Тёмный властелин желает развлечься (СИ)

Глава 3

Мужчина в очередной раз широко зевнул, после чего лениво и безучастно посмотрел на мои отчаянные и безуспешные попытки отцепить свой хвост от его правой ноги, и заявил:

— Наверное, стоит поспать. Завтра с утра сразу приступим к поискам горе-призывателей.

— Мысль, конечно, дельная, но Вам не кажется, — я, наконец-то, смогла отцепить свой своенравный и своевольный хвост и, покрепче зажав его в руке, чтобы точно не вырвался, поднялась с земли, — что спать на сырой и холодной траве — не самая лучшая идея? Тем более, когда тут бродят всякие недружелюбно настроенные к нам хищники.

Я, обернувшись, с содроганием осмотрела мерзкую тушу с грязно-коричневой шерстью и на всякий случай сделала пару шагов назад, за широкую спину Маору.

— А кто сказал, что я буду спать на траве? — он, хмыкнув, вытянул левую руку перед собой, и я обратила внимание, что на указательный палец у него надето необычное черное, широкое матовое кольцо.

Прикрыв глаза, мужчина сделал легкий, едва уловимый, пасс пальцами, и в паре метров от нас на ровном участке поляны, словно из-под земли, вот уж действительно по волшебству, материализовался шикарный черный, с золотым орнаментом и алой крышей-куполом, круглый шатер метров десять в диаметре.

Казалось бы, за последние пару часов в моей жизни столько разного и странного произошло, что удивить меня сейчас было бы сложно, однако появление шатра из ниоткуда, заставило мою челюсть упасть и застыть где-то на уровне коленок.

— Э-э… Это откуда он тут взялся? — спросила я, отмерев.

— Из многомерного… — Повелитель чего-то там внезапно замолчал и окинул меня скептическим взглядом. — Хотя ты всё равно ничего не поймешь из моих объяснений. Если сказать обычным языком — есть у меня некий карман, в котором я могу уместить всё, что мне нужно.

— Ага-ага… — закивав, пробормотала я, всё равно ничего особо и не поняв. — Это ваш, что ли?

— Да, мой походный. Когда ещё войной ходил на соседей, бывало, сражения и по паре дней длились — упорные глупцы попадались, а в замок свой возвращаться мне было лень, поэтому и таскал его с собой. Вот с тех пор и валяется, уже больше четырехсот лет без дела.

Договорив, он сделал пару шагов, откинул полы шатра и бодро вошел внутрь, я же посеменила следом за ним. Ну не оставит же он меня одну на улице? Хотя… Товарищ он реально странный, и это я не про рога сейчас говорю, он-то, наверное, может…

Внутри всё было будто в шикарной квартире-студии. Пол полностью устлан ярким ковром. Резная темная мебель из массива дерева: письменный стол, книжные шкафы, тумбы и комоды. Справа стоял низкий столик, рядом с которым были разбросаны разноцветные бархатные подушки. Слева часть помещения была огорожена бордовой ширмой. А прямо напротив входа, в дальней части шатра, стояла невероятных размеров кровать, рассчитанная не менее чем «персон» на шесть, с балдахином. Интересно, и как всё это в целости и на своих местах остаётся?!

Маору тем временем, не разуваясь, дошел до кровати и, не снимая с себя ничего, рухнул на нее, как подкошенный, лицом вниз.

— А мне куда ложиться? — замявшись на входе, спросила я его.

— Мне всё равно, — бросил мужчина, не поднимая головы. — Кровать тут только одна.

Разрешаю тебе лечь со мной. Но, если хочется, можешь хоть на полу.

На полу меня, конечно же, не устраивало. Однако, хоть я особа и не стеснительная, тем более замужем была и в студенческой общаге пару лет прожила, ложиться рядом с ним мне отчего-то было совсем не по себе. Непонятный он, загадочный — вот уж правда, существо из другого мира.

Немного помявшись, я скинула грязные кроссовки, чтобы не запачкать ковер у входа, и, дойдя до кровати, опять замерла. Ложиться или не ложиться, вот в чем вопрос? Кстати… Я ведь в грязи вся, с ног до головы. Неплохо было бы смыть пыль со своего лица.

— Простите, а у Вас тут есть где умыться? — на мой вопрос Маору как-то неопределенно махнул в сторону ширмы.

— Ага, спасибо, — я быстро метнулась в ту сторону и обнаружила там вполне себе земного вида сантехнические устройства, правда выполнены они были из какого-то необычного металлического сплава: красноватого, с зеленоватыми прожилками. А ещё там стояло огромное, во весь рост, напольное зеркало. То что нужно!

На ватных ногах от переживаний, не зная, что я сейчас увижу в отражении, я добрела до зеркала и, затаив дыхание, подняла взгляд.

Ну, не так и страшно: вроде и я… А вроде — не совсем. Светлые волосы, собранные в хвост, два белоснежных с серебристым отливом ушка, похожих на кошачьи. Одежда на мне та же: темные джинсы, голубая футболка и синяя ветровка. Развернувшись спиной к зеркалу, я обернулась — вот и ответ на мой вопрос: «как же, сквозь одежду «вылез» хвост?». В том месте, откуда рос хвост, была ровная, круглая дырка, словно ее специально кто-то проделал в джинсах. Схватив пушистого предателя в руку, который рогатого мужчину любил больше, чем свою хозяйку, я провела по пушистой шерстке. По цвету он был такой же, как и ушки — белый с отливом на кончиках длинных волосков. Красиво! А ещё на ощупь точно плюшевый, так и хотелось его погладить. Ладно, смотрится всё это на мне, хоть и странно, но, признаюсь себе честно, мне даже немного идет. Приблизившись к зеркалу, я заметила в себе ещё одно изменение: цвет глаз. Из серо-голубого он превратился в небесный.

Покрутившись немного и полюбовавшись на своё отражение, я подошла к умывальнику и, сполоснув лицо холодной водой, другой тут, видимо, и не было предусмотрено, побрела в основную часть шатра.

Маору, похоже, немного поборов-таки свою лень, переместился в центр кровати и, зарывшись в кучу подушек, сладко посапывал. Он, как я погляжу, плащ удосужился скинуть и сапоги, правда просто на пол.

Покачав головой, я подняла черный, тяжелый плащ и аккуратно повесила его на спинку стула, туда же я повесила и свою грязную ветровку. Постояв минуту рядом с кроватью, я всё-таки решила, что на ней мне спать будет значительно удобнее. А то, что мужик незнакомый — не думаю я, что он ко мне будет приставать. Он ведь даже и не разделся. Я тоже не буду и лягу с краешка. Решено!

Забравшись на высокую кровать, я подтянула к себе пару подушек, вытянула из-под Маору кончик одеялка, в которое он замотался, будто в кокон, и, устроившись поудобнее, закрыла глаза.

День был крайне насыщенный на события, испытания и… вообще, самый необычный в моей жизни! Мне, может быть, и понравились бы такие приключения, если бы они были краткосрочными, а ещё лучше — просто были сном.

Интересно, успею ли я вернуться до выходных обратно? И вернусь ли? Хотелось бы надеяться, что — да. Но увы, от меня тут мало что зависит, а Повелитель этот, судя по всему, то ещё ленивое создание. Ему-то, может, торопиться и некуда. Ладно, попытаюсь придумать что-нибудь, чтобы придать ему волшебного ускорения…

Размышляя о том, как же я буду придавать это самое «ускорение» мужчине, я незаметно для себя погрузилась в крепкий сон…

«Как же невыносимо жарко», — именно с этой мыслью я нехотя разлепила глаза и уставилась в алый купол потолка. Как бы мне не хотелось, чтобы всё произошедшее вчера оказалось сном — всё это оказалось горькой явью. Я в другом мире, рядом со мной странный мужчина с рогами, называющий себя и Повелителем, и Лордом, и, вообще, не пойми кем. У меня пушистые уши и длинный вредный хвост… Ну что же — живём пока с тем, что имеем, и пытаемся это исправить.

Кстати, а почему мне так жарко-то? Словно рядом со мной печка… Медленно повернув голову в сторону тепла, я застыла. Этот, как там его, самым наглым образом прижимал меня сейчас к себе и во сне наглаживал моё пузо. Но не это меня напугало — испугало меня то, что я была пушистая, причем ВСЯ!

Дернувшись, я попыталась спрыгнуть с кровати, чтобы посмотреть на себя в зеркало и убедиться, что мне сейчас ничего не мерещится, но мой резкий рывок оборвался на полпути, и я воткнулась мордой, точнее теперь и не скажешь, прямо в пол. Мой хвост опять или снова не нашел ничего лучше, чем обвиться вокруг ноги мужчины, и я, словно желе растеклась по кровати, уткнувшись носом в ковер. Маору же был будто железобетонный, он даже и не пошевелился от моих движений и передвижений.

— Ты что творишь, женщина? — сонным голосом пробормотал он.

«Какого я творю? — взвилась я. — Ты посмотри, что вообще со мной происходит!

Какого черта я превратилась в какое-то животное?! Ладно уши и хвост, это я бы ещё пережила… но я теперь вся в меху! Сделай что-нибудь с этим!» — говорила я, а доносилось:

— Мау… Мяура-а! Шш-ш-ш! Р-р-р… — в общем, набор недоуменного мявканья и недовольного шипения вперемешку с возмущенным рычанием. Если я пару секунд назад думала, что всё плохо, то сейчас это, действительно, было так. Я превратилась в большую кошку и не могу теперь и разговаривать!

— Кроме того, что разбудила, так ещё и… — он, наконец-то, соизволил открыть глаза и с интересом уставился на моё растекшееся между кроватью и полом тело. — Как интересно!

«О да, теперь тебе интересно!» — пробурчала я, а услышала:

— Мыр-м-м-миау! Ш-ш! — взвыв от отчаяния, я прикрыла лапой один глаз и тяжело вздохнула.

Маору, перекатившись на край кровати, подпёр рукой щеку и с восторгом рассматривал мою бренную тушку.

— Мау! — тоскливо протянула я, даже не пытаясь сказать что-то более осознанное, и, соскользнув полностью на пол, попыталась встать. Но и тут меня ждало фиаско: я банальным образом запуталась в своей одежде.

— Мау! Мау! Мау! — заныла я и попыталась показать лапой, чтобы он помог мне раздеться.

Но этот гад настолько был заинтересован созерцанием моего нового тела, что сначала не обратил никакого внимания на мое мяуканье. Только когда оно переросло в дикий ор, мужчина недовольно скривился:

— Тебе помочь, что ли? — и я, довольная хотя бы тем, что он меня понял, закивала головой.

Пожав плечами, он спрыгнул с кровати и начал меня освобождать от вещей. Когда мужчина стягивал с меня одежду, я радовалась, а когда дело дошло до нижнего белья… В общем, такого стыда я никогда в своей жизни не испытывала! Мне хотелось провалиться сквозь землю и тут же сдохнуть! А когда этот гад с особым интересом рассматривал кружевные трусики-стринги и бюстгальтер, я захотела сжечь его на костре! Но приходилось молча терпеть, потому что без него я бы не справилась.

После того, как он меня полностью освободил от всей одежды, я захотела пулей метнуться к зеркалу, однако, запутавшись в лапах, опять пропахала мордой ковёр и уже медленно, чуть ли не ползком, понуро поползла за ширму.

Шажок, ещё шажок… Глубокий вдох, и…

Ну… не белоснежная «пантера», конечно, но, слава Богу, и не манул…

Наверное, я напоминала по размеру тела, по форме морды и длине и пушистости хвоста больше всего ирбиса. Только пятнышек на шкурке было мало, немного на мордочке, а на остальном теле — полностью белоснежный мех с серебристым отливом и посреди всего этого «шерстяного великолепия» ярко-голубые глаза.

Плюхнувшись на попу перед зеркалом, я закатила взгляд и тоскливо, пронзительно заныла. Ну, привет… теперь я — животное! Докатилась… Дожила!