнику караула, что я — комендант театров, что он знает меня, что нужно меня пропустить и выдать мне пропуск. Кто то в военной форме сел со мной на пролетку. Мы проехали на Миллионную в казармы Павловского полка, где мне сейчас же выдали пропуск и я поспешил в дирекцию.

На Невском проспекте в это время останавливали все автомобили, высаживали публику и направляли машины на Дворцовую площадь. По Морской и по Мойке около Полицейского моста непрерывно раздавалась стрельба. С остановками и объездами я все таки добрался до Театральной улицы и прошел к Батюшкову. После короткого разговора было решено, что спектакли сегодня пойдут во всех трех театрах, но в виду начавшейся стрельбы на улицах нужно постараться закончить представления к 10¹/₂ часам вечера, тем более, что публики наверное будет очень мало.

Вечером 25 октября в Михайловском театре шла комедия Скриба «Стакан воды», в Александрийском «Флавия Тессини» Щепкиной-Куперник, а в Мариинском состоялся балетный спектакль памяти Чайковского.

В начале одиннадцатого часа ночи раздались орудийные выстрелы. Некоторые снаряды летали около Мариинского театра, по направлению к Путиловскому заводу. Поднялась тревога. Зрители заволновались, артисты спешили закончить спектакль. Публика долго задерживалась в вестибюле театра, образовывались маленькие летучие митинги, росли всевозможные догадки и слухи. С большим трудом уговорили мы публику покинуть наконец помещение театра.