Алхимик из другого времени. Том 3

Глава 8

Добравшись до дома, я первым делом направился в душ, включил горячую воду и просто простоял под ней с полчаса. Какое же это блаженство! Возможность спокойно принять душ, да еще и с горячей водой. И ведь только подумать — достижения артефакторов внедрены в такие бытовые вещи, что их даже не замечаешь, настолько быстро привыкаешь к современному уровню комфорта.

Выйдя из душа, я решил, что лучшее, что сейчас могу сделать — это пойти и поспать хотя бы час. В целом, чтобы чуть-чуть восстановиться, мне этого хватит. Потом сделаю быстро основные дела, а затем лягу спать специально пораньше, чтобы полностью компенсировать затраты, которые понес мой организм. Он пусть и стал выносливее с момента начала моей жизни в этом времени, но у всего есть предел.

Стоило мне только подойти к кровати, как я тут же вырубился. Проснулся я не через час, конечно, а чуть больше, чем через два. Далось мне это не без труда. Соблазн продолжить спать был велик, однако задачи, стоящие передо мной, важнее.

Поэтому я все-таки заставил себя встать, умылся и, пообедав, направился в лабораторию. Там я сев в кресло, взял блокнот и просто начал думать.

Итак, если у меня завтра бой на арене и я хочу продемонстрировать красивую и запоминающуюся победу, как этого достичь? Взять и просто захватить противника с помощью ловушек или использовать магию — определенно можно. Но проблема в том, что мне в идеале нужно выделиться не просто как маг, а именно как алхимик.

Мне необходимо показать, на что способна алхимия, причем сделать это настолько запоминающе, чтобы все, кто это увидят, хотя бы задумались о том, что да — алхимия может быть куда более опасной, чем кажется.

Наверное, стоит исходить из того, какого вида магии в современной Империи боятся больше всего? Пожалуй, это магия смерти и ментальная магия. Если с магией смерти все и так понятно, и использовать ее против немага я точно не стану, то вот с ментальной магией куда интереснее.

Первое, что приходит в голову, когда заходит речь о скрещивании алхимии и ментальной магии — любовное зелье. Вещь почти мистическая, и главное — крайне обсуждаемая и дискуссионная.

Помню, даже в моей прошлой жизни периодически возникали споры о том, можно ли вообще использовать подобные зелья и насколько они делают чувства настоящими.

Понятно, что делать полноценное любовное зелье для моих целей глупо. Мне нужно, чтобы эффект был крайне красочным, ярким и при этом не очень долгим. Скажем, не более десяти минут.

И да, в этот раз нужно будет предусмотреть в своем костюме фильтр, а то в прошлый раз мне пришлось изрядно изгаляться и рисковать. Было бы крайне глупо попасть под действие своего же зелья.

А что, собственно, нужно для изготовления подобного состава? Базово это, конечно же, роза, малахит, корень серебристой валерианы, изумрудный мед и щавелевая кислота. В целом, все необходимое у меня есть. Вопрос в другом. Мне бы… сделать эффект более огненным, что ли.

Нужен очень яркий и красочный эффект. В идеале, чтобы мой противник моментально бухнулся на колени и вместо меня и других людей увидел какую-то невероятно красивую девушку, которой тут же начнет признаваться в любви.

При этом сам взрыв зелья должен быть довольно ярким и однозначным. Таким, чтобы зрители поняли — это именно действие зелья, а не какая-то другая магия.

Сделав пару расчетов, я понял, что можно добавить лунную киноварь, благодаря которой будет очень легко добиться нужного эффекта. Главное — не переборщить, а то противник и вовсе может умереть. Слишком большой прилив чувств — это в первую очередь прилив гормонов, которые влияют, в том числе и на работу внутренних органов.

Взяв все необходимые материалы, я тут же начал их обрабатывать. Делал я это не спеша и вручную. Благо, времени на все про все у меня теперь предостаточно. Вряд ли я сегодня смогу сделать что-нибудь еще помимо этого зелья, поэтому и торопиться было, в целом, некуда.

Ну и да, базовое зелье было крайне простым, поэтому даже ручная обработка не испортит его сильного эффекта. Так что я мог себе это спокойно позволить.

Как только я закончил с материалами, сразу приступил к следующему этапу. Заранее подготовил печать, которая как раз и позволит зелью при падении не просто разбиться, но и выделить «ядовитый» пар, из-за которого, собственно, и начнется основной эффект.

И главное — при этом микровзрыве начнет выделяться довольно густая розово-красная дымка. Видно ее должно быть очень и очень хорошо, пусть и изначально этого не требовалось.

Закончив с зельем, я аккуратно убрал его в сумку, предварительно завернув в несколько слоев тряпок, чтобы оно случайно не разбилось в академии или просто по пути.

Глянув на время, я понял, что до времени отхода ко сну еще несколько часов. При этом силы неплохо восстанавливаются, а это значит, можно сделать пару зелий на продажу. Что поделать, но вместо более долгого отдыха я лучше выберу еще немного поработать. Тем более последнее мне идет на пользу.

Для продажи в этот раз я решил сделать одно зелье восстановления энергетического баланса — его изготовлением я займусь завтра — и в комплект к нему с десяток обычных лечащих зелий, эффект от которых будет куда лучше, чем у тех поделок, что в основе своей продают местные алхимики.

В итоге, на десяток зелий ушло совсем немного времени, поэтому перед сном я еще успел сделать одно зелье для себя, призванное работать на развитие энергоканалов организма в моем текущем состоянии. Правда, чтобы оно дало максимум эффекта, нужно было не просто его выпить, а сразу же после этого приступить к специальным упражнениям, так результат будет еще лучше.

Эти упражнения включали в себя, в первую очередь, максимально быструю прокачку всей энергии, что есть в организме, что называется, от пяток до макушки. Плюс, можно было бы добавить другие комплексы.

Но на последнее времени уже не осталось, и я уделил внимание только базовым вещам, а после я просто лег спать. Алхимия алхимией, но организм долго этим все равно не получится обманывать — нужен и обычный отдых.

Утро встретило меня куда более теплой погодой, чем пару дней назад: снег даже не пытался пойти, но небо, тем не менее, полностью заволокло тучами. Судя по всему, сегодня ожидается довольно сильный ливень.

Из-за этого бегать мне сегодня не очень хотелось, но взращенная мной самодисциплина победила и свою норму я все-таки выполнил. Придя на тренировочную площадку, я, как обычно, увидел гвардейцев, многие из которых занимались в одно время со мной. Но в отличие от меня, они, по сути, только приступили к тренировкам — им-то не надо еще идти и на учебу.

— Молодой господин, — ко мне подошел Виктор, стоило мне появиться в поле его зрения. — Я хочу предложить вам сегодня провести несколько необычную тренировку.

— И какую же? — удивился я.

— Просто я заметил, что вы каждый день отрабатываете разные приемы и активно совершенствуете владение мечом, — начал излагать свою идею гвардеец. — Иногда вы даже проводите спарринги с кем-то из нас.

— Так-с, — кивнул я. — Это верно.

— И я хочу предложить вам учебную дуэль сразу против трех противников, — наконец предложил Виктор. — Что думаете насчет этого?

Я задумался. Есть ли в этом смысл? Конечно, мои навыки владения мечом серьезно продвинулись, но чтобы сразу против троих?

— А ты думаешь, я справлюсь? — улыбнулся я.

— Не знаю, — обескураживающе честно ответил он. — Думаю, что при определенной удаче шанс у вас есть. Просто реальные сражения редко проходят в дуэльном формате. Вам может частенько придется сражаться против нескольких противников одновременно. Поэтому, как мне кажется, было бы неплохо отработать этот момент. А то еще привыкните к стандартным спаррингам и в момент опасности это может сказаться на ваших решениях.

Наверное, он прав. К тому же, даже если я сегодня проиграю, это даст мне отличный опыт. Да и в любом случае, я уверен, что наделаю ошибок, которые можно будет заметить и потом работать над их исправлением.

Как ни крути, а путь к совершенству лежит именно через ошибки. Даже в алхимии, когда я только начинал… сколько я тогда умудрялся ошибаться. Причем порой в настолько простых вещах, что сейчас мне кажется, что этого просто не могло быть.

— Ну что же, давай попробуем, — все-таки согласился я.

Виктор тут же протянул мне меч. Но это был совершенно не тот меч, с которым я обычно тренировался. У него была несколько другая форма, и он, по сути, больше напоминал шпагу.

— Мне кажется, вам было бы неплохо попробовать и другое оружие, — улыбаясь, пояснил он. — В бою не всегда есть возможность пользоваться привычным мечом.

И вот почему у меня четкое чувство, что надо мной хотят посмеяться?

Я все же взял в руку предложенную шпагу. Легкая, с тонким, будто жалящим лезвием, правда, незаточенным, как и все тренировочные клинки. Непривычно. Виктор отошел назад, и к нему присоединяются двое других гвардейцев — коренастый богатырь с коротким мечом и щитом, и подвижный, сухопарый воин с парой изогнутых кинжалов. Они занимают позиции в треугольнике вокруг меня. Воздух на площадке натягивается, как струна.

— Начинаем, — раздается голос Виктора.

Они не бросаются все сразу. Первым атакует кинжальщик — резкий выпад слева. Я отбиваю шпагой, чувствуя, как непривычное оружие поёт в руке, слишком легко отклоняя легкие клинки. Но в тот же миг богатырь с щитом с грохотом надвигается спереди, пытаясь прижать меня. Я отскакиваю назад, и моя пятка скользит по мокрой после утренней мороси плитке. Чуть не падаю. Это их план — ограничить подвижность.

Виктор пока только наблюдает, перемещаясь по внешнему кругу.

Кинжальщик не дает передышки, его атаки: быстрые, частые, со всех сторон. Я парирую, отступаю, чувствую, как опасно близко оказывается он. Шпага хороша для точечных уколов, а не для широких блоков.

Богатырь, видя мое замешательство, делает мощный рубящий удар сверху. Я не пытаюсь его остановить — вместо этого делаю резкий шаг в сторону, в зону, которую только что покинул кинжальщик. Удар богатыря со звоном встречается с плиткой, высекая сноп искр.

И вот тут Виктор вступает в дело. Негромкий, стремительный выпад. Его меч летит точно в центр моей груди, словно его не интересовало ничего другого с самого начала. Инстинкт берет верх — я кручусь волчком, чувствую, как лезвие Виктора проносится в сантиметре от моего бока, и со всего маха бью шпагой по его клинку снизу вверх. Лязг стоит оглушительный.

Его меч уходит вверх, открывая корпус на долю секунды. Но этим мгновением уже пользуется кинжальщик. Я чувствую тупой удар по ребрам — боковой удар плоскостью кинжала. Боль пронзает, вышибая воздух.

Я кряхчу, откатываюсь. Они снова смыкаются. Мысль работает лихорадочно. Втроем они сильнее. Нападать на Виктора — самоубийство. Богатырь медленнее, но его щит — стена. Кинжальщик… он быстр, но его оружие короткое. И он слишком уверен в своей скорости.

И да, я прекрасно понимаю, что мои физические параметры еще недостаточно подходят для боя с тремя противниками, но тем это и веселее.

Очередная атака. Богатырь идет на таран щитом, чтобы прижать к стене. Кинжальщик синхронно скользит сбоку, чтобы нанести удар. Виктор ждет сзади, готовый к финальному движению. Это ловушка.

Я делаю вид, что поддаюсь нажиму, отступаю к краю площадки. В луже. И в последний момент, вместо того чтобы упираться, резко приседаю и бью шпагой не по людям, а по воде под ногами богатыря. Веер ледяных брызг летит ему в лицо.

Он рефлекторно зажмуривается, замедляя движение. Это мой шанс. Я отталкиваюсь от земли, проскальзывая не между ним и кинжальщиком, а прямо в сторону Виктора, к которому теперь обращен спиной кинжальщик.

Виктор, видя этот маневр, готовится к встречному удару. Но я и не думаю атаковать его. Вместо этого я резко опускаюсь на одно колено, и моя вытянутая шпага описывает низкую дугу. Острие цепляет за пятку кинжальщика, который, не ожидая атаки со спины, уже начал разворот. Он вскрикивает, теряет равновесие и падает, больно ударяясь о плитку. Один выбыл.

Но плата за это высока. Богатырь, протерев глаза, с рыком бросается на меня, а Виктор уже рядом. Их клинки сходятся на мне сверху и сбоку. Я едва успеваю поднять шпагу в вертикальный блок, принимая удар богатыря на гарду. Сила чудовищная.

Моё колено подгибается, и я почти падаю. Из-за спины у самого уха свистит клинок Виктора — он бьет точно и безжалостно. Я с трудом отклонил голову, и лезвие пронеслось, чуть не обрезав прядь волос.

Боль в боку отвлекает, руки дрожат от напряжения. Но ясно одно: если сейчас сдамся — проиграл. Вот только во мне всегда велико было упрямство. Собрав последние силы, я делаю отчаянное движение — не отталкиваю меч богатыря, а наоборот, резко ослабляю давление и падаю вниз, под его щит.

Он, не ожидая этого, по инерции наваливается вперед. Я бью его рукоятью шпаги в пах — несильно, но достаточно, чтобы он скрючился от боли. И тут же откатываюсь в сторону.

Виктор уже здесь. Его лицо сосредоточено, ведь к нашему бою воин рода относится со всей серьезностью — если дать мне послабление сейчас, то в будущем это может обернуться куда большими последствиями. Поэтому я прекрасно его понимаю и принимаю такой подход.

Он атакует серией молниеносных уколов. Я отбиваю, отбиваю, отбиваю, отступая. Каждый удар отдается огнем в мышцах. Он меня загнал. Еще немного, и я окажусь в углу. Он заносит меч для решающего удара…

И тут я замечаю лужицу у его ног. Ту самую, вокруг которой мы крутились до этого. Я делаю последнее, что у меня остается — резкий выпад, не в него, а в лужу перед ним. Струя грязной воды бьет ему прямо в глаза следом за движением меча. Он инстинктивно отводит голову, и его идеальный удар сбивается на долю, на сотую долю секунды.

Этого достаточно. Я вкладываю в движение всё, что осталось. Мой удар — не укол, а удар плашмя, всей плоскостью шпаги. Я бью его по запястью вооруженной руки. Звонкий, хлесткий звук. Его пальцы разжимаются, и меч с грохотом падает на плитку.

Тишина. Только тяжелое дыхание. Я стою, едва держась на ногах, шпага дрожит в моей руке, направленная в пустое пространство между Виктором и скрюченным богатырем. Кинжальщик сидит на земле, потирая затылок.

Виктор медленно выпрямился. Посмотрел на свои пустые руки, потом на меня. И вдруг улыбнулся — не насмешливо, а с одобрением. И что главное, во взгляде видно признание.

— Вот это бой, — сказал он, и в его голосе прозвучало уважение. — Выиграл!

— И это я еще без магии, — рассмеялся я в ответ. — Спасибо, было познавательно. Думаю, мне изрядно повезло.

— Есть такое, — легко согласился Виктор. — Но в реальном бою совершенно наплевать, повезло или нет, главное — результат.

— Повторим завтра? — поинтересовался я.

— Почему нет? — пожал плечами гвардеец. — Это и для нас полезно. Как-никак, нас побеждает тот, кого мы должны защищать.

Что ж, я просто не могу не заметить, что уровень Виктора как мечника крайне сильно вырос по сравнению с тем, что был раньше. Судя по всему, тренируется он ничуть не меньше моего, а скорее, даже больше. И это не может меня не радовать. Ведь если меня будут окружать сильные бойцы, то у меня будет больше пространства для маневра.

После тренировки я зашел в свою комнату, быстро принял душ и, даже не заходя в лабораторию, направился в академию. Что ж, сегодня состоится первый этап турнира. В теории, на нем должны отсеяться самые слабые.

Елена пройдет в следующий тур однозначно. Думаю, у Власа тоже есть все шансы. Да и у большинства из нашей группы, если говорить откровенно.

Полагаю, в группах послабее с первого курса вылетит примерно половина претендентов. Может быть, еще парочка второкурсников. Для всех остальных же этот этап должен быть очень простым и проходным. По крайней мере, так мне подсказывает логика.

До академии я добрался быстро. Зайдя на территорию, я увидел, как сотни студентов носятся по площадям. Решил пройтись не спеша и попробовать подслушать, о чем говорят. Уверен, что хоть что-то интересное я точно смогу услышать.

И мои надежды оправдались. Буквально через пару десятков метров я услышал первый любопытный диалог между двумя студентами с факультета артефакторов. Оба они были, судя по всему, простолюдинами — по крайней мере, перстней на их руках не было.

— А что, прям у всех занятия отменили? — удивился парень лет двадцати.

— Да, на время проведения всего турнира занятий не будет, — подтвердил второй. — Как я понял, это довольно обычная практика, и так делают часто.

Что ж, в целом, наверное, это логично. Заявки на турнир подали чуть ли не все студенты академии, поэтому проводить занятия, особенно на первых этапах, попросту бессмысленно.

Ну а для дальнейших этапов, видимо, считается, что те, кто вылетели, могут посмотреть на прошедших дальше и чему-то у них научиться. В целом, идея имеет право на существование.

Следующий разговор, который я застал, происходил уже в группе из трех девушек с боевого факультета.

— Мне кажется, что Демидов должен победить, — сказала одна из них.

— Да, он такой красавчик, — мечтательно прокомментировала вторая. — Вот бы он обратил на меня внимание…

— Скорее всего, — согласилась третья, явно проигнорировав свою восторженную подругу. — Как ни крути, его даже дома готовили больше, чем всех остальных. Не понимаю я, зачем до турнира допускают другие факультеты. У них ведь шансов против него нет!

— Вот и я то… — начала вторить вторая студентка.

Я же не стал дослушивать их диалог и пошел дальше. Что ж, в целом, я выяснил, что у княжича есть своя группа фанаток, что, собственно, неудивительно. Не удивлюсь, если каждая из них мечтает, что именно ее Демидов заметит и возьмет в жены.

Единственное, что меня забавляло, все они были аристократками. Но, судя по тому, что их гербов я никогда даже не видел, происходили они из очень и очень мелких родов. Родов, которые не стоят упоминания в рамках большой политики, но все же и они представители высшего света.

Дойдя до здания алхимиков, я понял, что, кажется, возле него собрались все алхимики, что у нас учатся. По крайней мере, студентов здесь было так много, что мне пришлось чуть ли не протискиваться поближе к входу. Никогда их столько здесь не видел.

Благо, каким-то чудом я довольно быстро выцепил взглядом Елену и смог к ней подойти.

— Завьялова, — поздоровался я с ней, придерживаясь прошлой манеры общения. — А что, собственно, происходит?

— Огинский, — радостно улыбнулась Елена, увидев меня. — Да вот, нас всех выгнали из здания. Там подготавливают кабинеты к первому этапу. Сказали просто ждать.

— Понятно, — вздохнул я. — И долго нам стоять?

— Без понятия, — девушка пожала плечами. — Официально начало турнира через полчаса.

— Может, тогда не будем здесь в толпе ютиться, а пойдем прогуляемся группой? — предложил я.

Откровенно говоря, стоять в этой толпе приятного было мало. К тому же, если до официального начала турнира еще полчаса, можно спокойно уйти гулять, даже не переживая об опоздании.

— Ну… не знаю, — неуверенно ответила Елена. — А если мы пропустим что-нибудь важное?

— Мы не будем далеко уходить, просто отойдем подальше, чтобы не стоять в этой толпе, — настоял я на своей идее.

— Ну хорошо, — все-таки согласилась девушка. — Только я всех наших уже потеряла. Не знаю, где они.

— Ничего, найдутся, — улыбнулся я, начав протискиваться сквозь людей. — Уж они точно не пропустят то, как будем выступать мы.