Тёмный властелин желает развлечься (СИ)

Глава 34

— … Лиэна! — усилив свой голос, в очередной раз обратился ко мне Шатнтаэр, и я перевела на него задумчивый взгляд. — Ты меня что, не слушаешь, что ли? — прищурившись, уточнил керр’эр’ир, и я отрицательно мотнула головой. — Да что с тобой?

Странная ты какая-то, больно тихая и… молчаливая. Даже непривычно.

Он внимательно оглядел меня с ног до головы, а я, подперев рукой подбородок, вздохнула и опять уставилась на залитый красными лучами солнца, заходящего за гору, город. Вид с противоположной горы, на которой мы сейчас и находились, открывался просто великолепный. Городок был небольшим, ухоженным, домов на двести, с ровными улочками и невысокими однотипными домишками. Будто идеальная деревушка где-то в Альпах. И природа тут была схожая.

— Может, Мао тебя наказал? — не унимался Шантаэр, и теперь я воззрилась на него удивленно.

— С чего ты это взял?

— А что я должен ещё подумать? Уже больше часа прошло, как Мао отправился в город, а ты, кроме того, что не захотела с ним отправиться, так ещё и молчишь весь этот час! — он гневно топнул копытом, из-под которого сразу повалил густой черный дымок.

— Нет, Маору не наказывал меня. Он только… — я смущенно потупила взор и прошептала: — Он только сказал, чтобы я больше никогда не смела нарушать его приказы.

Вот и всё.

И, сказав это, я, вспомнив обстоятельства, при которых эти слова были произнесены, вся покраснела, как маков цвет.

— Чем тогда обусловлено твоё молчание и непривычное поведение?

— Мне нужно обо всё подумать, — как можно более «размыто» объяснила я. Ну не говорить же «коню», что я всё ещё нахожусь под впечатлением от поведения его «хозяина»!

И что в этого самого хозяина я влюбилась как кошка. Дура Ленка, как есть дура! — Поэтому и молчу, и с Мао никуда не пошла. Тем более он один справится быстрее, а от меня в последнее время только беды и лишние проблемы.

— Стремление, конечно, похвальное. Но, опять повторюсь, непривычное. Я уже привык к другому, и жду от тебя… иного. Вот если бы ты сейчас бегала по поляне и пищала про какой-нибудь тортик…

— Прошу, Шантаэр, — и голос у меня вышел такой жалобный, что даже керр’эр’ир едва заметно вздрогнул, — давай немного помолчим. Мне действительно нужно подумать. Со мной всё в порядке. Честно.

И он, обиженно фыркнув, отвернулся. То ли ему не понравилось, что я его перебила, а может, что попросила помолчать. Но только я опять погрузилась в свои невеселые думы, Шантаэр буквально через пару секунд снова развернулся ко мне и уже в лоб спросил:

— Ты что, в него влюбилась, что ли?

Я вся сразу напряглась и затравленно посмотрела на керр’эр’ира. Можно было бы сейчас состроить глупое выражение на лице и отшутиться. Но какой в этом всём был смысл?

— Это так сильно заметно? — обреченно пробормотала я.

— Знаешь, Лиэна, я в таких отношениях не знаток. Наша раса не испытывает подобных чувств: любовь, ненависть… Для нас всё это не имеет никакого смысла, — Шантаэр подошел ко мне ближе и, аккуратно опустившись на живот рядом со мной, тоже уставился на город. — Но я долго находился рядом с Мао. Я знаю, как на него реагируют самки… Хм-м. Извини. То есть существа противоположного пола.

— Я понимаю, что мне… мало что светит, — мой голос опустился до шепота. — Но я ничего не могу с собой поделать. Эти чувства… Они всегда приходят сами по себе.

Любовь…

Мои губы задрожали. Я сейчас слишком отчетливо понимала, что он, Мао, где-то там, на самом верху. Красивый, умный, богатый и обладающий немыслимой властью.

Талантливый ещё, ко всему прочему, и упорный. Он прожил долгую жизнь, и знает намного больше чем я. А я? Что я? Глупая Лена, двадцати четырех лет отроду. Жила с мамой, поступила в университет на бюджет. Училась я пусть и не на отлично, но никогда не «халявила» и закончила с хорошим баллом: «4.8», и пятеркой по дипломной работе. Магистр по маркетингу…

Работу я нашла благодаря мужу и удачному стечению обстоятельств быстро и, на удивление, приличную. Достаточно быстро заработала хорошие рекомендации, репутацию и пошла на небольшое повышение, со всеми вытекающими. Трудилась много… Вот только с мужем не ужилась. Нет, мы не спорили, не ругались и мирно, спокойно разошлись. Просто мы… мы оказались слишком разными. И оба решили дать друг другу шанс найти того, с кем нам было бы лучше. Конечно, я считаю, что я была больше не права — мне хотелось «мужчину со стержнем», наверное, мне хотелось, чтобы именно он главенствовал в семье.

Но Никита был слишком мягким, податливым. И мне приходилось переть вперед как паровоз. Доходило даже до глупостей, а мелочи, как оказалось, быстрее и эффективнее разрушают браки, нежели чем что-то более серьезное. Ведь мужчина-то он хороший, добрый, неприхотливый, семьянин… Но меня раздражало, что сам он ничего не мог решить, его всегда приходилось подталкивать. Ему было не особо важно как он выглядит, хотя работал он в той же сфере, что и я, и наш внешний вид — это тоже своеобразное «лицо» продукта в нашей рекламной кампании. Нам приходилось и встречаться с заказчиками, и проводить какие-то встречи, конференции, устраивать презентации. Пусть мы и не были «маркетологами» высшего эшелона, но какая разница? Детали! Они всегда важны! Но Никита, увы, никогда не заморачивался по этому поводу. Взял не глаженную рубашку? Ну и что? На ней пятно? Так не видно же под пиджаком-то.

«Может, нам сходить куда-нибудь?» — иногда я спрашивала его, когда у нас выходные были свободные. И получала ответ: «Как хочешь, решай сама, мне всё равно». И так постоянно! И мне это надоело. Надоело всё, абсолютно всё, решать самой! Думаю, что если бы я задала ему вопрос: «Может, нам завести ребеночка?» Он бы ответил точно так же: «Как хочешь. Мне всё равно…» А меня это не устраивало! Мне хотелось, чтобы мужчина решал хоть что-то. Чтобы был опорой, соратником. Однако получилось, что мы всё-таки развелись.

Обидно, конечно, было. Да и сейчас до сих пор обидно, что хоть и разошлись мы по-дружески, но всё равно… И не за годы обидно-то, прожитые с ним, — не считаю, что всё это было зря, тем более что он был моим первым и единственным мужчиной. Но… Вот просто, что так вышло — потому и обидно!

А сейчас, повстречав на своем пути такого удивительного мужчину, как Мао, который пусть и бывает несдержан и может быть невероятно язвительным… Но он был всегда прав, как бы тяжело это не было мне признавать, особенно мне поначалу. Однако, он мне помогал, он меня спасал. Мужчина столько всего сделал для меня! И рядом с ним я почувствовала себя, даже когда была придурковатой и практически начисто лишенной мозга кошкой, в безопасности. Чувствовала себя женщиной.

Маору… Этот Маору… Он просто невероятный. И это я даже не беру в расчет то, что он безумно красив, обаятелен и, скорее всего, богат. Вот, кстати, последний пункт меня почему-то никогда не интересовал. И не только в отношении Мао, но и касаемо других мужчин, на которых я, что уж греха таить, порой заглядывалась. Деньги. Деньги я и сама могу заработать — именно так воспитала меня мама, которая растила меня одна, после того как непутевый папаша, узнав про мамину беременность, «свалил в закат». И это несмотря на то, что они были женаты! Интересно, он вообще детей не хотел, или просто вдруг так решительно передумал? Не знаю, так же как и не знает этого моя мама. Хотя, возможно, она и знает, просто не говорит? Нет-нет. У нас достаточно доверительные отношения. Она бы обязательно рассказала мне правду…

Но что-то я совсем отвлеклась. Вернемся опять к зеленоглазому демониону и мне. Так вот и получается, что он стоит на вершине. А я смущенно поглядываю на него с самой нижней ступени. И рассчитывать я могу только на то, чтобы любоваться им. Можно было бы помечтать о том, чтобы вышло у меня всё, как в сказке. И прекрасный принц, то есть красавец злодей, влюбился в меня. Вот так просто за красивые глаза. Но я-то знала, что так не бывает!

И, к моему огромному сожалению, после сегодняшнего происшествия, когда он смотрел на меня так, что моё сердце билось в груди будто сумасшедшее… Тогда я и осознала, что попытаться завоевать его я-то, конечно, могу попробовать… Вот только кем я буду для него?

Даже если он заинтересуется мной — побуду его любовницей немного, да и всё, надоем ему.

А что дальше? Как мне дальше с ним сосуществовать? А что я ему надоем, мне казалось, это крайне очевидно. Он «птица» совсем другого полета. У него другие интересы, другой круг общения… А я лишь загадочный зверь — муриэлла. Которая случайно оказалась рядом, и ему меня, наверное, сейчас просто жаль. Поэтому и не бросил, и заботиться обо мне. Может, хоть другом удастся ему стать…

— Лиэна! — раздался в голове громовой голос, и я, погруженная в свои тягостные думы, застонала. И в мозгах от «вопля» Шантаэра внутри снова образовалась звенящая пустота. И пришлось даже тряхнуть своей буйной головой, чтобы хоть немного прийти в себя.

— Извини… — покаялась я и грустно улыбнулась ему. — Я опять задумалась. Ты… Ты считаешь, наверное, что я глупая. И ты будешь абсолютно прав. Я, действительно, глупая…

— Да хватит уже говорить всякую чепуху? — довольно грубо оборвал керр’эр’ир меня и ткнул носом в плечо, отчего я едва не завалилась на бок. — Ты, конечно, умом не блещешь.

Но, скажу тебе честно, есть, как мне кажется, в тебе что-то, что может заинтересовать Мао.

И, видимо, такая надежда загорелась в моих глазах, что Шантаэр поспешил пояснить:

— Ты любопытная. Не такая, как те, с кем он пытался встречаться или же встречался. С тобой не скучно. А ещё ты… смешная.

Ну а что я ещё рассчитывала услышать? Что я безумно хороша собой и от меня взгляд не отвести? Ага. Самой смешно. В одежде Маору, лохматая и босая. Оборванка какая-то. Без слез-то трудно и самой на себя смотреть. А что говорить о привлекательном мужчине? Что он, смотря на меня, увидит и подумает? Ничего, что бы мне понравилось. Так что слова Шантаэра абсолютная правда. Радует хотя бы то, что со мной не скучно.

— А какие были они… те, с кем он встречался? — я перевернулась на спину и теперь смотрела на стремительно чернеющее небо с последними отблесками красно-оранжевого заката, на котором уже можно было разглядеть яркие звезды.

— Да я что, интересовался этим, что ли? — пробурчал керр’эр’ир. — Тем более я в них, в самках этих… Ну, то есть в существах таких видов ничего толком и не смыслю.

— Совсем-совсем ничего?

— Ну-у, — протянул он и ненадолго задумался: — За все те столетия, что я рядом с ним провел, у него была только пара тех, кто задерживался надолго. Ну как надолго. На пару лет, может. Одна, помнится, ушастая была с длинными черными волосами. Вот уж бесила меня… Я ей больно не нравился. Говорила, страшный!

Шантаэр недовольно засопел, и из-под него опять повалил черный густой дым. И я поспешила его успокоить. Придвинувшись поближе, я прислонилась к его боку и погладила за ухом.

— Никакой ты не страшный! — искренне воскликнула я и в довесок утвердительно кивнула. И я, действительно, сейчас так считала. Да, когда впервые я его увидела, готова была перекреститься. Но, узнав его немного поближе, вспомнила поговорку о том, насколько внешность бывает обманчива. — Ты мне очень нравишься!

— А ведь не врешь, — керр’эр’ир усмехнулся и немного нагнул голову, чтобы мне было удобнее его чесать.

— А зачем мне врать тебе?

— Людям, да и, вообще, «человекоподным» созданиям свойственно юлить и скрывать истину. Не знаю для чего это нужно, но факт остается фактом. Кстати, запомни, лжецов Мао чувствует за версту и люто их ненавидит.

— Спасибо за совет, — я ещё больше прониклась к Шантаэру теплотой. Ему, вроде, и нет никакого интереса в том, что я испытываю к Маору, но старается помочь. Советы дает, причем крайне полезные. Хотя врать мужчине я и не собиралась. Я тоже на дух не переносила ложь в любых её проявлениях и ситуациях.

— Ну тогда послушай вот ещё что, — он прикрыл свои алые глаза, будто пытаясь что-то вспомнить, и произнес: — В отличии от других он никогда не гнался за количеством, а самки… Да что ж такое! В общем, женщины эти, как я понял, сами пытались завоевать его внимание. Вот только Мао… Ему, знаешь, всегда с ними было скучно. И не было ни одной, с которой он проводил много времени. Он чаще сидел в библиотеке или лаборатории своей.

Охотиться ещё любит. Войну тоже уважает. Вот. Более мне и рассказать-то тебе нечего.

— Значит у него нет жены и детей? — с затаенной надеждой практически шепотом спросила я.

— Нет, — он мотнул головой. — Говорю же. Скучно с ними ему было. Поэтому я и сказал, что есть у тебя шанс. Ему с тобой не скучно. Да и мне было бы приятнее тебя видеть рядом с ним, нежели ту черноволосую курицу с длинными ушами.

Керр’эр’ир, опять вспомнив ту женщину, даже, как мне показалось, недовольно зашипел. Видимо, сильно она ему не нравится. И я активнее заработала своими пальчиками, стараясь успокоить обиженного той… дамой «коня». Мужчины же все, пусть и керр’эр’иры, я уверена, обожают, когда их чешут.

— Ты ж мой хороший, — пропела я довольным голосом. А я была сейчас невероятно довольна, я бы даже сказала, счастлива. У Мао нет детей и жены! И он крайне разборчивый в своих любовных связях мужчина! А ещё ему со мной не скучно! И это сильно подняло мне настроение. Упадническое настроение вмиг отошло на второй план, и внутри забрезжил крохотный лучик надежды на то, что и у меня может что-то выйти.

— Ну что, бездельники! — произнес внезапно Мао. И мы, не ожидая его появления, с Шантаэром испуганно и синхронно вздрогнув, повернули свои головы в сторону голоса. — Отдыхаете? — мужчина усмехнулся и осмотрел нас, валяющихся на травке. — Я, значит, работаю… А мои работники отдыхают!

Картинно закатив глаза, он покачал головой.

— Пошли, Лиэна. Я, кроме того, что еду принес, так ещё и тебе подарок купил, — и, махнув рукой, призывая меня идти за ним, он тут же скрылся в шатре, что загодя, перед своим отбытием в город, установил.

И я, не веря своим ушам, сначала проводила его взглядом, а потом посмотрела на Шантаэра. А тот как-то хитро мне подмигнул и тоже мотнул головой:

— Иди быстрее. Подарок ведь тебе принёс.

На моем лице тут же расплылась широкая улыбка, и, кивнув, я резко подскочила.

Невероятно! А может, есть у меня шанс, и стоит поверить в сказку и побороться за свое счастье, а не грустить?

Помахав керр’эр’иру на прощание, я поспешила вслед за Мао в шатер. Мне не терпелось узнать, что же за подарок мне приготовил этот чудесный мужчина!