Ты мне очень нравишься. Но...

Где-то есть разгадка (1)

Лара

Для начала они с новой пациенткой, Дарией Раменци, составили подробнейший анамнез её беременностей. Потом девушка уложила подопечную со всем комфортом в её личных покоях и, устроившись в кресле, погрузилась в глубины её жизненной истории — мало ли какие подробности ещё всплывут. И только после опроса приступила к обстоятельному ощупыванию и осмотру. Очень осторожному, издалека, надеясь сперва оценить организм на всяческие недоразумения, инфекции, сбои и прочее, а уже потом собираясь применить пресловутую магию.

Вот на этом-то этапе и обнаружила назревающую проблемку.

Она промолчала об увиденном, и только вечером, когда владелец дома вернулся с работы, попросила возможности с ним пообщаться наедине. Тот нахмурился, но согласился.

— Рассказывайте, — пригласил он, едва захлопнул за собой дверь кабинета. Заметно было, что из рабочего режима до сих пор не вышел. Серьёзный мужик, в его канцелярии с ним определённо должны считаться. Внушает.

— Я обследовала вашу супругу. И, думаю, могу предположить, почему ей не удаётся выносить ребёнка. Каждый раз у вашей жены были многоплодные беременности, а вынашивать такие в принципе намного сложнее. Ваша супруга не отличается крепким здоровьем. Выносить двойню, а тем более тройню ей попросту не под силу. К тому же, чувствуется слабость шейки матки… — Лара кивнула собственной мысли и посмотрела на Оитела. — Вероятно, в этом и дело. Значимых проблем в организме я не увидела, но матка… Простите… Особенности организма не позволяют вашей жене справиться.

— И что скажете насчёт теперешней беременности?

Лара потупилась.

— Боюсь… Госпожа Дария ждёт четверню.

— Что-о?!

— Четверо детей. Разноплодная пара: два мальчика и две девочки. Четверняшки. — Мужчина смотрел на неё почти с ужасом. — Это будет трудно. Но у меня есть одна идея, как можно помочь вашей супруге. Я не даю никакой гарантии, однако попытаюсь…

— Попытайтесь! — Сведёнными губами вымолвил мужчина. — Хотя бы просто попытайтесь! Умоляю вас, во имя Неба и Всевеликой магии! Спасите моих деток!

— Я сделаю всё возможно, будьте уверены. Но вы же понимаете, никаких гарантий вам никто не даст…

— Я знаю! Однако даже попытка!.. Прошу вас! Что угодно!..

— Обещаю — попробую.

— Что требуется? — деловито уточнил он.

— Пока ничего. — Качнула головой. — Посмотрим. Вы мне пока обеспечили всё необходимое. Я вашей супруге не сообщила о проблеме, ну, и вы не говорите. Расскажем тогда, когда преждевременные роды уже не будут опасны для женщины и ребёнка.

— А это когда?

— Ну, неделе на тридцать второй — тридцать третьей. Хотя бы на тридцатой. Но лучше позже.

— А сейчас какая?

— Двенадцатая, — со вздохом призналась Лара. — Не волнуйте вашу жену, ничем. Постарайтесь. Она должна быть спокойна, и я постараюсь убедить её больше лежать. Вы лучше каждое утро рассказывайте, куда направляетесь и когда вернётесь. Присылайте ей записки, если будете подозревать, что задержитесь. Может, она и станет отмахиваться, отнекиваться, посмеиваться — но поверьте, лучше знать, чем мучиться сомнениями.

— Понял. Сделаю.

— Постарайтесь быть ласковее, внимательнее. И терпеливее. А в остальном я всё разъясню прислуге. Какую еду подавать, когда гулять, как поддерживать чистоту в спальне хозяйки…

— Буду вам чрезвычайно признателен! Если только на что-нибудь потребуются средства, немедленно дайте мне знать!

Лара и сама сомневалась, получится ли у неё. Но шальная идея уже захватила воображение. В чём проблема при многоплодной беременности? А в том, что организм матери вообще не предназначен для вынашивания такой толпы будущих младенцев! Он рассчитан на одного малыша. Максимум — на двоих!

Ну, для начала можно попробовать магически расширить пространство матки под нужды четырёх деток, чтоб они друг другу не мешали, чтоб не путались в пуповинах и при этом не изводили матушку. Потом пересмотреть возможности организма несчастной женщины и прикинуть, что можно будет подать со стороны, магически, либо же чародейскими методами облегчить ей переработку питательных веществ под нужды поганцев, которые и не намерены маму жалеть. Увы, дети, зреющие в организме матери, выцеживают буквально всё, что им требуется, не считаясь с её возможностями, хоть, может, и желали бы. И тут остаётся вариант лишь поддержать будущую роженицу в её тяготах, других не остаётся.

Тут Лара взялась за дело с увлечением. Для начала она пересмотрела рацион будущей мамочки, постаралась добиться того, чтоб яства, подаваемые на её стол, были и полезны, и лакомы в одно и то же время (омерзительные на вкус полезности женщина просто не сможет в достаточных количествах протолкнуть в себя). А потом приступила к магическим экспериментам.

И к собственному удивлению убедилась, что создать что-то наподобие магически расширенного пространства в теле женщины ей вполне под силу. По крайней мере, в этот раз получилось. Зародыши удобно распределились по новой территории, плаценты тоже умно расповсюдились, и, хотя Ларе пришлось здорово помудрить, чтоб каждую из них «подключить» к источнику насыщенной ценными веществами крови, она осталась довольна. Несчастную супругу чиновника с каждым днём мучил всё более жёсткий голод, приходилось её утешать, что всё хорошо, пусть она не волнуется и кушает что подают, а ещё подпитывать магической энергией. Женщина с надеждой поглядывала на Лару и наворачивала дополнительную порцию рыбки, индейки или фруктового салатика.

Она удивлялась тому, как хорошо — против ожиданий — себя чувствует. Лара же продолжала её обследовать, всё гадая, в чём же действительно могла быть основная причина её неудач. Конечно, есть вероятность, что это лишь цепь совпадений, и в каждом случае фактор был свой. К тому же, строго говоря, три раза, учитывая длительность беременности как таковой, возникновение непредвиденных обстоятельств было вполне возможно.

Но какой смысл исходить из принципа случайности? Надо было искать закономерность.

Ей даже удалось более или менее приблизительно определить, что оба супруга резус-положительны (по крайней мере, у неё сложилось впечатление, что строение эритроцита у обоих соответствующее), то есть резус-конфликт определённо не присутствует. Инфекции? Их признаков Лара не нашла, хотя пациентка, пусть и не сразу, и не без усилий, но всё же дала осмотреть себя буквально полностью и везде. И не только магически, но и обычным для Лары способом.

Над результатами всех этих исследований она качала головой. Вроде бы, строение органов правильное, щитовидная железа в норме, патологий серьёзных нет. Правда, шейка матки обеспокоила, она может оказаться слабой, но это будет видно в будущем. И если предположение верное, то, в принципе, оно может всё объяснить. Ведь у дамы все три раза были многоплодные беременности. Тогда понятно, почему они срывались на этапе, когда живот начинал давить хоть сколько-нибудь серьёзно.

Ну, шейку можно будет попытаться укрепить. Маг она или не маг. Справится.

— Так удивительно, — сказала ей Дария. — Меня даже тошнота не мучает. А уже должна бы!

— Совсем никаких признаков токсикоза? Ну, этого раннего недомогания беременных?

— Разве что лёгкая дурнота и головокружение по утрам. А ещё есть неприятие некоторых блюд, которые мне раньше нравились. Или вот запечённые перцы я прежде не терпела, а сейчас… — Хозяйка дома с удовольствием подцепила вилочкой ломтик печёного перца, украшающий кусок омлета. — Сейчас — наоборот.

— Это хорошо. — Лара кивнула. — Полное отсутствие токсикоза тоже не очень хорошо. Его присутствие показывает, что беременность развивается, пока шевелений малыша мать ещё не ощущает. Конечно, в нашем с вами случае это было бы не страшно. Я ведь слушаю сердцебиение каждое утро. Да и состояние я вам стараюсь облегчать. Но не хотелось бы перестараться.

— Мой супруг как знал, что ваше присутствие решит все проблемы! — счастливо воскликнула женщина. — Само провидение послало вас к нам!

И Лара не стала с ней спорить. Пусть лучше пациентка верит в её чудодейственные умения — спокойнее будет и с большей вероятностью выносит.

Время шло, малыши подрастали, начинали дрыгаться, и, выслушивая их пульс, рассматривая, как они развиваются, как движутся в утробе матери, Лара убеждалась, что все четверо, похоже, здоровы. Она не была мастером определять генетические мутации, скажем так, на глаз, но, по крайней мере, детские органы, похоже, усложнялись точно по графику. Даже органы девочек.

Малыши сосуществовали в маме вполне мирно, лишь изредка пинали друг друга и получали сдачу. Им было просторно — не сравнишь с условиями жизни в обычном случае, без вмешательства магии, когда четверняшки сосуществуют, как шпротинки в банке, только живые. Обследуя их почти каждый день, Лара старалась успокаивать их прикосновением своей мысли, мол, всё хорошо, всё спокойно, мама вас очень ждёт и любит. Ей казалось, крохи прислушиваются, даже замирают, внимая её внушению. Иллюзия, конечно, быть такого не может.

Но как же они похожи на настоящих малышей… Тянутся, ножками шевелят, изгибаются, прижимая ладошки к личику, разевая ротик, словно бы зевая. Даже заметны рёбрышки — словно у настоящих, сформировавшихся деток. Да, собственно, уже пятнадцатая неделя, четвёртый месяц беременности. Ничего удивительного. У малюток уже и слух формируется, и внутренние признаки пола, и нервная система, и мозг — потихоньку, но верным путём.

Разглядывая пациентку, Лара постоянно держала в голове, что её нужно каким угодно образом дотягивать до тридцатой недели. Кстати, ещё три недели, и её придётся проверять бдительнее и хранить старательнее. Девятнадцатая неделя — опасный рубеж, дополнительные исследования вроде допплерографии Лара магическим способом не сделает. В общем, нужно будет как-то убедить женщину больше лежать, отдыхать. И уже в постели дожидаться родов.

Будущая мамочка была удивлена просьбой, даже попыталась спорить:

— Но я же прекрасно себя чувствую!

— Вот чтоб и дальше было прекрасно.

— Но ведь я ослабею. А как же рожать?

— Это вы правильно сообразили. — Лара одобрительно покивала. — Но мы с вами начнём расхаживаться на сроке, когда роды уже будут безопасны для… для малыша. Уверена, мы успеем укрепить нужные мышцы.

— А если делать упражнения лёжа?

— Нет! Тут смысл именно в том, чтоб мышцы не напрягались и случайно не спровоцировали родовую деятельность. Понимаете?

— О… Хорошо, я поняла. А как же дом? Ведь за всем нужно присматривать.

— Часть работы смогу выполнять я. А часть и вовсе подождёт.

— А вы согласитесь?.. Спасибо. Как жаль, что я не успела подобрать мебель и приданое для крохи. Всё тянула, а теперь, получается, и не смогу, раз буду лежать в постели?

— Согласитесь, лучше заполучить здорового и живого младенца, пусть даже придётся в первую ночь положить его спать в корзинку, завёрнутым в отцовскую рубашку, чем не заполучить его вовсе.

— Тут вы правы. — Дария загадочно улыбнулась. — В отцовскую рубашку… Как это было бы мило.

— Когда-то у меня на родине именно так и делали: новорожденного обязательно заворачивали в старую отцовскую рубашку в первый день его жизни на свете. Чтоб отцовская одежда, отцовский запах, энергетика защитили младенца и познакомили его с папой. Ведь с мамой ребёнок знаком с момента зачатия, а вот отца узнаёт, лишь родившись.

— Правда? Какой интересный обряд. А ведь вы правы! Кроху надо будет как можно скорее познакомить с отцом, и его рубашка — это отличный способ. — И женщина погрузилась в мечтательные размышления о приятном будущем.

А Лара мысленно выдохнула. Пациентку удалось успокоить и при этом добиться своего. Теперь ей предстояло осваивать работу местных хозяек — наблюдать за кухаркой и двумя горничными, следить за тем, какие припасы доставляют в дом, достаточно ли их и не упущено ли что-нибудь. Оказалось, что мало лишь внимательно надзирать и считать. Требовалось ещё выяснить, как готовятся любимые блюда хозяина дома и полезные угощения для хозяйки, чтоб проследить за соблюдением всех правил и мелочей, оценить, как выглядит дом и как он должен смотреться, как надлежит встречать посетителей… Да много что!

«Ладно, не вредно, — успокаивала себя Лара. — Мне тут предстоит жить. Когда-нибудь вести и собственный дом. А значит, стоит усвоить это дело не только на уровне замка и герцогства, но и на уровне обычного городского особняка».

Эйтал Миэр

— Уже почти три месяца прошло, — шипел принц в лицо главе службы безопасности. — И ни единого следа? Чем ваши люди вообще занимаются?

Но тот не дрогнул ни на миг. Сигред Кёдан и так бы держался до последнего, даже если бы поблизости не было самого императора, под взглядом которого высшему чиновнику дрогнуть и вовсе уж как-то стыдно. Да и опасно. А ну как признает профнепригодным.

С другой стороны, на этой должности уже больше десяти лет находился человек, который в принципе предпочитал держаться бестрепетно в любых обстоятельствах. Причём именно человек, ни единой капли дракской крови в его жилах не текло. Аристократом по рождению он не был, но, если дальше так пойдёт, получит титул в дар от государя. И заслуженно. Хватка у него была стальная.

И сейчас он одним взглядом одёрнул принца, как бы напомнив, что не дело так разговаривать с профессионалом, который знает своё ремесло и, уж конечно, умеет заставить подчинённых трудиться как следует. Если нужно. И коль результат нулевой, значит, таковы обстоятельства. Их можно только принять. Ну, или предложить какой-то оригинальный выход из положения, до которого не додумался целый департамент безопасников.

Эйтал даже в своём «встрёпанном» состоянии понимал, что подобной идеи не родит при всём желании. Любые планы поисков, которые он выдавал, уже были опробованы. Лара словно в воздухе растворилась. Ни единого подозрительного слуха из чьего-либо замка, ни единого следа. Пока сумели только определить, кто в Аптере продался ненавистникам королевской семьи и открыл заднюю калитку, чтоб впустить наёмников. Параллельно смогли успешно расследовать два похищения высокородных девиц и одно убийство, но это совсем другое…

Ему нужна была жена. Шли недели, они складывались в месяцы, и мужчина вдруг с ужасом осознал, что перспектива жить как-то дальше без супруги его совершенно не радует. И дело совсем не в том, что он, желавший всё-таки обрести полноценную семью, снова остался один. По идее можно собрать энергию, провести ещё один обряд, призвать другую иномирянку… Но нет. Не надо. Не нужно другой. Нужна эта, пусть и с дурным характером (хоть доказательств тому нет) и с дурными наклонностями (хоть пока вела себя образцово), пусть склонную к скандалам (но до сей поры ни одного скандала не закатила) и не знающую этикета. Ну и бес с ним. Даже её, Ларины, повадки простолюдинки его умиляют сейчас.

Ему снилась её податливость, в которой чувствовались сомнения, стеснение, задумчивость… И всё равно она уступала ему, признавала его главенство в ходе событий. Их женщины вели себя более властно, более напористо. И она ни разу ни словом, ни жестом, ни мимикой не указала ему на то, что он урод. Она общалась с ним так, словно он совершенно ничем не отличается от других аристократов своего круга, словно она и не видела, как выглядят его братья и их приближённые.

Её спокойный, без внутренней принуждённости взгляд снился ему по ночам. Он когда-то мечтал, чтоб на него смотрели так, как смотрела Лара — будто на обычного драка их семьи, ничем не отличающегося от других. А когда жил с ней в супружестве, не ценил, совершенно утонул в своих подозрениях, в готовности выслеживать и истреблять её любовников. В желании уличить женщину в недостойном поведении.

Разве так правильно поступать? Его жена как минимум заслуживала кредита доверия. Он сам вправе был негласно приглядывать за её поведением, но пока ни единого бесчестного поступка она не совершила, он обязан был верить в её кристальную чистоту и относиться к ней как к безупречной жене. И даже намёк на попрёки — это позорно.

А он себе их позволил. Причём супруга отреагировала очень тихо. Лишь со сдержанностью указала, что так поступать не следует, и сразу ушла от конфликта. Это ли не доказательство, что она обладает чудным характером!

Как же он по ней скучает. И не только он — в замках, где Ларе случилось пожить, тоже все приуныли и с нетерпением прислушиваются к новостям. Слугам и податным крестьянам новая хозяйка пришлась по вкусу. Разве это не лишнее свидетельство, что ему повезло с женой? Разве не об этом он мечтал?

Эйтал тосковал, понимая, что, получив своё счастье, по собственной глупости толком его не распробовал. А что сейчас? Удастся ли её вернуть? И какой она вернётся? А что если плен оставит её искалеченной? И ладно если телесно — печальный, но решаемый исход. А если духовно? Если бедняжку сломают, и не получится уже ничего исправить? Он, конечно, будет заботиться о ней и постарается устроить как можно удобнее. Но если Лары не станет фактически, даже если она выживет физически, это же будет просто ужасно!

— Прошу, брат, хватит давить моего безопасника, — сказал король. — Вот-вот драконом обернёшься и задавишь своим весом. Он мне так-то ценен. Пригодится ещё.

— Я всего лишь хочу отыскать жену.

— Крики в адрес службы безопасности — не то, что может помочь в поисках.

— По всякому бывает, — сумрачно упёрся Эйтал. — Три месяца прошло! За это время с ней могли сделать всё что угодно.

— Однако её высочество жива, — сдержанно ответил Сигред, словно на него только что и не пытались по-императорски наезжать. — Уже это внушает надежду на лучшее. Мои люди предложили на рассмотрение и ещё один вариант: сударыня ведь иномирянка. Она родом из немагического мира. Вероятно, с дремлющими магическими возможностями. Злоумышленники могли заинтересоваться именно этими её дарами.

— Ты намекаешь, что мою жену могут использовать в магических экспериментах? — взревел принц.

— Я надеюсь, вреда принцессе не причинят. Просто брать энергию у её высочества — слишком простой путь, да и вряд ли её высочество выжила бы три месяца. Видимо, речь не об энергетическом отъёме.

— Считаешь, такое предположение меня успокоит?

— Уверен, что нет, — снова вмешался правитель. — Но хватит. Ради твоей семьи я отправил послов в Высокогорье, к правящим драконам. Они уже пообещали прислать его высочество Кристального Иоиля для переговоров. У них в роду есть драк, одарённый поисковой магией. Если нам по плечу будет плата за такую услугу, я к ней прибегну.

Эйтал нахмурился.

— Чего нам будет стоить содействие соседей?

— Полагаю, дорого. — Король поморщился. — Но нам так или иначе придётся с ними договариваться. Ты же знаешь, что у соседнего материка теперь два божественных средоточия, так что со стабильностью магии у них теперь проблем нет. И не будет. Поэтому всё равно придётся договариваться с ними, пока объединённые силы двух, а то и трёх государств не придут завоёвывать нас.

— Предполагаешь, такое возможно?

— Подобное всегда возможно, и не в нашем положении отбрасывать такую вероятность. Нам нужны добрые отношения с усилившимися соседями, это безусловно. Но если раньше я собирался вести разговор только о торговле, теперь придётся просить. Увы, не очень хороший вариант, но иначе нельзя. Мы должны вернуть твою жену, особенно если худшие твои предположения окажутся правдой, и речь именно о злоумышлении против королевской семьи. — Король хмурился.

— Государь, я полагаю, нашим дипломатам стоит сперва поинтересоваться возможностями Кристального рода и желательно подвести разговор к тому, чтоб соседи сами предложили помощь, — вставил безопасник.

Его величество Ариавальд лишь вздохнул.

— Если б всё было так просто. Во-первых, с ходу даже намекать на то, что у моего брата смогли украсть жену, означает сразу потерять репутацию. А во-вторых, слава о Кристальном Иоиле идёт впереди него. Такого дипломата не обыграешь.

— Здесь можно поднять вопрос перехода иномирянок в наш мир. Подозреваю, Высокогорье очень заинтересовано в вопросе. Их королева-феникс — изначально иномирянка. Супруга принца Иоиля — тоже.

— Это так?

— Именно так. Мы всё проверили. Её для себя вызывал некий архимаг с Равнины. Он зачем-то обратил её в рабство, и тут службы правопорядка вцепились в него намертво. Приятно убеждаться, что наши соседи столь скрупулёзно блюдут собственные законы.

— Да, похвально…

— Уверен, там у них есть и ещё иномирянки. Так что этим вопросом они могут быть заинтересованы едва ли не больше нас. Можно предложить обсудить этот вопрос и так вывести на интересующую нас проблему.

— Рабочий вариант… Предложу своим дипломатам проработать и твоё предложение. Пусть ориентируются по ситуации. И подготовь для них всю информацию, которую удалось добыть касательно второго божественного средоточия, они должны быть в курсе. Тоже какое-то Древо, так?

— Всё так, государь. Снежное Древо. Им управляет женщина. Супруга Кристального Иоиля.

— Принцесса?

— Иномирянка.

— Та-ак! А у нас кто это знает?

— За своих я могу ручаться, из моего департамента сведения не могли утечь, — прохладно сказал Сигред. — Но дело в том, что на самой Равнине эта информация не скрывается. Так что она могла прийти в королевство с кем угодно из торговцев, путешественников и даже паломников.

— То есть знать такую милую деталь может буквально любой. — Король покосился на Эйтала. — Ты не замечал у жены особых способностей к магии?

— Только в том, что близкое общение с ней мне давало дополнительные силы, — слегка побагровел принц. Говорить об этом было неловко, однако что такое «надо», он знал. А тут именно «надо».

— Любопытно…

— Иномирянки развивают свои способности постепенно. И у каждой свой путь приумножения магической власти, — мягко напомнил безопасник.

— Даже если у принцессы и нет другого дара, кроме… кхм… похитители могут считать, что другие таланты просто не открылись. Я понял. Что ж, тем больше у нас причин бороться за твою Лару, брат. Я имею в виду — с точки зрения интересов государства. Может быть, как только мы её вернём, так и разгадаем заговор, если он имеется.

— Я бы пока исходил именно из того, что заговор есть, ваше величество. — Сигред был невозмутим. — Младшего брата его величества обычно не пытаются убить при помощи артефакта масштабного действия только потому, что он кому-нибудь на ногу наступил или криво посмотрел. Прошу прощения, ваше высочество…

— Ты и должен смотреть на происходящее как на проявления заговора. Работа у тебя такая. Вот и действуй дальше.

— Безусловно, ваше величество.

— А мы будем готовиться к прибытию посольства из Высокогорья. Когда они прибудут?

— Через три дня, ваше величество. Не ошибусь, если предположу, что всё уже готово.

— Брат, я хочу, чтоб ты ещё раз проверил магические узлы у побережья. Мы не можем показать соседу свою магическую слабость, ты ведь понимаешь.

— Понимаю. — Эйтал лишь пожал плечами.

Он уже прикидывал, куда помчится верхами первым делом. Там провозится не меньше суток, дальше попытается поставить переход в ключевую отдалённую точку, и если всё получится, то он не только успеет всё поправить, но и проверит систему на работоспособность. А если нет, то все трое суток придётся отбивать зад в седле.

Но это нужно. Надежда в скором времени отыскать супругу обретала хоть какие-то зримые черты. Вроде бы, у Кристальной правящей семьи однажды похитили и держали в плену молодую девушку, сестру теперешнего правителя. Искали её долго, но в конце концов нашли, причём целую и невредимую. Так что опыт у семейства есть. И если драконы согласятся помочь…

Надо, чтоб согласились.

Эйтал Миэр

Церемония встречи посольства из Высокогорья затянулась. Приветствовали все братья, даже Райнер, хотя главнокомандующий в принципе редко «предавался политике», как он сам это называл. Но тут событие было слишком важным. Поэтому у благополучно открытого перехода (Эйталу пришлось повозиться, но он справился, всё успел сделать и даже немного подремал, чтоб не представать перед гостями уж совсем-то в образе выжатой тряпки) ждала вся императорская семья и все приближённые императора.

Представители посольства выглядели живописно. Драки Высокогорья оказались лишь чуть более смуглы, чем обитатели их государства, но при этом черты их лиц казались подчёркнуто восточными. У принца, возглавлявшего посольство, была великолепная причёска из десятка длинных чёрных кос, перехваченных золотыми кольцами — было бы, наверное, забавно на любом другом мужчине, но тут смотрелось очень органично. Остальные драки тоже были причудливо заплетены, но поскромнее и без такого обилия золота. И одеты в наряды, в которых обычно ходят степняки да пустынники — запашные мягкие рубашки, длинные роскошные халаты, перепоясанные золотом, высокие сапоги. И множество украшений.

— Вот этот, с косами — и есть дракон, — пробормотал брату Ульрих. Он хоть и был премьер-министром, но в дипломатии преуспел чуть ли не больше всех братьев, даже старшего, правящего. Так что ему предстояло принять самое живое участие в переговорах.

— Интересно, им такие причёски воевать-то не мешают? — процедил в ответ Эйтал.

— Он же дракон, что ему вообще может помешать в бою?

«Тоже верно», — подумал принц, с большим интересом приглядываясь к гостю.

На первый взгляд — драк как драк. От человека мало чем отличается, разница будет заметна, если взглянуть на энергетику. Да, крепкий, основательный, заметно, что, скорее всего, очень сильный. Ну, так среди драков такие бывают, а королевская семья Высокогорья всегда гордилась могучими мужчинами и красивыми женщинами.

Но стоило присмотреться к его магии, и всё сразу стало понятно. Могущество волнами перекатывалось в нём, даже непонятно, как можно будет стоять рядом с ним — не придавит ли, не обожжёт ли. Принц с мягкой улыбкой посмотрел на Эйтала, и тому показалось, будто гость без труда читает его мысли на свой счёт. Вряд ли, конечно. Но по взгляду понятно, что иноземный принц — действительно опытный и знающий дипломат.

Может, оно и к лучшему. Да, обыграть его не получится, но подобные люди всегда действуют по правилам и не упрутся рогом лишь из одной природной злобности или желания навредить. Для них на первом месте дело, выгода, успех переговоров. И это уже многое.

Любезно поприветствовал кристального дракона и отступил в сторону, готовясь занять своё место в свите короля. Теперь предстояла церемония вручения верительных грамот, а дальше он будет свободен до самого вечера, до приветственного ужина. Трудно было сказать, сколько по времени продлится визит — обсуждать предстояло многое. Но первые три дня были прописаны чуть ли не по минутам.

Наблюдая за спутниками Иоиля и им самим, Эйтал пытался понять, смог бы дракон сам отыскать его жену. Вряд ли. А свою смог бы? Если бы соседи подсказали ему, как возможно обрести дракона с помощью иномирянки, он бы попытался точно. Но чёрта с два королевская семья Высокогорья станет делиться с ним настолько ценной информацией. В самом королевстве по слухам всего четверо истинных драконов, причём двое из них — совсем малыши, они уже родились драконами и от дракона. Наследники короля Ария, его сын и дочь-младенец.

Драконы для их мира, уже и позабывшего, как те выглядят и внешне, и энергетически, нечто совершенно новое. И неудивительно, что церемония собрала буквально всех, кто имел право на ней присутствовать, а снаружи терпеливо толокся народ. Может, надеялся, что прибывший гость соизволит продемонстрировать свой драконий облик? Ну, пусть надеются.

Эйтал, пожалуй, был единственным, кого ни церемония, ни драконий облик не интересовали. Он с нетерпением ждал разговора братьев с Иоилем о поисках своей жены. И ведь точно знал, что он не случится сегодня. И даже не завтра. Но справиться с собой не мог. Нетерпение истязало его без всякого сочувствия. Если б была возможность дожидаться исхода переговоров под дверьми большого королевского кабинета, он бы там и торчал. До упора.

Но выставлять себя в дурацком свете было так же немыслимо и опасно, как и показывать чрезмерную заинтересованность в помощи соседей.

Вот только нетерпение никуда не денешь. И когда три дня закрытых переговоров — и дипломатических групп, и даже короля и принца наедине — минули, Эйтал не выдержал, вцепился в брата. А это удалось далеко не сразу, потому что государя постоянно окружали чиновники, секретари, приближённые или гости. Собственно, в эти дни даже с супругой наедине он оставался лишь глубокой ночью, когда, можно подозревать, способен был лишь рухнуть на постель и изобразить неживой предмет.

Но всё же принцу удалось.

— Толком не обсуждал. — Король лишь мотнул головой. Он сразу понял, что брат от него желает, и зря тратить время не стал. — И не следует так на меня смотреть! Подозреваю, мне возвращение твоей жены домой нужно даже больше, чем тебе самому!

— Ты шутишь, я надеюсь? — рыкнул Эйтал.

— А похоже? Ты не особенно-то баловал её своим вниманием, когда вы жили вместе. Мне ведь представили полные сведения. — Ариавальд посмотрел довольно-таки сурово. — В том числе и подробности вашей супружеской жизни.

— В чём ты сейчас меня обвиняешь? Я ничего лишнего себе не позволил!

— Просто был с ней холоден и надменен. Таково мнение прислуги и твоих людей, то же самое мне сказал и Райнер. Вот и вопрос — если там, куда её похитили, Ларе предложат другого мужа, откажется ли она? Или у похитителя будет шанс её соблазнить?

Эйтал скрипнул зубами.

— Ты считаешь…

— Кристальный предположил и такой вариант. Он сказал, что магу с их материка, если он, скажем, заинтересовался иномирянкой и рискнул украсть её у тебя, куда проще очаровать девушку и уговорить её по доброй воле вступить с ним в брак. И таким способом получить доступ к её магии, какой бы она ни была. Ты о такой возможности не подумал. Признаю — я тоже. — Эйтал не выдержал, рыкнул. — Ну, и смысл сейчас кипятиться? Надо было раньше думать, как заинтересовать собой жену.

— Ты издеваешься? — рявкнул принц. — Чем я могу её заинтересовать? Разве что подарками? Так я их и делал!

— А в бумагах было указано, что она не выказывала отвращения при виде тебя, не укоряла за внешность и не шарахалась.

— Да, верно. Не шарахалась.

— Так, может, стоило воспользоваться уроками гувернёра и продемонстрировать супруге предельную галантность?

Младший брат с раздражением и грустью взглянул на старшего.

— И ты веришь, что это могло дать хоть какой-то результат? То, что моя супруга прекрасно воспитана и сдержанна так, как никакая другая женщина, не меняет того, что я уродлив.

— Вот! Ты сам признаёшь её воспитание, сдержанность, другие достоинства. Мог бы почаще ей об этом говорить. Но, насколько знаю, ты не тратил на это время.

— Я признаю, виноват.

Король качнул головой.

— Если мы вернём её, постарайся лучше. Эта иномирянка определённо будет полезна семье. Мне понравилось то, что о ней сообщили, даже её увлечения милы и вполне подобают даме королевского рода. Кулинария, выращивание растений, интерес к обрядам простолюдинов — как любопытно… Достойная девушка, достойный член правящей семьи. И да — Кристальный принц согласился поговорить с тобой о твоей супруге и, возможно, подсказать что-то. Речь о том, что если твою жену перевезли через океан, Высокогорье и Равнина готовы помочь в её поисках.

— Значит, он всё-таки согласился?

— Я же говорю — он намерен обсудить всё именно с тобой как с супругом Лары. Так у них принято. Поэтому сейчас — на инструктаж к Ульриху и дипломатам, а потом у тебя закрытая встреча с послом. И прошу — будь внимателен к тому, что говоришь.

— Я помню, — огрызнулся Эйтал.

Но мысленно согласился, что предупреждение брата разумное. Если Иоиль хорош в дипломатии, он может выдавить из неопытного в политике члена императорской семьи какие-нибудь обещания. Старший брат сумеет от них уйти, но чего это будет стоит! Представители правящего Дома обязаны не создавать проблем роду, это принц с детства усвоил очень хорошо.

Иоиль был поистине безупречен. В каждом его движении, каждом сокращении мышц, каждом взгляде ощущалась порода, воспитание, абсолютное владение собой, своими чувствами, мыслями, действиями. Ему не стоило большого труда вынудить собеседника опасаться разговора с ним, но спустя несколько фраз он дал понять, что приглашает к спокойной, свободной беседе. И это стало подлинным облегчением. Потому что принц даже не погнушался помочь собеседнику подсказкой:

— Новости до наших краёв добираются с большим запозданием, — сказал Кристальный. — Моя супруга очень обеспокоилась новостью, что в вашем государстве появилась девушка-иномирянка из немагического мира, как и она сама.

— Всё верно. Моя супруга — из другого мира, лишённого магии.

— Но она не лишена дара сама?

— Верно. — Эйтал задумчиво смотрел на собеседника, гадая, что тот пытается вызнать. — Однако она его не проявляет. Лишь, скажем так, поддерживает меня.

— Вы уверены в своём решении? — Принц поднял брови. — Отсутствие обучения может плохо сказаться на иномирянке, которая обладает способностями, но никак не пытается ими овладеть и их совершенствовать.

— Я не знаю. Как только её удастся вернуть, мы сможем обратиться к чародеям-преподавателям. Но раньше просто не приходило в голову, да и жена не поднимала вопрос.

Иоиль кивнул.

— Да, ваш брат сообщил о беде, случившейся в правящем семействе. У вас же были предположения, кто может быть причастен? И никаких зацепок?.. Странно. Я согласен с его величеством, что похищение принцессы — лишь симптом серьёзного заговора.

«Он выкрутился, — подумал Эйтал. И даже восхитился правящим братом. — Сделал всё, чтоб речь шла не о персональной проблеме его брата, а о какой-то абстрактной проблеме династии в целом. Это выглядит куда солиднее, чем на самом деле, стоит отдать ему должное. Даже не стыдно в таком признаться по закрытым каналам».

— Да, понимаю.

— Странно лишь то, что заговор, будучи переведён в статус действующего, так себя и не обозначил. Следует отдать должное заговорщикам. — Принц-дракон обеспокоенно качнул головой. — Искусность и продуманность задумки вызывает беспокойство.

— Вам бы хотелось поучаствовать в расследовании?

— Мы не вмешиваемся в дела соседних государств.

— И всё же?

— Признаю, поиски вашей супруги заинтересуют нас, особенно если наше государство или же наш ближайший сосед в этом косвенно виноват. Мы не позволим никому из наших граждан вести себя подобным образом в отношении женщины. — Иоиль посмотрел остро. — Но я хотел бы предупредить, если позволите. Если девушка отыщется на наших землях, ей будет задан вопрос, желает ли она вернуться к вам. И если она откажется, неволить её никто не станет. Это не соответствует нашим традициям и законам.

Эйтал содрогнулся.

— Но мне позволят с ней поговорить?

— Безусловно, ваше высочество.

— Я хотел бы быть уверен, что с ней всё хорошо. Это единственное, что меня по-настоящему беспокоит. — Он сдержал порывистый вздох. Нельзя было показать свою уязвимость. — Я боюсь за жену.

Принц посмотрел с искренним беспокойством.

— Именно состояние жены вас больше всего волнует?

— Поверьте, так и есть.

— Непросто выяснить всё как есть… Но признаюсь: моя супруга обладает способностями, позволяющими иной раз взглянуть сквозь пространство, а иногда сквозь время. Не уверен, что можно будет доставить её сюда. — Он демонстративно задумался.

Ну разумеется, вот он, торг, которому предстояло начаться. Иными разговоры с дипломатами и не бывают. Эйтал даже вздохнул с облегчением. Уже запоздало сообразил, что его промах может быть использован. Но что уж. Как есть, так есть.

— Если бы я мог компенсировать вашей супруге такое тяжкое и долгое путешествие, я с радостью пошёл бы на это. Если бы только она захотела помочь моей жене!.. Меня очень беспокоит её благополучие.

Кристальный принц посмотрел вдумчиво.

— Я поговорю с женой. Уверен, она пойдёт вам навстречу, она чрезвычайно чувствительна. Но, возможно, её просьбы относительно всей этой ситуации могут показаться вам значимыми…

— Я готов!

— Я рад. — Принц мягко улыбнулся. — Думаю, где-нибудь через месяц она сможет быть здесь.

— Только через месяц?

— Что ж поделать, у нас совсем недавно родилась дочь, молодой матери нелегко собираться в поездку и тем более путешествовать.

— Позвольте поздравить вас с рождением дочери. Это большая радость!

— Благодарю. Согласен.

— Возможно, я смогу помочь с возведением перехода?

— Вы же знаете, возводить переходы через океан не получится. Будет хорошо, если вы сможете встретить нас с супругой на побережье.

— Безусловно, я встречу, — поспешил Эйтал. В такой ситуации попробуй откажи.

В его сердце постепенно загоралась надежда.

Кристальный Иоиль, принц Высокогорья

Как только его корабль добрался до побережья, принц сразу встал на крыло. Стартовал бы и с палубы, но рисковать судном и командой было бы неправильно. Фрегат не был рассчитан на вес дракона и тем более его взлёт, запросто мог опрокинуться.

До семейного особняка в предгорье он долетел всего за пару часов, хоть слегка и утомился. Поддерживать выбранную скорость можно было лишь с помощью магии, и он наслаждался такой возможностью, даже если потом ощущал себя выжатым. Ну и что! Хоть и выжат, зато счастлив.

Магия, с которой он был рождён, оставила его в младенчестве, причиной тут было недомогание матери, беда, которая приключилась с её энергетикой. Она после того случая смогла подарить жизнь ещё двум детям и даже наделила их способностями к чародейству, а вот Иоиль так и остался бессильным. В детстве он не вполне осознавал этого, а когда всё же до него дошла его откровенная ущербность, он испытал настоящую боль. Да и кто бы не испытал. Быть «пустым» в мире чародеев, сильных и слабых, одарённых тем или этим, смотреть как на прозрачный воздух на любые, самые затейливые воплощённые магические структуры…

Унизительно.

Единственная мысль посетила тогда принца — зачем жить? К чему тянуть эту постылую лямку, быть посмешищем для каждого в семье и даже в государстве? Был бы он ещё чадом какого-нибудь ремесленника или торговца, обошлось бы малой кровью. Он стал бы укором и стыдным напоминанием о неудаче только для отца да матери. А так? А так он на глазах у всех драков, и о его позоре никогда не забудут.

Лучше смерть.

Иоиль долго сидел на краю террасы над пропастью, собираясь с духом, чтоб прыгнуть вниз. И настолько погрузился в свои тягостные мысли, что не сразу обратил внимание — он больше не один. Крепкая рука отца-короля ухватила его за ворот охабня, заодно сгребла и рубашку, стиснула так, что не дёрнешься, потянула резко, аж пояс подскочил подмышки.

Последовавший разговор оказался долгим, тягостным и колким, как хвоя, оказавшаяся под голыми ступнями. И батюшка говорил не только о долге представителей Кристального рода перед королевством. Отнюдь. Он заговорил о власти и долго рассказывал сыну о её сути, о том, как её достигают, как удерживают и чем платят за неё. А потом обронил мысль, которая поразила мальчика до глубины души — магические способности не определяют ту власть, которой владеет хоть человек, хоть драк. Далеко не всего можно добиться магически. И привёл примеры.

А потом, сведя брови, посоветовал как следует обдумать услышанное. И пообещал, что не расскажет матери о случившемся. Ещё взял с сына клятву, что тот больше никогда не уронит себя и честь Дома таким низким признанием своего полного поражения перед лицом жизни, как желание добровольно уйти из жизни. И растолковал, что подобный шаг оправдан лишь в одном случае — если собственная смерть способна прямо спасти множество других жизней. Но и в этом случае она остаётся слабостью, проигрышем. Не сумел найти другого выхода — значит, проиграл.

Иоиль поклялся. И с того момента погрузился в учёбу так, как никто из его сверстников. Он поверил, что образование сможет указать ему путь к вершинам. Он хотел добиться власти, но не для себя, а чтоб быть полезным для семьи. И когда ему это удалось, когда отец впервые доверил ему вести переговоры и остался полностью доволен результатом, принцу показалось, что тяжкий груз позора осыпался с плеч, освободил его полностью. Он снова был полноценен, крепок и спокоен. Да, лишён магии, но это уже не имело значения. В его руках была сила, и её вожжи он ощущал уверенно, держал твёрдо.

А потом была встреча с Вевеей, его прекрасной женой, было её согласие на брак, чудесная первая их ночь — и вскипевший в нём наутро жар магии, неправдоподобно мощной и прекрасной. Эта магия заставила его совсем по-новому увидеть мир вокруг, распахнула за его спиной крылья и обратила его в дракона. Но — отец был прав! — совершенно не изменила его жизнь. Да, всё произошло именно так, как он об этом мечтал в детстве, по ночам кусая край одеяла, чтоб не позволить себе разрыдаться от обиды на жизнь. Однако даже теперь, когда он способен был управлять энергией мира получше иных других соотечественников, его личное положение и уровень его нынешней власти остались прежними.

Он обратился в дракона, истинного дракона, и благодарить за это нужно было супругу. Но просто благодарить её не хотелось. Иоиль жаждал любить её ещё больше, чем любил сейчас. Если только это будет возможно. Ему тягостно было находиться вдали от неё пусть даже и пару дней, так что сейчас он больше всего хотел поскорее взглянуть на неё хотя бы издали.

Первый, с кем принц столкнулся, был Радиль, раб его жены, влюблённый в неё почти так же глубоко и страстно, как и он сам.

— Ты уже вернулся? — Он нёс в руках стопку детских простынок. — Мы ждали только вечером.

— Захотелось побыстрее. Где Вея?

— Во дворе. Укладывает Анни спать. В этой забавной штуке с колёсами, которую называет коляской.

— А. Действительно забавная игрушка… — Иоиль улыбнулся. — Очень хочу увидеть мою милую. Безумно соскучился.

И поспешил на террасу, которая окружала дом полукругом, так что на задний двор можно было попасть, не заходя в особняк и не натаптывая там грязными сапогами. Конечно, сапоги у принца были не такие уж грязные, но к чему нервировать няню малышки и супругу, которые беспокоились о ребёнке и следили, чтоб вокруг него строго соблюдалась чистота.

Порядок в особняке поддерживали двое слуг, но время от времени родительская тревожность в молодой маме зашкаливала. Она ничего не говорила мужьям, однако невольно морщила нос, если они заходили в личные покои или в детскую в уличной одежде. Да и хождение по особняку в уличной обуви, даже если снаружи было чисто, ей не нравилось. Так что мужья привыкли разуваться. А вот сейчас Иоилю совсем не хотелось вытягивать ноги из замшевого тесного плена, хватать обувь в руки и скакать сквозь холл, гостиную и большую столовую, чтоб потом натягивать всё обратно.

Раз уж этого можно избежать.

Задний дворик при доме был устроен так, чтоб ветер здесь вообще никогда не ощущался. Он был открыт лесу, а справа и слева высились стеной декоративные хвойные, которые отлично защищали от холода и стылых шквалов уютное пространство, вымощенное жёлтой брусчаткой и украшенное клумбами. Имелась здесь и альпийская горка с ручейком и крохотным мостиком — садовник долго не мог понять, чего госпожа от него желает, но когда сообразил, высоко оценил её задумку. Получилось и в самом деле мило.

Поблизости от этой горки как раз и стояла коляска на больших колёсах, а Вея покачивала её за ручку, сама же, присев на скамейку, уткнулась в книгу. Она ни на что вокруг не обращала внимания и выглядела такой умиротворённой, что Иоиль просто залюбовался. Подошёл поближе мягким шагом и нагнулся заглянуть в книгу.

— Магия? Не рановато?

— Ай! — Молодая женщина подскочила на месте. — Напугал! Зачем так подкрадываться?!

— Прости, не удержался.

— Ты приехал! — Книга в момент была отброшена, и Вея повисла у него на шее. — Уже! А я думала, тебе ещё дня два сюда добираться. Не верила Хиреаму, что ты точно будешь сегодня.

— Хир здесь?

— Да, лошадок проезжает, скоро будет.

Принц прижимал жену к себе, с наслаждением вдыхал тонкий аромат её волос и ткани, окутавшей её фигуру. Наряды горничная перекладывала какими-то пахучими травками, и они обретали приятный запах. Сейчас Иоиль от души получал удовольствие от их близости, такой долгожданной и такой мимолётной. Действительно наедине и вблизи друг от друга они останутся только к ночи… Но сейчас хотя бы так.

Он с сожалением разомкнул объятия.

— А как наша принцесса?

— Всё по-старому, — улыбнулась Вея. — Ест и спит. Ей пока ещё не положено что-то большее. Ну, скандалы иногда закатывает.

— Можно её взять на руки?

— Только не сейчас. Пусть спит, только недавно уснула. Потом натетешкаешься ещё. — Она поискала взглядом и замахала няньке, которая как раз выглянула из двери. Та покивала, подхватила свою шаль и заспешила к коляске.

Вевея же потянула принца к особняку.

— Пойдём. Ты же устал. Есть хочешь, да?

— Ну, немного проголодался.

— Поднимись к себе, переоденься, а я как раз всё подготовлю. — И, когда он спустился со второго этажа, освежённый, в домашнем светлом охабне поверх свободной хлопковой одежды и уже без украшений, помахала ему из дверей малой столовой: — Вот тут. Есть гренки с ветчиной, сыром и овощами, пирог, холодное мясо, сырные палочки. И что тебе налить? Чаю? Или морсу?

— Заботишься, — улыбнулся он. — А Радиля позовём?

— Он предпочёл заняться малышкой. Пошёл прогуляться с ней вокруг дома. Так что мы вдвоём.

— Я рад. Садись, сам за тобой поухаживаю. — Иоиль начал выкладывать на её тарелку кусочки мяса и сырные палочки — он знал, что жена это любит. Подвинул к ней поближе соусник.

— Как всё прошло?

— У наших соседей? Неплохо.

— Добился своего?

— Знаешь — да. — Он таинственно улыбнулся. — Но мне нужна будет твоя помощь.

— Моя? — изумилась Вевея. Даже не поверила. — Чем же я могу помочь? Я ж не дипломат. Не политик. Не официальное лицо.

— А тебе и не надо быть дипломатом или официальным лицом. Успех в моём случае заключается в том, что не я обратился с просьбой к королю, а он ко мне.

— «Посмотрите, пожалуйста, состав энергетики нашего королевства»?

— Почти. У принца пропала супруга. Та самая, о которой ты так трогательно расспрашивала. Кто её украл и куда отвёз, неизвестно. Но её муж вне себя от беспокойства, даже терял выдержку, пока обсуждал со мной свою беду. Я обещал, что наша семья попытается помочь, а для этого тебе придётся посмотреть всё на месте и поискать её следы в королевстве. То есть — самое малое — тебя точно туда пустят.

— Но как я смогу? Я ведь не поисковик.

— А ты не можешь попытаться поговорить с Древом об этом? Может, подскажет чего?

Вевея посмотрела растерянно.

— Э-э… Я подумаю, но… Но если отправляться в соседнее государство, то как быть с Анечкой? Она ведь маленькая ещё.

— Отправишься на корабле или же на моей спине, вместе с ребёнком или оставив её здесь на няню — как сама решишь.

— Я ведь кормлю! Какое «оставить»?!

— Всё возможно, родная. Мы всё устроим так, чтоб вам обеим было удобнее.

Она задумалась.

— А ты правда сможешь перенести меня через море?

— Могу. Проблем с полётами над водой не встречал.

— И долго тебе придётся лететь?

— М-м… Часов шестнадцать, я думаю.

— С какой же скоростью ты летаешь?

— С помощью магии могу разогнаться прилично.

— И ты выдержишь такой долгий путь?

— Конечно. И тебя с малышом можно будет разместить с комфортом.

— Ага, представляю себе этот комфорт со сменой пелёнок прямо в воздухе! — Вея закатила глаза. — Или, если малышка останется дома — со сцеживанием прямо в воздухе.

— С чем?.. Но зачем?

— Да я не дотерплю шестнадцать часов! Мне грудь разорвёт от молока! Образно говоря…

— Можно будет попросить у чародеев поработать с детскими пелёнками. — Принц густо покраснел. — Тогда Анни можно будет не перепелёнывать в пути.

— Мда? Хм… А это не вредно для ребёнка?

— Время от времени можно использовать без всякого вреда, я это точно знаю. Интересовался.

— Ла-адно… Тогда я подумаю.

— Не волнуйся. Есть время. И с Агатой обсуди.

— Куда уж без неё…

Вевея обеспокоенно свела бровки. Она говорила, что беспокоится о возможной соотечественнице, оказавшейся в супругах у принца соседской страны. Иоиль не совсем понимал её переживаний, понятно же, что в королевской семье принцу не дадут как попало обращаться с женой, там же всё на виду. Да, конечно, Вею сбивает страшноватая история его старшего брата, Менея, который угробил свою связанную (о чём потом горько жалел). Но ведь в его случае это совсем другая история, Лукина не была его женой, да и о её существовании в семье узнали лишь постфактум, когда бедняжку уже пришлось хоронить.

Но он был готов многое сделать, чтоб успокоить супругу. Тем более что помощь соседской династии в таком деликатном деле будет банально выгодна их государству. И не только потому, что их невольно допустят до магических тайн материка, а значит, будет возможность на месте оценить ситуацию в целом и дальше, если понадобится, предложить варианты решения проблем. Совместные. В вопросах магического бытования мира лучше работать совместно. Ещё и то добавится, что королевская семья соседнего материка окажется обязана Высокогорью. А это дорогого стоит.

— Ты навёл справки об иномирянке?

— Кое-что. Прислуга отзывается о ней хорошо, горничная переживает, супруг тоже очень волнуется. Видимо, девушка приятная в общении и с достойными манерами.

— Она могла от него сбежать?

— Сбежать? От принца? — Иоиль задумался. — Сомневаюсь. Её же искали. Нашли бы, наверное, если бы тут не было хитрого умысла врагов династии и опытных наёмников. Она же толком не освоилась в новом мире, как бы смогла так удачно спрятаться?

— Но точно жива?

— Точно. Запись о браке в храмовой книге на месте, мне показали. Если бы Эйтал стал вдовцом, сама понимаешь, это было бы видно.

— Да… Понимаю. Надо действительно обсудить с Агатой. А потом обратиться к Древу.

— Ты действительно так беспокоишься о девушке?

— Она, возможно, моя соотечественница. Думаешь, я могу о ней не переживать?

— Ну, с супругой Города Порталов ты не сошлась. Хоть она и из одного с тобой мира.

— Да потому что высокомерная дрянь! — вспылила Вея. — И на всех смотрит как на говно… Фуф, разозлил!

— Прости. Я смогу навестить тебя вечером?

— Ну кому ж ещё, если не тебе. После командировки-то. Иди, передохни хоть пару часиков, а то вечер пройдёт впустую.

— Обижаешь. — Он провоцирующее улыбнулся.

Но отправился отдыхать. Супруга права, конечно. Чтоб показать себя должным образом после такого перелёта, он должен хоть чуть-чуть расслабиться, набраться сил. Супруга безусловно этого достойна.