Тёмный властелин желает развлечься (СИ)

Глава 45

— Но Мао-о, — я умоляюще посмотрела на него, а внутри у меня творился хаос. Я очень хотела остаться с ним, но также я понимала, что без него, без своего любимого рядом, и даже не видя его я проживу и в облике кошки. А вот дети без меня — нет. Мне бы хотелось, чтобы он забрал детей с нами… Но как я могу просить о стольком? Сначала забери детей, потом — сгоняй за моей мамой? Наглости моей бы не было предела…

— Лиэна, — Мао был сегодня сама прелесть: не ругался, не выдал мне заслуженно за мои вольности между ушей. И голос даже не повышает на меня, — нет, ты тут не останешься. Я не оставлю тебя тут.

— Но почему? Кто я для тебя? Зачем я тебе? Почему ты так обо мне заботишься?!

Почему… ты будто оказываешь мне какие-то знаки внимания, а будто и нет! Я запуталась, я… растеряна. Я совсем ничего не понимаю!

Мы продолжали висеть в воздухе. Погода стояла прекрасная: на небе ни облачка, ярко светит солнышко, легкий свежий ветерок. А я испытывающе смотрела на мужчину, который смотрел куда-то вдаль.

— Прошу… ответь, — умоляюще пробормотала я и схватилась правой рукой за край его кожаной жилетки.

— Почему? Тут крайне опасно. Проясню тебе, кое-что сейчас, но вкратце. Нам с тем эльфом удалось поговорить и даже кое-что сделать, пока я не почувствовал, что ты в опасности, и не ринулся сюда. У эльфа я узнал, что стало известно ему об этом мире и, сопоставив с данными, что известными мне, мы выяснили то, что тут творится. Итак, какие-то идиоты с помощью и с подачи другого идиота, который тут обосновался, совершили некий ритуал. И он был такой силы, что призвало нас с тобой, эльфа с его женой и того дракона с девушкой. Мы оказались тут в разное время — разница эта нормальна, не везде время течет с одной скоростью. Он с женой — день назад. Дракон, судя по остаточной ауре, — в тот же день, как мы его повстречали. Но не суть. Вернемся к главному: ритуалу и идиотам. Один идиот, что тоже, как и мы, не местный, узнал про сильного мага, что здесь обитает и решил, что тот сможет помочь вернуть ему силу в обмен на что-то… И они, три приду… хм-м…, в общем, эти трое заключили сделку: неизвестный, что называл себя «Богом», и два мага — Майоран и тот сморщенный стручок, что остался валяться внизу.

Стручку нужна была молодость, а в идеале бессмертие. Майорану — сила, больше, чем доступна человеческим магам. «Богу»… — Мао в этот момент даже всего от недовольства перекосило. — Мог бы он себя хоть как-то поскромнее, что ли назваться, недоразумение какое-то ходячее… В общем, этому нужно было его утраченное могущество. А тут, как ты сама видела, расположены «замечательные» пирамиды, построенные задолго до них всех вместе взятых… По поводу них. Жил давным-давно один маг, которого даже потом начали называть «Кровавый Бог», Богом настоящим он, конечно, не стал, но удалось ему заполучить силу практически равную некоторым Богам и который усиленно «питался» энергией от жертвоприношений. А ещё он обожал «путешествовать» по мирам, подчинять их и людей себе. По его воле и под его чутким руководством, его последователи и прочие сумасшедшие, и понатыкали везде эти сооружения, чтобы ему было удобно собирать ману. Про него давненько уже никто не слышал, думали, что он погиб. И так фактически и было. Однако эти идиоты, совершая жертвоприношения ради своих целей, умудрились, вот уж воистину криворукие создания, призвать его! Они вернули его из небытия. И уже совсем скоро он вернётся сюда. Мы, конечно, с тем длинноухим успели разрушить все оставшиеся храмы, что ты называешь пирамидами, но, увы, это только отсрочит начало конца для этого мира, ведь приношения уже были совершены, а ритуал закончен.

— Он… этот мир погибнет?! «Кровавый Бог» так силен? Неужели нет никого, кто бы вмешался, помог обитателям? Может, Бог этого мира?

— У этого мира нет Бога, Лиэна и не было. Не появлялся никогда тот «Кровавый Бог» на тех планетах, где сами планеты «разумны» или есть Боги. И это значит, что вскоре он может появится и в моем мире. Пусть он и настоящий Бог, но те силы, что он получает от жертвоприношений, даруют ему воистину огромные силы, не сравнимые с обычными методами получения энергии, маны. Поэтому я должен подготовиться. Мне нужно будет стать намного сильнее, чтобы с ним справиться, если он заявится на Армадан. И я не могу тратить время, защищая этот мир, да и не хочу, когда в опасности мой… и твой, кстати, скорее всего, тоже.

— Мой? Земля? — и я сразу вспомнила слова Шантаэра о том, что подобные пирамиды он тоже видел, и то, как я сама сравнивала эти пирамиды местные с пирамидами Майа.

— Ну если он так называется, то, да, Земля.

— А ты… ты сможешь с ним справиться? А дети? Я… Я не смогу их оставить… И маму забрать нужно.

— Он не настоящий Бог, а могущественная фальшивка. Поэтому мой ответ — да, смогу. И, Лиэна, я знаю, что ты хочешь, сказать и услышать.

Опять этот ответ, но в этот раз кроме улыбки Маору, нагнувшись, опалил сначала ярким взглядом изумрудных глаз, свет от которых затмил даже яркое солнце, и… подарил мне легкий, практически воздушный, но невероятно желанный и сладкий поцелуй. Как любимая сладость, подарок под ёлкой в детстве и обжигающий крепкий и ароматный кофе ранним утром. Жар вперемешку с нежностью. Желание и всепоглощающая радость… Эти чувства захлестнули меня. И всё это со вкусом тёмного шоколада и терпкого, сочного апельсина.

Сколько он, этот волшебный миг длился — не знаю, но мне было мало. Ужасно мало.

Мне хотелось ещё и ещё. Намного больше! Пусть мои легкие и горели огнем от недостатка кислорода, так как дыхание перехватило, и дышать было уже нечем. И это от практически невинного поцелуя! Простого прикосновения его горячих губ к моим…

Однако Мао вдруг отстранился и, прикоснувшись губами к моим волосам, твёрдо без единой тени сомнений пообещал:

— Мы заберем этих детей. Ты дала им слово, что позаботишься о них. Пусть это было и необдуманное решение, а ещё ты не посоветовалась прежде со мной, но тут я тебя поддержу. Я уважаю твой поступок. И, обещаю, я придумаю, как забрать твою маму, моя Лиэна…

— Обещаешь? — прошептала я, уткнувшись пылающим от смущения лицом в его грудь.

— И это я тебе тоже обещаю. А если я что-то обещаю, я всегда это выполняю.

— Кто же я для тебя… Мао?

— Ответ на этот вопрос, Лиэна, я тебе уже дал, когда назвал тебя «моя Лиэна». Если же тебе хочется услышать чуть больше, то тебе придется немного подождать. Сейчас не время и не место для этого, — и совсем мрачным тоном добавил: — И мне надо ещё кое с чем разобраться.

В ответ я лишь коротко кивнула, не в силах посмотреть в его глаза. Да, он сказал: «моя Лиэна», и это безумно… волнующе и восхитительно! А поцелуй был просто волшебным!

Эмоции переполняли меня — радость, волнение, страсть. Но, зная себя, я побоялась боле открывать рот: могла запросто выдать какую-то несусветную глупость, и сама бы и испортила такой прекрасный момент, окутанный безграничным счастьем.

Тем временем мы начали медленно опускаться вниз. Дети, завидев нас, загомонили, и я даже нашла в себе смелость отлипнуть от груди Мао, но покрепче в него схватиться одной рукой на всякий случай, чтобы он внезапно точно никуда не исчез, и помахать им.

— Я схожу за тем сморчком, заберу его. Надо будет допросить, — когда мы приземлились, сказал мужчина и опустил меня на траву. Но, заметив, что кроме того, что я не разжимаю руку, продолжая цепляться за него, так ещё и хвост мой обвился вокруг его лодыжки, он сначала глубоко вздохнул, а потом протяжно выдохнул: — Я вернусь…

И тут же испарился! Моя рука пыталась ухватиться за пустоту, а хвост недовольно встопорщился и распушился.

— Тётя Кошка?! — один мальчишка, уже с чистеньким лицом, подбежал ко мне и в нерешительности замер, так и не добежав примерно пару шагов.

— Да, — я широко улыбнулась и, подойдя к нему, погладила по грязным лохматым волосенкам. — Но лучше звать меня просто Лиэна. А тебя как зовут?

— Нар, — гордо выпятив грудь, ответил мальчонка и порывисто обнял меня за талию, прижавшись головенкой к моему животу. — Спасибо вам! Вы же… не уйдете?! Вы же не бросите нас?!

Его эмоциональная речь и без того мгновенно растрогала меня, но, когда другие дети услышали, что я — это тетя Кошка, и его вопросы, они тут же подбежали ко мне… И хором загомонили тоже самое. Тут я уже не выдержала, и горячие слезы хлынули потоком, застилая глаза. Что-то я совсем в последнее время расклеилась. Чуть что — то в слезы, то в самобичевание ударяюсь. Нужно как-то нервы в порядок приводить. Только вот всё некогда было этим заниматься. Но сейчас нужно взять себя в руки. И, сжав кулачки, я улыбнулась ещё шире и сквозь слезы произнесла:

— Конечно нет, я ведь вам обещала.

— А дядя тот страшный с рогами и крыльями куда делся? — спросил кто-то из тех детей, кто ещё не разрыдался вместе со мной.

— Дядя тот… страшный и с рогами за другим дядей ходил, — уточнил хмурый Мао, резко материализовавшись рядом с нами. Дети сразу облепили меня с разных сторон, видимо, ища у меня защиту. И я, стерев соленую влагу с глаз тыльной стороной ладони, смогла разглядеть старика в его руке.

Демонион не был обходителен. Он держал культиста за шкирку, как провинившегося котенка, волоча по земле. А отойдя от нас на пару метров, и вовсе крайне грубо бросил его.

И попинал ещё, правда не очень сильно, носком сапога.

Вытерев брезгливо руку, которой он его держал, о брюки:

— Ты чем это его? — обратился он к Шантаэру, который с недовольным лицом намывал чистой водой из чудом уцелевшего фонтана личико той девчушки, которая лежала на алтаре. Она пыталась вырваться, а он, стоически перенося всё это, затолкав ее под мышку, молча продолжал процедуру.

— Малая печать мрака, — буркнул керр’эр’ир спустя пару секунд и выпустил девочку, которая тут же рванула ко мне. — Чистой просто приложил. Побоялся, что мозги ему сожгу.

— Хорошо. Значит с собой заберем. Нам тут не стоит задерживаться. Пора возвращаться домой.

— Ага. Кто-то начал оттягивать всю силу, через полчаса максимум тут ничего живого не останется. У тебя же хватит маны? Если что, могу поделиться, но у меня совсем мало осталось…

— Я практически ничего не потратил.

— Вы о чём? — попутно гладя детей по головкам, спросила я мужчин, ничего из их разговора не поняв.

— Мы уходим из этого мира.

— Все? — воскликнули мы с детьми хором, и Мао недовольно от такого шума весь скривился, будто откусил пол лимона, причем вместе со шкуркой.

— Ты и одна-то излишне шумная была, а сейчас — я точно с ума сойду, — закатив глаза, произнес он. — Да. Все. Прямо сейчас. Ещё какие-то вопросы будут?

— Да! — выпалила я, пока он не передумал.

— Только быстро. Пока я создавать портал буду, — мужчина прикрыл глаза и начал что-то бормотать себе под нос.

— А на всех нас хватит? Маны, энергии, чего там требуется-то вообще, — я не хотела его отвлекать, но он вроде как сам только что мне разрешил.

— Да. У меня всегда её хватало, чтобы создать портал. Сколько через него пройдет существ для меня неважно. Главное, чтобы он продержался нужное количество времени.

Моей маны хватит, чтобы все спокойно прогулялись туда и вернулись при желании обратно, — прекратив бормотать, но не отвлекаясь от своего занятия, пояснил Маору, а рядом с ним уже начал формироваться прямо в воздухе черный матовый овал.

— Это даже с учетом того, что осталось у тебя после той бури не так много?!

— Лиэна, я же говорил тебе, что демонионы — высшая раса, у нас огромные запасы энергии, а то, через что мне когда-то пришлось пройти… У меня они практически безграничные.

— Говорил, — не стала отрицать я. — Но мне казалось, что у тебя её мало. Я… я же ничего не знаю об этом. Да и мы постоянно останавливались, чтобы ты ел, спал, в общем, восстанавливал силы после той бури. И… если столько силы было у тебя, то почему ты отправил нас с Шантаэром прочь от того эльфа? Неужели у него её ещё больше?

— Я не знал, с кем мне предстоит столкнуться. А я люблю, чтобы маны у меня было в избытке, — Мао размял немного шею и, вытянув руки, прикоснулся ладонями к поверхности овала, отчего на ней сразу пошли круги, как по воде, а края портала заискрились белыми искрами. — И то, что у меня много сырой энергии, не делает меня сильнее. Управление силой — это искусство, Лиэна, которое постигается годами, столетиями и даже тысячелетиями. Так вот — эльф намного более мастерски овладел тьмой. И если бы я просто ударил по такому существу сырой силой, это бы ничего не дало. Самое главное в магии — это в первую очередь мастерство, а не размер резерва, во вторую — какие ты знаешь заклинания, и опять-таки как ты ими умеешь пользоваться.

— То есть…

— Лиэна. Давай так, — прервал он мою речь и, открыв глаза, посмотрел внимательно на меня. — Я догадываюсь, о чем ты хочешь спросить. И я добавлю ещё кое-что от себя.

Меня никогда особо и не интересовало, кто меня призвал. Мне на это было плевать. И я мог запросто, используя свой навык телепортирования, в течении пары часов быть тут. Но ты…

Из-за тебя я решил поступить иначе.

Чем больше он говорил, тем круглее у меня становились глаза от удивления. И вскоре я, наверное, стала больше похожа на сову, нежели чем на человека.

— Ты просто мне стала интересна. Напомнила мне Лину. Нашу с ней первую встречу.

Такая же маленькая лохматая, испуганная, но всё равно отчаянно рвалась в бой, задиралась.

Да, именно. Вы обе вели себя глупо, но достаточно отважно для своих сил и возможностей.

Ну и дома мне было скучно, а тут хоть какое-то развлечение нарисовалось. А потом ты ещё упомянула про отпуск. И мне просто захотелось узнать, что это такое, испытать на себе.

— Ну и как? — робко спросила я, хотя уже догадывалась об ответе.

— После такого отпуска я впервые в жизни захотел отдохнуть, — тон у Мао был хмурым, как и выражение его лица. — Ты ли тому виной или этот мир, а может я сам — это неважно. Но теперь об отдыхе мне придется точно забыть. Да ещё и… отряд малолетних нарушителей моего спокойствия пополнил свои ряды.

— Мао… — мой голос уже опустился до едва слышного шепота. — То есть мы могли их всех спасти?

Нет, я не винила мужчину. Мне просто надо было это знать.

— Я не мог предвидеть такого. И я, может быть, и мог бы раньше помочь им, — кивком головы Маору указал на детей. — Но не их родственникам. Их не стало задолго до нашего прибытия на эту планету. Точнее, высвобожденная энергия от их жизней и стала той силой, что смогла нас призвать. Кстати, а ты-то тут, вообще, причем? Сильно хочется обвинить себя в чем-то? Вини меня. Злодей тут только я.

— Злодей? — самый маленький мальчик вмешался в наш диалог. — А это значит, что вы плохой?

— Я — само зло, малец! — гордо, но с усмешкой, ответил мужчина.

— Нет. Злой тот старик, — а это уже произнес самый старший мальчишка. — Плохие бы не стали нам, бездомным и никому не нужным, помогать. Но я бы хотел прояснить, а что это за черный круг и куда мы отправляемся?

Его голос звучал по-деловому, вопросы он задавал нужные, и, судя по выражению лица Мао, мужчина остался им доволен.

— Вы отправляетесь со мной на мою планету. А насчет зла, малец, запомни то, что я скажу, как аксиому и на всю жизнь: зло не всегда бывает явным, скорее, даже наоборот, чаще зло творят скрытно, утаивая свои лица и помыслы. Я же творю его в открытую и гордо заявляю всем об этом. Но ни тебе, не твоим товарищам по несчастью меня не стоит бояться.

Беззащитных я никогда не трогаю. Тем более я сам взял вас под свою защиту. Ладно.

Светские разговоры нужно заканчивать. Нам пора отправляться.

Размяв плечи, мужчина сделал приглашающий жест в сторону портала:

— На первого, второго рассчитайся. Прошу всех построиться в шеренгу и занять очередь к лучшей жизни, мелочь!

— На первого, второго рассчитайся. Прошу всех построиться в шеренгу и занять очередь к лучшей жизни, мелочь!

Но никто из детей не сдвинулся даже на миллиметр. Они продолжали цепляться за меня. И Мао опять вздохнул. После чего буркнул: «И это тоже следовало ожидать». И, прищелкнув пальцами, он произнес: «Ах’хтар. Таэй!» И все дети сразу начали медленно оседать на землю. Но, прежде чем их головы коснулись травы, каждого ребенка словно окутала плотна радужная пленка, напоминающая своеобразный кокон. И эти «коконы» начали медленно, один за другим, подниматься в воздух, а затем по очереди залетать в черный провал, исчезая в его поверхности, будто растворяясь.

Я с открытым ртом наблюдала за всем этим, не смея произнести и звука. Мао же, отправив всех детей куда-то… хотя куда — это-то понятно, только вот способ перемещения был непривычным для меня, повернулся к нам с Таэром.

Керр’эр’ир тут же отвёл взгляд и начал ковырять землю носком ботинка.

— А вас двоих я попрошу задержаться… — внезапно холодно процедил Мао сквозь зубы, и меня даже пробрал ледяной озноб, а зубы начали отбивать мелкую дрожь от его тона. — При мелких я не хотел выяснять кто прав, кто виноват. И кто ослушался меня и не смог выполнить достаточно простую просьбу. Ты знаешь, что виноват, Таэр. И ты знаешь, что я сейчас сильно недоволен.

В руке Мао возникла его «фирменная» коса, которая со скоростью, что я своим, обычным зрением даже не смогла разглядеть, опустилась прямо на макушку Шантаэру. Но тот даже не шелохнулся.

— С тобой я пока закончил. Потом проведу ещё разъяснительную беседу. Отправляйся и разнеси детей по комнатам на третьем этаже, — опять спрятав косу в свой «карман», Маору теперь посмотрел на меня, и я увидела в его глазах лишь полыхающий гнев. — А с тобой, Лиэна, нам нужно… ещё побеседовать.

Мой хвост от его слов и тона сразу распушился, ушки трусливо прижались к голове, и я начала нервно теребить край плаща, в который мужчина меня укутал.

Шантаэр подбадривающе мне улыбнулся и, подхватив тело старика, тоже за шкирку, волоча его по земле, скрылся в портале. И мы остались с мужчиной наедине.

И совсем не о том сногсшибательном поцелуе мне в данный момент думалось, а о том, что сейчас мне Мао скажет, а может, и выдаст, как Таэру, между ушей. Понимаю, что будет он частично прав. Но ведь только частично! Сам ведь недавно признал, что я правильно поступила, когда вступилась за детей, и что не я ищу неприятности, а они сами меня находят.

Когда мужчина сделал шаг ко мне, меня неожиданно потянуло что-то назад. Ничего не понимая, я обернулась, а края плаща немного разошлись, потому что я продолжала их сжимать трясущимися и резко вспотевшими ручками. И я увидела, что мой хвост, схватившись за обломок валуна, тянет меня прочь от опасности, что он углядел в Маору.

Надо же, впервые этот предатель пытался не «подмазаться», а уползти прочь. Оторву точно когда-нибудь гада этого пушистого!

— Стриптиз тебя не спасет, — хмуро подметил Мао, покачав отрицательно головой. И я опять ничего не поняла. А потом, осмотрев себя, даже зашипела от стыда. Вновь я обнаженку мужчине демонстрирую! Ну что за невезение?! Возможно, он забудет о плохом, обомлеет от моего вида и простит сразу и за всё?

Бросив быстрый взгляд на него, я сразу поняла — нет, не забудет. Да и он только что сказал, что меня стриптиз не спасет. Не быть мне соблазнительницей, не охмурять мужчин одним лишь взглядом и взмахом ресниц! Всё у меня почему-то через одно место выходит.

Как-то даже обидно от подобной несправедливости.

— Ты говорил, что нам пора, — пробормотала я, снова старательно отводя взгляд и поспешно запахивая плащ.

— Говорил. Но тогда у тебя была рана, и плюс перед теми, кого ты сгоряча взяла под свою опеку и кому пообещала свою защиту, я не хотел тебя отчитывать. Но я должен тебе это сказать сейчас.

— Может, не надо? — с надеждой в голосе уточнила я, больше не рассчитывая ни на какое снисхождение. — Я буду хорошо себя вести, обещаю.

— Ты уже мне это обещала, — напомнил Маору и, встав рядом, аккуратно приподнял мой подбородок, чтобы посмотреть в мои глаза. — Однако я ранее сказал, что ты поступила правильно. Я признаю, что твое решение, вмешаться в данную ситуацию, было верным. Вот только то, как ты действовала — меня абсолютно не устраивает. Ты, почувствовав силу, поддалась ей. Ты не только могла умереть, но и своими действиями могла усугубить положение детей, навредить им. Ты не позволила Шантаэру быть лидером в этой битве, несмотря на его опыт, знания, силу. Ты провинилась, Лиэна. И ты должна осознать свои просчеты, ошибки, чтобы более их не совершать в будущем. Ты обязана вынести урок.

И я, признавая его абсолютную правоту, лишь молчала в ответ и обреченно кивала, соглашаясь. Сказать и противопоставить было нечего, да и попросту глупо. Маору всё верно говорит. Я могла сделать только хуже. Дети могли пострадать. Нужно было идти за Шантаэром, он ведь не отказался мне помогать, и мне следовало слушать его указания. А я что? Как поступила я? Бездумно ринулась в бой! И Таэр из-за меня сейчас получил обухом по голове. Он меня опять спас и получил от Мао нагоняй. Нужно будет перед ним обязательно извиниться. Жаль, что обычную пищу он не ест, я бы приготовила что-нибудь вкусненькое ему.

— Есть что сказать?

— Нет, — я отрицательно покачала головой, и Мао опустил мой подбородок, но его рука застыла на уровне моей шеи. И я невольно вздрогнула, не понимая, что он задумал.

— Вот и отлично. Это, — он указал на ошейник, — я сниму. То, что должно было случиться, не случилось. Но я сделаю для тебя другой артефакт, сильнее этого. Ведь ты не можешь без приключений, так?

— Что должно было случиться? — в очередной раз я ничего не поняла.

— Это уже и не важно, — заново загадочный ответ без каких-либо объяснений. Но, прежде чем я успела открыть рот и уточнить, что он имел ввиду, мужчина прикоснулся к ошейнику, и тот попросту исчез. И такая легкость вдруг внутри меня образовалась, что я про все недоговорки Мао тотчас и забыла. Хоть ошейник я давно и не ощущала, он был достаточно легким, да и я к нему привыкла, но всё равно он был подобно своеобразному «клейму» для меня. Вещь, которая указывала, что я сродни какому-то животному. Даже знания о том, что эта вещь была совсем не простая, как по виду, так и по содержанию, и должна была меня уберечь от смерти, не отменяло того, что это был… ошейник.

— Теперь мы можем отправляться, — кивнув, видимо, каким-то своим мыслям, Мао поплотнее запахнул мой плащ и, мгновенно закинув меня к себе на плечо, отвесил знатный хлопок по моему мягкому месту. От неожиданности, а не от боли, я взвизгнула, а он прорычал, прерывая мой писк:

— Заслужила! И, в конце концов, я же должен был совершить хоть что-то злодейское.

Так что, Лиэна, больше не смей рисковать собой и спорить со мной. А то точно накажу. И уже как следует. Посажу под замок и будешь только из окошка наблюдать за всеми. А если и так умудришься во что-то влипнуть, то и вовсе без окон останешься! Тебе всё ясно?!

— Да! — отрапортовала я бодро.

И Мао, ласково погладив меня по тому месту, по которому только что наказал, до жути довольным голосом изрек:

— Отправляемся домой, моя маленькая вредная Лиэна.

…и широко зевнул…