В постели с врагом

Часть 29

— Андрей? Привет…

— Прости, что так поздно, — он заглянул мне за плечо, словно проверяя, не прячется ли там кто-то, а потом виновато улыбнулся. — Ты, наверное, уже ложилась спать?

— Нет, что ты? Время детское. Проходи, — я шумно шмыгнула носом и посторонилась, пропуская позднего гостя. Не забыла я так же посмотреть на соседский дом, но он по-прежнему выглядел угрюмо и сонно. — Кстати, о детях… С кем твой сын?

— Мама приехала на несколько дней, возится с удовольствием. Внук-то единственный и любимый.

— М, — я коротко кивнула, не зная, что ещё у него спросить.

Я была рада его видеть, действительно: каждый раз, когда он появлялся, мне становилось… спокойнее, что ли, от этого мужчины исходила какая-то особенная уютная энергетика. Но сейчас, когда я в полном раздрае, опухшая и зарёванная…

Он же обязательно спросит, что со мной, и что я ему на это отвечу? Правду? Это слишком личная и неудобная правда. Мне было стыдно и в то же время так хотелось с кем-то поделиться. Я устала таить всё в себе.

— Может, хочешь чай? — я кивнула в сторону кухни, но Андрей даже не пошевелился. Стоял и смотрел на меня как-то… не так, как смотрел раньше. На нём не было привычной рабочей одежды: вместо стареньких потертых джинсов тоже джинсы, но модного чёрного цвета с прорезями на коленях, белоснежные кроссовки и такого же цвета футболка. Выглядел он совсем не так, как выглядел всегда. Он казался выше, серьёзнее. Вроде бы тот же самый человек, но словно какой-то другой.

От такого взгляда "нового" Андрея мне стало даже немного неловко, поэтому я отвернулась и засеменила на кухню.

— Не знаю, что там сейчас осталось, вроде был с бергамотом…

— Я не хочу чай, я пришёл спросить — это всё правда?

— Что именно?

— То, что рассказала Лола.

Я резко остановилась, но повернуться и посмотреть на него снова было очень неловко. Не знаю, почему так, почему именно с ним…

Он хороший человек, хороший мужчина и явно никогда не спал с замужней соседкой. И тем более не делал ей детей. Он не поймёт и пристыдит меня… А мне так не хотелось разочаровывать единственного человека, который всё ещё думал обо мне хорошо. Но скрывать правду глупо, рано или поздно он всё равно узнает. Уже узнал, суток не прошло. Так что пусть лучше все подробности будут от меня.

— Да, правда, — я всё-таки обернулась на него и, обняв плечи руками, устало прислонилась к стене. — Я развожусь с Игорем. И жду ребёнка. Не от Игоря, от другого мужчины.

Андрей ничего на это не ответил, лишь молча встал со мной рядом, и я только сейчас обратила внимание, что он выше меня почти на целую голову.

Так мы и стояли: в темноте, глядя через глазницу окна на стремительно опускающуюся на посёлок летнюю ночь.

— Лола сказала тебе, кто он? — нарушила я тишину первой.

— Нет.

— Можно я не буду называть его имя?

— Я знаю его имя, — ответил Андрей, и я подняла на него удивлённый взгляд. — Я всё понял ещё тогда, на вечеринке у бассейна. Вы так смотрели друг на друга.

— Боже, мне так стыдно, — я всё-таки не выдержала и разревелась, уткнувшись лицом в ладони. — Ты, наверное, считаешь меня теперь шлюхой.

— Я этого не говорил. И никогда не скажу, — неожиданно он положил руку на моё плечо и притянул меня ближе к себе, успокаивая. Очень аккуратно. Он был близок, но всё-таки соблюдал дистанцию. — Ты просто запуталась, вот и всё.

— У него жена больна, а я…

— Ты же этого не знала.

— То есть, думаешь, будь она здорова, это бы всё в корне изменило?

Я отчего-то разозлилась. Не на Андрея, конечно. На себя. Хотя и на него тоже: ведь вместо того, чтоб обругать меня, чего я, собственно, как раз заслужила, он пытался как-то обелить мой отвратительный поступок. Наверное, мне было бы проще, если бы он действительно обложил меня не самыми лестными словами, по крайней мере я бы получила по заслугам. А так…

— Я была замужем и спала с женатым мужчиной! Это ненормально! Это ужасно, я это осознаю, и нет, я не запуталась, Андрей. Просто он… — я тяжело вздохнула, растеряв весь пыл. — Я видела, что нужна ему, понимаешь? А Игорю — уже давно нет.

— Я понимаю.

— Вряд ли. Ты наверняка в жизни никогда не совершал хоть что-то даже близко подобного.

— Это да, я никогда не спал с чужим мужем.

Он сказал это так серьёзно, что я просто не смогла сдержать улыбку.

— Но я тоже не святой — мне давно нравится замужняя женщина. Очень нравится, — продолжил он, пристально глядя мне в глаза, и только спустя несколько секунд до меня дошло, что именно он имел в виду.

Улыбка сошла на нет, стало ужасно неловко. А вот он, наоборот, словно сбросил лишний груз и стал раскованнее:

— У тебя был Игорь, поэтому я даже не думал что-то предпринимать, как-то лезть в вашу семью.

— Андрей… — я попыталась мягко его остановить, понимая, к чему он ведёт, но он всё равно продолжил:

— Я на тебя на давлю, ни к чему не принуждаю — если ты не хочешь, мы можем просто общаться, дружить, как раньше, и всё. Но я хочу, чтобы ты знала, что у меня есть к тебе чувства, Стелла.

— Я беременна. Зачем тебе это всё?..

— Твой ребёнок не станет помехой. Если ты захочешь, я воспитаю его как своего… — он сказал это так… что в горле встал тугой ком. Потому что я невольно сравнила реакцию Рината на мою беременность ЕГО ребёнком и слова Андрея…

Мне стало грустно, больно, приятно и неприятно одновременно. В душе творился полный хаос.

Я не верила, что кто-то может бескорыстно любить меня… такую. Хотя, по сути, что я сделала? Игорю было на меня откровенно плевать, у него давно была другая семья. Я не знала этого, но всегда чувствовала. Понимала, что он давно не мой, но продолжала цепляться за иллюзию брака, а когда осознала, что это бесполезно, появился Ринат. В какой-то степени он помог мне выйти из замкнутого круга, и я была ему за это благодарна.

Я не просто спала с ним, утоляя похоть, я хотела быть с ним! На самом деле поверила, что что-то между нами возможно.

А Андрей… он нравится мне, наверное. Как человек.

Или… как мужчина тоже?

До этого дня я никогда не задумывалась о нём как о потенциальном спутнике жизни. Мы много общались, проводили время вместе, и, конечно, я не могла не замечать, что он умён, начитан, у него золотые руки, и он хорошо сложен…

Могли бы мы, если опустить всё происходящее сейчас, и, допустим, встреться несколько лет назад, до моего брака с Игорем, полюбить друг друга? Стать полноценной парой?

Я подняла украдкой взгляд на Андрея и поймала ответный его… Взгляд тёплый, по-настоящему участливый и по-мужски пронизывающий.

Я вдруг неожиданно осознала, что да, вполне возможно. Сложись оно всё иначе…

Это осознание взволновало и даже немного шокировало. Ведь я никогда не думала о нём в подобном ключе! Потому что я была замужем, потому что была погружена в вечные проблемы и, может быть, отчасти потому, что он сам не проявлял никакой напористости. Он был дружелюбен и обходителен и никогда даже намёком не показывал, что я нравлюсь ему больше, чем как собеседница. Так же я даже не смотрела на Рината, пока он не взял меня в оборот. Да, именно так! Он соблазнял меня, виртуозно давил на болевые точки и сразу же их залечивал. Он сделал всё, чтобы я обратила на него внимание, и в итоге я обратила. И, кажется, как дура влюбилась.

Теперь я беременна, развожусь, и, если не считать появления в будущем долгожданного маленького чуда, моя жизнь фактически на грани разрушения.

— Ты, наверное, думаешь сейчас, как всё неожиданно, да? — его мягкий тембр нарушил тишину уже практически наступившей ночи. — На самом деле ты понравилась мне сразу же, как только я впервые тебя увидел. Я начал искать повод, чтобы появляться здесь чаще, на самом деле у меня тут не так много работы, как кажется. Я бы вообще мог от неё отказаться — помимо слесарных дел я проектирую макеты зданий в специальной компьютерной программе, и у меня становится всё больше заказов.

— И почему ты всё-таки не отказался? — спросила я, прекрасно зная ответ.

— Потому что в этом случае я бы перестал видеть тебя, — он мягко улыбнулся, чем смутил меня ещё сильнее.

Не знаю, что сегодня произошло: может, так подействовали гормоны, может, накопившийся стресс, может, его неожиданное признание, но я ощутила что-то странное в его присутствии. Поняла вдруг, действительно — вдруг, что он мне… нравится. Совсем не так, как нравился когда-то Игорь или Ринат, совершенно по-особенному. Мне не хотелось затащить его в постель, поднимать за его счёт женскую самооценку. Рядом с ним хотелось просто быть собой. Хотелось уткнуться в его плечо и выплакать всё, что наболело.

Надёжный, как несокрушимая скала. Да, именно такая вдруг возникла ассоциация.

— Прости, если чем-то смутил или обидел тебя.

— Ну что ты такое говоришь, чем ты мог меня обидеть! Я даже рада, что ты теперь всё знаешь, но… всё действительно слишком быстро. Я ещё даже не развелась. И Ринат… — я замолчала, не зная, тактично ли говорить о другом мужчине с мужчиной, которому ты, как оказалось, давно нравишься.

— У тебя есть к нему какие-то чувства?

Сразу же понял причину моего неловкого молчания Андрей. Я молча кивнула и по привычке посмотрела через открытое окно на дом напротив. В его спальне горел тусклый свет. В ИХ спальне.

Сердце болезненно сжалось.

Андрей проследил за моим взглядом и сразу всё понял. Глаза его потухли, и мне снова стало очень стыдно.

Да, я не обязана отвечать взаимностью на чувства каждого, кто проявил ко мне интерес, но… мне было тяжело говорить ему "нет". Именно ему — тяжело. Потому что он действительно прекрасный мужчина и заслуживает только счастья.

А ещё я неожиданно ощутила, что мне будет ужасно его не хватать, ведь вряд ли наши отношения останутся прежними. Всё слишком сильно изменилось. В жизни каждого из нас.

— Я, наверное, пойду. Уже поздно.

— Да, конечно, — я нарисовала на лице тусклую улыбку, которую он всё равно вряд ли толком рассмотрел, потому что в гостиной стало совсем темно. И это играло мне на руку, ведь смотреть ему в глаза сейчас было бы слишком сложно. — Ты заходи. Нет, правда, в любое время, не стесняйся.

— А ты звони мне. В любое время, — практически прошептал он и вдруг взял меня за руки. — По любому поводу. Если случилось что-то серьёзное или не очень, просто поговорить или даже помолчать вместе. Я обязательно приеду. И знай, что тебе всегда будут рады в моём доме.

— Хорошо, спасибо, — проговорила я в ответ, понимая, что ни за что не стану ему звонить и тем более бежать к нему домой, потому что это было бы слишком жестоко по отношению к нему.

Я и так наломала дров, не хватало ещё быть собакой на сене. Андрей обязательно найдёт себе достойную женщину и будет с ней очень счастлив.

Неожиданно я поймала себя на мысли, что даже чуть-чуть завидую этой его будущей женщине.

Уже открыв входную дверь и запустив в гостиную свежесть летней ночи, Андрей обернулся:

— Я не хочу вмешиваться в твою жизнь и настраивать тебя против Рината, понятно, что как-то очернить его — в моих интересах, но просто хочу сказать, чтобы ты была внимательнее к нему и не принимала все сказанные им слова на веру. Он непростой человек, Стелла, и многое от тебя скрывает.

— Если так посудить, все мы не совсем простые и что-то друг от друга скрываем.

Андрей согласно кивнул и уже сделал шаг за порог, но снова задержался.

— А ещё… вряд ли он оставит свою жену. От таких женщин нечасто добровольно уходят.

Я понимала это и без него, что вряд ли Ринат уйдёт ради меня от Жанны. Но его слова всё равно задели за живое.

— От каких "таких" женщин?

— Которые закрывают на всё глаза, — и только после этого он ушёл, постепенно растворяясь в густой темноте.

Странная штука — жизнь. Я никогда не была слишком востребованной у мужчин, и появление Игоря в моей судьбе восприняла как подарок. Потом появился роскошный Ринат, красавец-хирург, который почему-то обратил на меня своё внимание. Теперь вот Андрей, который, может, не так ярок внешне, но имеет несгибаемый внутренний стержень. Он настоящий мужчина, с которым точно не будет страшно. И он готов воспитывать моего будущего малыша.

Моего. Он только мой.

Я снова посмотрела на дом напротив — свет в окне их спальни потух, дом снова погрузился в привычную темноту. Ринат наверняка уже приехал, и он ни разу мне не позвонил. Я не дождалась его в кабинете, убежала, но ему, видимо, на это наплевать. Как и на меня. И на нашего ребёнка.

Он не хочет его. Точка.

Я не хотела плакать, но снова разрыдалась, в миллионный раз называя себя полной дурой. Он просто воспользовался мной, вот и всё.

Андрей прав — он никогда не оставит свою жену.

Утром мне по почте пришли бумаги от адвоката Игоря — заявление о расторжении брака. Конечно, я знала, что рано или поздно это произойдёт, но всё равно оказалась не готова.

Бездушные слова, сложенные в правильные предложения. Семь лет брака, больше двух с половиной тысяч дней уложились в две неполные страницы формата А4. Игорь с барского плеча оставил мне автомобиль, скромную сумму на банковском счёте и… всё. То есть, вообще, всё!

— Как я буду жить? На что? А наша общая квартира и дом? Они же были куплены в браке!

— Дом записан на мою мать, не делай вид, что ты этого не знала, — холодно отрезал он в телефонную трубку.

— Я знала, но ты говорил…

— Стелла, пожалуйста, бога ради, — устало выдохнул он тоном совершенно чужого человека. — Ты же прекрасно знаешь, что не вложила в покупку этого дома ни копейки, собственно, как и в покупку квартиры. Всё это приобретал я! Хочешь судиться — судись, но поверь, мой адвокат не зря ест свой хлеб, ты ничего не добьёшься, максимум, что тебя ждёт — тонна зря потраченных нервов, денег и косые взгляды окружающих. Думаешь, я стану скрывать, что ты залетела от другого, будучи в браке?

— У тебя вообще была другая семья, не смей строить из себя несчастного обманутого мужа! — я почувствовала, как завожусь. — Моя связь длилась месяц, и я её прекратила, твоя же — более двух лет, и ты вообще жил на два фронта. Да вы даже умудрились родить общего ребёнка! Имей совесть, ради всего святого, я скоро стану матерью, и мне совершенно негде жить.

— Пусть тебя спонсирует тот, кто тебя трахал.

— Но…

— Все претензии можешь выложить в письменной форме моему адвокату, — где-то на заднем фоне послышался плач младенца, и сердце моё болезненно сжалось. — Мне больше некогда говорить, будь добра, собери вещи к концу месяца, я хочу продать дом.

— До конца месяца? Это же менее двух недель! Я не успею!

— Значит, тебе стоит поторопиться. До связи, — и всё, послышались короткие гудки.

Я шокированно опустилась на край софы, продолжая бездумно смотреть на уснувший экран телефона.

Скоро я останусь на улице. Я и мой ребёнок.

Я понимала, что могу попробовать всё-таки что-то отсудить, нанять дорогого адвоката по сложным бракоразводным процессам, но где мне взять денег на этого адвоката? Отдать последние, чтобы просто рискнуть?

Адвокат Игоря тоже непростой парень, я его знаю — молодой, но с хваткой акулы, он будет биться до последнего, и у Игоря хватит средств продолжительное время спонсировать этот бой. А где брать деньги мне? Тем более зная о том, что скоро мне пригодится каждая копейка.

Развод — это всегда сложно и страшно, а когда ты разводишься беременной и знаешь, что уходишь ни к кому и в никуда…

Как Игорь мог так со мной поступить? Так цинично и хладнокровно вышвырнуть беременную женщину на улицу. Да, беременную не от него, но он ведь тоже действительно не святой!

Хотя о чём я — в народе так давно повелось, что если мужчина заводит любовницу в браке, значит, жена дура и наверняка что-то ему недодаёт, а вот если женщина имеет наглость позволить себе адюльтер — она опустившаяся шлюха. Так же думает и Игорь, ведь на свои грешки глаза закрыть всегда проще, они ближе к телу, чем чужие.

Я действительно не могла понять, за что он со мной так. Если он полюбил другую, мог бы уйти намного раньше. Стать счастливым сам и позволить мне переболеть, дать возможность тоже как-то выстроить свою жизнь. Не доводя всё вот до такого… Я не требую многого, пусть забирает дом, бог с ним, но оставил бы мне хотя бы квартиру! Они же всё равно не будут в ней жить, для семьи с ребёнком она слишком мала — всего две спальни, гостиная и кухня. Наверняка они купят на вырученные за дом деньги что-то более просторное и комфортное.

Как? Вот как я не могла понять за столько лет, с каким человеком делю постель?

Я не снимала с себя ответственности за свои грехи, но быть настолько жадным и мелочным… Мы же жили вместе, не чужие друг для друга люди! Я верила ему, позволив записать дом на его мать. Дура. Наивная беспросветная идиотка.

Я долго не могла прийти в себя, но я не плакала и не бросалась в панику, наоборот, достала из шкафа дорожный чемодан и начала аккуратно складывать туда свои вещи. Потом поняла, что вещей слишком много, а чемодана всего два… Я снова не отчаялась и принялась складывать одежду ещё плотнее, с каким-то маниакальным рвением. А потом, когда я, обливаясь от усердия потом, запихивала в накладной карман своё бельё, меня вдруг накрыло осознанием, что я не уезжаю куда-то в отпуск, я собираю вещи, чтобы уехать отсюда насовсем. То есть вообще навсегда. Я буду жить непонятно где и на что, работу в галерее придётся бросить, потому что я физически не смогу каждый день приезжать сюда за сотню километров. Пока я найду что-то и обустроюсь на новом месте в столице, пока отыщу подходящую работу, у меня уже будет торчать живот и никто меня никуда не примет. Даже если не заметят сразу, к концу испытательного срока наверняка всё поймут, и исход будет плачевным — я останусь без средств к существованию…

Вот только тогда я заплакала — тихо, горько и совершенно безудержно. Потом открывала распухшие глаза, смотрела на гору разбросанных вещей и начинала рыдать снова.

Я понимала, что не будь я беременна, всё было бы намного проще, да даже в суде у меня были бы хорошие шансы надавить на то, что муж изменял меня не один год, а теперь вышвырнул из своей жизни без всего. Этот ребёнок от Рината менял всё кардинально, но не было ни одной, даже мимолётно проскользнувшей, мысли, что всё это было зря.

Я не просто спала с Ринатом, он нравился мне, я была в него влюблена. Я безмерно счастлива и не устаю благодарить бога, что он подарил мне такое чудо. Да, пусть я буду матерью-одиночкой, но я буду матерью, а это самое главное.

Я справлюсь, обязательно. Я смогу!

Когда раздался звонок в дверь, я уже не знала, чего ожидать, и была готова ко всему. Что это приехали из службы перевозки вещей, чтобы вывезти из дома всю мебель, потому что так распорядился Игорь; что это пришла моя "подружка" Лола, чтобы высыпать на мою голову очередную порцию проклятий; что, может, даже Андрей, чтобы снова протянуть руку помощи…

Но когда я открыла дверь, то буквально остолбенела — на пороге стоял Ринат.