В те времена

— Мадам, моя душа — как темное ущелье,

Я позвонил, чтоб попросить у Вас прощенья,

И если я не говорю сейчас Вам «здрасьте», —

То потому лишь, что сгораю весь от страсти!

Сегодня утром, повстречав Вас в вернисаже,

Я видел сердце Ваше бьющимся в корсаже…

Вы улыбались с нежной бледностью в лице,

Меня сразив, как насекомое цеце.

Чтоб залечить немного страшное увечье,

Мадам, молю, не откажите мне во встрече!

Пусть не покажется нескромным Вам, ма-шер —

Мою судьбу Вы осветили, как торшер.

Я повторять готов знакомым неустанно:

Вас не хватает на полотнах Левитана.

И если б граф Толстой не был вегетарьянцем —

Он насладился б Ваших плеч тончайшим глянцем!..

Когда стояли Вы, опершись о колонну —

Вы мне напомнили Брокгауза с Эфроном

И я клянусь — для Вас, Тургеневу назло —

Пустил по ветру бы Дворянское гнездо!

Без Вас я пуст, как ужасающая бездна,

Хоть многих дам любил — и даже безвозмездно!

Они шептали обо мне не без причин:

«Мир не видал еще вовек таких мужчин!..»

— Я настоятельно прошу Вас быть потише:

А то мой муж вдруг все за покером услышит!

И хотя я еще ни в чем не виновата, —

Меня убьет он, как Тагор Рабиндраната!

Само собой, мне Ваша речь не безразлична,

Но все должно, конечно, выглядеть прилично…

А темперамент Ваш как смерч в меня влетел —

И раздирает душу вместе с декольте!

Отбросьте же свои замашки солдафона —

Я не могу всю ночь торчать у телефона.

Повесьте трубку, дайте станции отбой, —

А то не знаю, что я сделаю с собой!

— Мадам, меня качает, словно на качелях!..

Достойны Ваши перси кисти Боттичелли!

И если я усну сегодня — мне приснится

Ваш антураж по оба края поясницы!

Должны Вы чувствовать: любовь моя — не поза,

Ее не выразить смычками Берлиоза!

Признаюсь Вам: уже я мысленно раздет, —

Так назначайте же скорей, когда и где?!!

А если Ваш отказ, глухой и негуманный,

Меня убьет, как паровоз зарезал Анну —

Я буду пить «Абрау-Дюрсо» три дня подряд

И Третьяковку подожгу, как Герострат!

— Должна признаться Вам — Вы так нетерпеливы,

Что вызываете в душе моей приливы…

Но я не склонна к безнадежным авантюрам,

Хоть и имею безупречную фигуру!

Конечно, муж меня не ценит и — о, Боже! —

Не посещал давно супружеское ложе…

Но! Я всецело неприступна и строга,

И не позволю на него надеть рога!

Я заклинаю Вас от имени прогресса:

Не поступайте же со мною, как агрессор,

А то боюсь, что я не выдержу атак

И распущу корсет, как крепость — белый флаг!

— О, наконец, мадам! Нельзя терять мгновенья!

Я отыщу местечко для грехопаденья:

Поедем за город в моем автомобиле,

Где припаду я к Вам, как царь Самсон к Далиле!

Мое авто придет за Вами, с черным верхом.

Мы разразимся в нем любовным фейерверком,

Затем мой торс и Ваш божественнейший стан

Соединим, как пролетарии всех стран!..

Кладу я трубку, но прощаться нету мочи:

Я трепещу весь в предвкушенье этой ночи!

Сорвите ж с губ своих, мадам, «о ревуар!» —

И не забудьте про прозрачный пеньюар!..