Тернии Тегваара

Интерлюдия 5

Интерлюдия 5

(За одиннадцать месяцев до описываемых в книге событий)

Степа не успел протянуть к звонку руку, как дверь сама гостеприимно распахнулась ему на встречу.

На пороге застыла она, его драгоценная повелительница, такая же ослепительно прекрасная, как и при первой их встрече, и молодой человек мгновенно ее узнал. От нее исходил пьянящий аромат женщины, его женщины — единственной на всем Свете повелительницы его грез.

Степан без раздумий готов был расстаться с жизнью по одному лишь ее слову. Опасаясь испуга в ее глазах при виде чудовища, в одночасье погубившего всех ее подруг, он твердо решил кинуться с крыши ее многоэтажки, если повелительница его прогонит. Пока бежал к ее дому, он даже заготовил целую покаянную речь, но как только увидел рядом свою обожаемую Елену, все тщательно подобранные слова раскаянья мгновенно повылетали из его головы. Он превратился в безмолвного преданного пса, и единственное на что теперь был способен — это рабски лизать руки, в робкой надежде на снисхождение хозяйки. Но и эту милость еще нужно было заслужить, пока что повелительница не торопилась протягивать ему своей руки.

К счастью, девушка и не спешила гнать его прочь. Со строгим выражением лица, она неторопливо осмотрела понурившегося Степана с ног до головы. И застывший немым истуканом под взглядом ее прекрасных глаз молодой человек упивался счастливыми секундами пребывания рядом с повелительницей. Когда же, окончив молчаливый досмотр, девушка приветливо ему улыбнулась, Степану показалось даже, что он услышал грохот огромного валуна, скатившегося в тот момент с его сердца. Обливаясь горючими слезами абсолютного, всепоглощающего счастья, молодой человек бухнулся перед повелительницей на колени и уткнулся лбом в ее колени.

— Ну что ты, так нельзя, немедленно встань, — донесся ее нежный голосок до чутких ушей Степана. И он незамедлительно отреагировал на первый приказ повелительницы. Оттолкнувшись коленями от бетонного пола, молодой человек со звериной сноровкой взмыл вверх и через мгновенье снова был на ногах в полушаге от Елены.

Потрясенная его невероятной прытью девушка невольно отшатнулась за порог своей квартиры и вцепилась в ручку двери, будто намереваясь ее захлопнуть перед носом напугавшего ее визитера.

— Пожалуйста, не бойся! — взмолился обретший дар речи Степан. — Не отвергай меня! Клянусь, я не смогу без тебя жить!

— А я и не боюсь, — храбро фыркнула из полумрака коридора Лена. — Просто… просто… — Домашние стены придали девушке уверенности, и после небольшой заминки она сумела-таки подыскать логичное объяснение своему паническому бегству: — Сколько можно в коридоре топтаться. Вот, решила тебя в квартиру пригласить.

— Так мне можно войти? — не веря своему счастью, переспросил Степа.

— Разумеется, я же тебя только что пригласила, — подтвердила Лена и сместилась в сторону, освобождая дверной проход.

Степа перешагнул порог и, отступив к стене, замер в полумраке прихожей, дожидаясь дальнейших указаний повелительницы. За его спиной Лена торопливо захлопнула дверь и стала запирать ее на все замки.

— Эй, чего вы там так долго копаетесь? — неожиданно донесся из глубины квартиры насмешливый голос. — Идите сюда. Успеете еще намиловаться, сперва нужно разобраться со всеми текущими делами.

Еще до того, как он закончил говорить, Степа узнал в нем приглушенный до вкрадчивого полушепота бас одного из своих невидимых освободителей. Его тело среагировало быстрее мысли, он подскочил к девушке и укрыл ее своей широкой спиной. И, как это часто бывает, с непривычки слегка перестарался. За что тут же схлопотал нагоняй от повелительницы.

— Степа, блин, ты чего творишь-то! — возмущенно заверещала прижатая к двери Лена. — Хранитель фигов, кому говорю — ну-ка немедленно меня отпусти!

Степан послушно отодвинулся и тут же схлопотал мстительную серию тычков кулаками по спине и по бокам, разумеется, не причинившую здоровенному детине н малейшего ущерба, лишь вызвавшую на его лице самодовольную улыбку.

Когда притомившаяся девушка прекратила выколачивать пыль из модного пальто парня и взяла тайм аут, дабы перевести дух, Степа попросил прощения за неуклюжесть и осторожно поинтересовался: если ли еще кто-то, кроме них, у нее дома?

— Ты же слышал чужой голос, чего же спрашиваешь? — фыркнула в ответ Лена.

— Я думал, мне снова почудилось, — повинился Степан.

— Ничего себе почудилось, чуть по двери меня не размазал. Стумли это там. И он, кстати, обещал, что ты охранять меня будешь от проблем разных и невзгод. Ты ж не успел в квартиру еще толком войти и, вон, синяков мне уже похоже наставил.

— Извини, впредь постараюсь быть аккуратнее.

— Уж постарайся, очень тебя прошу.

— А Стумли это кто? — спросил Степан.

— Ну-ка подвинься, чего встал, как истукан, — вместо ответа на его вопрос, потребовала девушка.

Понукаемый острым локотком повелительницы, Степан был вынужден посторониться.

— Пошли, буду тебя с ним знакомить, — поманила за собой хранителя Лена, первой покидая прихожую.