Тернии Тегваара

Глава 14

Глава 14

Проклятый

Источать такое отвратительное зловонье могли лишь расчлененные и частично выпотрошенные тела вампиров. И только теперь столкнуться с этой отвратительной вонью гнилого нутра кровососов Артему с Викой «фартануло» по той простой причине, что во время недавнего боя с клыкастыми монстрами своим нелепым оружием теням не удалось нанести не уступающему в проворстве противнику сколь либо существенных увечий. Меч же таинственного союзника в сером плаще хоть и кромсал тела вампиров глубокими порезами, но, во-первых, те раны от меча были просто смешными на фоне теперешнего безобразия от буквально развороченных разрывными пулями вампирьих туш, и, во-вторых, во время драки мечника с вампирами наблюдатели-тени держались от их схватки на безопасной дистанции, и вырывающие после порезов зловонье элементарно до них не долетало.

Кольцом оцепившие расстрелянных вампиров автоматчики легко переносили окружающий смрад благодаря респираторам, поддетым под скрывающие лица черные маски.

Из строя автоматчиков навстречу подходящей троице выбежал один из закутанных в черный камуфляж чистильщиков, ничем не отличающийся от остальных своих товарищей. Вытянувшись по стойке смирно перед Марсулом, он отрапортовал.

— Господин Магистр, ваш приказ выполнен.

— Вольно, майор, — отмахнулся лорд-курас. — Ну чего встал, пошли посмотрим: чего вы там настреляли.

При приближении Магистра в сопровождении теней и майора, кольцо автоматчиков расступилось, давая возможность приблизиться вплотную к смердящей куче вампирских останков.

Открывшееся Артему зрелище оказалось настолько отвратительным, что он поспешно отвел глаза и судорожно сглотнул, борясь с подступившей к горлу тошнотой. Три безголовых, безруких и безногих туловища, в обгорелых лохмотьях бывших костюмов, с развороченными разрывными пулями аж до костяка спинами (из которых курились клубы дыма), вовсе не лежали недвижимыми валунами, как это показалась поначалу, а по-черепашьи медленно и неуклюже раскачивались взад-вперед и терлись друг о дружку боками. Желтый, как обоссанный снег, вампирский костяк, виднеющаяся через многочисленные оспины глубоких не зарастающих ран, под свисающими по краям черными лоскутами лохмотьев, придавала мерно колышущимся туловищам пугающее сходство с личинками каких-то гигантских насекомых-мутантов. И валяющиеся вокруг на ковре из серого пепла желтые осколки костей, когтей и клыков так же не желали лежать спокойно, а беспрерывно перекатывались из стороны в сторону, пытаясь притянуться друг к дружке и по новой собраться в недостающие туловищам ноги, руки и головы. К счастью, фрагментов для сбора зловещего пазла катастрофически недоставало (большая часть костяка отстреленных конечностей сгорела до пепла вместе с плотью), но напоминающий кишащих червей, отвратительный шевелящийся ковер из костяных осколков у основания подпирающих друг дружку маятников-туловищ, пожалуй, внушал даже еще большее отвращение, чем сами шевелящиеся глыбы не упокоенной плоти.

— Фу, мерзость какая, — прокомментировал увиденное Марсул, останавливаясь на границе шевелящегося костяного ковра, примерно в метре от ближайшего туловища, и стал отдавать приказы: — Значит так! Слушай сюда, майор. Проконтролируй, чтобы оттащили все это дерьмо, — он обвел концом горящей сигары шевелящуюся кучу останков троих вампиров, — в сторону, облили бензином и сожгли. А потом просеяли пепел, и все уцелевшие огарки костей по новой бензином и запалить. Так до тех пор, пока все кости ублюдков не обернутся конечным пеплом. Это понятно?

— Так точно! — выпятив грудь, браво отрапортовал майор. — Разрешите исполнять?

— Обожди. Сперва того, кто за этой вонючей кучей прячется, распорядись вытащить и перенести, скажем, туда, — Магистр указал сигарой в противоположную от будущего костра сторону. — Да и еще: раздобудь какую-нибудь чистую майку моему спутника. А то на его заляпанную кровью — тошно смотреть. Теперь, вроде, все. Выполняй.

— Так точно! — повторно козырнул майор и, метнувшись к своим, начал сыпать приказами…

— Еще минуту терпения, друзья, — снова заговорил с тенями лорд-курас. — И вы получите обещанные разъяснения… Артем, а ты, давай-ка, снимай с себя это кровавое тряпье, сейчас тебе принесут чего-нибудь на смену.

По распоряжению майора добрая половина его людей, закинув автоматы за спину, вооружилась заранее припасенными черными пластиковыми пакетами и щетками с жесткой металлической щетиной, и приступила к утилизации копошащихся вокруг туш-маятников костяных ошметков…

Как и обещал Марсул, Артему вместо его заляпанной кровью майки выдали черную камуфляжную (запасную у автоматчика, с наиболее подходящей по размеру фигурой). Пока Артем переодевался, бойцы относили заполненные беспокойным мусором пакеты на десять метров дальше по дороге и складывались там компактной кучкой.

Через минуту подступы к трем туловищам были полностью расчищены. Эти подвижные глыбы из изуродованной плоти с разных сторон подхватили крючьями и растащили наконец друг от дружки… Что с ними сталось дальше Артем наблюдал уже вполглаза. Каждую, вроде бы, целиком затолкали в огромный черный мешок. Затем их по очереди снесли к пирамиде из шуршащих свертков и взгромоздили сверху, придавив прыткую мелочь в маленьких пакетах, и, окропив мусорную гору бензином, запалили грандиозный костер.

Меж тем, как только крепость из вампирских туловищ была порушена, все внимание Артема сосредоточилось на открывшейся внутри скрюченной фигуре в сером плаще. По команде майора, четверо бойцов подхватили лежащую без движения фигуру под руки-ноги и, оттащив в противоположную от мусорной кучи сторону, попытались поставить мечника на ноги. Но пребывающий в бессознательном состоянии «серый плащ» безвольной куклой повис у бойцов на руках.

— Снимите с него меч, обыщите и положите на асфальт, — распорядился Марсул.

Бойцы попытались распутать хитрые узлы перевязи, удерживающей за спиной ножны с мечем, но у них ничего не вышло. Узлы оказались слишком тугие и непонятные. Провозившись безрезультатно с ними добрую минуту, они в итоге просто разрезали ножами неуступчивые ремни перевязи и сняли-таки меч со спины по-прежнему не подающего признаков жизни тела. Затем пленника тщательно обыскали (но ничего в складках плаща и потайных карманах не обнаружили) и, как было велено, аккуратно уложили спиной на асфальт.

— Откиньте ему капюшон, — приказал Магистр.

Его приказ мгновенно исполнили. Под капюшоном оказалась голова молодого мужчины, с мужественным красивым бородатым лицом, длинными, до плеч, светлыми волосами и нечеловечески огромными островерхими ушами, легко пробивающимися даже сквозь пышную шевелюру.

У столпившихся вокруг автоматчиков при виде лица и ушей незнакомца непроизвольно вырвался дружный вздох изумления.

— Майор, займи чем-нибудь своих людей! Что они у тебя без дела маячат⁈ — тут же отчитал командира отряда Марсул. — У нас важный разговор. Проследи, чтоб никто нас не беспокоил.

Исполняя приказ командира, автоматчики тут прыснули в разные стороны и, активировав маскировку, растворились во мраке окружающих могил, словно их здесь и вовсе не было. О недавнем присутствии рядом отряда автоматчиков напоминал лишь пылающий неподалеку на пустынной дороге костер, копаться в пепле которого невозможно было еще как минимум минут десять.

— Ну, что скажите? — обратился к теням Марсул, как только они остались наедине. — Он вам никого не напоминает?

— Эльфа напоминает, — первой откликнулась Вика.

— И все? — хитро прищурился Магистр. — Любому дурню понятно, что это эльф. Хотелось бы от вас, друзья мои, услышать чего-то поконкретнее.

— У меня есть одна версия, но прежде, чем я ее назову, хотелось бы кое-что уточнить… Эти парни, ведь, чистильщики, да? — спросил Артем.

— Они самые, — кивнул Марсул и выпустил изо рта аккуратное колечко белого дыма. На зависть теням его «долгоиграющая» сигара не прогорела еще и на треть, и, в отличии от последних (давно выбросивших искуренные до фильтра чинарики), Магистр продолжал со смаком курить.

— Тогда, судя по их реакции, осмелюсь предположить, что перед нами их бывший начальник — бесследно сгинувший недавно глава орденского представительства эльф Фьюлес, — объявил Артем.

— Браво, в самую точку, — изобразил аплодисменты лорд-курас. — Это Фьюлес собственной персоной. Странно лишь, что об этом догадался именно ты. Я, признаюсь, рассчитывал больше на Вику. Все же она его раньше видела.

— Да ну, всего один раз, мельком, после первого воплощения, — отмахнулась смущенная упреком девушка. — Я тогда даже лицо его толком разглядеть не успела, помню лишь светлые волосы и торчащие из них уши. А они у всех эльфов одинаковые.

— Ладно, теперь это не важно… Помнится, вас очень заинтересовал вопрос: почему господин Фьюлес остался жив и даже, как можете собственными глазами убедиться, совершенно невредим после учиненной над ним вампирами кровавой расправы? — сменил тему Марсул. — Думаю, настало время призвать его к ответу. Ну-ка, ребятки, возьмите его за руки и держите покрепче, сейчас дядя Марсул приведет нашего эльфа в сознание.

Артем с Викой, опустившись на корточки по бокам от эльфа, как было велено, крепко взяли его за руки, Магистр же, зайдя с головы, наклонился и легонько хлопнул бледного, как мел, «ушастика» ладошкой по лбу. Мгновенно очнувшийся эльф тут же задергался в руках у теней. Асфальт под ногами удерживающих его теней ощутимо тряхануло, Артему с Викой в лицо ударил резкий порыв невесть откуда взявшегося теплым летом ледяного бурана со снегом, но распрямившийся Магистр с верхотуры небрежно щелкнул пальцами, и тут же все обратно успокоилось. Наметенный на теней за пару секунд снежный сугроб мгновенно растаял, и вокруг снова оказалась тихая и спокойная летняя ночь.

— Кончай валять дурака, Фьюлес! — строго прикрикнул на присмиревшего эльфа лорд-курас. — Хочешь — не хочешь, но тебе придется смириться с тем фактом, что рядом со мной твои чары не возымеют нужного тебе эффекта. Я сильней тебя. За моими плечами мощь Ордена и неисчерпаемый источник маны в лице мистика[1]. Ты совершил преступление, так имей мужество сознаться в содеянном, предстать перед судом Ордена Регуляторов и принять заслуженное наказание.

— На мне проклятье. Даже ты, Магистр, не сможешь его остановить, — с трудом прокряхтел в ответ эльф. Изо рта его по бороде потекла струйка крови и закапала на асфальт.

— Не забывайся, мальчик, перед тобой Магистр Ордена Регуляторов, — не без самодовольства объявил Марсул. Снова наклонившись, он просто стер свободной от сигары левой ладонью с губ и бороды эльфа набежавшую кровь. А когда отдернул руку, от кровотечения не осталось и следа.

— Не стоит благодарности, плевое дело, — ухмыльнулся лорд-курас, подмигивая не искушенным в магии теням, с интересом наблюдающим за манипуляциями чародея столь высокого ранга. Излечив пленника, он обратно разогнулся и от души затянулся сигарой. Выпустил струю ароматного дыма, Марсул продолжил беседу с эльфом: — Но прежде, чем ты вместе со мной отправишься на суд в Светлый Тегваар, мои друзья хотели бы услышать из твоих уст объяснение чудесного исцеления после того, как вампиры буквально растерзали тебя у них на глазах.

— Ты бездарно потратил время, напыщенный индюк, задавая пустые вопросы, — прохрипел пленник и его губы разошлись в грустной усмешке. — Зря стараешься, тебе меня не запугать. В Тегваар я с тобой не вернусь, и перед орденским судом не предстану. Все кончится здесь и сейчас. Ты разгадал нашу ловушку, и заманил меня в свою. Но мой наставник предвидел такой поворот, и позаботился наложить на такой случай проклятье. И теперь, после… твоего… вме… кха-кха… шательства… я… точно… кха-кха-кха… обречен… — последние слова он договаривал, делая паузы, мучительно задыхаясь и харкая кровью после каждого слова. А под конец фразы его буквально вырвало кровавым потоком.

— Погоди… Как так?.. Не может быть… — растерянно забормотал Магистр. Не обращая внимания на заляпанные кровью эльфа туфли, опустившись рядом на корточки, он приподнял обеими руками голову пленника и, глядя в его затухающие фиолетовые глаза, отчаянно закричал на него: — Ты же вот только что был совершенно здоров! Скажи же, кто сотворил с тобой такое! Мальчик, заклинаю тебя, назови мне имя своего убийцы! Клянусь, я жестоко ему отомщу!

Но, несмотря на отчаянные призывы лорда-кураса, пленник больше не проронил не слова.

Он умирал страшно и мучительно, беспрерывно извергая потоки крови, струи которой, помимо рта, вскоре побежали из носа, ушей, глаз и даже из пор кожи лица несчастного. А все усилия Марсула помочь эльфу приводили лишь к излишней затянутости мучений бедняги.

Только что бледное, как мел, лицо пленника за считанные секунды безобразно побагровело и раздулось, как после пчелиных укусов, фонтанирующие кровью глаза его вылезли из орбит, кровь беспрерывным потоком хлестала изо рта, ноздрей и ушных раковин. Магистр же, наоборот, осунулся, побледнел, выронил из трясущихся пальцев недокуренную сигару (которая с мерзким шипеньем тут же затухла в растекающейся на асфальте кровавой луже)… Марсул обеими руками удерживал неотвратимо раздувающуюся голову умирающего и уже, не таясь, вслух яростно шипел целительные заклинания, вздрагивая и морщась от мучительных откатов.

Увы! Несмотря на все усилия лорда-кураса, одолеть наложенное на эльфа проклятье ему оказалось не по зубам. Когда от чрезмерного кровяного давления у бедняги лопнули глаза (окатив кровавым фонтанов всю троицу склонившихся над ним пленителей), эльф забился в смертельной агонии, выгнулся дугой в руках теней и, обессилено обмякнув, наконец затих. Черты залитого кровью лица эльфа заострились. Кровотечение остановилось. Он умер.

[1] Говоря о мистике, Марсул имеет в виду Артема. О том, как Артем стал мистиком, повествуется в первой книге цикла «Тени Тегваара».