Тернии Тегваара

Интерлюдия 7

Интерлюдия 7

(За одиннадцать месяцев до описываемых в книге событий)

Своих умерших страшной, мучительной смертью друзей и подруг после той роковой ночи на квартире Степана Борового вновь Лена Алябина увидела лишь на церковном отпевании. Из-за разговоров о жутком состоянии тел покойников (будто бы разодранных маньяком на части) девушка опасалась, что хоронить шестерых ребят будут в закрытых гробах. Но ее переживания оказались беспочвенными, друзья и подружки в свой последний путь на погост отправились в открытых гробах. На восковых лицах покойников не осталось и тени пережитого в момент гибели ужаса. Все шестеро будто даже чему-то мечтательно улыбались «во сне». Парни лежали в элегантных черных костюмах женихов, девушки — в роскошных белых платьях невест. Стараниями гримеров-оформителей из похоронного салона на открытых лицах и руках жертв насилия не было заметно следов ссадин, порезов или ушибов. Естественный для покойников мертвенно-серый оттенок кожи был настолько искусно замаскирован розовой пудрой, что лежащие в гробах молодые люди выглядели, как живые…

Похороны шести несчастных жертв спятившего маньяка-убийцы, как водится, начались по отдельности, по месту жительства каждой жертвы. Сперва узкий круг домашних и родственников, наедине со своим горем, интимно, без посторонних глаз, прощался с усопшим. Затем следовал торжественный вынос тела во двор родного дома, для прощания соседей и знакомых. А потом тихо и без лишней помпы на неприметных автобусах похоронной службы родственники сопровождали гроб с покойником в церковь. Где в заранее оговоренный час должно было состояться общее отпевание всех шести невинно убиенных. И все, дальше отдельные скромные частные похороны объединялись в общее помпезное многолюдное траурное мероприятие.

Уже на подходе к церкви выбирающиеся из автобусов процессии родственников встречала внушительная толпа зевак, собравшихся поглазеть на жертв нашумевшего в городе кровавого злодейства. Волею гоняющихся за сенсацией борзописцев-газетчиков, в красках раструбивших о кровавом убийстве на весь город и призвавших горожан проводить в последний путь шестерых мучеников, после церковного отпевания тихие похороны грозили перерасти в многотысячное шествие от церкви до самого кладбища.

Проведенный накануне в прямом эфире вечерних городских новостей интернет-опрос горожан показал, что, несмотря на будний день, лично проститься с жертвами маньяка изъявило желание более тысячи человек. После чего городские власти были вынуждены взять организацию похорон под свой контроль и раскошелиться на оплату услуг специалистов, придавших умершим презентабельный вид, на покупку представительского класса гробов из дорогих пород дерева и на аренду роскошных катафалков-лимузинов, на которых привлекшие внимание общественности покойники проделают последний путь от церкви до погоста. Разумеется, власть имущие позаботились о мерах безопасности в церкви и на кладбище; привлекли достаточное количество работников правопорядка для контроля и сопровождения толпы провожающих до кладбища; организовали прощальный митинг на кладбище; и, наконец, устроили пышные почести умершим с оружейным залпом, при опускании гробов в могилы…

Но торжественной пешей процессии к кладбищу, с последующим преданием тел земле, еще только предстояло свершиться. Пока же убитые горем родственники невинно убиенных только-только свезли объединенных общей смертью жертв маньяка-убийцы в церковь для отпевания.

В небольшом церковном зале набилось тьма-тьмущая скорбящих родственников, а вокруг церкви уже раскинулось настоящее людское море, и народ продолжал пребывать и вливаться в него неиссякаемым потоком. Пробиться к стоящим в ряд под церковным сводом гробам постороннему человеку с улицы было совершенно невозможно. Полицейский кордон у входа в церковь внутрь пропускал лишь сопровождающих пребывающие гробы родственников — проверяя каждого входящего по составленным накануне спискам.

Припозднившейся к началу обряда отпевания Лене пробиться внутрь церкви помог ее маленький бородатый спутник. Гномье колдовство позволило им сперва, не замедляя шага, идти сквозь плотное людское кольцо (горожане по непонятной им самим причине расступались перед хрупкой девушкой в сопровождении бородатого карлика), а затем, когда добрались до полицейского кордона, бдительные стражи входа в храм вдруг все разом от них отвернулись, и никем не остановленная девушка беспрепятственно нырнула следом за низкорослым спутником в предупредительно приоткрытую последним дверь.

Внутри снова преградившая было им путь плотная толпа родственников, по мановению руки маленького бородача, безропотно раздалась в стороны, и Лена легко прошмыгнула в открывшийся проход…

И вот, она стояла и смотрела на такие живые улыбающиеся кукольные маски-лица своих мертвых друзей и подруг. В руках у нее медленно плавилась тоненькая парафиновая свечка (уже горящей безо всякого колдовства позаимствованная у кого-то из родственников ушлым гномом по дороге к месту в центральном круге), насаженная на неказистый клочок газеты, оберегающий руки от расплавленных капель парафина. Четкая картинка перед глазами девушки вскоре размывается и плывет, из-за хлынувших непрерывным потоком слез, губы начинают содрогаться в беззвучном рыдании, а изо рта невольно вырываются отчаянные всхлипывания… И чуть позже сквозь размеренный монотонный бас читающего молитвы попа и благозвучное пение вступающего в нужные моменты хора певчих, в затуманенное болью безвозвратной потери близких людей сознание Лены неведомо каким чудом просачивается едва слышный шепоток гнома Стумли:

— Возьми себя в руки. Своей истерикой, ты слишком привлекаешь внимание. Не забывай, мы здесь инкогнито. А в твою сторону уже многие начинают коситься. Пока что мне удается отводить глаза самым любопытным, но их становится все больше. У меня уже голова раскалывается от отката. Если немедленно не возьмешь себя в руки, нам придется отсюда уйти.

— Я… я… не ожидала… что… что будет так тяжело, — кое-как, сквозь всхлипывания, едва слышно шепчет в ответ девушка.

— Ты забыла, что я тебе говорил! — вместо сочувствия строго шипит на спутницу гном. — Все на самом деле совсем не так, как выглядит. Поверь мне, очень скоро ты будешь смеяться над этими слезами. А сейчас, прошу, постарайся быстро отвлечься от грустных мыслей. Давай, девочка, сделай глубокий вздох и медленный выдох, как я тебя учил.

Лена привычно подчиняется своему наставнику — еще вчера бывшему совершенно незнакомым ей существом, теперь же, за прошедшие с момента знакомства сутки, ставшего роднее родителей.

Отеческая забота и опека гнома Стумли очень быстро убедили девушку, что маленький бородач действует исключительно в ее интересах, потому как все, без исключения, его рекомендации оказываются в итоге весьма действенными и крайне полезными. Вот и этот его очередной совет очень скоро принес нужный эффект.

Усилием воли девушка заставила себя оторвать мутный от слез взор от лиц умерших друзей и подруг и стала бесцельно блуждать им по ликам святых на окружающих церковных иконах. Первый ее вздох из-за неуемных пока что рыданий оказался недостаточно глубоким, но долгий тщательно выдержанный выдох, подействовал лучше любых успокоительных капель…

Судьбоносную роль в процессе установления полного доверия между ней и гномом, сыграла вчерашняя ее повторная беседа с инопланетным существом, с последующими затем разъяснения и комментарии Стумли. В памяти Лены невольно вновь всплыли подробности удивительного молчаливого разговора с огненным существом.

Все произошло в точности так, как и в первый раз на степиной квартире. Стоило Лене приблизить глаз к окуляру телескопа, и она, словно войдя в транс, не помня себя, тут же перевернула трубу толстым концом к себе. После чего, как завороженная, уставилась на радужные переливы широкой линзы и на несколько секунд будто выпала из реальности…

…Девушка вновь оказалась в тесной трещине внутри обломка из полупрозрачного голубоватого материала, с почерневшими от копоти краями. И снова разглядеть это в непроницаемой черноте окружающего космоса Лена смогла лишь благодаря находящемуся рядом в трещине одинокому сгустку плазмы — чудом уцелевшему в катаклизме бестелесному жителю разорвавшейся вдребезги планеты. Разумеется, как и в первый раз, рядом с разумным огненным шаром она присутствовала лишь частично, в виде бестелесного наблюдателя. Но даже в таком, практически неуязвимом, состоянии ей снова сделалось не по себе от давящей со всех сторон мрачной безысходности этого бесконечного и бесконтрольного космического путешествия в мертвой чернильной пустоте.

Череда замелькавших перед глазами радужных вспышек и картинок, ожидаемо сложилась в голове в обращение плазменного существа:

«Итак, у тебя появился хранитель, через которого на тебя вышел посредник. И доводы последнего наконец-то убедили тебя принять решение: помочь мне отыскать путь.»

«Как оно догадалось?» — невольно поразилась девушка проницательности существа. И этого оказалось достаточно, чтобы огненный шар мгновенно прочел ее мысли.

Снова перед глазами Лены замелькала череда мыслеобразов, складывающихся в голове в осмысленную речь:

«В нынешнем положении мне доступно немногое. Но проникнуть в мысли такого неискушенного в магии существа, как ты, даже сейчас мне не составляет труда… Итак, по совету посредника, ты вновь вышла со мной на связь, чтобы заключить сделку. Со своей стороны я готов ее заключить. Прошу, сформулируй, что ты хотела бы получить от меня в награду за открытие пути?»

«К чему слова, если ты запросто можешь прочесть это в моих мыслях?» — по-рыбьи беззвучно, одними губами, обозначил ответ ленин призрак. Но могущественному огненному существу хватило и этой малости, оно прекрасно ее поняло.

Перед глазами девушки снова замелькали мыслеобразы, складываясь в человеческом сознании в понятные слова:

«Ты желаешь сделки, значит, должна четко проговорить условия, которые я поклянусь исполнить, разумеется, если сочту их выполнимыми. По-другому никак невозможно. В твоей голове, беспрерывно сменяя друг дружку, одновременно крутятся десятки самых разнообразных, порой откровенно противоречивых, мыслей. Проще говоря, сию секунду тебе хочется одного, а в следующий момент чего-то совсем другого, а еще через пару секунд запросто может захотеться и вовсе третьего, противоречащего первым двум желаниям. Угадать в такой ситуации невозможно. А сделка должна совершаться под конкретные обязательства сторон. Я понятно объяснил?»

«Вполне,» — неслышно прохлопала губами девушка.

Существо парило перед ней в ожидании продолжения. И припомнив свой недавний разговор с гномом, Лена беззвучно огласила следующее пожелание:

«Я хочу стать чародейкой, такой же могущественной, как и ты. Это мое условие, за которое я обязуюсь открыть тебе путь.»

Замелькавшая перед глазами череда ответных мыслеобразов стала привычно складываться в голове в понятный для человеческого восприятия ответ:

«Да, мне по силам это устроить. Я принимаю твое условие и клянусь исполнить его, как только ты откроешь мне путь. Объявляю сделку заключенной. Теперь, наши судьбы неразрывно связаны. Поторопись же вытащить меня отсюда. Близость выхода делает мое одиночество невыносимым. С этой минуты я зажигаю маяк, ориентируйся на него и отыщешь меня в бескрайнем космическом просторе. Как это сделать тебя научит посредник. Слушайся его, он опытный наставник — это его чары свели нас воедино. И ни на мгновенье не забывай обо мне. Маяк будет отбирать у меня силы, и я начну медленно угасать. Помни об этом и торопись. Когда мой жизненный огонь погаснет, твоя жизнь там в неведомом недосягаемом мире тоже мгновенно оборвется.»

Мельтешение перед глазами погасло и пленившее Лену ведение тут же исчезло, а в привыкшие к космическому мраку глаза брызнул яркий дневной свет из кухонного окна…

После этого судьбоносного объяснения с существом, сама загнавшая себя в угол Лена была вынуждена безоговорочно довериться гному. Она подробно, в деталях, пересказала бородачу свой разговор с инопланетянином — к немалому ее облегчению, гном сразу же догадался, что за таинственный маяк зажгло для нее существо, и обнадежил обещанием помочь в его розыске.

Но гном мог лишь помочь ей мудрым советом, нащупывать же в бескрайнем космосе маяк и впоследствии настраивать на его координаты магический портал предстояло именно Лене, поскольку только у нее одной имелась связь с существом. Прежде же, чем приступать непосредственно к поискам, Лену предстояло обучить хотя бы азам чародейского мастерства, и сделать это нужно было как можно быстрее. Потому что связь с существом, сулящая заманчивые дивиденды в обозримом будущем, сейчас осуществлялась и поддерживалась с помощью сети заклинаний, которые, в свою очередь, нуждались в непрерывной подпитке магической энергией, в просторечье именуемой магами маной.

Почти постоянно эта подпитка исходит со стороны инопланетного существа, располагающего неограниченным магическим источником в виде осколка своей родной планеты, на котором он совершает свой бесконечный полет. Но в редкие мгновенья, когда огненное существо выходит на прямой контакт со своей избранницей, связующие заклинания приходится подпитывать маной и со стороны Лены. А поскольку Елена пока еще не маг, инопланетное существо наложило на нее специфическое заклинание-паразит, преобразующее в ману жизненные силы окружающих ее живых существ. И за все предыдущие самостоятельные контакты Лены с огненным существом своим здоровьем расплачивались невинные люди, на свою беду оказавшиеся в момент контакта рядом с избранницей.