Адвокат с Эльтона

Глава 6. Сны и реальность

… Холодный неаппетитный кусок теста с синтетической колбасой и завядшим пучком травы не вызывал у меня интереса. Как назло, домашний робот Тони сообщил, что мама сегодня вернётся поздно. В животе заурчало, я захлопнул дверцу хладогенератора и решительно направился к компьютеру мамы. В конце концов, я много раз видел, как она заказывает свежую пиццу с доставкой на дом! Что я, сам разве не справлюсь?

Экран ноутбука мигнул, разноцветные иконки веером рассыпались перед глазами. Здесь были смешные машинки, один в один как у тёти Лианоры, шарики, крестики, квадратики… В самом углу красовался большой довольный человечек с круглым животом.

«О, вот он точно пиццы наелся!» — сообразил я и радостно ткнул пальцем в иконку. Но почему-то вместо выбора начинки для пиццы на экране вдруг возникло изображение расстроенной мамы и пожилой тётеньки в длинном белом халате с голубыми карманами.

— У вас есть время подумать, не принимайте поспешных решений.

— Да вы издеваетесь?! Вы сами сказали, что это мальчик! Вселенная, это же катастрофа! Когда информация дойдёт до АУЭ, соседи будут тыкать в меня пальцем! Мне заблокируют все скидочные карты в магазинах, меня не пустят на порог ни одного приличного заведения! Хорошо, если работы не лишусь!

— Госпожа Вейсс, полгода назад вы сами говорили, что хотели бы ребёнка…

— Девочку, разумеется! Чистокровную! А не вот это… недоразумение!

— …если вы сейчас сделаете аборт, то уже никогда не сможете иметь детей.

Мама всхлипнула.

— Лучше так, чем жить в позоре и бедности…

Тётя достала из голубого кармана горсть чудаковатых присосок на резиновом шнуре, напоминающих гирлянду для новогоднего дерева, прикрепила их к животу мамы, а затем указала на чёрно-белую картинку на виртуальной панели:

— Госпожа Вейсс, обратите внимание, у плода уже есть зачатки хвоста. Вспомните, пожалуйста, с кем из цваргов у вас были контакты за последний месяц? Среди этой расы встречаются очень обеспеченные мужчины. Как док, я настоятельно рекомендую родить и продать ребёнка биологическому отцу. Так вы и здоровье не потеряете, и финансовое положение поправите.

Мама вытерла слёзы тыльной стороной ладони, хотя выглядела всё ещё грустной.

— Думаете, получится всё незаметно провернуть? В принципе, контакты у меня остались, надо только в записной книге проверить, с кем именно связываться… А если он ещё и больным каким окажется?

Тётенька в халате покачала головой.

— Конечно, на таком раннем сроке я не могу ничего говорить точно, но на первый взгляд плод здоров. Да и цварги, — она поморщилась, — неразборчивы в детях, те ещё простофили. Берут всех подряд. Уверяю, даже если вы с отцом промахнётесь, скорее всего, он не будет делать генетический тест.

— Вы так думаете? — Мама встрепенулась. — А деньги? Транзакцию будет видно, у Аппарата начнутся вопросы. Если всё всплывёт, это будет ужасно! Я боюсь… может, лучше всё-таки аборт?

— Аннабель… я же могу к вам так обращаться? — Пожилая женщина вздохнула и, дождавшись утвердительного кивка, продолжила: — Аннабель, не вы первая, не вы последняя. Не волнуйтесь, всё будет хорошо. Оформить продажу и поступление кредитов на оффшорный счёт незаметно поможет моя близкая подруга. Она как раз работает в Межгалактическом Банке, я сейчас контакт найду для вас… Декларировать доход не придётся.

Она нагнулась, что-то быстро нацарапала на крошечной пластели термопером и протянула записку маме.

— И по деньгам — не продешевите. Цварги — богатая раса. Тысяч двадцать или тридцать кредитов можно смело просить.

Я резко вынырнул из сна и ещё несколько секунд унимал бешеное сердцебиение. Шварх, столько лет прошло, а дурацкие воспоминания из детства нет-нет да возвращаются по ночам! Идиотская медицинская система Эльтона, когда все приёмы и назначения в обязательном порядке фиксируются и скидываются в личный кабинет пациента. Администрация их, разумеется, не смотрит. Доступ к ним остаётся только у самого обследуемого, ведь очень часть доки рекомендуют определённые физические упражнения или систему дыхания или дают объяснения, как правильно употреблять ту или иную форму лекарства. После того как выяснилось, что полторы сотни лет назад сама госпожа президент неправильно использовала ингалятор, подсоединяя баллончик не той стороной к камере для дыхания, и из-за этого прожила якобы на пять лет меньше, закон вошёл в Главный Кодекс Эльтона. Таким образом я, будучи мальчишкой, случайно влез в личное приложение матери и увидел то, что мне не полагалось. А вот почему Аннабель не стёрла запись, я так и не осмелился спросить. Очевидно, когда у неё на свет появился не цварг, а чистокровный мальчик-эльтониец, она забыла про тот приём у дока.

Если обычно после кошмаров я больше не мог уснуть и садился за работу, то в этот раз мне не дали даже пошевелиться. Алесса обвила меня ногами, руками и даже хвостом так плотно, как лианы обвивают деревья. Она тесно прижалась всем стройным телом, и стоило мне чуть подвинуться, тут же недовольно нахмурилась и бессознательно туже сжала мою голень хвостом, будто с кем-то боролась за право обладания тёплой грелкой. Я усмехнулся мысленному сравнению и машинально погладил девушку, которая тут же расслабилась от прикосновения. Исчезла вертикальная морщинка между бровей, красивое лицо вновь стало безмятежным.

Я замер, поражённый мыслью, что никогда ни с кем не спал, кроме Элизы… В том самом интимно-сокровенном смысле, когда двое остаются в одной постели на ночь. Женщины никогда не стремились именно в кровать, если уж на то пошло. Моих предыдущих пассий полностью устраивал секс на столе, в лифте, во флаере, в кабинке клуба, туалете ресторана, подсобке рейсового лайнера… Но лежать на спине, притягивая к себе Алессу, оказалось неожиданно приятно. Видение из прошлого тут же отступило, спрятав скалящиеся клыки мерзкого чувства потерянности напуганного маленького мальчика.

Я скосил взгляд на коммуникатор, мысленно приготовившись ближайшие несколько часов лежать на спине и бездумно пялиться в потолок. Стоило мне так подумать, как пьянящий ежевичный аромат окутал сладкой дымкой уюта, глаза закрылись сами собой, а в следующий раз, когда я проснулся, за окном рассвело.

Как я быстро выяснил, разбудил меня не свет, а чей-то наглый хвост, который за ночь с голени перебрался на внутреннюю поверхность бедра. При этом лицо Алессы было настолько безмятежным, что сомнений не оставалось: хвост явно действовал без ведома хозяйки, по принципу «где теплее». И вот там, где сейчас находилась малиновая кисточка, оказалось зверски горячо. И шёрстка ещё такая мягкая… Шварх, так жестоко мою выдержку ещё не проверяли. В паху тянуло. Если бы не дело, клянусь, я бы разбудил красотку и показал, что нельзя… распускать хвост. Но у меня таки было дело. И очень важное. Пришлось собрать всю выдержку в кулак, вдохнуть и выдохнуть, аккуратно передвинуть чужую конечность и проверить почту от Шарлен.

К тому моменту, как длинные шоколадные ресницы распахнулись и на меня с удивлением уставились фиалковые глаза с насыщенной бирюзовой каёмкой, я уже знал практически всё о Камиле Росси — гении, разработавшем инновационный софт для радаров звездолётов.

Росси, работая в крупнейшей корпорации «Танорг Генезис: Астротехнологии», создал принципиально новое программное обеспечение для стандартных локаторов, которыми оснащались космические корабли среднего и малого классов. Благодаря уникальному алгоритму распознавания образов и энерговолн, Камиль добился того, что обычные радары становились чуть ли не более чувствительными, чем последние военные разработки. Камилю были выдвинуты обвинения в краже интеллектуальной собственности. Шарлен коротко пояснила, что программист написал код, имея на тот момент действующий трудовой договор… то есть по всем документам софт для радаров действительно должен принадлежать «Танорг Генезис: Астротехнологии». Однако Росси незадолго до выхода продукта на рынок зарегистрировал его как собственную торговую марку «Сонары Росси». Ленни написала ещё множество поясняющих терминов, которые без утреннего кофе не укладывались у меня в голове, но суть была одна: Камиль совершенно точно не заслуживал тюрьмы на Карридо.

Сонная Алесса пошевелилась, лёжа на моём плече, открыла глаза и с возмущением уставилась на ладонь, лежащую у неё на бедре. Вмиг исчезли томность и мягкость, рядом со мной оказалась разгневанная шипящая кошка.

— Ещё ни одна женщина не укладывала меня так профессионально на лопатки, — произнёс я, глядя на нарастающее негодование гостьи.

— Что?! — Спесь мгновенно слетела с Алессы, она резко выпуталась и как ужаленная подскочила с раскладного дивана. — Между нами что-то было?! Шварх, я ничего не помню!..

От меня не укрылся облегчённый вздох девушки, когда она нащупала помятую рубашку и застёгнутые джинсы. А вот это, признаться, даже слегка задело самолюбие: за всю жизнь ещё ни одна женщина не жалела о том, что у нас с ней что-то было. И это она ещё не знала, где побывала её кисточка сегодня утром.

— О… между нами было всё, — протянул я, с удовольствием рассматривая, как вытягивается лицо красотки от нарастающего изумления. — Ты страстно сопела мне в подмышку, тёрлась хвостом и признавалась в том, что я горячий.

— Да как ты… — Алесса набрала полные лёгкие воздуха, а затем резко выдохнула, словно лопнувший воздушный шарик, наконец-то осознав, что я сказал. — Прости, — произнесла она, поспешно одёргивая рубашку и приводя себя в порядок. — Это привычка из детства. Просто раньше я спала вместе с… братом.

Крошечная заминка не ускользнула от моего слуха. А с братом ли спала эта огненная крошка?

— Алесса, как адвокат защиты я ежедневно общаюсь с искусными лжецами. Надо хорошо постараться, чтобы обмануть меня. — И, не давая девушке опомниться, добавил: — И кем же тебе приходится Камиль Росси, уважаемый помощник прокурора?

Обычно, когда гуманоида ловят на лжи, он или смущается и начинает лепетать что-то невнятное, или, наоборот, яро отрицает враньё — всё зависит от психотипа личности. Я ожидал, что, как только поставлю эльтонийку в известность, что разгадал её способ нанять меня в качестве адвоката, Алесса проявит себя, но неожиданно она расправила плечи и чётко ответила:

— Никем. И раз уж ты обо всём догадался и пробил информацию самостоятельно, давай начистоту. Ты будешь работать над делом Росси?

Я удивлённо кивнул, вновь понимая, что логика Алессы не ложится ни на один известный мне шаблон. Тем временем, девушка нашла свою сумку, заплела волосы в аккуратный колосок и, выжидательно посмотрев на меня, сообщила:

— Уже много времени. Мне необходимо лететь по делам. Я могу вызвать аэротакси на крышу здания?

— «Элотара Плазу» обслуживает отдельная компания. Когда выйдешь из лифта, справа в охранной кабине обязательно будет кто-то дежурить, — ответил на автомате и спохватился: — Тебя точно не подвезти?

— Нет. — Эльтонийка отрицательно качнула головой. — Спасибо, но я разберусь. Все имеющиеся документы по делу пришлю сразу же, как только доберусь до рабочего ноутбука.

С этими словами она направилась к выходу из кабинета.

— И что, ты даже не извинишься за враньё?! — крикнул вдогонку Алессе.

— За какое? — спокойно отозвалась девушка.

— Ты сказала, что студентка!

— Помощники прокурора учатся у своих кураторов, а значит, в каком-то смысле являются студентами. Студент — это не должность и не «корочка», это в первую очередь состояние души, когда гуманоид с удовольствием впитывает знания. Посмотри перевод слова «студио», с древнеэльтонийского оно означает «впитывающий знания».

— Но ты не студентка, ты уже помощник прокурора.

— И что? — Алесса пожала плечами. — Если ты всё бросишь, переберёшься за край Федерации и займёшься, скажем, выпиливанием статуй из древесины, разве ты перестанешь быть адвокатом?

Я покачал головой. Вот же… хитрюга! Хотя в какой-то степени она, конечно, права.

— А возраст? Тебе вообще-то шестьдесят пять, а не тридцать!

— Так я и не говорила, что мне ровно тридцать. Я сказала «тридцать мне есть», а уж округлил мой возраст ты сам, — бросила напоследок эта наглая хвостатая личность и скрылась за дверью.