Тёмный властелин желает развлечься (СИ)

Глава 33

— Скучно-о-о… — страдальчески простонала я. — Чтобы такого полезного сотворить?

— Лучше посиди спокойно и желательно тихо — пробурчал Шантаэр, приоткрыв один глаз. — Тебе мало того, что мы уже… наказаны? Нет, ну это же надо! Я, высшее порождение Тьмы и Мрака, и наказан…

И такое искреннее недоумение отразилось на его морде, когда он обреченно покачал головой, что мне даже жаль его стало безумно. Я-то уже привычная за эти дни быть наказанной и получать нагоняи.

Кстати, мы после того нагоняя забрали шатер и, проскакав пару часов, опять остановились, дабы Мао снова поел, вздремнул и набрался сил перед очередным сражением.

Он-то поел, а я отказалась, после чего он вышел из шатра и строго-настрого в очередной раз нас отчитал. Выдал мне и Шантаэру указания, чтобы мы никуда не смели ходить и ничего не творили. А ещё он добавил, что мы оба наказаны.

Сказав это грозным голосом, сведя брови чуть ли не к переносице, он завалился на кровать и сразу уснул. Ну а мы с «конем» остались «куковать».

Отойдя на пару десятков метров от шатра, я примостилась на пенек и, подперев подбородок, хмуро глядела на протекающий мимо ручеек, а Шантаэр, остановившись рядом, меня караулил. И вся эта картина мне почему-то напоминала сценку из сказки про Аленушку и её братца, который, попив из лужицы, превратился в козленка. Пусть «конь» и не походил на козленка, но и лошадью, в обычном понимании слова, он тоже не был.

Звучит всё это скучно — ни тебе телефона или интернета, даже обычной бумажной книги у меня ведь не было, считать за книгу жуткий черный талмуд, что валялся на столе и который даже в руки-то было страшно взять, я не буду. Тем более написано там было всё какими-то непонятными для меня каракулями. Но, признаюсь честно, вдвоем быть наказанными оказалось намного веселее и совсем не так обидно. Да и поговорить было с кем, хотя Шантаэр, после того как я, наверное, тысячу раз умудрилась сказать ему спасибо и поблагодарить за свое спасение, упорно старался изображать из себя недвижимость и сохранял молчание.

Но, видимо, я всё-таки на второй час своими стенаниями смогла достать его в очередной раз. Ну как стенаниями, я просто сидела и периодически, перемежая со словами благодарности, жаловалась, что мне скучно. Я всегда была человеком действия, не могла усидеть на месте, мне хотелось постоянно что-то делать, куда-то идти, с кем-то общаться.

Про таких ещё говорят экстраверты, и… «у них шило в одном месте». Пусть и так. Но разве это плохо? Разве это делает меня глупой, дурой или идиоткой? Мой муж так вообще говорил, что я смогла сохранить в себе ту притягательную доброту и легкую наивность, которые многие люди при взрослении теряют. Погрязая в проблемах, обрастая ими, они якобы становятся мудрыми и умными, но сами лишь становятся озлобленными и перестают видеть красоту окружающего их мира. Пусть и доброта, добродушие многими у нас на Земле воспринимаются по какой-то причине, как признак слабости и недалекого ума, но я так никогда не считала и считать никогда не буду… И когда Мао мне помогал, я не считала его слабым… просто я тогда была тупой кошкой, которая не видела дальше своего носа.

Инстинкты и чувства взяли в тот момент главенство над разумом. И получилось, что получилось.

— Слушай, Шантаэр, ты мне так и не рассказал, чем же ты питаешь, — мне опять стало стыдно, и я решила отвлечься с помощью беседы.

— Энергией, — нехотя буркнул он.

— То есть ты магическое животное?

— Сама ты животное! — оскорбленно профырчал Шантаэр. — Ты вон человечка. А я — керр’эр’ир. Я — порождение Тьмы и Мрака! — и столько пафоса было в его голосе, что теперь уже я фыркнула, правда не презрительно.

— Не злись, пожалуйста, — произнесла я примирительно. — Я совсем не хотела тебя обидеть. Я ведь тонкостей обращения к тебе не знаю, и не знала к какой расе ты относишься.

А поясни, пожалуйста, каким типом или видом энергии ты питаешься? И сразу ещё один вопрос к тебе будет. Маору говорил, что он как-то настроил своё тело на поглощении магии отовсюду, то есть он и из тебя её поглощал?

— Нет, — керр’эр’ир отрицательно мотнул головой. — Из меня он не поглощал, на меня он ещё давным-давно повесил специальную сбрую, которая охраняет меня от подобного. А питаюсь я магией Тьмы, как ты могла бы догадаться. Но делаю я это не часто, и обычно мой запас мне пополняет сам Маору, сливая излишки. Сейчас же я использую свой резерв. И, поскольку он не восстанавливаемый в этом мире, мне нужно как можно больше проводить времени в состоянии… сна, если выражаться твоим языком, и применяя твои понятия.

— Намек поняла, — я поднялась с теплого камня, поросшего толстым слоем мха, но, уже собравшись прощаться, задала последний вопрос Шантаэру: — А тебя не волнует то, что ты… выполняешь роль коня? Ты же разумный и очень умный. Ведь ты и ночуешь под открытым небом, а Мао с тобой не особо-то и разговаривает. Извини, если вопросы покажутся тебе…

— За комплимент — спасибо, — он не дал мне договорить и, как мне показалось, усмехнулся. — Нет, Лиэна, не напрягает. Маору никогда не принуждал меня присоединиться к нему. Как ты могла убедиться, он и сам способен перемещаться в пространстве, как он сам того пожелает: летать, телепортироваться. Я же сам избрал свою судьбу. Более трех столетий назад я пришел к нему с просьбой стать ему верным соратником и помощником. И он согласился. А насчет того, что я ночую под открытым небом — я и не ночую, мой разум в момент моего «сна» отключается, а тело превращается в подобие камня. Мне чужды желания тепла, кровати и прочих благ, что нужны демонионам, людям и прочим подобным вам созданиям, так что я более чем доволен своим существованием. И, кстати, Маору со мной разговаривает и очень часто по его меркам и по моим тоже.

Шантаэр замолчал и прикрыл глаза, крайне явно и фактически прямым текстом говоря мне, что он не настроен больше разговаривать и желает сейчас отдохнуть.

— Спасибо за ответы… и за то, что спас, — проходя мимо него, я легонько погладила его по носу, где были гладкие пластины без шипов, и пошла в сторону шатра. Без Шантаэра станет совсем скучно. А может, там хоть дело какое себе найду: поем для начала, а там дальше и видно будет.

Но, наскоро перекусив едой, что оставил мне Мао, я начала просто бесцельно слоняться по шатру. Лезть в чужие вещи: ящики стола, комод, чтобы найти что-то, чем бы я могла развлечься, не хотелось. Можно было бы изобразить полезность и кипучую деятельность — убраться. Но, увы, внутри, как назло, было чисто. Пыли не было видно, как и песка, который мы приносили: кто на голых ногах, кто на сапогах — он, видимо, просто испарялся.

Разбросанных вещей тоже не было — Маору было проще скинуть всё к себе в карман или уничтожить. Так и что мне оставалось? Правильно, опять скучать. Но перед этим я решила немного навести красоту подручными средствами. То есть попросту умыться, обмыться и вымыть свои грязные ноги. Потом я переплела свою косу, в этот раз вплетя в неё черную ленту, и соорудила из неё подобие прически.

Попутно я снова посетовала на отсутствие косметики, что была в моем рюкзаке, и который Мао уничтожил. Так что мне оставалось только покусать губы, придавая им припухлости, и пощипать кожу у скул для оттенка.

Вернувшись в основную часть шатра, я забралась на кресло, в котором мужчина всегда изволил потчевать. Я свернулась в нем поудобнее и так, чтобы было хорошо видно Мао, и стала за ним наблюдать.

Ложиться я пока не планировала — сейчас середина дня, да и я была отдохнувшая, выспавшаяся. И целых пятнадцать минут я бессовестно смотрела на спокойное лицо спящего мужчины, наслаждаясь этим видом. Особенно мне понравилась темная длинная прядь волос, которая небрежно упала на его лицо и странным образом придавала его облику легкий «оттенок» уютной, мирной и семейной обстановки, если можно так сказать. И мне безумно захотелось подойти к нему, убрать с лица эту прядь, укрыть его и лечь рядом. Положить голову ему на плечо и сладко заснуть. Словно он был моим… мужем. М-да. А он, на самом-то деле, был моим «хозяином», с которым я теперь, если хочу быть разумной человечкой, а не тупым животным, связана. Может, нашу связь и можно будет оборвать, когда я найду решение этой проблемы. Вот только… захочу ли я потом обрывать эту самую связь? Захочу ли уйти от него? Сейчас я ещё в состоянии перебороть себя, а вот когда я окончательно привяжусь к демониону, что так сильно запал мне не только в душу, но и в сердце, это, возможно, будет выше моих сил. Хотя… Если я буду всегда лишь его «игрушкой», то эти чувства и уйдут. Тем более, если он заведет семью: жену, ребенка… Нет. Это я видеть точно не захочу.

Кстати. А может, у него уже есть и жена, и ребенок? Он о себе всегда рассказывал лишь поверхностно, никаких деталей даже о знакомых он не упоминал. А то, что он крайне свободно рассуждал о женщинах, так, возможно, у него тоже, как и у Шиша, есть целый гарем для всяких плотских развлечений. Он ведь повелитель целой планеты! Вот это «сюрприз» тогда будет. Тогда моя «привязка» точно будет тяготеть и довлеть, давить на меня, словно удавка на шее. Тут мне стоит заранее подумать о том, чтобы изучить магию, хотя бы основы, тем более благодаря этой же самой «привязке» у меня есть теперь магический резерв, а я сама «полумагическое существо». Вероятно, что и магия, заклинания мне теперь тоже станут подвластны.

Решено! Я обязательно этим займусь и не буду откладывать это в долгий ящик. Нельзя полагаться на других, Маору или Шантаэра. Мне нужно, как и всегда, жить своей головой, уметь самой себя обеспечить и защитить. И тогда я буду самостоятельная, и… я точно смогу пригодиться Мао. Или, подтянув знания, смогу и порвать эту «нить», что нас пока незримо связывает, и решать самой, как мне поступать. И уйду от него. Стану сильной и независимой! И даже кошки мне будут не нужны, потому что я сама кошка…

Вот только как научиться работать с магией, как освоить заклинания? Придется просить Мао. Но это не сейчас. Это потом. Когда он переместит нас в свой мир, где ему не надо беспокоиться о резерве магии и прочем.

Покивав, соглашаясь со своими мыслями, я ещё немного просто понаблюдала за спящим мужчиной и, не сумев перебороть своё низменное желание прикоснуться к нему, спрыгнула с кресла и, подойдя к кровати, аккуратно забралась на неё. Правда, прядь волос я не убрала и на его плечо не стала укладываться — это было бы уже слишком. Просто я легла рядом лицом к нему, подложив руки под щеку, думая, что просто с такого ракурса на него полюбуюсь.

Однако любовалась я недолго — тепло, тишина и полный желудок стали отличными проводниками в мир сладкой дремы, и я через пару минут крепко спала…

…А проснулась я от настырного ощущения, что на меня сейчас кто-то пристально смотрит. И когда я нехотя распахнула свои глаза, то у меня перехватило дыхание, потому что я встретилась взглядом с изумрудными глазами Маору.

Расставив руки по обе стороны от моей головы, он навис надо мной, заслоняя практически полностью свет от светильника, и только свет его невероятных глаз полыхал в сумраке. И буквально считанные сантиметры разделяли нас сейчас, отчего горячее дыхание Мао, кажущееся мне сейчас обжигающим, опаляло мои и без того раскрасневшиеся щеки.

Я была не в силах не то что вздохнуть, но и думать. Его взгляд гипнотизировал меня, словно он был удавом, а я — его жертвой. Добровольной жертвой.

— Никогда, Лиэна, не смей больше нарушать мои приказы, — произнес он медленно, немного растягивая слова, тем самым ещё больше усиливая сходство с большим змеем.

Моё дыхание в этот момент сорвалось, воздуха уже не хватало, чтобы компенсировать потребность бешено бьющегося в груди сердца, поэтому я невольно приоткрыла рот. А Мао, скользнув взглядом по моим губам, вдруг протянул к ним правую руку. И томительно медленно, лишая меня остатков рассудка, провел большим пальцем по нижней губе, вызывая у меня очередной приступ ускорения сердцебиения и тихий стон.

Мои руки словно сами собой, подчиняясь своей, не моей, воле, неторопливо потянулись к мужчине, желая тоже прикоснуться к нему, ощутить тепло его золотистой, будто мерцающей кожи. Я же продолжала смотреть в его глаза, пытаясь угадать, о чем же он думает сейчас, чего он жаждет… но видела там лишь свое отражение и яркий блеск.

Однако, когда мои дрожащие от нахлынувшего будто цунами возбуждения и переизбытка других чувств пальцы наконец-то достигли его лица, он внезапно, будто по волшебству, просто исчез без следа. Хотя почему это «будто»? Мао, растворившись в воздухе, оставил мне после себя только неповторимые ароматы спелого апельсина и тёмного шоколада…