55. Нагорная проповедь

Господи, как невыносимо тяжек его труд, как он устал, и в каком смятении его бедное сердце! Капернаум лежит внизу, и ещё мало различим в тумане; от Генисаретских вод отражаются блики утреннего солнца. Его душа сравнима сегодня с тем, что в тумане. Он, их Учитель, стоит на возвышении. Они, Ученики его, и необычно молчаливая под Его взглядом толпа, вне приветственных криков, вне молений об исцелении, ждущие лишь Его Слова, Его откровения… Что с ними происходит сегодня, и почему они молча ждут чего-то?

«Господи, вразуми, чего они хотят от меня? С ума они сошли, что ли, что я скажу им, когда душа разрывается от боли? Вон там, вдалеке, маячит мой мучитель, египетский жрец. Сколько же дней подряд я терпеливо слушал его наставления, весь его околобожеский и душеведческий бред?! И тело, и душа моя тысячелетия пребывали в тёмной пещере, я забыл, что существует свет солнца, и эта трава, и цветы, и деревья. И не только глаза слепнут, но и душа содрогается от пространства и света…»

Ноги не держали Иисуса. Он присел, и прикрыл глаза. Это не мешало ему видеть каждую пару блестящих глаз, обращённых к нему. Он чувствовал их призыв, он ощущал его как крик, и напрягался в попытках понять, прочувствовать, настроиться на каждого. Он взял на себя труд быть их Учителем, он дал им надежду на будущее. Он не вправе изменить им. Он должен, наконец, он обязан!

Зачем сосредотачиваться на том, о чем говорил жрец? Среди всего прочего, он говорил немало интересного и поучительного, пусть он, Иисус, и не приемлет его науки. Он постигает волю Бога сердцем, жрец сделал это постижение своим ремеслом. Разве нечего ему сказать людям и без Ормуса? Столько всего передумано и прочувствовано за последний год, хватит на столетия. Но как, какими словами говорить о сокровенном? Изрекая мысли вслух, пытаешься облечь их в одежды из разных слов для достижения стройности и красоты. Но чувства, которые ты передаёшь словами, при этом нередко теряют искренность, получается полуправда. Умноженная на разное понимание людьми разных характеров и темперамента, на неточную передачу из уст в уста, чем станет эта полуправда в самом близком будущем, через день, через месяц, год? И что останется от того, первоначального, истинного, что было таким выстраданным, вымученным и честным? Не станет ли оно для кого-то тем же исполнением ремесла?

Боже, как страшно и больно, как тяжело… Но что же делать, что? Говорить с людьми надо, даже рискуя потерей первоначального смысла, даже становясь неправильно понятой легендой. Если будет хоть один, кто поймет правильно из тысячных толп Его последователей, а их будет много, Он знает, Он чувствует это, — значит, цель достигнута. Если ты понят правильно хотя бы одним, и стал ему нужен с твоим сокровенным смыслом, — ты беспредельно признан всем человечеством, ты востребован. Решено, он сейчас откроет им истину, КАК следует любить Бога и ходить перед ним, и будь что будет!

Он открыл глаза, и толпа ответила ему громким вздохом, исторгнутым из множества ноздрей.

Они жадно разглядывали Его. И видели человека среднего роста, с безмятежно-ясным лбом, безукоризненными линиями носа и рта, с сине-зелёными, меняющими свой цвет глазами, с таким лицом, что всякий, видящий его, «любит его или страшится». Смуглый цвет лица, и при светлых волосах — тёмные густые брови. Волосы, разделённые пробором посредине головы, согласно назорейскому обычаю, опускаются на плечи, они у него тёмно-русые, почти гладкие до ушей, а ниже вьющиеся, на концах более светлые, с огненным блеском. Борода густая, того же цвета, что и волосы, не очень длинная, разделённая посередине. Держится гордо и прямо, руки и плечи полны изящества. Но главное, главное — взгляд, эти светлые, проницательные, неизъяснимой благостью сияющие глаза…

Всего за мгновение до того, как начать говорить, он вдруг осознал с радостью и облегчением: он хорошо знает, что говорить… Он не станет метать громы и молнии на их головы, устрашая бедами и несчастьями за неповиновение. Всё это было, но до сих пор не принесло им счастья. Они по-прежнему лгут, прелюбодействуют, убивают! Никаких больше угроз, никакого устрашения гневом небес или расплатой здесь, на земле. Оставим это Ормусу, ему виднее, он-то умеет запугивать. Пусть приходят к Богу сами, как шёл и он, Иисус, испытывая порой скорбь и отчаяние, реже — радость преодоления, понимая своё несовершенство, но ничего не боясь. Пусть приходят не силой страха извне ведомые, как стадо баранов, а внутренним желанием, своей волей. Желание — уже творит, иначе бы он не сидел бы перед ними тут.


…Блаженны бедные и кроткие духом, ибо их есть Царство Небесное…

…Блаженны скорбящие, ибо они насытятся…

…Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю…

…Блаженны приносящие добро, ибо должно прийти в мир…

…Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся…

…Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут…

…Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят…

…Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Бога…

…Блаженны о погибели неверных скорбящие, ибо добры и милосердны…

…Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство Небесное…

…Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня…

Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах…

Он улыбнулся юному Иоанну, смотревшему на него с очевидным изумлением, словно хотел сказать улыбкой: «Смотри, это так и есть, так и надо, ты и сам так думаешь, правда? Разве ты не хочешь быть счастливым?» Он говорил не очень громко, не пытаясь придать голосу строгость, не внося привычной им назидательности. Не про то, чего делать нельзя. Про то, как надо делать, как надо дышать и жить — любовью.

…Вы — соль земли. Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь её соленою? Она уже ни к чему не годна, как разве выбросить её вон на попрание людям. Вы — свет мира. Город, построенный на вершине горы и укреплённый, не может ни упасть, ни быть сокрытым. То, что ты услышишь твоим ухом, возвещай это другому. Ибо никто не зажигает светильник, не ставит его под сосуд и никто не ставит его в тайное место, но ставит его на подставку для светильника, чтобы все, кто входит и выходит, видели его свет. Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели и прославляли Отца вашего Небесного.

Не думайте, что Я пришел нарушить закон: не нарушить пришел Я, но исполнить. Ибо истинно говорю вам: доколе не пройдёт небо и земля, ни одна йота или одна черта не пройдёт из закона, пока не исполнится всё. Итак, кто нарушит одну из заповедей сих малейших, и научит так людей, тот малейшим наречётся, в Царстве Небесном, а кто сотворит, и научит, тот великим наречется в Царстве Небесном. Ибо, говорю вам, если праведность ваша не преумножится, то вы не войдете в Царство Небесное.

…Вы слышали, что сказано древним: не убивай, кто же убьёт, подлежит суду. А Я говорю вам, что всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду, а кто скажет «безумный», подлежит геенне огненной.

…Вы слышали, что сказано древним: не прелюбодействуй. А Я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своём. Если же правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не всё тело твоё было ввержено в геенну. Сказано также, что если кто разведётся с женою своею, пусть даст ей разводную. А Я говорю вам: кто разводится с женою своею, кроме вины прелюбодеяния, тот подает ей повод прелюбодействовать.

…Ещё слышали вы, что сказано древним: не преступай клятвы, но исполняй пред Господом клятвы твои. А Я говорю вам: не клянись вовсе: ни небом, потому что оно престол Божий; ни землёю, потому что она подножие ног Его; ни головой твоей не клянись, потому что не можешь ни одного волоса сделать белым или черным. Но да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого.

…Вы слышали, что сказано: око за око и зуб за зуб. А Я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щёку твою, обрати к нему и другую; кто захочет судиться с тобою и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду; и кто принудит тебя идти с ним одно поприще[270], иди с ним два. Просящему у тебя дай, и от хотящего занять у тебя не отвращайся.

…Вы слышали, что сказано: люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего. А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас, да будете сынами Отца вашего Небесного, ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылать дождь на праведных и неправедных. Ибо если вы будете любить любящих вас, какая вам награда? И как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними. Итак, будьте совершенны, как совершенен Отец ваш Небесный.

Смотрите, не творите милостыни вашей пред людьми с тем, чтобы они видели вас: иначе не будет вам награды от Отца вашего Небесного. Итак, когда творишь милостыню, не труби перед собой, как делают лицемеры в синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди. Истинно говорю вам: они уже получают награду свою. У тебя же, когда творишь милостыню, пусть левая рука твоя не знает, что делает правая, чтобы милостыня твоя была втайне… и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно. И, когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры, ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людьми постящимися. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою. А ты, когда постишься, помажь голову твою и умой лице твое, чтобы явиться постящимся не пред людьми, но пред Отцом твоим, Который втайне… и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явное. И, когда молишься, не будь, как лицемеры, которые любят в синагогах и на углах улиц, останавливаясь, молиться, чтобы показаться перед людьми. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою. Ты же, когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, Который втайне… и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно.

Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где подкапывают и крадут, но собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут, ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше. Свет для тела есть око. Итак, если око твое будет чисто, то всё тело твоё будет светло, если же око твоё будет лукаво, то всё тело твоё будет тёмно. Итак, если свет, который в тебе, тьма, то какова же тьма?

Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одного станет усердствовать, а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и маммоне. Посему говорю вам: не заботьтесь, для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды? Взгляните на птиц небесных: они не сеют, не жнут, не собирают в житницы; и Отец ваш Небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их? Да и кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хотя на один локоть? Итак, не заботьтесь и не говорите: что нам есть? или что пить? или во что одеться? Потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всём этом. Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это всё приложится вам. Итак не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своём: довольно для каждого дня своей заботы.

…Не судите, да не судимы будете, ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какой мерою мерите, такою и вам будут мерить. И что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоём глазе не чувствуешь? Или как скажешь брату твоему: «дай, я выну сучок из глаза твоего», а вот, в твоём глазе бревно? Лицемер! Вынь прежде бревно из твоего глаза и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего.

…Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам; ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят. Есть ли между вами такой человек, который, когда сын его попросит у него хлеба, подал бы ему камень? И когда попросит рыбы, подал бы ему змею? Итак, если вы, будучи злы, умеете даяния благие давать детям вашим, тем более Отец ваш Небесный даст блага просящим у Него.

Входите тесными вратами, потому что широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут ими; потому что тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь, и немногие находят их.

Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные. По плодам их узнаете их. Собирают ли с терновника виноград, или с репейника смоквы? Так всякое дерево доброе приносит и плоды добрые, а худое дерево приносит и плоды худые. Не может дерево доброе приносить плоды худые, ни дерево худое приносить плоды добрые. Всякое дерево, не приносящее плода доброго, срубают и бросают в огонь. Итак, по плодам их узнаете их.

Не всякий, говорящий Мне: «Господи! Господи!», войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного. Многие скажут Мне в тот день: Господи! Господи! Не от Твоего ли имени мы пророчествовали и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили? И тогда объявлю им: Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие.

…Итак, всякого, кто слушает слова Мои сии и исполняет их, уподоблю мужу благоразумному, который построил дом свой на камне; и пошёл дождь, и разлились реки, и подули ветры, и устремились на дом тот, и он не упал, потому что основан был на камне. А всякий, кто слушает сии слова Мои и не исполняет их, уподобился человеку безрассудному, который построил дом свой на песке; и пошёл дождь, и разлились реки, и подули ветры, и налегли на дом тот; и он упал, и было падение его великое.

Загрузка...