Андо. Андомалия

Глава 12 Перевернутый Маяк

— Несём его уже третий час, — прошептал Марк, перехватывая свой край носилок. — Нужно найти другой путь.

Он остановился, аккуратно опустив свою сторону самодельных носилок, сделанных из двух крепких веток и натянутых между ними курток. На них, с бледным лицом и светящимся осколком, вросшим в руку, лежал Андо.

Группа искателей расположилась на небольшом скалистом выступе. Внизу, в долине, окутанной туманом, виднелись огни маленького ирландского городка. Кир устало прислонился к камню, придерживая рукой рёбра. Ника, несмотря на раненное плечо, держалась стойко.

— Туда нельзя, — Кир кивнул в сторону городка. — Попробуйте объяснить местным, откуда у вас бессознательный подросток со светящейся рукой.

— Мы могли бы пройти через город ночью, — предложила Ника.

— Тогда нас точно примут за преступников, — возразил Марк и указал вправо. — Пойдём вдоль побережья, обойдём город и доберёмся прямо к маяку.

Хоп, которая всё это время не отходила от Андо, подняла глаза.

— Он становится холоднее. Нам нужно спешить.

Ника возмутилась.

— Ты уже час это повторяешь. Мы и так идём быстро, как можем.

— Тогда давайте пойдём ещё быстрее, — огрызнулась Хоп.

— Хватит, — устало сказал Марк. — Ссоры нам не помогут. Идём вдоль берега. Кир, ты впереди, выбираешь путь. Мы с Никой несём носилки, меняемся каждые полчаса. Хоп, ты следишь за состоянием Андо.

Все молча согласились. Марк и Ника снова подняли носилки, и группа двинулась вниз по склону к узкой прибрежной тропе.

Ирландское побережье встретило их пронизывающим ветром и солёными брызгами. Тропа, на которую они вышли, петляла между скал, то поднимаясь, то опускаясь почти к самой воде. Нести носилки по такой дороге было особенно трудно.

— Осторожно, здесь скользко, — предупредил Кир, придерживаясь за выступы скалы.

— Да неужели? — фыркнула Ника, поскользнувшись на мокром камне. — Блин, почти уронила.

Хоп шла рядом с носилками, постоянно проверяя пульс Андо и следя за странным осколком в его руке, который то тускнел, то снова начинал светиться ярче.

— Давайте сделаем привал, — предложил Марк, когда они преодолели особенно сложный участок пути. — Нужно перевести дух.

Они аккуратно опустили носилки на относительно сухой участок земли, укрытый от ветра нависающей скалой. Марк достал из рюкзака последнюю бутылку воды.

— Понемногу, — сказал он, передавая её по кругу.

Хоп опустилась на колени рядом с Андо и коснулась его лба.

— Как он? — спросил Кир, осторожно опускаясь рядом.

— Не приходит в себя, — тихо ответила она. — Но дышит ровно. И эта штука…

Она кивнула на осколок клинка, вросший в руку Андо. Фрагмент пульсировал слабым голубоватым светом, словно в такт биению сердца.

— Что это такое вообще? — спросила она.

— Возможно, часть энергии объединённого клинка, — задумчиво произнёс Марк. — Я не видел ничего подобного раньше.

— Странно что он не пропал при выходе из артефакта, как обычно случается с предметами, — добавила Ника.

Они замолчали, глядя на бледное лицо Андо. Его глаза под веками быстро двигались, словно он видел какой-то сон.

Андо парил в пространстве без верха и низа, окружённый бесконечным звёздным небом. Но это были не обычные звёзды — каждая из них представляла собой крошечный фрагмент объединённого клинка, сверкающий в пустоте.

— Где я? — спросил он, но вместо звука из его рта вырвались светящиеся символы, которые он не мог прочитать.

Осколки начали двигаться, собираясь в созвездия, формируя странные узоры. Вдали он увидел силуэт — размытый, едва различимый, но почему-то знакомый.

— Кто ты? — попытался снова спросить Андо.

Силуэт не ответил, но протянул руку, и один из светящихся осколков полетел к Андо, врезаясь прямо в его ладонь. Вспышка боли — и он почувствовал, как что-то изменилось внутри него. Словно в его сущность влилась частичка чего-то древнего и невероятно мощного.

— Скоро, — голос без источника заполнил пространство вокруг.

А потом всё погрузилось во тьму.

— Вон там! — голос Кира вырвал группу из задумчивости. — Маяк!

На мысе, выдающемся в море, возвышалась старая башня маяка. Каменная постройка выглядела заброшенной — стены поросли мхом, а верхняя площадка, где когда-то располагался фонарь, отсутствовала, словно её срезали.

— Выглядит как развалина, — разочарованно сказала Ника.

— Да все артефакты снаружи выглядят неприметно, — отмахнулся Кир. — Подойдём ближе.

Они снова подняли носилки и продолжили путь. Последний участок оказался самым сложным — тропа круто поднималась вверх, а мокрые от морских брызг камни были предательски скользкими.

Когда они наконец добрались до основания маяка, солнце уже клонилось к закату, окрашивая облака в зловещие красные и фиолетовые тона.

— Ну и как мы войдём? — спросила Хоп, разглядывая заколоченную дверь маяка.

— Надо найти вход в артефакт, — Марк обошёл вокруг постройки. — Должно быть что-то необычное, выделяющееся.

Они разделились, осматривая маяк. Ника осталась с Андо, положив его носилки на траву рядом с постройкой.

— Здесь! — позвал Кир через несколько минут. — Смотрите!

Все собрались у небольшого выступа с западной стороны маяка. На сияющем камне была высечена спираль — похожий на кельтские узоры.

Они поднесли Андо. Хоп осторожно взяла его руку и дотронулась до артефакта. Друзья последовали за ними.

Через мгновение, все стояли в проходе, от которого потянуло холодом и странным запахом — смесью соли, водорослей и чего-то неопределимого, явно не принадлежащего обычному миру.

— Вперёд, — скомандовал Марк. — Но будьте осторожны.

Они снова подняли носилки и шагнули в темноту.

Проход оказался коротким и привёл их внутрь маяка. Но то, что они увидели, совершенно не соответствовало ожиданиям.

Вместо узкой винтовой лестницы, ведущей к вершине маяка, перед ними открылась широкая спиральная лестница, уходящая вниз. Стены из грубого серого камня были усыпаны светящимися кристаллами, обеспечивающими тусклое голубоватое освещение. Лестница делала оборот за оборотом, и нижние витки терялись во тьме.

— Перевернутый Маяк, — прошептала Ника. — Он ведёт не вверх, а вниз.

— Как глубоко он уходит? — спросила Хоп, наклоняясь и вглядываясь в темноту.

— Никто не знает, — ответил Марк. — Говорят что он бесконечный.

Они начали спускаться, бережно неся Андо. Спуск был долгим, и казалось, прошла целая вечность, прежде чем они заметили первые признаки обитаемости.

На одном из витков лестницы появились небольшие ниши, выдолбленные в стенах. В них стояли простые деревянные двери. За некоторыми слышались голоса, из-под других пробивался свет.

— Здесь кто-то живёт? — удивилась Хоп.

— Думаю отказники, — коротко пояснил Кир. — Искатели, которые предпочли остаться жить в артефактах.

Они продолжили спуск, и вскоре вокруг них стало появляться всё больше признаков человеческого присутствия. В стенах появились маленькие окошки, откуда лился тёплый свет. На площадках между витками лестницы стояли скамейки и столы. Где-то играла тихая музыка, доносился запах еды.

И люди. Они появлялись из дверей, останавливались на лестнице, с любопытством и настороженностью разглядывая чужаков. Мужчины и женщины разных возрастов, одетые в простую, но добротную одежду.

— К Шеннон их, — донеслось из толпы. — Быстрее!

Несколько крепких мужчин подошли к ним и без лишних слов забрали носилки с Андо.

— Эй! — возмутилась Хоп. — Куда вы его тащите?

— К Хранительнице, — ответил один из мужчин. — Она поможет — следуйте за нами.

У них не было выбора. Марк жестом призвал остальных не сопротивляться, и они последовали за мужчинами, несущими Андо.

Ещё несколько витков спирали вниз — и они оказались на просторной площадке, где спираль делала полный оборот, образуя круглое пространство. В центре горел странный синий огонь, не дающий тепла, вокруг стояли скамьи, а у дальней стены располагалась большая деревянная дверь с резными узорами.

Люди с носилками направились прямо к этой двери.

Комната за дверью напоминала одновременно жилище знахарки и научную лабораторию. Полки с книгами и странными инструментами, пучки сушёных трав, висящие под потолком, колбы и сосуды с разноцветными жидкостями. А в центре — большая кровать, застеленная белоснежным покрывалом.

— Положите его сюда, — сказал женский голос.

От стола в углу комнаты поднялась пожилая женщина. Её седые волосы были собраны в тугой узел на затылке, а проницательные голубые глаза, казалось, видели насквозь. На шее висел кулон в виде той же спирали, что была высечена на входе в маяк.

Мужчины осторожно переложили Андо на кровать и молча удалились. Старуха подошла ближе, внимательно рассматривая подростка.

— Хранительница Шеннон, — представился Марк. — Мы пришли…

— Я знаю, зачем вы пришли, — перебила она, не отрывая взгляда от Андо. — Осколок древнего артефакта соединился с мальчиком. Интересно…

Она осторожно взяла руку Андо, рассматривая светящийся фрагмент.

— Это был объединённый клинок из Храма Четырёх Стражей, — пояснила Ника. — Он разрушился во время битвы со Стеклянным Стражем.

Шеннон резко вскинула голову.

— Вы прошли Храм Четырёх?

— Да, — кивнул Кир. — Нас было пятеро.

Хранительница перевела взгляд с Андо на остальных членов группы, словно оценивая их заново.

— Таких юных искателей, прошедших Храм, я ещё не встречала, — она кивнула на Хоп и безучастного Андо. — И что произошло потом?

Марк кратко описал битву со Стражем, разрушение клинка и то, как осколок соединился с Андо.

— Можете помочь ему? — нетерпеливо спросила Хоп, когда он закончил.

Старуха задумчиво потёрла подбородок.

— Осколок уже не достать, возможно получится помочь мальчику подавить эту энергию. Но это будет стоить вам.

— У нас ничего нет, — нахмурился Кир.

— Мне не нужны деньги, — Шеннон махнула рукой. — Мне нужна услуга.

— Что за услуга? — спросил Марк.

Она подошла к одной из полок и сняла с неё небольшую деревянную шкатулку.

— На нижних уровнях маяка, намного глубже, чем мы сейчас, есть место, которое мы называем Залом Зеркал. В центре зала находится постамент, а на нём… — она открыла шкатулку, показывая миниатюрную модель странного кристалла. — Артефакт Зеркального Света. Мне нужен этот артефакт. Он поможет вылечить вашего друга.

— И почему вы сами не можете за ним сходить? — подозрительно спросила Хоп.

Шеннон усмехнулась.

— Зал Зеркал меняется. Каждый, кто входит туда, видит отражения своих страхов и желаний. Многие сходят с ума или теряются в иллюзиях. Мне восемьдесят пять лет, дитя. Мои силы уже не те.

— И вы отправляете на туда? — возмутилась Хоп.

— Я никого никуда не отправляю, — спокойно ответила хранительница. — Я предлагаю сделку. Вы вольны отказаться и искать помощи в другом месте.

Наступила напряжённая тишина. Марк переглянулся с Никой и Киром.

— Мы согласны, — наконец сказал он. — Но не все. Хоп останется с Андо.

— Правильное решение, — кивнула Шеннон. — Девочка со своей преданностью может оказаться наиболее уязвимой для иллюзий Зеркального Зала. А мальчику нужно, чтобы кто-то был рядом.

Пока Марк, Ника и Кир готовились к спуску, получая указания от местных жителей и собирая необходимое снаряжение, Хоп сидела у постели Андо. Шеннон проводила какие-то странные процедуры — прикладывала к его лбу светящиеся кристаллы, давала пить загадочные настои, что-то шептала над светящимся осколком в его руке.

— Это поможет? — спросила Хоп после очередной процедуры.

— Надеюсь, — ответила хранительница. — Это позволит стабилизировать его состояние. Но для полного исцеления нужен Артефакт Зеркального Света.

Она ушла, оставив Хоп наедине с Андо. Девчонка сидела рядом, держа его за руку и рассказывая о маяке, обо всём, что видела вокруг. Она знала, что Андо её не слышит, но почему-то ей казалось важным говорить с ним.

— Здесь так странно, — тихо сказала она. — Целый мир внутри маяка. Люди живут на разных уровнях. У них есть сады где-то дальше, они выращивают растения под искусственным светом. И кажется, они собирают дождевую воду сверху. Тут даже дети есть, представляешь?

Ответом ей было лишь тихое дыхание Андо.

В своём сновидении Андо снова парил, но теперь уже не в космосе, а в бесконечном океане. Вокруг него проплывали существа, похожие на китов, но сотканные из света и тьмы. Они пели странные, но завораживающие песни, которые он каким-то образом понимал.

Они пели о мирах, соединённых тонкими нитями, о дверях между реальностями, о храмах и маяках, стоящих на границах измерений.

Один из светящихся китов проплыл совсем рядом, и Андо увидел в его огромном глазу отражение — людей, стоящих у какого-то странного устройства. Они что-то говорили, их губы шевелились, но слов Андо не слышал.

В комнату вошёл молодой парень с подносом еды.

— Шеннон сказала передать вам, — сказал он, ставя поднос на маленький столик. — И что вам тоже нужны силы.

— Спасибо, — кивнула Хоп. — Давно ты тут живёшь?

Парень, которому на вид было около шестнадцати, пожал плечами.

— Всю жизнь. Я родился здесь.

— В маяке? — удивилась Хоп.

— Да, — он сел на краешек соседнего кресла. — Мои родители попали сюда семнадцать лет назад. Они были искателями, как вы. Пришли, чтобы пройти испытание маяка, но встретили друг друга и решили остаться.

— И много таких, как ты? Рождённых в артефакте?

— Несколько десятков, — кивнул парень. — На верхних уровнях в основном живут вновь прибывшие. Чем глубже спускаешься, тем дольше люди здесь живут. Мы с родителями живём на тридцать втором уровне.

— А сколько всего уровней? — Хоп невольно заинтересовалась.

Парень загадочно улыбнулся. — Никто не знает. Некоторые говорят, что маяк бесконечен. Другие утверждают, что достигли дна, но никто им не верит. Есть легенда, что на самом нижнем уровне находится зал, в котором можно встретить своё истинное «я».

— Зал Зеркал? — догадалась Хоп. — Туда же отправились мои друзья.

— Да, — парень посерьёзнел. — Значит они у тебя храбрые. Немногие рискуют спускаться так глубоко.

Он встал, собираясь уходить.

— Подожди, — остановила его Хоп. — Как тебя зовут?

— Нейл, — улыбнулся парень. — А ты?

— Хоп.

— Необычное имя, — заметил он.

Нейл кивнул.

— Зайду позже, посмотрю, как вы тут. И передам… — он кивнул на Андо, — если от ваших друзей будут новости.

После его ухода Хоп вернулась к постели Андо. Осколок в его руке пульсировал, как будто в такт какой-то неслышимой музыке.

Шеннон вернулась, когда Хоп уже начала дремать в кресле.

— Как он? — спросила Хранительница.

— Без изменений, — зевнула Хоп. — Только рука иногда светится ярче.

Старуха подошла ближе, внимательно разглядывая осколок. — Он как будто пытается соединиться с ним.

— Это опасно? — встревожилась Хоп.

— Всё неизвестное опасно, — философски заметила пожилая женщина. — Но не всегда вредно.

Она достала из кармана небольшой пузырёк с голубоватой жидкостью и капнула несколько капель на осколок. Тот вспыхнул ярче, потом снова потускнел.

— Что это? — спросила Хоп.

— Эссенция маяка, — ответила Шеннон. — Должна помочь стабилизировать процесс.

Она снова ушла, оставив Хоп наедине с вопросами.

Проходили часы, а потом и дни. Иногда заходил Нейл, приносил еду и новости из сообщества маяка. Иногда приходила хранительница, проводила свои загадочные процедуры. Хоп почти не отходила от Андо, разговаривала с ним, рассказывала истории, даже пела колыбельные, которые смутно помнила из детства.

На третий день Нейл принёс неожиданную новость.

— Твои друзья возвращаются!

И действительно, спустя час в комнату вошли Марк, Ника и Кир. Они выглядели измотанными. Одежда была порвана, на лицах грязь и царапины, но глаза горели триумфом.

— Мы достали его, — Марк протянул руку, в которой держал сверкающий кристалл размером с яблоко. Внутри кристалла, казалось, плясали миниатюрные молнии.

Шеннон, появившаяся словно из ниоткуда, бережно приняла артефакт.

— Вы справились, — в её голосе звучало искреннее уважение. — Не многим это удаётся.

Хранительница подошла к Андо с артефактом в руках.

— Теперь мы можем начать настоящее лечение, — сказала она. — Всем выйти, кроме девочки. Она останется со мной.

— Почему… — начал было Кир, но Марк остановил его.

— Позовите, когда закончите, — сказал он.

Троица вышла, и в комнате остались только Шеннон, Хоп и лежащий без сознания Андо.

Старуха поставила кристалл на небольшой постамент рядом с кроватью. Затем она достала откуда-то маленький серебряный молоточек и легонько ударила по артефакту.

Раздался чистый, хрустальный звон. Кристалл засветился ярче, выпуская тонкие лучи света, которые потянулись к осколку в руке Андо.

— Что происходит? — прошептала Хоп.

— Артефакт Зеркального Света позволяет создать баланс между энергиями, — пояснила Шеннон. — Сейчас он помогает осколку клинка интегрироваться в сущность мальчика без вреда для него.

Она снова ударила по кристаллу, и тот зазвенел на другой ноте. Лучи света стали ярче, соединяя артефакт и осколок. Андо слегка дёрнулся, его веки затрепетали.

— Он просыпается? — обрадовалась Хоп.

— Пока нет, — покачала головой хранительница. — Но скоро. Нам нужно закончить процедуру.

Она продолжала ударять по кристаллу, извлекая из него разные ноты, словно играя на каком-то странном инструменте. С каждым ударом лучи света меняли цвет и интенсивность.

Наконец, после особенно громкого звона, кристалл вспыхнул ослепительным светом, а затем постепенно потух. Лучи, соединявшие его с осколком в руке Андо, исчезли.

— Всё, — выдохнула Шеннон. — Теперь остаётся только ждать.

Ещё три дня пролетели в томительном ожидании. Хоп почти не покидала комнату, где лежал Андо. Остальные искатели отдыхали, восстанавливали силы, общались с жителями маяка.

И вот, наконец, когда Хоп сидела рядом с кроватью, рассказывая Андо очередную историю про странности маяка, его веки дрогнули. Рука с осколком слабо шевельнулась.

— Андо? — Хоп вскочила, наклоняясь к нему. — Ты меня слышишь?

Его глаза открылись. Взгляд был затуманенный, дезориентированный. Затем он сфокусировался на лице Хоп.

— Привет, — хриплым голосом произнёс Андо. — Где мы?

— В Перевёрнутом Маяке, — Хоп сжала его руку. — Ты был без сознания почти неделю.

Андо попытался сесть, и Хоп помогла ему, подложив подушки под спину.

— Что случилось? Мы убили Стража? — спросил он, потирая висок.

— Нет, — покачала головой Хоп. — Клинок разрушился, тебя отбросило взрывом. Мы едва унесли ноги.

Андо посмотрел на свою правую руку, где в коже светился осколок объединённого клинка.

— Что это за фиговина? — он осторожно коснулся осколка пальцами другой руки.

— Часть клинка. Он… как бы врос в тебя, — объяснила Хоп. — Мы не знаем, что это значит.

Андо нахмурился, разглядывая светящийся фрагмент. Затем его глаза расширились.

— Я что-то чувствую, — тихо сказал он. — Как будто… вижу весь маяк, сразу. Все уровни, все комнаты. Даже людей, живущих здесь.

— Что? — недоверчиво переспросила Хоп.

Андо закрыл глаза.

— Наши друзья — Марк, Ника и Кир — сейчас в общем зале, три уровня выше. Марк разговаривает с каким-то старым искателем. Ника рассматривает карту на стене. Кир пытается флиртовать с местной девушкой.

Хоп смотрела на него с изумлением.

— Как ты можешь это знать?

— Да без понятия, просто… вижу, — Андо снова открыл глаза. — И не только это. Я чувствую… как он устроен, как работает.

Он поднял руку с осколком и сосредоточился. На маленьком столике рядом с кроватью стояла чашка. После секундного напряжения чашка слегка сдвинулась.

— Охренеть, — выдохнул Андо. — Я могу двигать вещи!

— Это… это из-за осколка? — спросила Хоп, глядя то на чашку, то на светящийся фрагмент в руке Андо.

В комнату вошла Шеннон, словно почувствовав, что пациент очнулся.

— Ты пробудился, — констатировала она. — И обнаружил свои новые способности.

— Вы знали? — спросил Андо.

— Догадывалась, — пожала плечами пожилая женщина. — Артефакты часто меняют тех, кто с ними взаимодействует.

— Что это означает? — спросил Андо.

— Ты соединился с фрагментом древнего оружия, созданного специально для воздействия на других существ из артефактов, — пожала плечами старуха. — Это даёт тебе определённые… преимущества.

— И недостатки? — проницательно спросил Андо.

Шеннон криво улыбнулась. — Ты станешь целью для многих. Корпорации, охотящиеся за артефактами, захотят изучить тебя. Возможно, и более опасные существа заинтересуются.

— Тебе многое предстоит узнать, мальчик. И многому научиться. Но не сегодня. Сейчас тебе нужен отдых.

С этими словами она вышла из комнаты, оставив Андо и Хоп наедине.

— Ну и что теперь? — спросила Хоп.

Андо посмотрел на светящийся осколок, потом на свою руку. Сосредоточился, и в воздух поднялась ещё одна чашка, плавно перелетев с тумбочки на кровать.

Он улыбнулся, впервые за всё время по-настоящему широко и искренне.

— А теперь, — сказал он, глаза его загорелись предвкушением, — всё становится действительно интересным.