Концессия. Книга 6. За рекой, под сенью гор

Пролог

Где-то в саванне, 24.06.24 г. ООК, вечер

— Мы идём, не стреляйте!..

Ну да, ничего умнее не придумал. А кто бы придумал в сходных обстоятельствах? Мало нам «слизняков» — хоть «зомби», хоть молодых да ранних — так ещё и Диких на наши головы принесло! И не абы каких абстрактных, а знакомых, из тех, с кем бы я ни за какие коврижки впредь встречаться бы не хотел. Ан нет, судьба! Кстати, странно, что меня адреналином не прострелило, видимо, к текущему моменту уже несколько перебрал с впечатлениями. Да и в целом стал куда более толстокожим, чем раньше, во времена работы на корпов. Возмужал Олег Лесничий, да и Генри Форрестер заматерел! Ну и Энрике от них не отстаёт: состроил морду кирпичом, как будто так и надо. А у самого поджилки трясутся…

— Да сказал же, не ссыте! — рыкнул главарь. — И это, побыстрей давайте, мне сальвахес трудно сдерживать!

— Кого⁈ — недопонял я.

— Babosas salvajes!

— Ась⁈ — поддержал меня Вова.

— Не важно! — раздражённо отмахнулся бугай-Дикий. — Слезайте, да валим! Пару минут вам! Или придётся заново проход расчищать! Бамос, амигос! Бамос!

— Боюсь, амиго, за пару минут не справимся, — снова высунулся из-за моего плеча Вова. — Пока верёвку спустим, пока по ней спустимся…

— Да вон, по «слизнякам» спускайтесь! — ткнул в нужную сторону пальцем главарь, надо думать, для пущей наглядности. — Ничего они вам не сделают! Уж на три-то метра спрыгните, надеюсь? Или мне вас трусливыми пендехо называть?

— А шмот⁈ Ты как себе это представляешь⁈ — возмутился Вова.

— Не беси меня, гринго! — скорчил зверскую рожу предводитель. — Бамос, пендехос! Бамос-бамос-бамос!

— Погнали, чё, — смирился с неизбежным Вова.

Ну а мне не оставалось ничего иного, кроме как за ним последовать, благо бедовый напарничек, как более смыслящий в альпинизме и прочем скалолазании, пошёл первым. И, надо сказать, получилось у него довольно ловко: повис на руках в «бойнице», а там уже и до верха намёта чуть больше метра осталось. Естественно, Вова легко спрыгнул. А вот удержался на верхушке с трудом. Но таки не упал! А потом поочерёдно поймал сначала свой обожаемый «ручник», а потом и мой «калаш». Ну а там и я сам сподобился — дурной пример, как известно, заразителен.

Ну а дальше вообще дело техники: осторожненько, потихонечку, мелким шагом… и до самого основания намёта, плюс чуть правее, дабы попасть в зону действия загадочного «колдунства» предводителя Диких. Честно признаться, я думал, что нам куда хуже придётся — всё-таки склон отличался изрядной крутизной! Но, на наше счастье, поверхность «зомбослизней» под подошвами вообще не скользила. Так что наша задача, по сути, свелась лишь к сохранению равновесия. На ходу, естественно.

— Так, гринго! Лезьте оба назад! — предвосхитил наш следующий вопрос главарь, махнув рукой себе за спину.

И так зыркнул, что даже Вова проглотил возражение. Я же, едва оказавшись в непосредственной близости от четырёхколесного пепелаца, невольно застыл каменным изваянием, вперив взгляд в… даже и не знаю, как это обозвать адекватно! Сюрреалистическая мешанина гнутых алюминиевых профилей, пластиковых твилов с пластиковыми же торсионами, и разнообразных электрических агрегатов — от усилителя руля до встроенных прямо в твилы мотор-колёс. И всё это в обрамлении… кусков «слизнячьей» плоти! Мало того, судя по внешнему виду шедевров сумрачного Дикого гения, это не они встроены в конструкцию, это основная конструкция в них то ли вплавлена, то ли вживлена! То бишь тела «каменных слизняков» здесь несущий и связующий элемент! Так сказать, база. О-фи-геть!..

— Чего застыл, Профессор⁈ — машинально подтолкнул меня в спину Вова. — Хлама самодвижущегося не видел, что ли?

— Такого — нет, — мотнул я головой, по-прежнему пребывая в прострации. — Да ты сам глянь только! Это же эти!..

— Гринго, вы чего там застряли? — потерял терпение главарь.

— Да у Профа в зобу дыханье спёрло! — с ехидцей пояснил Вова, но — увы! — остался не понят неблагодарной аудиторией. — В смысле, он в изрядном ох… — отставить! — удивлении!

— Потом посмотришь, гринго! Будет у тебя ещё время!

— Ла… ладно, — судорожно сглотнул я слюну вмиг пересохшим горлом. И заявил напарнику: — Ты, Вов, как хочешь, но я у них на пару недель как минимум залипну!

— Залипнешь, обязательно залипнешь! — посулился тот. — Если позволят! А то, может, щас докинут до мест, где сеть ловит, да выгрузят! А мы дальше как хочешь! Пошёл, Проф!

И, наконец, умудрился сдвинуть меня с места, отнюдь не по-дружески пихнув в спину.

— Да иду, иду! — буркнул я, машинально переставляя ноги.

— Вон, сзади пристраивайтесь! — подал голос водитель, когда мы с моим партнёром по опасному бизнесу замешкались возле… ну, пусть будет багажным отделением. Хотя о каком багаже может идти речь в случае с ажурной пространственной конструкцией с подвесными креслами-«коконами», очень большой вопрос. — И пристегнуться не забудьте! Знаю я вас, пендехос! Предупреждай, не предупреждай, всё равно потом на ходу вываливаетесь!

— А что, были уже прецеденты? — насторожился Вова.

— И неоднократно! — заверил водила. — Постоянно! Так что хлебалами не щёлкаем, пендехос!

— Сам ты! — буркнул в ответ Вова, но довольно беззлобно — видать, проникся. — Проф, ты как?

— Норм! — отозвался я уже из… ну да, что-то типа подвесного кресла, такого, знаете, в виде половинки вертикально подвешенного на верёвках плетёного яйца. — Жесть какая! Качает, небось?

— Ещё как, пендехо! — хохотнул водитель. — Так что блюй в сторону! На колесо можно, или назад! Но не в кабину! Иначе тебе Хефе голову оторвёт! Верно я говорю, Хефе?

Какой-то он стрёмный, если честно. В смысле, водила. Явно пацан ещё, может, чуть за двадцать, и сложением гораздо скромнее большинства соплеменников. Зато жилистый и весь как на пружинах. Из одежды на нём лишь камуфляжные шорты и грубые ботинки с берцами. Плюс подмышечная кобура с каким-то самопалом. Ну и на шее платок, из каких обычно в вестернах грабители банков маски делают. Надо полагать, для защиты от пыли. А так, если не зацикливаться на лёгком флёре БДСМ в гардеробе, паренёк как паренёк, типичный для латиносов — скуластый, черноглазый, улыбчивый. Длинные волосы в хвост забраны. Но это, как я посмотрю, здесь стандартная причёска — вон, Хефе тоже гриву в резинку убрал, и не заморачивается.

— Верно, Гиганте! — между тем солидно пробасил главарь, так же, как и я, уже устроившийся на своём месте. — Держитесь, грингос! Поедем с ветерком, время не ждёт. А нам ещё поговорить надо. Серьёзно!

Ну спасибо, что предупредил! — саркастически хмыкнул я, но, справедливости ради, про себя. Не до того было — тут бы со сложной пристяжной системой разобраться, да не запутаться, как муха в паутине. Хотя Вова, вон, уже как штык! И даже сообразил, как пулемёт удобней пристроить, дабы он ему не мешался. Но не только — не знаю, в курсе ли водила с главным, но мой напарник сейчас мог при должном старании прострелить башку что одному, что второму. Вернее, с такого расстояния, практически в упор, снести напрочь. Естественно, делать этого он не собирался, но само осознание такой возможности… скажем так — грело душу.

— Всё, едем! Бамос! — поторопил главарь, и водила, круто заложив руль, натурально дал по газам — с пробуксовкой, да с места!

Помнится, у гонщиков-профи это называется «лонч» и считается особым шиком, но тут, по ходу, это стиль жизни такой. Чтобы всё резко, быстро, с огоньком! Ну и ещё страшным треском статики, шорохом взрываемой твилами сухой почвы и здоровенными столбами пыли из-под колёс! Что характерно, задних, в непосредственной близости от которых мы с Вовой и сидели, хотя ведущие все четыре. Видимо, полный привод непостоянный, и сейчас работала только задняя ось. И да, я даже не удивился, когда меня буквально за пару секунд всего запорошило. Всего в буквальном смысле слова, с головы до ног! Ну и «гнёздышко» моё мотнуло так, что оно немилосердно долбанулось об раму. Но это ещё полбеды — подумаешь, приложило! А вот Вову мотнуло от рамы, и он едва не чиркнул ногой по колесу. Хорошо, успел вовремя поджать конечность, иначе не миновать беды. Прямо как в старой песне: нога попала в колесо, и тело резко занесло! К счастью, не в нашем случае. Но вот вопли наши с напарником глотки извергли практически одинаковые — раздражённо-злобные и одновременно матерно-восхищённые.

Ну, что сказать? Личный водила главаря свою пайку ел недаром — пожалуй, он вполне бы смог составить конкуренцию топ-гонщикам из Порто-Либеро! И даже имел бы некое преимущество, поскольку те не до такой степени отбитые да безбашенные. А уж когда наш пепелац подпрыгнул на угодившей под оба правых колеса неровности, эмоций мы получили ещё больше. Но о них лучше промолчать, ибо цензура!

Кстати, теперь мне окончательно стало понятно, почему это Дикие используют исключительно построение «уступ», ну, или в крайнем случае «клин». Да потому что колонной так ездить решительно невозможно! Тем, кто позади, пыль настолько застит, что ничего не разобрать. Тупо не видно, куда движешься. А так очень даже ничего. Со стороны и вовсе предельно эффектно. Плюс психологическое давление на потенциальную жертву.

А ещё меня незамедлительно начала сверлить ускользающая мысль… о некоем несоответствии. Вычленить её удалось далеко не сразу — примерно через пару километров от нашей скалы-«ладьи», когда мы вырвались на относительно ровный и незаросший участок, и багги понеслась легко и мощно, без немилосердных рывков и вибраций. Ну и под твилами хрустеть стало гораздо… тише?.. Точно! Вот оно! Я-то уже, грешным делом, привык к вою двухтактников, а здесь — ни-че-го! Один лишь треск статики да еле слышный гул мотор-колёс… и вот теперь уже всех четырёх! По факту, полный электрический привод. И это притом, что никаких массивных экранированных кабелей я не наблюдал — особенно у передней оси. Да и, честно говоря, при всём желании не мог определить, где у этой самобеглой коляски аккумулятор⁈ Он должен быть очень нехилых размеров, да плюс экранирующий шкаф… а ничего нет! Рама, гнутые профили, куски «слизнячьей плоти»… и всё! Ну и откуда заряд⁈ Неужто… ну да, а ничего больше и не остаётся. Судя по расположению наплывов «слизнячины», она и есть аккумулирующее вещество, оно же проводники. Занятно. Причём, как говорил один известный киноперсонаж, до жути! Ну и как всю эту прелесть заряжать⁈ Или?.. Ну да! Они прямо на ходу тянут энергию из атмосферы! И из почвы заодно — вон как под кабиной сверкает. Вот это технология, однако! Прямо безотходное производство! Жаль только, что остальным обитателям Роксаны — я имею в виду, разумным — она вряд ли будет доступна. Сдаётся мне, тут нужен некий ключевой компонент, объединяющий в единую систему биологические и неорганические объекты… что-то вроде Эшу островитян. И да, это наверняка «мускус». Вот ведь блин!..

Теперь бы ещё понять, куда это нас везут… и у Хефе не спросишь — слишком громко ветер свистит, вернее, набегающий поток воздуха. И да, когда трясёт, запросто можно себе язык откусить, так что ну его на фиг. Попозже поинтересуюсь, когда прибудем… куда-нибудь. Ну а пока, дорогой товарищ Олег, расслабься и получай удовольствие! Потому что а фиг ли ещё делать? И рот не разевай, пылищи наглотаешься. Ну а спасение от неминуемой гибели, как ни крути, законный повод для радости. Так что даже не вздумай вешать нос, гардемарин! Но и особо не расслабляйся! Потому что, как любит выражаться Вова, как только расслабишься, так тебя жизнь сразу же и поимеет. В предельно извращённой форме, хе-хе!