В постели с врагом

Часть 18

Это была самая странная, долгая и мучительная ночь в моей жизни. Что я только ни успела передумать за эти часы, какими словами себя только ни называла!

Я бросалась из крайности в крайность: от глубокого ужаса и отвращения к самой себе до "я не сделала ничего плохого, это вышло случайно, просто импульс и ничего не значит". Да какое уж там — не значит, стоило мне только вспомнить всё то, что творилось в моей гостиной, кожа сразу же покрывалась крупными мурашками, и это несмотря на непривычную для мая жару.

Я жалела о том, что натворила… головой, а сердцем… мне было очень хорошо с ним. Действительно хорошо. Несмотря на то, что этот секс был быстрым и совсем далёким от образца красивой эротики, я испытала целую гамму разнообразных чувств: эйфорию, чувство полёта и власти над мужчиной. Женской власти. Это не я брала его, но я знала, что я желанна, я красивая, я ему нужна. Игорь очень долго не дарил мне таких ощущений. С ним я словно увядала, а с Ринатом — расцвела.

Целую ночь я сходила с ума и уснула только к рассвету. Уснула тревожно, комкая простыни и не находя себе места, но с виноватой улыбкой на губах. С ней меня и застал вернувшийся под утро Игорь…

Едва услышав в спальне шаги, я резко распахнула глаза и посмотрела на мужа. Сердце долбило по грудной клетке словно бешеное. И огромная, сокрушающе-мощная лавина стыда накрыла буквально с головы до ног. Заполнила каждый закоулок, каждую клеточку души.

Изменила!

Я ему изменила…

Своему мужу!

— Который час?

— Пять утра, — равнодушно бросил он, расстёгивая на запястье часы. Его движения были резкими и немного нервными.

— Почему ты приехал?

— В смысле "почему"? — обернулся на меня, обдавая раздражённым взглядом. — Вообще-то, это и мой дом тоже, если ты не забыла.

— Да, прости, конечно… — я села на край кровати и зачем-то прикрыла одеялом оголённые бёдра. — Просто ты никогда не возвращался в такое время, оставался в городе. Какой смысл приезжать и через два часа уезжать снова?

— Я поеду после обеда.

Он чем-то расстроен. У него что-то случилось. Но судя по тону, меня это не касалось. Как обычно.

— Будешь завтракать? — я предприняла робкую попытку завязать диалог, но она провалилась с оглушительно-громким треском:

— Не хочу. Я в душ, — бросил на кресло рубашку, брюки, носки и в одних боксерах ушёл в ванную, заперев за собой дверь на замок.

Я понятия не имела, что там у него стряслось, почему он приехал, почему так зол, но такое его поведение не дало мне закопаться глубже в чувство разъедающей вины.

Если бы он вернулся добрым и улыбался, я бы просто умерла на месте от стыда за совершённое. А так… я начинала даже искать своему поступку малодушное оправдание.

Я просто хотела быть кому-то нужной. Просто нужной. И всё! Это ничего не значит, я смогу обо всём забыть!

Но спустившись вниз в гостиную и увидев на паркете царапины от уехавшей ножки дивана, я поняла, что чёрта с два. Это было слишком ярко, чтобы вот так просто выбросить из головы. Не получится! Мне нравится Каримов, бессмысленно это отрицать, мне понравился наш спонтанный секс, но это его "до завтра"… нет. Ни за что! Не будет у нас с ним никакого общего "завтра".

Меня кидало из стороны в сторону — от стратегии "полный игнор" до "обязательно встретиться и поговорить". Мы соседи, не выйдет делать вид, что ничего не произошло, это глупо. Нужно всё обсудить, расставить какие-то точки.

Хотелось просто взглянуть на него и по его взгляду понять, что он теперь обо мне думает. Наверняка ужасные вещи! Я отдалась ему будучи замужем, в собственном доме, Господи боже мой. Безумие! Но и он тоже женат… Хотя в мире так повелось, что мужчинам спускают с рук многое. Он же мужчина, у него инстинкт, а женщина, которую предало тело, по умолчанию шлюха и никак иначе.

Я не хотела, чтобы он думал обо мне плохо. Мне было важно, чтобы он так не думал!

Он стал моим вторым, и вот так всё вышло… Никогда в жизни я даже подумать не могла, что подобное возможно. С кем-то другим — да, но точно не со мной.

К девяти часам я кое-как собралась и совершенно разбитая уехала на работу в галерею, но там всё просто валилось из рук. Каждый звук, шорох, телефонный звонок — всё резонировало в теле нервным вздрагиванием, а память, словно заевший калейдоскоп, то и дело возвращала меня к моменту, когда он вошёл в мой дом…

Это невыносимо! Я так не могу!

Бросив в сумочку телефон и ключи от машины, я буквально на автопилоте добралась до клиники. Мне было всё равно, как он расценит мой визит, я должна с ним поговорить. Попросить, чтобы это осталось только между нами. Мы взрослые люди, у нас получится сделать вид, что этого ничего не было. Хотя бы со временем, но мы сможем вести себя как просто соседи.

Девушка внизу долго и дотошно рассказывала мне о том, что доктор Каримов очень занят, записываться к нему на консультацию нужно минимум за две недели. Нельзя просто так войти и оторвать его от дел!

— Позвоните ему, скажите, что это очень срочно, — настаивала я на своём. Ведь если я не решусь поговорить с ним прямо сейчас, потом могу не решиться никогда, и чувство неизвестности, помноженное на чувство вины, меня просто сожрёт. — Я всё равно не уйду. Звоните!

Девушка окинула меня долгим оценивающим взглядом и явно нехотя набрала внутренний номер хирургического отделения.

— Ринат Багратович, здесь какая-то девушка, она хочет с вами срочно поговорить…

— Скажите, что это Стелла, — подсказала, цепляясь пальцами за край стойки регистрации.

— Её зовут Стелла… — замолчала, продолжая буравить меня карими глазами, и я вдруг совершенно некстати отметила, что слой её нарощенных ресниц катастрофически огромен. Опустив трубку на рычаг, регистраторша с кукольным взглядом повела подбородком куда-то наверх. — Можете подняться, он вас примет. Седьмой этаж.

— Спасибо, — буркнула я под нос и не раздумывая понеслась к лифту.

Я не знала точно, что именно ему скажу, но сказать было что-то нужно. Начать издалека… а лучше не тратить время и сразу с места в карьер: "наша близость была чудовищной ошибкой, давай всё забудем. Игорь и Жанна не должны ни о чём узнать, так будет лучше для всех нас" — и прочее в этом же духе.

В кабинете заведующего хирургическим отделением Каримова Р. Б. кто-то был, поэтому мне пришлось занять диванчик напротив. Самый краешек, так, чтобы если что, можно было быстро подскочить и убежать отсюда сломя голову. И, клянусь, в какой-то момент уже хотела это сделать, потому что стоило мне только в красках представить, что сейчас мы снова столкнёмся лицом к лицу, наедине…

Ну зачем я позволила всему этому случиться! Как же я себя корила…

Щёлкнул замок, что заставило меня заметно вздрогнуть, и открылась дверь кабинета.

— Договорились, со снимками в пятницу.

— В первой половине дня, — кивнул Ринат седовласому мужчине в слишком тёплом, не по сезону, твидовом костюме, а потом перевёл цепкий взгляд на меня.

Меня словно что-то подбросило в воздух, а затем со всего маху кинуло в чан с расплавленной магмой, и я сразу же пожалела, что притащилась сюда.

— До свидания.

— До встречи, — Ринат пожал руку мужчине, не прекращая при этом чётко смотреть на нежданную гостью. Гостью, которая отдалась ему вчера в собственной гостиной. — Входите, Стелла, — не убирая ладонь с ручки двери, кивнул себе за плечо, и я, словно послушная болонка, пошла на его голос.

Признаться, кроме слишком пристального взгляда совершенно ничего не выдавало того, что мы вообще с ним знакомы, и эта показательно-холодная дистанция пугала меня больше всего.

А если он пошлёт меня сейчас? Как-то высмеет?

У меня никогда в жизни не было спонтанного секса, я понятия не имею, как ведут себя после него мужчины, и как вести себя мне самой!

Я вошла в кабинет первой, следом он, и только он переступил порог, я услышала за спиной едва различимый щелчок дверного замка. Собравшись с духом, обернулась… и лучше бы я этого не делала. Фрагменты сумасшедшего вечера посыпались словно зерно из прохудившегося мешка. Я сразу же дико смутилась, но изо всех сил старалась держать лицо.

— В общем… я тут была неподалёку и решила зайти… к тебе, — замялась. "Ты" или "вы"?.. Хотя "вы" в нашей ситуации звучало бы наверняка нелепо. — Нам нужно поговорить, наверное. Да?

Он ничего не ответил, просто молча подошёл к окну и дёрнул шнурок жалюзи. Кабинет окутал мягкий полумрак.

Что он делает?

Я была сбита с толку, но всё-таки решила продолжить свой сумбурный монолог.

— В общем, Ринат, то, что произошло вчера между нами… Я не думала… не хотела… — выдохнула, ненавидя себя за врождённую робость, и продолжила уже твёрдо: — Короче, я думаю, нам обоим нужно об этом просто забыть. Я замужем, ты женат, между нами никогда…

— Я же говорил, что мы увидимся уже завтра, — мягко перебил он, и я сразу же заткнулась. От неожиданности, от его тембра, от того, как близко он подошёл. Стремительно! Вот только что он стоял у окна — такой высокий, статный, в идеально сидящем на нём медицинском костюме, и вот он уже совсем рядом. Я ощутила его дыхание на своей щеке, а руку — в волосах.

Он бесцеремонно, не спрашивая, стянул с моей головы заколку, и тяжёлые локоны мягкими волнами рассыпались по плечам.

— Так гораздо лучше.

Я ехала сюда не за этим!

Я ехала поговорить, расставить какие-то точки, провести между нами грань… но всё стремительно понеслось не туда, едва только его ладонь коснулась моей оголённой шеи. Он гладил её, аккуратно надавливая большим пальцем на ямку между ключицами.

Веки закрылись сами собой, сознание поплыло, но, клянусь, я изо всех сил пыталась держать ситуацию под контролем.

— То, что между нами произошло вчера, было ошибкой. Я думаю, нам стоит забыть обо всём, — облизнула вмиг пересохшие губы, не сводя затуманенного взгляда с его губ — иронично изогнутых и таких манящих… — Просто сделаем вид, что ничего не было.

— Сделаем вид?

— Да…

— И ты думаешь, ты сможешь?

Его палец надавил сильнее, на мгновение лишая мозг должного количества кислорода. Это испугало и… завело одновременно. Я почувствовала, как расширились мои зрачки, как томительно-остро запульсировали виски. Но я не сдавалась.

— Смогу. И ты сможешь. Спишем всё на алкоголь, мы действительно выпили лишнего. Это чёртово шампанское, его было так много…

— Я был абсолютно трезвый. И пришёл к тебе, потому что хотел этого, — сделал микрошаг ко мне, я — от него, отчего прижалась спиной к запертому стеллажу. — И ты впустила меня, потому что хотела этого не меньше.

— Не хотела!

— Брось, мы оба знаем, что это не так. Тебе же понравилось.

— Что за чушь! Тебе показалось!

— Врать ты совсем не умеешь, — улыбаясь, буквально вдавил меня своим телом в холодный металл за моей спиной и вкрадчивым шёпотом: — О чём ты думала, когда подсматривала за тем, как я имею свою жену?

— Я ни о чём не думала! — я попыталась возмутиться и даже вырваться из капкана, в который он меня запер. Конечно, тщетно, пришлось вскинуть белый флаг и прекратить бессмысленные потуги. — Пусти меня, Ринат, правда. Я пришла не за этим.

— Нет, именно за этим, только предлог завернула красиво, — провёл рукой по моей щеке, шее, груди. Ниже… — Ты же наверняка вспоминала об этом всю ночь, прокручивала в голове раз за разом… Я делал то же самое. Никак не мог выбросить тебя из головы. И я ждал тебя сегодня, знал, что придёшь.

Легко быть верной своим принципам приличной женщиной, когда ты сидишь в четырех стенах своей квартиры. Легко рассуждать в теории о чести и долге, когда ты неинтересна даже собственному мужу. Но когда тебя целует мужчина, о котором ты не смела даже мечтать: красивый, уверенный в себе, сексуальный — не поддаться ему просто невозможно. И я малодушно поддалась, разрешая ему повторить всё то, что произошло вчера вечером в моей гостиной.

Прямо среди белого дня. В его кабинете!

Что это, если не безумие?

Металл стеллажа грохотал о стену так оглушительно, что наверняка о том, что творилось сейчас в этом кабинете, догадывалась вся больница. Мне было безумно стыдно и одновременно так хорошо, как не было, наверное, никогда в жизни. Гораздо, многократно лучше, чем вчера…

От очередного удара на пол посыпались глянцевые рентгеновские снимки, разбилась какая-то банка, и опасно пододвинулись ближе к краю полки электронные часы… Я простонала что-то нечленораздельное, стесняясь своих эмоций, но с каким-то ощущением свободы выпуская наружу свои настоящие чувства. Выпуская на волю себя.

—​ Ринат Багратович, вы здесь?

Неожиданный стук в дверь словно гром среди ясного неба — я вздрогнула всем телом и судорожно попыталась вырваться, но Ринат прижал свою ладонь к моему рту, вынуждая застыть:

— Тише, это медсестра. Она сейчас уйдёт, — прошептал он мне в затылок и медленно убрал руку. — Расслабься.

И я послушала его в очередной раз. Просто закрыла глаза и отдалась моменту, обещая самой себе, что этот раз уже точно будет последним.