Твари морские

Глава 23

Эль Капитано, Влад Рогов

Эль Капитано с подругами появился, когда катер окончательно затонул и над поверхностью остался лишь ствольный блок крупнокалиберного пулемета. Матвеев передал алюминиевый кейс Паките и попросил девиц подождать в соседней комнате.

– Ничего личного, – хищно ухмыльнулся он, – простые меры предосторожности. Заодно за окнами присмотрят. Кстати, а ваш-то третий где?

– Контролирует окна с другой стороны, – поморщился Кристиан Липке. – Нас ухватили за яйца! Русские утопили катер и сейчас пожалуют собирать спасшихся. Китайцы и вовсе уже здесь, Иван видел их судно на той стороне. И еще вопрос, предложат нам сдаться или похоронят прямо тут…

– Предложат, – уверенно заявил Влад Рогов. – Могу ручаться.

– Предложат, – согласился Матвеев. – Вопрос только, кому сдаваться. Лично я голосую за русских.

– Не думаю, что у нас есть выбор, – покачал головой аквалангист. – Китайцы уже здесь, рыщут под окнами. И они не будут ждать.

– У меня есть связи в российской администрации, – поведал Эль Капитано. – Русские не станут предъявлять нам обвинений. Надо просто продержаться до их подхода.

Влад Рогов только покачал головой:

– Ты собрался воевать с китайцами? Проще договориться!

– А ты что скажешь? – обратился Матвеев к помощнику торговца оружием. – Хочешь угодить на урановый рудник? У китайских миротворцев это запросто.

Липке от таких слов откровенно перекосило. Аквалангист заметил это и уверено заявил:

– С помощью материалов Маттесона мы легко купим себе свободу.

– В самом деле? – усмехнулся Матвеев. – У меня есть надежные люди в русском миротворческом корпусе. Я там служил. Может, даже получится оставить себе часть бриллиантов.

Рогов рассмеялся.

– У тебя хорошая фантазия!

Федор уловил в голосе собеседника угрожающие нотки и слегка сдвинулся в сторону помощника торговца оружием.

– Я предлагаю дело, – сказал он Кристиану. – Что предлагает твой друг?

– Предлагаю сдаться китайцам без стрельбы и прочих глупостей, – прямо высказался Влад. – Уголовного преследования не будет, это я тоже гарантирую. И более надежно, чем Эль Капитано.

– Ты гарантируешь? – прищурился Матвеев. – Каким же образом?

– Я работаю на китайскую разведку, – сообщил Рогов, столь спокойно, словно признался в насморке. – Наши знают, что я здесь, и не позволят русским приблизиться. Материалы научных исследований в обмен на свободу – неплохой для вас размен, на мой взгляд.

– Так это ты сдал нас китайцам?! – разозлился Липке. – И вызвал сюда их катер?! Вот сволочь!

– Материалы в обмен на свободу. – Влад был непоколебим. – И никто не пострадает. Убьете меня – пойдете на корм морским тварям. Давай сюда флешку.

Помощник торговца оружием поморщился и спросил:

– А бриллианты?

– Будут конфискованы, – отрезал Рогов. – Я не обещал чудес. Только свободу.

– Подождем Ивана Доу, – решил Липке. – И предлагаю как следует подумать насчет бриллиантов. Эти карты памяти – они так часто выходят из строя…

Он сунул руку в нагрудный карман и нахмурился, но прежде чем успел вымолвить хоть слово, Федор Матвеев молниеносным неуловимым движением приблизился к нему и одной рукой нежно обхватил за талию, а другой – приставил к горлу нож боевых пловцов. Все произошло столь стремительно, что китайский агент на миг даже растерялся.

– Не дергайся! – потребовал Эль Капитано и, пятясь, потянул заложника за собой в заднюю комнату, где укрылись его подруги.

Влад Рогов с превеликим удовольствием пристрелил бы их обоих, но в дверном проеме нарисовалась вооруженная автоматом негритянка. Отступающие мужчины перекрыли ей линию стрельбы, и эта мимолетная заминка дала аквалангисту шанс незаметно укрыться в простенке.

Внезапно с противоположной стороны, из-за спины Рогова, грохнули два выстрела подряд. Пули угодили Липке в грудь и в живот, чудом не попав в Матвеева. Влад мигом высунулся и уже поймал в прицел Эль Капитано, который лишился заложника, в прицел. Но тот яростно пихнул захрипевшего Кристиана навстречу Рогову и, воспользовавшись коротким замешательством разведчика, выскочил из комнаты. В полумраке коридора над его плечом полыхнули дульные вспышки, и Владу пришлось спрятаться обратно. К счастью, стена оказалась капитальной, и его не зацепило.

Иван Доу, который только что подстрелил собственного помощника, хладнокровно перенес огонь на Бандану, но та, стоило Матвееву проскочить мимо нее, мгновенно ушла в тень и скрылась за поворотом коридора.

Влад выглянул из простенка и сообщил:

– Они свалили.

Пригибаясь, Доу нырнул в комнату, ухватил помощника за ногу и оттащил от двери. Нисколько не интересуясь самочувствием приятеля, он нашарил в его нагрудном кармане флеш-накопитель и развернулся к китайскому агенту.

Тот не сводил с Ивана настороженного взгляда. Настороженного взгляда и дульного среза автомата.

– Предложение об амнистии все еще в силе? – с невозмутимым видом поинтересовался Доу.

– Да, – коротко ответил Рогов.

Иван кинул ему пропахшую никотиновой жвачкой флешку в броском черном корпусе с золотой монограммой, поднялся на ноги и вытащил из кобуры кольт. Прежде чем Влад, угрожающе вздернувший автомат, успел вымолвить хоть слово, торговец оружием добил своего помощника выстрелом в голову и сунул пистолет обратно в кобуру.

– Тогда я только что попросил политического убежища, – прокомментировал Иван Доу. – Давай-ка убираться отсюда.

Рогов хмыкнул, но промолчал.

Насторожено заглядывая во встречавшиеся на пути дверные проемы, они пробежали дом насквозь и вернулись в комнату, через окно которой забрались внутрь. Там Рогов посигналил фонариком патрульному катеру, и вскоре оттуда отплыла спущенная на воду моторная лодка. Действовали китайцы, нисколько не опасаясь морских тварей; судя по обширным ярко-синим пятнам на воде и неприятному запаху, они тоже применили какие-то отравляющие вещества, чтобы не давать монстрам высунуться. Какие именно, Иван не знал и потому приложил все усилия, чтобы не сорваться в воду, выбираясь из окна.

Волновался он напрасно: в лодке его сразу уложили на дно, а потом аккуратно подняли на борт катера, обчистили карманы и спустили в трюм.

Влад Рогов за ним не последовал. Он поспешил в капитанскую рубку и потребовал от капитана, уже поставленного в известность о его полномочиях:

– Цзяньчжан! Высаживайте десант! Цель – алюминиевый кейс, пленные – по обстоятельствам!

– Слушаюсь, чжунсяо.

Капитан-цзяньчжан без промедления отдал распоряжения, и на воду спустили еще две надувные лодки. Но едва они отплыли от катера, из здания прогремели несколько одиночных выстрелов. Наемники Эль Капитано не собирались сдаваться без боя. Пули вздыбили воду вдали от катера, и все же капитан приказал открыть огонь на подавление.

Рявкнули зенитные орудия катера, стены здания брызнули обломками бетона, и тут же с соседней улицы на перекресток вывернул военный катер русского миротворческого корпуса.

– Прекратить огонь! – по-английски проревел громкоговоритель на преградившем путь лодкам катере. – Вы препятствуете спасательным работам миротворческих сил Российской Федерации!

Китайский капитан обернулся за дальнейшими распоряжениями к Рогову.

– Нас ставили в известность о возможной активности русских в этом квадрате, – предупредил китаец.

Влад достал из кармана вычурный флеш-накопитель, задумчиво посмотрел на него и досадливо махнул рукой.

– Отбой! – скомандовал разведчик. – Пускай русские забирают своих ублюдков. Боюсь, Эль Капитано сильно переоценивает дружелюбие соотечественников. Все они пьянь и мразь, которая обычно сажает задержанного на бутылку. Одно слово – русня!..

Перестрелка с русскими из-за банальных бриллиантов выходила не только за рамки его полномочий, но и за границы здравого смысла. К тому же всегда оставалась возможность добиться возвращения хотя бы части драгоценных камней по дипломатическим каналам.

Надувные лодки начали поднимать на борт, а Влад спустился в трюм к взятому под стражу торговцу оружием.

– Почему? – холодно спросил он.

– Почему что? – безжизненно отозвался Иван.

– Почему ты застрелил своего человека? – нетерпеливо уточнил Рогов. За время жизни в Китае он уже привык, что окружающие понимают его с пары иероглифов, как бы цветисто он ни выражал свою мысль. Кроме того, его мутило от одной мысли о том, с какой же омерзительной гадиной приходится общаться.

Иван Доу откинулся на лавке, посмотрел в сторону и вздохнул.

– Я не слишком сведущ в медицине, но мертвецов повидал изрядно. Отравленного от задушенного как-нибудь отличу.

– Так он что, убил их?! – изумился Рогов. – Ирландку и капитана? На кой черт ему это сдалось?

– Хотел выйти из игры. Думал, сумеет забрать камни и спрятаться от синдиката, пока они будут резать меня на куски, – спокойно ответил Иван. – Все уши об этом прожужжал – сбежим да сбежим. Полагал, что Эйрин сможет меня удержать, и убил ее. И Энрике до кучи — иначе не смог бы присоединиться к нам после смерти Тонго. Синдикат начал бы резать меня, когда поймал бы, Крис был моим наемным работником и синдикату в принципе был без надобности. Постоянно ныл, что неплохо было бы кинуть гангстеров и удрать с камушками…

– И ты решил отомстить за ирландку?

– В том числе, наверное… – отстраненно пожал плечами Доу. – Я с ней спал. Это ничего не значит, конечно, просто ненавижу, когда другой мальчик ломает мои игрушки. – Он сплюнул. – У Криса была мечта: дом в горах, спокойная жизнь, лыжи. А когда начинают убивать ради мечты, уже не останавливаются. – Иван жалобно оскалился. – Никто не останавливается. Рано или поздно он избавился бы и от меня тоже. Не было никакой необходимости душить Эйрин. Он мог просто соврать о ее смерти. Мог, но не стал. Впрочем, если бы он оставил ее тут живой, в беспомощном состоянии, ей все равно пришел бы конец. Так что он с самого начала обрек ее в любом случае. – Доу помолчал, потом добавил: – Хотя знаешь… дело не только в этом. Не стоит нарушать правила игры, только и всего. Я больше не готов был ему доверять.

– У тебя есть правила? – удивился Влад.

Русский американец выдержал пристальный взгляд русского китайца.

– Есть. У всех должна быть грань, которую нельзя переступать. У меня есть правила, и у меня есть работа. Без правил и работы я никто. Иначе просто незачем жить. На стену полезу, сопьюсь или застрелюсь. Не хочу. – Торговец оружием тяжело вздохнул и спросил: – А ты? Как тебя-то угораздило продаться китайцам, русский черт?

– Пять поколений моих предков жили в Китае. Белоэмигранты. Русская краснозадая мразь, сделавшая мою семью беженцами с родной земли, всегда была для меня вомного раз ненавистнее азиатов, – холодно ответил Влад и направился на выход.

Иван его остановил:

– Так что насчет правового иммунитета?

– Ты его получишь. – Рогов насупился, вновь перейдя на китайский телеграфный стиль. — Словоофицера.

– А мои вещи?

Влад Рогов отдал распоряжение одному из стороживших арестанта матросов, и тот принес пластиковый пакет с изъятыми у Ивана вещами.

– Эй, здесь не все! – возмутился Доу, заглянув внутрь.

– Те дорогие безделушки, которыми ты набил карманы в апартаментах Маттесона, конфискованы и поступят в казну Народного Китая, – уведомил торговца оружием Влад Рогов и покинул трюм.

В сегодняшней реально опасной миссии люди уничтожили, пожалуй, не меньше своих сородичей, чем морские твари. И это совершенно не нравилось Владу Рогову, заставляя его чувствовать себя обманутым, причем совершенно непонятным образом.

В его отсутствие Иван Доу без спешки рассовал по карманам свои вещи, потом взял бумажник и осторожно оттянул пальцем отделение для мелочи, где среди банальных никелевых юаней затесалось несколько монет из коллекции покойного Маттесона.

Никто из китайцев заглянуть сюда, разумеется, не догадался. А если и заглянул, то не придал увиденному значения.

А зря. Серебряный доллар тысяча восемьсот четвертого года, несколько золотых дублонов, редкий пятицентовик с головой статуи Свободы – пусть стоимость их и не могла сравниться с грузом бриллиантов, но пара миллионов стартового капитала выступят серьезным подспорьем, когда придет время возобновлять бизнес.

Бросать торговлю оружием Иван не собирался. Он нисколько не лукавил, говоря, что живет исключительно работой…

Влад Рогов, Эль Капитано

Два патрульных катера, китайский и российский, замерли друг напротив друга посреди залитого водой Нью-Йорка.

Влад Рогов выбрался на палубу, встал возле станкового пулемета. Прищурившись, посмотрел на бывших противников, которые стояли на другой палубе в двух десятках метров от него: увидев соотечественников Эль Капитано, они тут же сдались им вместе с бриллиантами. Китайский разведчик не испытывал к ним ненависти, хотя мог погибнуть по их милости. Но теперь охота закончена, и закончена в его пользу. Можно расслабиться и проявить великодушие, даже простить им уведенные из-под носа камешки: размен отличный. Опытный разведчик не имеет права поддаваться эмоциям. Да и не в камешках суть, в конце концов.

Противники, если судить по безмятежным лицам, тоже не держали на него зла. Игра есть игра, бессмысленно закатывать истерики, обдернувшись на мизере. Камешков им тоже не видать как своих ушей, теперь бриллианты – собственность Российской Федерации, которая уже не выпустит их из своих шипастых клешней. Эль Капитано и его криминальный гарем хорошо держали болезненный удар по самолюбию, и Рогов, распираемый честью пяти поколений белых офицеров в роду, не смог удержаться от того, чтобы не вскинуть два пальца к верхней брови, салютуя достойным соперникам.

Эль Капитано салютовать в ответ не стал. И, видимо, не потому, что смертельно обиделся. Ну да, Влад неоднократно слышал русскую поговорку «К пустой голове руку не прикладывают». Оскорбительно звучащая военная присказка означала всего лишь, что без головного убора честь в советской, а позднее российской армии отдавать не принято, и этой присказке даже всерьез учили в китайской разведшколе – безусловно, было бы чудовищно нелепо проколоться во время ответственного задания на подобной чепухе.

Когда русский катер завел двигатель и начал уходить в направлении Нью-Джерси, Матвеев все-таки поприветствовал коллегу-аквалангиста, но по-другому: поднял над головой двумя пальцами какую-то мелкую вещицу и приветливо помахал ею в направлении китайского разведчика.

Пробившийся через сплошные тучи одинокий солнечный луч блеснул на ее металлическом корпусе, и похолодевший Рогов понял, что это флешка.

– Цзяньчжан, – сквозь зубы процедил он. – Найдите мне ноутбук. Живо! Да шевелите же задницей!..

Китайскому капитану явно не понравилось столь бесцеремонное обращение, да еще в присутствии его непосредственных подчиненных. Однако дисциплина и почтение к вышестоящему офицеру была впитана им с молоком матери. Ноутбук нашелся молниеносно; Влад дрожащими руками вытащил флеш-карту с бесценными научными материалами из нагрудного кармана и вставил ее в USB-разъем.

На флешке вместо презентаций и доков обнаружилось множество звуковых файлов. Рогов несколько мгновений тупо разглядывал их, не понимая, что происходит, а потом ткнул курсором в первый, и над акваторией разнеслась бодрая латиноамериканская гитарная музыка.

Это была композиция «Nah neh nah» группы «Vaya Con Dios».

Будучи по происхождению русским, Влад не мог не оценить, с каким дивным лингвистическим сарказмом судьба назвала эту песню.

Он вырвал флешку из гнезда и одним движением разломил ее пополам по шву. Это удалось ему безо всякого труда: как выяснилось, та уже была один раз вскрыта, а потом слеплена снова жеваной никотиновой резинкой. Той самой, которую Рогов не так давно лично дал Эль Капитано по его просьбе.

– Разверните катер! – истошно закричал Влад. – Цзяньчжан! Преследуйте русских! У них материалы чрезвычайной государственной важности!..

Капитан китайского патруля молча смотрел на него, не двигаясь с места.

– Простите, чжунсяо, – проронил он наконец, – вы хотите, чтобы мы атаковали русских?

– Дзиба! – в сердцах выматерился Рогов. – Ванбадань! Да, нам надо немедленно атаковать русских и забрать материалы!

– Это будет вооруженный конфликт, чжунсяо, – рассудительно качнул головой капитан-цзяньчжан. – У нас нет полномочий развязывать военные конфликты с союзниками без санкции командования.

– У вас есть предписание всячески способствовать офицерам разведки Генштаба!..

– Если угодно сяньшэну, я немедленно свяжусь по этому поводу с нашим штабом в Калифорнии.

– Нет времени! – огрызнулся Влад. – Цзяньчжан, полнотой власти, дарованной мне Народным Китаем, я отстраняю вас от командования катером и занимаю ваше место на мостике! – Тяжело дыша, Рогов обвел диким взглядом притихших матросов. – Патруль, слушай мою команду…

– Сожалею, чжунсяо, – перебил его цзяньчжан, – но на боевом корабле, который находится в открытом море, за всё отвечает капитан-цзяньчжан. У вас и вашего ведомства нет полномочий отстранить меня до тех пор, пока мы не вернемся в порт, иначе это мятеж, который я буду подавлять с использованием имеющегося огнестрельного оружия. – Цзяньчжан аккуратно строил фразы так, словно объяснял очевидное несмышленышу или непонятливому европейскому лаоваю. – Я готов отстаивать свою позицию перед военным трибуналом. Русские вооружены лучше нас, и у них где-то неподалеку боевой вертолет. Это будет самоубийственная атака. Прошу вас, возьмите себя в руки. Иначе мы спровоцируем кровавый конфликт с союзником ценой наших жизней и безо всякой надежды на победу.

– Ванбадань, – устало пробормотал Рогов, из которого словно разом выпустили воздух. Проклятый Капитано его все-таки переиграл. Русские, разумеется, обыщут его, но укрыть от них флешку для него будет гораздо проще, чем чемодан с бриллиантами. Но ничего, китайская разведка непременно возьмет эту сволочь за жабры в Нью-Джерси или в Лас-Вегасе, когда чертов громила попытается сбыть информацию серьезным игрокам… А вдруг тот успеет скопировать или уничтожить драгоценные данные?.. – Дзиба пигуфака… Хотя бы не теряйте их из виду!

– Слушаюсь, чжунсяо, – невозмутимо откликнулся цзяньчжан. – Однако когда русские заметят, что мы их преследуем, нам придется как-то объяснить свои действия.

– Так не преследуйте ни хрена! Просто не теряйте их из виду! – снова взорвался Влад. – Чтобы никто ничего не смог незаметно передать или выкинуть с борта! Если у русских возникнут вопросы, скажете, что движетесь собственным курсом, установленным командованием!

– Слушаюсь, чжунсяо, – повторил цзяньчжан. И после паузы, отвернувшись, едва слышно процедил сквозь зубы: – Лаовай, цао ни ма!

Чжунсяо Рогов все-таки расслышал поразительное хамство капитана, но реагировать у него уже не было сил.