Т. 1. Лирика Эдгара По в переводах русских поэтов

Примета Рима! Пышная гробница!

Здесь Время замирает, созерцая

Помпезность повелительного праха!

Паломником смиренным прихожу

На твой порог и, одержимый жаждой

(Палящей жаждой наконец припасть

К истоку мудрости), в конце пути,

Колени преклоняю, пораженный, —

Душой впиваю сумрак твой и славу!

Громада памяти тысячелетней!

И Ночь, и Тишина, и Запустенье!

О чары величавей колдовства,

Добытого у звезд халдейским магом!

О чары очистительней молитвы,

Которой некий Иудейский Царь

Будил когда-то Гефсиманский Сад!

Где прежде был повержен гладиатор,

Повержена колонна, где блистал

Орел легионеров золотой,

Идет вигилия мышей летучих,

И пыльный шелестит чертополох,

Где волосы вились патрицианок.

Где восседал на троне император,

По камню ящерица, точно тень,

Под месяцем скользнула круторогим.

Постой, но разве эта колоннада,

Изъеденная временем и ветром, —

Куски карнизов, фризов, капителей,

Заросшие плющом аркады, камни —

Да, камни, серые, простые камни! —

Единственное, что осталось мне

От грозного и гордого колосса?

«Единственное? Нет! — рокочет Эхо. —

Рождаются в груди любой Руины

Пророческие звуки, — так Зарю

Приветствует сладкоголосый Мемнон!

Мы правим неотступно, деспотично

Великими, могучими умами,

Мы не бессильны — мы не просто камни:

Не иссякает наша мощь и чары,

Не иссякает магия обломков,

Не иссякает чудо наших линий,

Не иссякает тайна наших недр,

Не иссякает память, что по-царски

Нас облекла — не в пурпур, не в порфиру,

А в нечто большее, чем просто Слава!»