Адвокат с Эльтона

Глава 13. На Ион

Не успел я сделать и десяти шагов от переговорной, как увидел в конце коридора примечательную фигурку недавней знакомой.

— Алесса?!

Не знаю, чему именно я удивился. Она помощник прокурора и имеет полное право находиться на третьем сателлите Танорга…

— Эрик! Вот ты где!

Девушка с пышным облаком малиновых волос развернулась на носках туфель и стремительным шагом стала сокращать пространство между нами.

— Эрик, да чтобы твой хвост облез до последнего волоска! Ты что тут делаешь?! Нестабильная сингулярность! Решил, что раз ты единственный чистокровный эльтониец, то тебе всё простят?!

Алесса неотвратимо надвигалась на меня, фиалковые глаза с нежно-бирюзовой каёмкой метали молнии ярости. Полы необычно длинного безрукавного пиджака поверх строгого платья развевались позади и хлопали гигантскими изумрудными крыльями. Алесса выглядела как истинная богиня гнева. Правда, образ слегка пошатнулся, когда она споткнулась о ленту травелатора. Эльтонийка упала мне буквально в руки, и, клянусь, если бы не мимолётное испуганное выражение её лица, я бы подумал, что она это сделала специально. В лёгкие ударил потрясающий аромат сладкой ежевики.

— И тебе привет, красотка, — поздоровался я, но в ответ получил лишь разгневанное шипение дикой кошки:

— Никакая я тебе не красотка! У меня имя есть! Алесса Мариар!

Она мгновенно выпуталась из моих рук и принялась приглаживать волосы. Правда, каждое движение наэлектризовывало их ещё сильнее, отчего они теперь вместо аккуратной причёски образовывали что-то вроде шара над её головой. Я изо всех сил старался не улыбаться.

— И что же мне должны простить за то, что я официально единственный мужчина в своей расе?

— Тебя ищет вся верхушка Ионского суда и уже передала запрос в Спутниковую Полицию! У тебя на сегодня дело назначено, а ты не явился!

— Дело? Какое ещё дело? Я просил Бена всё отменить…

Я ответил на автомате и тут же вспомнил электронный автоответчик канцелярии суда, сообщивший, что Розалинда подала на меня в суд за липовое сексуальное домогательство. Неужели оно назначено на сегодня?! Осознание собственного прокола накрыло ледяным цунами. Шв-а-арх!

Я стремительно развернулся и бросился в сторону шлюзов, где оставил «Тигра». Как я мог забыть?! Ох, если я не появлюсь на Ионе в течение восьми часов, то у меня отберут лицензию!.. Коридор, ещё один, ещё… Я выскочил идеально в тот же шлюз, где общался с роботом-досмотрщиком. Те же стены, те же иллюминаторы, тот же турникет, та же транспортная платформа с диодной подсветкой по периметру… но абсолютно пустая!

— Где мой истребитель?! — я практически зарычал на робота.

— Ещё раз здравствуйте, Эрик Вейсс, — заговорила со мной кубическая голова на шарнирах. — В нашу прошлую встречу вы сообщили, что штатный навигатор не известил вас об опоздании. Ваш «Тигр» отбуксирован в ремонтный цех на диагностику и, возможно, перепрошивку программного обеспечения бортового компьютера.

— Какой чёрной дыры?! Я не давал согласия. Это моё личное имущество. Вы не имели права! Быстро верните мне истребитель!

— Сожалею, что вы расстроились, но не могу удовлетворить ваше требование. Исправление неполадок навигатора, встроенного в транспорт, имеет высший приоритет. Такого рода неисправности могут стоить жизни владельцам, а жизнь разумного гуманоида — наивысшая ценность, — ответил металлический засранец.

От злости на швархову жестянку у меня начал дёргаться левый глаз. Прикрыл веки, чтобы успокоиться.

— Сколько?

— Что сколько?

А говорят, роботы не умеют издеваться…

— Сколько времени мне ждать вашу швархову диагностику?!

— Вас ввели в заблуждение, если вы считаете, что ремонтом техники занимаются неразумные животные…

— Сколько. Времени. Она. Займёт?!

— Стандартный астрономический час.

Так, ну с этим ещё можно жить…

— …Если ремонтные боты найдут неполадку. А перепрограммирование и тестирование займут около трёх астрономических часов. Если же проблема окажется не только в программном обеспечении…

Захотелось взвыть. У меня нет столько времени! Корабль нужен любой и как можно скорее… Четыре часа ждать «Тигра» я просто не смогу. Мне только до Эльтона добираться на нём больше пяти…

— Сколько будет лететь сюда межзвёздное такси с Танорга?

— Сорок две стандартных минуты. И ещё восемнадцать займёт оформление документов.

Итого час — неплохо.

— Какими двигателями оснащено самое мощное?

— QR/1884. Но, смею заметить, скорость такси искусственно ограничена третьей космической в целях безопасности пассажиров.

Я прикинул расстояние до Иона, скорость и со злости пнул ближайшую стену. То ли силу не рассчитал, то ли в стык пентапластмассы попал, но перегородка прогнулась. Робот-досмотрщик взвыл и замигал красными диодами.

— Причинение вреда имуществу Аппарата Управления Таноргом. Эрик Вейсс, вам автоматически выставлен штраф на триста кредитов…

— Да хоть на три тысячи, — буркнул я, отворачиваясь. — Лишь бы транспорт предоставили.

В этот момент в поле зрения попала запыхавшаяся эльтонийка, которая как раз только-только успела добежать до шлюзов за мной. В голове мелькнула гениальная мысль.

— Алесса! На чём ты прилетела?

— На «Крылатке».

Я резко выдохнул. «Крылатка» — не чета «Тигру», на ней совершенно точно нет лазеров, чтобы сократить путь и разбить астероиды, да и скорость она развивает существенно меньшую, но в текущей ситуации — это лучший из вариантов.

— Где запарковалась?

— Соседний шлюз…

Не успела Алесса договорить, как я схватил её за руку и практически бегом повёл в сторону, куда она невольно посмотрела. Нельзя было терять ни секунды драгоценного времени. Выкрашенный в яркий золотисто-жёлтый цвет корабль со смешными двигателями-крылышками я увидел ещё издалека. Преодолевая возмущение Алессы, приложил её ладонь к сканеру на двери и спросил:

— Полетишь со мной на Ион или будешь ждать такси с Танорга?

— Что?! Доверить тебе свой межзвёздник?! А хвост от наглости не отвалится? — вскинулась эльтонийка и первой полезла на место водителя.

Я как-то не учёл того факта, что «Крылатка» тесная настолько, что дополнительного сиденья для второго пилота в ней просто нет. Лишь небольшое пространство позади единственного кресла, называемое багажным отсеком, но при этом имеющее общее воздушное пространство с пилотом. Я скользнул в хвостовую часть крошечного корабля и опустился на пол. Ноги упёрлись в затемнённый конусообразный иллюминатор, затылок — в кресло пилота.

— Заводи, — устало попросил Алессу.

Та в ответ фыркнула.

— И без тебя знаю, что делать…

Двигатели загудели, заработала вентиляция, мелко завибрировали пол и стены. Крошечный корабль приподнялся и выпорхнул через шлюз искусственного сателлита, который стал стремительно уменьшаться. С моего ракурса это было отлично видно. Слава Вселенной, что системы Эльтона и Танорга соседние и лететь не так долго, как до того же Ларка или Захрана… Я открыл на коммуникаторе простенькую программку для расчёта времени перелёта и убедился, что «Крылатка» успеет покрыть расстояние от сателлита до Иона за семь с небольшим часов. Итого у меня будет ещё час в запасе, чтобы предстать перед очами судьи и объяснить, что я ни в коем случае не подался в бега.

Я выключил беззвучный режим, который активировал ещё на Ионе, чтобы мне никто не мешал, и увидел девять пропущенных звонков, шесть из которых принадлежали Бену, а остальные три, судя по определителю номера, — канцелярии Ионского суда. Гнилые пихряки… Как же я так увлёкся делом таноржца, что совершенно забыл о бывшей клиентке? Пришлось быстро написать короткое сообщение Бену, что со мной всё в порядке и в данный момент я как раз двигаюсь в сторону спутника Эльтона, и попросить уговорить судью дождаться меня. Секретарь прислал сотню проклятий в анимированных картинках, как обычно потребовал внеочередную премию за потраченные нервы, но пообещал, что вырулит ситуацию.

— Спасибо, Алесса. Ты очень меня выручила, — произнёс я спустя полчаса ненавязчивого шуршания двигателей.

— Не обольщайся, Эрик, — ответила девушка. — Ты сказал, что возьмёшься за дело Росси, вот я и хотела, чтобы его защищал успешный адвокат, а не… — она сделала небольшую паузу, — …бывший адвокат.

— Ещё скажи, что ты оказалась на сателлите случайно, — фыркнул я, отбрасывая волосы со лба.

— Случайно. У меня были свои дела, но, когда я услышала, что тебя разыскивают, уточнила у местного ЦИИ, есть ли на территории адвокат Эрик Вейсс, и ничуточки не удивилась положительному ответу.

В голосе Алессы слышалось раздражение, но интуиция подсказывала, что всё не совсем так, как она говорит. Или мне отчаянно хотелось, чтобы всё было не так? Шварх, я совсем запутался…

Маленькое пространство «Крылатки» заполнилось ягодным ароматом Алессы. Меня начало клонить в сон. Всё-таки я очень мало спал за последние несколько суток. Я не видел лица эльтонийки, так как сидел к ней спиной, но, прикрывая веки, вместо предстоящего дела постоянно возвращался мыслями к девушке, которая находилась в считанных сантиметрах от меня, за слоем металла, пластмассы и искусственной кожи, и весьма успешно делала вид, что меня здесь нет.

Усилием воли сконцентрировал взгляд на далеком жёлтом карлике и нескольких планетах, вращающихся вокруг него… Минута, другая…

— Алесса, а на какой скорости мы движемся?

— На третьей космической.

Бракованный синхрофазотрон… Сон как рукой сняло. Я решительно поднялся и, насколько это позволяло пространство «Крылатки», боком протиснулся в область рубки.

— У тебя что, совсем нет костей? — поразилась Алесса, с изумлением наблюдая за моими действиями… — Как ты только… Я не полезу в багажное отделение! А-а-а, что ты делаешь?!

Последнее относилось к тому, что я изловчился приподнять девушку и усесться на кресло пилота. Теперь эльтонийка фактически расположилась у меня на коленях. Я ухватился за штурвал одной рукой, а второй перенастроил работу двигателя, щёлкнул тумблером дополнительного расхода топлива, перевёл управление «Крылаткой» полностью в ручной режим. Корабль дёрнуло от резкого набора скорости. Алесса попыталась с меня встать, но пошатнулась. Действуя чисто машинально, я крепко обвил её талию хвостом и притянул к себе.

— Хвост от меня убрал! — красотка не то зашипела, не то сердито запыхтела прямо на ухо.

— Глаголы совершенного вида прошедшего времени нельзя использовать как побудительные, — ответил, но всё же хватку ослабил. — Ты как помощник прокурора должна знать такие вещи.

Девушка завозилась у меня на коленях, стараясь подняться, а я понял, что ещё немного, и начну молиться несуществующим богам, чтобы она не заметила, какой эффект производят её роскошные ягодицы, елозящие по моим бёдрам… И соблазнительная ложбинка груди, мелькающая перед глазами… И этот крышесносный аромат спелой ежевики, который вблизи всё же больше походил на выдержанное элитное вино… Шварх, надо запретить такие духи на уровне законодательства! Так, Эрик, соберись! Зачем ты вообще перелез на кресло пилота? Тебе мало одного иска за сексуальное домогательство, хочешь получить второй?! Чтобы точно не липовым был?

— Зачем ты вообще перелез на кресло пилота? — с негодованием спросила Алесса, отзеркалив мои мысли.

— Затем, что ты слишком медленно ведёшь истребитель, — ответил, внутренне обрадовавшись возможности сменить тему.

Если эльтонийка продолжит так тереться, то ширинка на брюках точно не выдержит. Ещё немного — и мне станет наплевать на то, что мы спешим. Гибкий хвост девушки мазнул по внутренней поверхности моего бедра. В опасной близости от моей адвокатской лицензии. Вселенная, неужели она не понимает, где сейчас была её конечность?!

— И что, ты хочешь сказать, что водишь «Крылатку» лучше меня?! — тем временем, совершенно искренне продолжала возмущаться девушка.

Нет, похоже, она действительно не осознаёт, какого места только что коснулась её кисточка. Спокойствие, Эрик, только спокойствие… Она прокурор. Вам вообще не по пути. Это называется «конфликт интересов». И вообще, у тебя на носу дисциплинарное слушание.

— …Да я уже много лет ею управляю и знаю каждый винтик! Да я по вибрации корпуса могу сказать, в каком положении закрылки! Вообще-то мой корабль летел на максимальной скорости…

— … доступной в полуавтоматическом режиме. Я перевёл управление и перенастроил подачу топлива. Смотри, — указал на приборную панель, — мы уже на четвёртой космической.

Алесса перевела взгляд на торпеду и неполную минуту потрясённо молчала. Я облегчённо выдохнул, потому что аппетитные формы наконец-то перестали так возбуждающе тереться об меня.

— Ух ты, никогда так быстро не разгонялась…

Это было сказало с таким неподдельным восхищением, что я не удержался и похвастался:

— Я по молодости был многократным призёром в гонках на М-14. Даже одно время думал, что построю карьеру, связанную с гоночными флаерами. Истребители в управлении не сильно отличаются от флаеров. Конструкции, конечно, разные, но в целом похожие, сама понимаешь.

— А-а-а-а, понятно, — протянула в ответ эльтонийка слегка расстроенно. Изящные плечики поникли.

Неужели её так задело, что я участвовал в гонках?

— Алесса, всё в порядке? — я озадаченно поинтересовался, на миг отвлекаясь от лобового иллюминатора и заглядывая в лицо девушке.

— Да, в порядке.

Я закатил глаза.

— Ты знаешь, по моим наблюдениям, когда женщины говорят, что у них «всё в порядке», то это может значить, что на планете произошёл атомный взрыв, астероид снёс парочку спутников или нестабильный туннель схлопнулся, изменив материю соседних систем. Я этот фокус уже проходил неоднократно! Так, выкладывай, что не так?

— Протестую, давление на прокурора!

— Алесса!

Девушка поёжилась, помолчала, но всё же ответила:

— Да на самом деле, Эрик, всё в порядке. Просто раздражает, что ты весь из себя такой уникальный, единственный на свете чистокровный эльтониец, лучший адвокат в Федерации, а теперь ещё и выясняется, что призёр многочисленных гонок… Стоит лишь немного поговорить с тобой, и сразу становится понятно, что ты привык, что все ведутся на твою харизму и обаяние.

— О, так ты считаешь меня обаятельным? — Я выразительно пошевелил бровями.

Вопрос вырвался сам собой. Понятия не имею, на что рассчитывал и зачем озвучил его вслух. Наверное, профессиональная привычка нравиться сыграла со мной злую шутку. Да и Алесса с её поведением… Шварх, я запутался. Не стоило всё-таки так откровенно с ней флиртовать.

Как и ожидалось, эльтонийка демонстративно громко фыркнула и отвернулась, а я вдруг почувствовал иррациональное сожаление, что именно эта девушка не проявляет ко мне симпатии и, по сути, сторонится.

Мы видимся второй раз в жизни, оба раза она общается со мной не потому, что я ей нравлюсь как мужчина, а потому, что ей что-то от меня нужно как от адвоката. Мне с самой первой встречи буквально голову снесло от её запаха, мучает стояк от одного её прикосновения, а я вызываю у неё лишь… раздражение? Обычно эльтонийки с первой секунды открыто демонстрируют отношение к мужчине, и если он им нравится, то свободно говорят об этом. В рамках поведения расы конкретно взятая чистокровная эльтонийка скорее демонстрирует неприязнь, чем желание. И это в свои-то шестьдесят пять…

Смутная догадка вспыхнула в мозгу как северное сияние на экваторе. Так же внезапно и так же невероятно.

— Алесса, а сколько у тебя было мужчин?

Девушка резко повернулась, из-за чего её шикарная грудь теперь была в каких-то сантиметрах от моего лица, но я смотрел исключительно в сиреневые радужки с нежно-голубой каёмкой.

— Ты нейтронов наелся? Я, конечно, слышала о легендарной наглости Эрика Вейсса, но это…

— Алесса, перестань, — я мягко перебил девушку и ненавязчиво притянул её чуть ближе. Плевать, что у меня там проблемы с молнией. Сейчас она нервничает так сильно, что зрачки сузились до крошечных пятнышек, ей точно не до моей реакции… — Ты же эльтонийка, а не цваргиня или захухря. Какие проблемы? Ответь, пожалуйста, сколько у тебя было мужчин?

— Двадцать два, — растерянно пробормотала Алесса, еле заметно сглотнув.

— Врё-ё-ёшь, — я протянул, чувствуя, что улыбка растягивается до ушей. — Попытка номер два. И помни, адвокаты — это почти что священники. Они никогда и никому ничего не рассказывают. Считай, что исповедуешься, твоя тайна умрёт вместе со мной.

— Пятнадцать?

Это прозвучало даже не утверждением, а вопросом. Если бы я мог, то расхохотался бы. Складывалось ощущение, что Алесса уточняет, сколько же должно быть мужчин у неё к шестидесяти пяти годам.

— Врёшь, — с непередаваемым удовольствием ответил я.

— Восемь, — прозвучало безжизненно-обречённым тоном.

Я заколебался. Это было сродни повышению ставок и одновременному блефу в покер. Ты или тебя? Кто выиграет? Чья ложь прозвучит убедительнее?

— Врёшь.

— Ладно. — Она сокрушённо вздохнула, поелозила своими восхитительными ягодицами по моим штанам и ответила: — Два. Только никому не рассказывай… я, наверное, просто непра…

В фиалковых с бирюзой глазах промелькнуло воспоминание о том, что нельзя считать себя «неправильными». Она замолкла, закусила пухлую нижнюю губу и отвернулась. Красивые женские плечи слегка опустились.

Швархи бесхвостые… Эрик, ты тупорылый осёл! Очевидно же было с самого начала, что Алесса не вписывается в общество, где большое количество любовников считается скорее плюсом, чем минусом. Даже если она не придерживается взглядов эльтониек, столь мизерный опыт в таком возрасте с её роскошной фигурой — это нонсенс… даже для человеческой девушки! Вывод слишком очевиден. Один из этих двоих из её прошлого оказался той ещё мразью. Опять же, до этого можно было догадаться даже из того, как Алесса сторонится прикосновений, когда осознаёт их.

Дурацкие мысли о том, что молния в штанах может лопнуть, сами собой отошли на второй план. Сидящая на коленях девушка выглядела беззащитной, если не сказать сломленной, а я, как последний идиот, выспрашивал её о количестве партнёров.

— Алесса, послушай… Как бы ни сложилась твоя жизнь, не все мужчины одинаковые. И если тебя кто-то обидел и ты больше не хочешь… быть с мужчиной, это не значит, что с тобой что-то не так…

— Я не хочу от тебя слушать никаких слов сочувствия, — холодно перебила эльтонийка. — Это не твоё дело.

— Да, не моё… я просто пытаюсь объяснить, что есть люди, которые помогают…

— Ох, Эрик, это вообще не то, о чём ты подумал! Мне никто не нужен. Обидел, не обидел… какая разница? — Эльтонийка резко развернулась, разгневанно взглянув на меня потемневшими очами. — Мужчины как грязь. Вначале пристают, и не отделаешься, но с первой оказией трусливо смываются. Вот и всё!

От этих слов я почувствовал, как в который раз за день крошится зубная эмаль. Кулаки страшно зачесались дать в морду тому уроду, который повёл себя с Алессой так низко. Порой душевные раны глубже физических, и это как раз именно тот случай. Фиалковые глаза подозрительно заблестели, Алесса моргнула несколько раз и шумно выдохнула. Как бы она ни храбрилась, как бы ни пыталась показать, что ей плевать на прошлое, я всеми фибрами души почувствовал, что её сознание тяжёлым якорем погрузилось в болезненно-эмоциональную воронку прошлого. И виноваты в этом только мои расспросы.

Шварх!

Я проверил маршрут в навигаторе, сложил дублирующие антенны и втянул ретранслятор в хвостовую часть, решительным движением переключил закрылки в горизонтальное положение, а также перераспределил топливо на боковые и осевые двигатели.

— Что ты делаешь? — взволнованно спросила девушка, заметив приготовления.

— Сейчас немного срежем путь, — ответил мрачно.

— Может, не стоит?.. — начала было Алесса, но тут же ойкнула и испуганно замолчала.

Я от души крутанул штурвал, и «Крылатка» послушно сошла с проложенной трассы в разреженное астероидное облако. Множество камней — больших и маленьких, хаотично летящих на первой космической и практически замерших — тут же возникло перед носом корабля. Я добавил газу, штопором прокрутился между аркой из пары астероидов. Вспомнил, что у «Крылатки», в отличие от «Тигра», нет лазеров, и пропустил ближайшую глыбу льда под днищем… Управлять «Крылаткой» было на удивление легко, её маневренность приятно поражала, а из-за меньшей скорости у меня оставалось даже больше времени для реакции на летящие камни.

Правда, Алесса стремление побыстрее добраться до Иона не оценила, вцепилась в меня обеими руками и даже обвила ногу хвостом, когда в очередной раз я провернул трюк, который использовал в туннелях М-14.

— Эрик, ты больной хвостатый придурок! Мы же разобьёмся! — заорала она так, что у меня заложило уши.

— Возражаю, прокурор, это домыслы, не имеющие под собой подтверждённых фактов, — ответил я, выкручивая штурвал влево и вниз. — У меня есть справка от психотерапевта, что я здоров.

— Ты пьян! А-а-а!..

Корабль нырнул под очередной астероид, а эльтонийка тесно прижалась ко мне всем своим роскошным телом.

— Медицинское заключение крайне неубедительно.

— Да что тут неубедительного?! Ты либо пьян, либо под действием психотропных веществ, — пробормотала Алесса, на мгновение оглядываясь и оценивая обстановку за лобовым иллюминатором, а затем вновь зарываясь лицом в мою рубашку. Её горячее дыхание я почувствовал даже через ткань.

Я беспардонно сдвинул девушку вбок, чтобы было легче дотянуться до тумблеров переключения подачи горючего.

— Протестую, спекуляция. Ты прокурор, а не судмедэксперт, и потому не можешь провести освидетельствование состояния здоровья обвиняемого. И да, вождение в нетрезвом виде запрещено пятьдесят третьей статьей Кодекса ФОМ. Если я и пьян, то только твоими духами, Алесса.

Я демонстративно шумно втянул носом воздух около её шеи и снова крутанул штурвал.

— Эрик, а вот это уже явно неуважение и домогательство… — Алесса начала злиться, её щёки приобрели пунцовый оттенок.

— Каюсь, виновен, — весело ответил я, перепроверяя на навигаторе расстояние, чтобы вернуться на трассу. Оставалось совсем чуть-чуть. — Но меня оправдывают обстоятельства непреодолимой силы.

— Это какие же? Ох…

«Крылатку» тряхнуло, а нас вместе с ней.

— Ты мне очень нравишься, Алесса. Готов понести наказание. Какое назначишь? Исправительные работы? Штраф? Возможно, арест имущества?

Всё было бы идеально, если бы не неожиданно возникший на пути астероид. Мне пришлось резко задрать нос «Крылатки», уходя от столкновения. Не ожидавшая такого манёвра Алесса сползла вниз по скользкой ткани рубашки, и за долю секунды её лицо оказалось где-то в районе моего паха.

К счастью, к этому астероиду я уже полностью успокоился.

К несчастью, слова «арест имущества» пришлись именно на этот момент.

Шварх. Вот это не совсем то, чего я добивался…

— Эрик, ты невыносим! Проклятый магнитар, зачем я только отдала тебе свою «Крылатку»? Лететь с тобой в одном корабле несколько часов — это просто сущий ад! Меня предупреждали, что ты наглый, самовлюблённый, эгоистичный…

Я сделал последний манёвр, и «Крылатка» вновь вышла на трассу.

— … отвратительный и озабоченный хам, но чтобы до такой степени! Эрик, ты ведёшь себя как последний засранец!

Она судорожно поднялась, насколько позволяло узкое пространство рубки, и начала одёргивать одежду. Пышная грудь в вырезе строгого платья часто вздымалась, яркие глаза вновь горели негодованием и метали молнии, а малиновые волосы растрепались. Эльтонийка уцепилась за ремни безопасности над головой и полезла куда-то вбок.

— Алесса, ты куда?

— Куда-куда, в багажный отсек! Я лучше посижу на грязном полу, чем буду ещё хоть минуту находиться с тобой так близко. Ты смог попасть в рубку, значит, и у меня получится пролезть назад, — буркнула девушка, а я почувствовал укол досады. Всё-таки держать её на коленях и дышать спелой ежевикой было безумно приятно… — Мало ли какие ещё идеи придут в твою больную голову? Хочу обезопасить себя… от чужого имущества. Сколько мы сэкономили времени, кстати?

Я бросил взгляд на навигатор и честно ответил:

— Восемь минут.

— Восемь минут? Восемь минут?! Ты рисковал нашими жизнями ради этого?!

Эльтонийка уже целиком протиснулась в багажный отсек. Я приготовился услышать ещё больший шквал негатива и оскорблений в свой адрес, но неожиданно прокурор замолчала. Пауза затягивалась. Шуршала вентиляция, низко гудели двигатели, тихо поскрипывала гравитационная подушка от перенесённых перегрузок. Я напрягся. К сожалению, бросить сейчас штурвал и проверить, как себя чувствует пассажирка, возможности не имелось.

— Алесса, с тобой всё в порядке? Алесса! Скажи хоть что-нибудь!

Послышался тяжёлый выдох, и сквозь пластиковую спинку кресла я почувствовал, как эльтонийка упёрлась в неё затылком. Где-то в районе моей поясницы. Видимо, она выбрала ту же позу, что и я в начале нашей поездки.

— Эрик, ну что тебе сказать? — В женском голосе послышались усталость и лёгкая обречённость. — Ты хочешь благодарности? Хорошо, спасибо.

Впервые в жизни я опешил настолько, что даже не нашёлся с ответом.

— Тебя выдали восемь минут, Эрик, — разговаривая сама с собой, продолжила Алесса. — Очевидно, ты не стал бы всё это затевать ради восьми минут. Мы и так успевали, но ты свернул в астероидное облако, хотя в этом не было необходимости… Будучи первоклассным гонщиком, ты вначале создал стрессовую ситуацию, чтобы вызвать адреналин и выгнать меня из состояния прострации. А затем перевёл эмоции в другое русло, намеренно разозлил, сделав вид, что я интересую тебя в сексуальном плане. — Ещё один тихий вздох. — Я же не глупая, и у прокуроров тоже есть курсы психологии, как и у адвокатов. Просто я до сих пор ещё не встречала ни одного человека, который мог бы так виртуозно владеть чужими эмоциями. Даже боюсь представить, что ты делаешь с присяжными на суде. Я понимаю, что всё это ты сделал специально.

Я промолчал. Шах и мат. Алесса полностью разгадала мою схему, разве что со «сделать вид» ошиблась. Но сейчас точно было не место и не время об этом ей говорить.

— Ты понял, что я болезненно переживаю прошлое, и решил отвлечь и привести меня таким образом в порядок, — закончила она. — Спасибо, Эрик, мне действительно теперь легче, и прости, что я наговорила тебе столько гадостей. И, наверное, я посижу остаток пути в багажном отсеке, мне очень перед тобой теперь неудобно. Ты хотел как лучше, а я повела себя… впрочем, неважно.

Я кивнул, хотя и знал, что Алесса этого не увидит. Возможно, так действительно будет даже лучше. Прошло полчаса, а может, даже час, прежде чем моя спутница заговорила. Её голос вновь стал обычным, в нём больше не угадывалось ни стеснения, ни обиды, ни возмущения. Алесса снова стала самой собой. Она спросила что-то о звёздах, о моей учёбе в Космофлоте, потом поинтересовалась «Ве йсс Юро-Щит».

— Так, выходит, тот офис на Тур-Рине — второй? — уточнила она. — А первый на Ионе?

— Да, всё так.

— Хм-м-м-м… Тур-Рин я, в принципе, ещё могу понять, там водятся денежные клиенты со всей Федерации, да и в целом налоговый рай для многих сфер бизнеса, но Ион-то почему? Это же спутник Эльтона! Только не говори, что из-за отличной судебной системы, я тебе всё равно не поверю. Такой специалист, как ты, мог бы осесть где угодно. Не удивлюсь, если ты бы себе визу даже на Цварг выбил.

Я усмехнулся. Что бы сказала Алесса, если бы узнала, что рабочая виза на Цварг у меня уже есть? Шесть лет назад её помог оформить мой бывший ученик из весьма влиятельного рода Касс… Но вопрос был не об этом. Вопрос касался конкретно Иона… И дело в том, что я не знал, как на него ответить. Правда заключалась в том, что после того, как увидел, как относятся к полукровкам на Эльтоне, я просто не мог себе позволить открыть офис где-либо в другом месте. Девочек-смесков на родной планете, мягко говоря, не любили, им давали самую грязную работу и платили за неё ниже рыночной стоимости. Не многие из них с трудом накапливали сбережения на Ион или на тот же ближайший М-14. А уж про мальчиков я вообще молчу…

В двенадцать лет я случайно узнал о существовании специальных приютов для несовершеннолетних мальчиков-полукровок. Когда я впервые спросил у матери, почему ребята живут за толстой решёткой, она сморщилась, точно попробовала протухшие мидии, молча взяла меня за руку и демонстративно перевела через дорогу, подальше от покосившегося домика с уродливым забором. «Это грязь, сын, — сообщила Аннабель безапелляционным тоном. — Они не достойны даже того, чтобы на них смотрели». Именно в тот день я впервые задумался о том, кем становятся и как зарабатывают себе на жизнь полукровки. Ну и, конечно же, я сделал это в память об Элизе.

Но стоило ли всё это рассказать Алессе? Сможет ли чистокровная эльтонийка понять проблемы, которые никогда не касались её в принципе? В итоге я как всегда отшутился:

— Да лениво было далеко лететь, а Ион — деловая столица. Сгонял на выходных, присмотрелся к ценам на офисы и подумал: а почему бы и нет?

— Понятно. В целом логично, — ровно отозвалась Алесса.

В какой-то момент я почувствовал через спинку кресла, что спутница поменяла положение, опустившись ещё чуть ниже, а затем к общим звукам добавилось ещё и очаровательное мерное посапывание. Памятуя о том, как спящая эльтонийка прижималась ко мне в офисе в поисках тепла, я включил дополнительное отопление багажного отсека. Похоже, Алесса тоже слишком много работает и мало спит.

Однообразный космос проносился перед глазами, маршрут тянулся прямиком на Ион. Глаза слипались, но я мужественно управлял «Крылаткой» на ручном режиме, периодически бросая взгляды на трогательно спящую Алессу. У меня получилось настроить внутреннюю систему зеркал так, чтобы я мог видеть её лицо. Было в эльтонийке что-то такое, от чего хотелось постоянно ею любоваться. Сильная и независимая прокурор в спящем состоянии превращалась в трогательную и милую девушку, черты её лица становились мягче.

Первые полчаса Алесса беспокойно ворочалась и хмурилась. Я даже снял пиджак и свернул его в качестве подушки, думая, что ей элементарно неудобно, но это не помогло. А затем её хвост пробрался в щель под креслом и крепко обвил мою лодыжку. Лицо Алессы полностью расслабилось, как у маленького ребёнка, нашедшего во сне любимого плюшевого медведя.

Уже второй раз в жизни она засыпала рядом со мной. Говорят, разумные гуманоиды могут заснуть лишь тогда, когда чувствуют себя в безопасности. Это глубинный инстинкт самосохранения, доставшийся нам от наших предков. И то, что Алесса вот спокойно сопела в считанных сантиметрах от меня, пускай и через слой пластика и тонкого металла, почему-то было мне не безразлично. А ещё её шелковистая кисточка на косточке щиколотки не давала покоя. Вроде бы ничего особенного, но швархи меня раздери, мне постоянно думалось о том, где была бы эта кисточка, если бы девушка заснула у меня на коленях…

За полчаса до прилёта на Ион коммуникатор эльтонийки истошно запиликал и разбудил её. Она зевнула, сощурилась, ткнула в несколько кнопок и долго читала поступившее сообщение. А затем резко убрала хвост, вдруг сообразив, что трогает меня им. К сожалению, я уже просчитывал приземление и искажения гравитации, а потому не обратил внимания на внезапную молчаливость пассажирки. И то, что она выскочила из «Крылатки» как ошпаренная, я списал на то, что Алесса торопилась привести себя в порядок.