В Китеже. Возвращение Кузара. Часть I

Глава 14

15 грудня 2003 года

башня заклинаний темной гимназии,

00:45, Китеж

— Марина, вы опять опоздали, — строго сказала Аграфена, когда Маринка вошла в еще пустой круглый кабинет и встала напротив стола учительницы.

— Простите, — со вздохом ответила та. — Собирать правильный ксифос, да?

— Марина, — с усталым вздохом протянула Аграфена, сводя кончики пальцев. — Я уже много раз повторяла: сначала медитации, потом попытки собрать ксифос, в оставшееся время — отработка заклинания призыва.

— Пока все будут осваивать новые заклинания, — буркнула Маринка и посмотрела на учительницу. Она уже не выглядела такой молодой и величественной, какой предстала на первом занятии, только накинув на себя чары. Будто за два месяца постарела на десяток лет. Чуть обвисли щеки, обозначились морщинки на лбу и вокруг глаз.

— Что с вами, Марина? — покачала головой Аграфена. — Вы же так старались. А тут всю неделю опаздываете, не концентрируетесь. Вместо медитаций просто сидите, вместо отработки заклинаний просто плетете пустые браслеты. И другие преподаватели говорят, что вас будто подменили. И выглядите неважно. Вы вообще спите? На рождественские каникулы планируете поехать к родителям?

Маринка внимательно смотрела на Аграфену воспаленными глазами. Она же вроде бы такая участливая, столько личного времени потратила. Терять Маринке нечего, посмотреть на реакцию можно. И мало ли, вдруг посоветует, чего дельного?

— Мне страшно, — тихо произнесла она. — Я помню, вы о таком не слышали, но Бездна! Она так громко шепчет. Манит. На Дмитриевскую субботу было совсем тяжело. Я не знаю, хотела ли я сама этого или это Она мне приказала. Но я пошла к люку. Хорошо, что он закрыт…

— Так вы еще слышите этот шепот? — глухим голосом произнесла Аграфена после продолжительной паузы. — Я думала, если вы ни разу больше не говорили, то он прошел вместе с адаптацией….

— Потому что думала, что спятила. Что Китеж меня неспособную так выживает. Потому что не хотела ее слышать. Потому что ничего не понимала, — устало перечислила Маринка, не отрывая взгляда от ковра.

— Нет, Марина, кажется, с вами всё в порядке, — задумчиво проговорила Аграфена. — И даже лучше. Когда вы в первый раз упомянули о шепоте, я не отмахнулась. Пообщалась с коллегами. Господин Юсупов, преподаватель теории магии, мне сказал, что такое, очень редко, случается с магами и волшебниками. Если вы пройдете испытание Бездны, вы освоите ворожбу.

Маринка нахмурилась и посмотрела на учительницу. Темные глаза Аграфены сверкали, она предвкушающе улыбалась.

— Еще никогда Бездна не выбирала никого из нас, ведьм, — не замечая взгляда Маринки, восторженно продолжала Аграфена. — Если Бездна действительно зовет вас, вы прославите всех ведьм Китежа!

— А если Бездна меня обманывает, я просто умру? — прошептала Маринка, не поднимая взгляда от пола. Хотя уже знала — нет, не умрет. Но Аграфена — она даже не сказала о такой возможности!

Аграфена встрепенулась и внимательно посмотрела на Маринку.

— Да, такое может случиться, — просто кивнула она. — Но неужели вы, в вашей непростой ситуации, боитесь рискнуть? Неужели вам самой не надоело быть худшей во всей гимназии? Несмотря на ваше старание и усердность.

— Я боюсь, — кивнула Маринка. Но не добавила, чего именно она боится. И с внутренней усмешкой заметила, как учительница не сдержала разочарованную гримасу.

— Марина, давайте поступим так, — взяв себя в руки, деловито сказала Аграфена, — Я вас отпущу сейчас со всех уроков, завтра воскресенье. Не занимайтесь эти дни, хорошенько отдохните. Съездите в город, почитайте книжку. И в понедельник приходите ко мне, поговорим. Если решитесь, вместе пойдем к ректору, он откроет нам с вами проход в подземелье Бездны. Я буду рядом и, сделаю все, чтобы помочь вам. Вытащу даже если вы провалите испытание. Я вас одну не оставлю.

Маринка стиснула зубы и ничего не ответила. Только кивнула. Какая-то часть внутри нее воссияла от радости — плиту можно открыть. Ради нее, Маринки, ее спокойно откроет ректор. Не нужно искать путей, взламывать печати!

Другой ее части хотелось забиться в темный угол далеко-далеко ото всех людей. Та пустая холодная тетка из видения стала на шаг ближе к ней самой. От нее нужно избавиться, сбежать.

16 грудня 2003 года

двор гимназий,

15:00 Китеж

Совета Аграфены Маринка частично послушалась. На уроки не пошла. Пока вся гимназия училась, посмотрела «Сестер» в комнате отдыха — там, в основном, были только отечественные фильмы. Тут хоть про классную девчонку.

Как только в комнату отдыха начали стягиваться старшекурсники, спряталась в покоях Девичьей башни со сборником повестей Гоголя к уроку литературы и просто читала без остановки до самого ужина, лежа на кровати. Вокруг кошки — своя и соседские, кто спит, кто мурчит под ухо, одна одеяло топчет с отсутствующем взглядом. Валялась на кровати с печеньками и старательно не думала. Не думать получалось плохо.

Мысли так и крутились вокруг видения, предложения Аграфены, перед глазами мелькали лица талантливых однокурсников. Думала-думала. Только на Вику немного отвлеклась: она в красках пересказала о событих всего дня так, что Маринка пару раз даже рассмеялась в голос. И сразу после ужина — в кровать. Благо от шепота был хоть какой-то толк — стоило только положить голову на подушку, как Маринка засыпала под его баюканье.

Проснулась она рано. Окна, как всегда, были занавешены плотными черными шторами, что там за окном не видела, но предвкушала встретить солнышко. Как только открыла глаза, тут и Динуська свои желтущие распахнула. Слезла с Маринкиного живота, потянулась и выжидательно села на краю постели. Смотрела на Маринку не мигающим взглядом:

«Я вижу, что ты встала. Иди корми меня, человек».

Вика и Юля с Катей, как всегда, спали. Маринка уже научилась незаметно соскальзывать со второго яруса на пол и бесшумно пробираться к выходу. Поначалу то на пол с грохотом прыгала, то тумбочку задевала, и в нее летели и словесные, и всамделишные проклятья. Вслед за Динуськой еще кошка Юли, задрав хвост, поспешила за Маринкой на кухню.

Закрыла дверь в спальню уже без аварий, пробралась к выключателю у выхода общего блока, включила свет.

Кошки из Маринкиной комнаты, еще две из соседней уже ждали ее здесь. Мяукали, лапки к коленям Маринки вытягивали — умирающие от голода животины, не меньше. И ничего, что у всех миски еще наполовину полные.

«Но донышко же видно, человек! Непорядок!»

Досыпала всем корма, выпила ряженку поранка и поспешила во двор. Вчера, пока Маринка старалась не думать о том, что делать, ей в голову пришел гениальный план.

Если она не хочет получить силы от Бездны, а самой пробудить свою ворожбу не удается, нужно попробовать отыскать другой источник сил! Только и всего. И не зря же легенда о чародейском кладе в пещерах у гимназии за столько лет не исчезла? Значит, сокровища, дарующие великие силы древних великих ведичей, могут действительно существовать. Надежды, конечно, почти нет, но, если она их найдет, не придется ни спускаться к Бездне, ни возвращаться домой в Челны.

Да, клад этот ищут уже четыреста лет. Но его всё еще не нашли. Маринка была уверена, что нельзя упускать шанс его отыскать. И в ее непростой ситуации она обязана попробовать.

— Аза, идем гулять! — крикнула она, войдя в домик псарни. Выпустила собаку из вольера, и пока Аза, радостно поскуливая, скакала вокруг, Маринка осмотрелась: для поисков чародейского клада ей нужен источник света.

Псарню освещал десяток алых кристаллов, их только на ночь выключали, чтобы Азе и паре ее соседей не мешали спать.

Маринка залезла на подоконник, дотянулась до кристального бра на стене, отодрала один из камней. Покрутила светящийся холодный кристалл в руке и впервые за столько дней довольно улыбнулась. К ошейнику Азы даже поводка пристегивать не стала — воскресенье, территория обеих гимназий пустовала. Сережу бы встретить, его, даже с его боязнью пещер, наверняка можно было уговорить пойти. Но давно уже с ним не пересекались.

Да и привыкла уже: одна, во всем полагаться только на себя. Поэтому без лишних сожалений пошла прямо на тропинку вдоль озера, и пожелав спокойной спячки водяному, свернула ко входу в пещеру. Аза остановилась и гавкнула.

— Можешь со мной не идти, — сердито бросила через плечо Маринка. Собака тяжело вздохнула и зарысила следом.

Сама Маринка тоже остановилась у темного проема в пещеру. Стиснула зубы и нерешительно смотрела на густую темноту внутри. Сжала кристалл покрепче и сделала шаг.

Первый коридор был ровным и широким, искусственным. Освещенным — из широкого проема в него попадало много света. А дальше развилка — коридор налево такой же прямой с гладкими стенами, а на право — широкий лаз, с застывшими каплями в камне по бокам, полу и потолку. Так, краснали завершили здесь разработку кристаллов век назад, значит, всегда нужно выбирать эти нетронутые переходы.

Почему краснали расчищали не все залы, Маринка могла только догадываться. Но с замиранием сердца смотрела, как капельки блестят на неровных поверхностях. Каменные сосульки с потолка, наросты вокруг тропинок. Вода сияла, как живое зеркало, как сотни, тысячи драгоценных камней. Завораживало. Но и пугало одновременно.

Сырость, темнота, одиночество. Маринка всё чаще вспоминала слова Сережи о давящих стенах. Иногда казалось, что за новым поворотом кто-то прячется, что она здесь не одна.

Один зал сменился другим — со сталактитами на гладких искусственных стенах. Тут и там мелькали нарисованные стрелки — видимо, по ним всегда можно будет найти дорогу к выходу. Ничего особенно чародейского Маринке не удавалось приметить.

Через какое-то время страх отпустил. Маринка вздрогнула от первой пронесшейся над головой летучей мыши, но следующую уже ждала с нетерпением — всегда мечтала их встретить. В темноте вовсе не обязательно должны прятаться чудовища. Темнота может маскировать пустоту. Тоже иногда пугающую, но уже не чудовищную. С пустотой можно что-то делать. Может не стоит так уж пугаться темноты и пустоты внутри самой себя? Холодная Марина из будущего там не скрывается. Хватит боятся: она может выбирать свой путь. Не жить по завету ведьм, не слушаться отживших устоев. Она свободна. И не нужно бояться искать свой путь и идти им.

Сколько Маринка блуждала по залам в поисках чародейского клада, она и не знала. Уже и не важно, что так и не нашла его — казалось, что обрела вместо него другое важное. Но когда привычный к режиму питанию желудок призывно заурчал, поняла, что пора возвращаться в гимназию. Скоро завтрак.

И тут-то она поняла, что нарисованные стрелки какие-то не совсем правильные. Один зал сменялся следующим, а выхода всё не было.

Плохо. Очень плохо! А что, если стрелки не направление показывают? А что, если это метки для поисковых заклинаний? Которые умели активировать все ее однокурсники. Все, кроме нее одной. Без способностей к магии эти пещеры — настоящий лабиринт.

Маринка остановилась, попыталась собраться. Глубоко вздохнула, но ледяной комок в груди никуда не исчез. Зараза! Она заметалась по коридору. Бежала. Останавливалась. Снова бежала, меняла направление, пыталась собраться и поворачивать только направо. Обнимала собаку и плакала. Снова и снова произносила поисковое заклинание. Но всё без толку!

— Аза, милая, ну пожалуйста, возьми след! Выведи нас! Аза, домой!

Время от времени Аза действительно внюхивалась в каменный пол, в воздух, начинала тянуть в другую сторону, но выхода так и не было.

Почему, ну почему она сразу не побежала вчера к ректору? Этого ничего бы не случилось, если бы Маринка не была такой трусихой. Видение, ну подумаешь! Только один из вариантов будущего! Зато и свет бы включала давно, и поисковые заклинания активировала, и не была бы хуже всех в гимназии! Нет, если она сейчас выберется — пойдет к Бездне, и плевать на пророчества!

Но, пока не обессилела, старалась идти вперед. Хорошо, что кристаллы не гасли. Интересно, а можно ли попробовать напиться водой со стен пещеры, если она начнет умирать от жажды? А если заснешь здесь, есть шанс проснуться? Как скоро о ней сложат очередную школьную легенду, о призраке сумасшедшей неведичи в пещерах, из которых любая «пятерка» спокойно находила выход?

Остановилась, тяжело вздохнула, осмотрелась. Новая развилка. Повернула направо. И снова направо. Нужно продолжать идти. Даже когда хочется прислониться к холодным камням и больше никогда не вставать.

И вот уже Аза подталкивает ее, тянет за рукав и заставляет идти вперед. Куда-то целеустремленно ведет, время от времени внюхиваясь в воздух. Неужели? Неужели она нашла выход?

И действительно, Маринка и сама вскоре почувствовала дуновение холодного ветра. Выход где-то рядом! Она взяла себя в руки, вытерла рукавом слезы и побежала за собакой.

Да! Небо! Совсем темное. Дождь прекратился, озеро блестит где-то внизу.

Она остановилась с распахнутым от удивления ртом. Аза нашла вовсе не выход, а каменный выступ на верхушке скалы, где-то сбоку над озером. Маринка видела озеро, дубовую рощу, а вот зданий гимназий с этого угла и не найти. Зато за рощей в подсветке кристаллов выступали деревянные стены кремля, в разных местах поблескивали золотые маковки церквей. Вдалеке что-то звякнуло, после чего над всем городом разнесся заливистый колокольный перезвон. Город пел, провожая очередной день, чистым пронизывающим звуком, отгоняя и шепот Бездны, и страх с сомнениями. Маринка водила взглядом по крышам, на зубья высоток, трубам заводов вдалеке, и зеленой кромке леса на окраине. Город светился, бурлил, будто и был самой жизнью.

Маринка молча стояла над Китежем и долго смотрела вдаль. На ее лице появилась спокойная улыбка. Нет. Она никогда не спустится к Бездне. Уж лучше прожить совсем без магии, чем уничтожить это чудо.

Маринка вздохнула. Но что тогда, раз не к Бездне, купить билет до Нижнего и обратно в Челны?

Если она еще найдет дорогу из пещер к гимназиям. Может быть, отсюда есть какая-то тропинка? Но от выступа можно было вернуться только в лаз, обратно в пещеры. Идти обратно не было никакого желания.

Аза после утомительной прогулки валялась у лаза, отдыхала. Маринка прошлась по каменному выступу в скале. Пять шагов в ширину, восемь в длину. А у края трава растет и какой-то небольшой росток дерева. Ну, занесло же.

Маринка аккуратно приблизилась к краю, села на коленки и посмотрела с самого обрыва вниз: камни, камни, озеро. Высоко. Никак не спустишься. Вот зараза, угораздило же, а! О чем думала? Но вообще, отсюда есть шанс хотя бы докричаться о помощи — вон, краешек дуба виднеется, может, сможет ее кто отсюда вытащить? Или водяного позвать? Но в ноябре он уже точно спит. Если она до этого навернуться отсюда не умудрится.

И только начала подниматься на ноги, как стопа заскользила по мокрой траве. Маринка потеряла опору, вскинула руки. Пыталась поймать равновесие, зацепиться, но тщетно. Она покачнулась, еще миг отчаянно балансировала, но всё же полетела вниз.

И зависла в воздухе. Почувствовала, как поток теплой энергии цепко оплел ее запястья и медленно потянул обратно.

Что? Что это? Откуда? Сила проснулась? Сама активировала заклинание?

Нет. Маринка почувствовала, как энергия резче потянула ее наверх и закинула обратно на камни. На которых застыл перепуганный мальчишка. Длинный, тощий, бледный, с перекошенным от страха лицом, черные волосы падают на глаза. Таращился то на ксифос у себя в руке, то на Маринку неверящим взглядом. Маринка так же перепуганно таращилась на своего спасителя. Очень бледный, не в форме, но весь в черном — так выглядело большинство волшебников и магов темной гимназии. Но как будто в школе его не видела.

Аза тут же прыгнула к Маринке и принялась вылизывать ей руки.

— Получилось, — наконец, заговорил мальчишка и довольно улыбнулся. Красивой улыбкой — открытой, веселой, она освещала глаза счастливыми искрами, что невольно хотелось улыбаться в ответ. — Получилось! Понимаешь, у меня с этой магией проблемы — одно заклинание из сотни, наверное, срабатывает. Сейчас вот в пещерах заблудился, даже поисковое заклинание активировать не смог! А тут поймал и вытащил тебя!

— Спасибо, — смущенно пробормотала Марина, вставая на ноги. — Я тоже заблудилась. Думала, может, там спрыгнуть недалеко…

— Да там лететь метров двадцать, точно разбилась бы, — таким же довольным голосом сказал мальчишка. — Ой, извини. Что-то меня несет. Знала бы ты, как мерзко быть худшим на всем курсе! Все, абсолютно все давно уже освоились с простейшими заклинаниями! А я ксифос из какого-то мусора собрал кое-как.

Маринкины брови удивленно взлетели вверх. Как худший на курсе? Почему она его ни разу не видела? Если только это не…

— Ты друг Сережи? — ошарашенно протянула Маринка и вспомнила — Жорик это Георгий Глефов, а второй? — Алекс, да?

— О! — удивленно усмехнулся он в ответ. — Знаешь Серегу. Рыжая. Темная. Марина?

— Ты совсем не похож на светлого, — зачем-то пробормотала Маринка. — Они же все другие. Какие-то.

— Я из семьи темных, — кивнул Алекс. И с довольной улыбкой добавил. — Меня уже зачислили к темным магам. Но на вступительном собеседовании я взял ксифос и перед носом ректора и преподавателя специальности произнес первое заклинание. Светлое.

— Специально? — нахмурилась Марина. — Но зачем?

Алекс задумчиво посмотрел в небо, челюсти напряглись, будто хотел что-то сказать, да слов подобрать не мог.

— Ну, это бред антинаучный, — усмехнувшись, наконец, сказал он. И хотя говорил он бодро, с насмешкой, Маринка уловила нотки горечи в его словах. — Я понимаю, что нас всех учат, что магия это не про нравственность и духовность. Наверное, обычно это так и есть. Но моя семья… В общем, я уверен есть люди, на которых магия влияет сильнее, чем на других — оставляет отпечаток на личности. Все мои начинают гоняться за силой. И променивают душу на могущество и бессмертие. Я из семьи личей.

— Личей?

— Так ты правда из неведичей? Ну, личи это такие… ну типа упырей, только еще и сильнее любых магов. Живут сотни лет, трупы поднимают. Мерзкие типы, в общем, — с усмешкой сказал Алекс и решительно добавил, — Я таким быть не хочу. И пусть сейчас мне это всё не нужно, но я бы стал таким же, тоже за силой бы начал гоняться. Но я нашел выход: ни один светлый не сможет пройти ритуал превращения в лича, просто умрет. А я не хочу быть хоть чем-то на них похожим. Лучше уж самым слабым светлым стану, — улыбнулся он.

— Так темные все-таки гоняются за могуществом? — ошарашенно переспросила Марина. Будто пазл сложился.

— Не все, — ободряюще улыбнулся он и настороженно посмотрел на Марину. — Эй, ты как вообще? Что-то лица на тебе нет.

— Просто я… Видимо, тоже могу начать за ним гоняться. — с ужасом вспоминая видение, сама не понимая зачем, призналась она. — Или уже гонюсь. Бездна, она зовет меня, шепчет. Манит. И… э-э-э… я видела страшный сон, в котором у меня было много силы. И много крови вокруг. Смертей. Разрушенный город.

— Ого, ты слышишь Бездну! — легкомысленно присвистнул Алекс, но взгляд оставался сосредоточенным и каким-то печальным. — Наверное, Бездна тебе сон и показала. У меня есть дядя — Олег. единственный нормальный во всей семье. Тоже лич, но почти живой. В общем, он мне рассказывал про шепот. Говорит, Бездна выбирает себе любимцев. Даже меня водил к ней в детстве, но я, к счастью, ничего не услышал. Забери меня лихо, может зря я тебя спас? — рассмеялся он. Но не насмехался, смотрел сочувствующе. И понимал.

— Я не хочу, чтобы это случилось, — виновато покачала головой Марина.

— Я бы тоже не хотел, чтобы ты это сделала, — очень серьезно кивнул Алекс и задумался, глядя на город под выступом. Подошел к краю, сел, свесив ноги в пропасть.

— Думаю вот, правильнее к неведичам вернуться. Но так не хочется оставлять Китеж, — махнула она рукой в сторону города и села рядом.

— Возможно, я знаю способ, — задумчиво протянул Алекс и с энтузиазмом добавил. — Насколько плохо у тебя всё с заклинаниями?

— Хуже некуда, — тяжело вздохнула она. — Только когда из дома сбежала, случайно все стекла выбила. Ксифос собрала. Могу энергию почувствовать. И всё. Ни кристаллов зажечь, ни призвать ничего.

— Серьезно? — обрадовался он, вскочил на ноги и широко улыбнулся. — Тогда я знаю, что тебе делать! Всё просто! Ты же получается еще не произнесла ни одного осознанного заклинания. Все эти всплески обычно не в счет, потому что из внутренних резервов сами творятся. Но вот та энергия, что ты приманишь сама ксифосом, пропустишь через себя, и будет твоей сутью, понимаешь? Только после этого ты никогда не сможешь призвать другой энергии. Ты еще не темная и не светлая. Ты еще можешь обезопаситься от влияния тьмы.

— Произнести светлое заклинание? — ошарашенно спросила Марина.

— Ага. Одно заклинание, и спасешь Китеж. Но для этого тоже придется постараться.

17 грудня 2003 года

двор гимназий,

19:00 Китеж

Прижимая к груди сумку с учебниками по светлой ворожбе, Маринка переступила порог темной гимназии. Ожидала если не внезапной молнии среди начала зимы, так какой-нибудь другой катастрофы. Все вокруг должны были пялиться на нее и осуждать. Но гимназисты спешили по своим делам, однокурсники коротко кивали и не обращали внимания. Контрабанду протащить удалось.

Книги ей взял в светлой библиотеке Алекс, они договорились вместе отрабатывать заклинания ранними вечерами: после окончания уроков в Светлой и до начала в Темной. Он тоже жил в покоях своей гимназии и, похоже, был рад возможности разбираться в ворожбе не в одиночестве. Решили использовать полупустое помещение псарни темных, а то под дубом и околеть уже можно. Благо Петер, сидевший в комнатке при псарне, не возражал.

Сегодня снова падал снег — еще чуть-чуть, и накроет всё вокруг белым саваном.

— Ты чего это какая довольная? — напротив Маринки приземлилась Вика, на этот раз с ярко-розовыми волосами. — То придумываешь всякую ересь о видениях и ходишь потом под депрессняком. То скачешь, как бешенная белка.

— Ничего, — потрясла головой Маринка. И для убедительности добавила. — Снег пошел, скоро зима. Ноябрь он же такой, унылый. А тут и Новый год скоро.

— Терпеть не могу зиму. Полгода сугробов и грязи от них, бррр. После уроков придешь в приставку поиграть?

— Опять с этими твоими магами?

— Ты так ведешь себя, будто все лучшие гимназисты только и делают, что зовут тебя провести вместе время, — закатила глаза Вика.

Маринка только улыбнулась в ответ. Представила себе, как перекосятся лица Вики и Ромы, когда узнают, что она решила стать светлой. Решения окончательного Маринка, правда, еще не приняла — оставалось уточнить один нюанс. Не то чтобы она не верила Алексу — он явно не просто «самый слабый ученик Светлой», а еще и выходец из семьи личей — как-то слышала от Ромы, как тот говорил о личах с нотками придыхания и уважения в голосе. И что уж таить, очень хотелось, чтобы Алекс оказался прав: использовать ее неудачливость в заклинаниях себе на пользу. К тому же еще не факт — если она не смогла сотворить ни одного темного заклинания, не факт, что светлое у нее получится. Может, без Бездны она вообще ничего не сможет?

— У тебя задачки по алхимии и геометрии получились? — перешла к делу Вика. В точных науках она, как в магии, не блистала. — Я в решении двух упражнений не уверена.

— Держи, — достала Маринка тетради. Домашнюю работу она снова начала делать. Наверное, светлая гимназия проще ее примет с хорошими оценками?

— А ты куда это?

— К Эмманилу забежать надо. Спросить… о кружке натуралистов. Встретимся после уроков!

Но, конечно, вопрос ее интересовал другой. И, найдя Эмманила в еще пустующем кабинете, Маринка сходу выпалила:

— Драсте! А вы не знаете, если я произнесу светлое заклинания, меня переведут в светлую гимназию?

Эмманил оторвался от горшка с азалией и невозмутимо ответил:

— Добрый вечер, Марина. Если бы такое вдруг случилось, у дирекции не было бы выбора. Присаживайтесь, пожалуйста, расскажите, чем вызван этот ваш интерес?

— Я не хочу больше слышать Бездну, — сев за парту напротив учительского стола, начала Маринка.

— Но, — задумчиво протянул Эмманил. — Светлые тоже слышат Бездну.

— Но светлые же меньше гоняются за могуществом, так? С темными такое всё же чаще случается?

— Да, — покосившись на дверь сказал Эмманил. — Так резко говорить не стоит, это может многим не понравиться. Светлые впадают в другую крайность.

— В какую? — напряглась Маринка. Что, неужели и там спасения не будет? Все-таки в Челны?

— Те светлые, что обретают превосходящее остальных магов могущества, часто отстраняются от мирской жизни, ведут уединенный образ жизни.

— Уф! Это сойдет, — облегченно вздохнула Маринка и вскочила на ноги. — Спасибо вам, Эмманил.

— Стойте, не уходите. Может, объясните? Вы поняли, чего от вас хочет Бездна, так?

— Да, кажется, она обещает мне много сил, и у меня есть подозрения, что они на меня как-то повлиять нехорошо могут. Что мне вообще не стоит доверять никакого могущества. Не хотелось бы случайно, ну, например, разрушить Китеж, — криво усмехнулась она. — Надеюсь, со светлой ворожбой игнорировать ее будет легче.

— Вы уверены, что готовы отказаться от могущества? — брови Эмманила удивленно взметнулись вверх.

— Однозначно, — кивнула Маринка. — Я просто хочу спокойно учиться. Так будет безопаснее.

— Может быть, в Светлой вам действительно будет лучше, — задумчиво протянул Эмманил и добавил. — Но готовьтесь, Марина, ваш выбор примут не многие. И темные, и светлые.

— А такое вообще случалось, чтобы темный переводился в Светлую или наоборот?

— Я такого не припомню… У меня учится только один гимназист, который должен был учиться в Темной, но зачислили его в Светлую.

— Алекс, — улыбнулась Марина.

— Да, Александр Вампилов, — с усмешкой покачал головой Эмманил. — Так это он вам подсказал способ. М-да. Знаете, Марина. На рубеже веков в истории Китежа часто случались потрясения. А тут, сменяются тысячелетия… Бездна слишком активна, гимназисты сами определяют свою судьбу, идут наперекор вековым традициям. Что-то меняется в нашем мире. Надеюсь, мы все эти потрясения преодолеем, — едва заметно потряс головой и деловитым тоном добавил. — Я поспрашиваю в дирекции Светлой о вашем случае, подготовлю их, чтобы вы не свалились им потом как снег на голову. Люди так тяжело относятся к нарушению привычного уклада! Ну и как произнесете свое заклинание, сообщите.

— Спасибо! — просияла Марина.

— Старайтесь только пока никому из своих не говорить о своем решении, житья не дадут, — добавил на прощание леший, Маринка кивнула и поспешила на геометрию, которая вот-вот должна была начаться.

Ну что ж, значит решено. Будет скрывать свои тренировки до последнего, но не отступит. Главное сейчас ни за что не привлекать к себе внимания.

18 грудня 2003 года

комната отдыха темной гимназии,

04:30, Китеж

«Зараза!», — подумала Маринка, когда Вика потянулась к распахнувшейся сумке, кинутой на диван в общей комнате отдыха. Из нее торчал краешек книги в белом кожаном переплете с золотистым узором по корочке.

— Что это у тебя? — голос Вики звенел от любопытства.

— Ничего! Просто книжка, — Маринка метнулась к дивану, потянула на себя ручку сумки. Сумка-то прилетела к ней в руки, а вот книга осталась на диване.

«Основы свѣтлаго вѣдьмовства. Для 5-га курса гимназии».

Зараза.

Вика одернула руку и как на какую-то мерзость смотрела на книгу. Маринка вздохнула, не спеша подошла к дивану и запихала ее обратно в сумку.

— Не говори никому. Пожалуйста, — без особой надежды попросила она.

— Нафига она тебе? — не отрывая взгляда от Маринкиной сумки, подозрительно спросила Вика.

— Просто так, — спрятав сумку за спиной, ответила Маринка. — Хочу сравнить методики. Может, у светлых есть какие-то рекомендации, которые могли бы мне помочь.

— Откуда она у тебя? — Вика всё больше хмурилась.

— Из библиотеки, — пожала плечами Маринка. Но уши начинали предательски краснеть.

— Тебе это притащил твой светлый, — сощурив глаза процедила Вика. — У нас в библиотеке такого быть не может!

— Пф, ты так говоришь, будто светлые наши враги. Ведичи уже давно примирились.

— Ну конечно враги! — воскликнула Вика и скрестила на груди руки. — А чемпионат по фехтованию? А художественная ворожба⁈

— Ну так вроде я не в сборной, — примирительно улыбнулась Маринка, заозиралась по сторонам: куда бы спрятаться? — И вряд ли однажды попаду. А вот когда ты выйдешь, я, конечно, буду за тебя болеть

— Марина, что на этот раз ты задумала? — строго спросила Вика. Так и застыла на месте и допрос учинила. — Какой-то странный ксифос собрала…

— Пф, ты такой же странный через два года делать будешь.

— С лешим якшаешься. Магию красналей пробуешь! — всплеснула она руками, выделив «красналей» как что-то мерзкое.

— Зря я тебе рассказала, — закатила Маринка глаза к потолку. Но рассудительным тоном добавила. — Ну я ж не такая способная, как ты. Пытаюсь понять, как устроена магия. С разных сторон к ней подхожу.

— И теперь ты решила, что темные учебники недостаточно для тебя хороши, так что ли?

— Да хорошие учебники в Темной!

— Тогда что… — протянула Вика, а потом ужас отразился на ее лице, она всплеснула руками. — Нет! Марина! Только не говори мне, что решила заделаться светлой!

— Что? Светлой? Пф, ну ты чего! Разве такое может быть? — пыталась отбрехаться Маринка, бегая глазами по комнате, будто в поисках аргументов и доказательств.

— Боже, Марина… — Вика обессиленно опустила руки. — Ты действительно решила стать светлой⁈

Марина вздохнула, бросила сумку на пол и упала на диван. Руки на груди, ноги крестиком:

— Ну да. А тебе-то что?

Лишь бы только никто больше не зашел.

И конечно, не успела она об этом подумать, как дверь открылась, и вошли Викины друзья. Марина нахмурилась, прикусила губу и умоляюще посмотрела на подругу.

Но Вика метнулась сразу к ним, только мотнула фиолетовыми волосами и воскликнула:

— Вы только ее послушайте, ребят!

— И чем эта ведьма тебя довела? — хмыкнул Рома.

— Она решила стать светлой! — воскликнула Вика таким голосом, будто речь шла о самой большой глупости.

— Чего? — нахмурился Рома. — Это как? Ты же учишься в Темной. Как можно стать светлой?

— Вот именно! — всплеснула руками Вика.

— Пока я не произнесла первого заклинания, могу выбирать, — тихо сказала Марина, буравя Вику взглядом.

— Ты думаешь, со светлой ворожбой тебе будет проще? — изогнув темную бровь, спросил Данил и сел в кресло сбоку от дивана.

Марина покосилась на него и только крепче сжала губы.

— Да ты чего, ведьма! — оторопел Рома, и будто даже привычная надменность с него слетела на миг. — К тебе аспид вышел. Аспид не выходит к светлым. Тут ни с одним нашим заклинанием справиться не можешь, думаешь со светлым что-то выйдет? Будет только хуже.

— Но так не бывает, — нахмурился Данил, говорил он, как всегда, рассудительно и логично. — Разве кто-то когда-то переходил из одной гимназии в другую? Да и вообще, зачем менять одно на другое? И тут, и там — просто магия. Понимаю, обидно, что не идеально всё получается. Но тут ты уже своя.

— Да и темная ты, темная! — возмутилась Вика. — Ну какая из тебя светлая? Завистливая злюка!

— Что тебе вообще у этих святош делать? Они же зануды все, — не понимал Рома.

— Ах, что делать! — воскликнула Вика. — А это я тебе объясню сейчас, что делать. Как там этот твой светлый Сереженька поживает? К нему бежишь, да?

Марина сжала зубы и подняла на нее взгляд. Сама удивлялась, но будто разрешила себе злиться и так легко стало! И никаких слез не нужно. Она поднялась с дивана, и сжав кулаки бросила:

— Ни черта ты не понимаешь. Только по себе судить и можешь. Это моя жизнь и мой выбор.

— Тебе идет злиться, ведьма, — усмехнулся Рома.

А вот Вика опешила. Неустойчиво шагнула назад, распахнула глаза.

— Я тебе помогала! И ты теперь что, свалить решила? Бросить меня тут?

Маринка прикусила губу. Как же это всё глупо и несправедливо!

— Во-первых, — тихо сказала она, — никто меня никуда не переводит. Ни темные, ни светлые заклинания у меня не получаются. Никакие. Во-вторых, я никогда у тебя помощи не просила. Она мне не нужна. Только поддержка.

— Да катись ты к своим святошам! — топнула ногой Вика и отвернулась.

Марина какое-то время смотрела на Вику, кинула взгляд на вернувшего высокомерно-насмешливую маску Рому, на потупившегося Данила. Дурацкая сцена вышла, но так будет только проще. Никаких тебе глупых приставок, и больше времени на отработку заклинаний. Свалить отсюда нужно как можно быстрее.

Закинула сумку на плечо и, не с кем не прощаясь, вышла из комнаты.