Перевод 4.Беспощадный

Глава 5

МАРКУС

После вчерашней вечеринки я чертовски устал. Клянусь, мог бы проспать неделю. Бросаю взгляд на разбитые костяшки. Заживет, как всегда. Избить тех ублюдков, которые гнались за Деллой, было куда приятнее, чем секс с как-ее-там.

По пути к двери замечаю листок на комоде. Поднимаю его и вижу номер телефона с надписью «позвони мне».

— Ни за что. Одного раза с меня хватит.

Выбрасываю бумажку в мусорку и спускаюсь вниз узнать, что остальные хотят на ужин.

Слышу голос Иви и чуть не возвращаюсь к себе. В последнее время каждый раз, когда мы ее видим, она приводит кого-то нового знакомить.

Захожу в гостиную, и хотя при виде Уиллоу моя защита мгновенно активируется, я с облегчением понимаю, что новых лиц нет.

— Где Ли? — спрашивает Джексон, сидя рядом с Уиллоу.

Сажусь в кресло, довольствуясь тем, что просто слушаю разговор.

— У нее болит голова, — отвечает Уиллоу. Она смотрит на Джексона чуть внимательнее, чем мне нравится, и говорит: — Ты спросил, где Ли.

Мой взгляд метнулся к Джексону, и я отключаюсь от разговора вокруг, наблюдая за выражением его лица.

Интересно. Джексон никогда раньше не проявлял интереса к девушкам. Ли задала ему жару сегодня утром. Было забавно наблюдать. Но глядя на Джексона сейчас, ясно, что ему интересна Ли.

Нужно запомнить, что Уиллоу наблюдательна. Похоже, от ее внимания ничего не ускользает.

Как бы это было безумно, если бы мы все влюбились? Не стоит шутить о таких вещах. Через несколько недель мы уезжаем в Нью-Йорк. К тому же у нас у всех практически аллергия на обязательства, так что не о чем беспокоиться насчет чего-то серьезного.

Мой взгляд притягивается к Уиллоу. Поскольку девушки рано ушли с вечеринки накануне, мне не пришлось с ней разговаривать. Мы только поздоровались, и то едва вежливо.

Ненавижу, что она становится все красивее каждый раз, когда я ее вижу. Начинаю замечать, что когда она улыбается, на левой щеке появляется ямочка. У нее выразительные глаза, и я вижу, как в них светится любовь к Ли, когда она говорит о подруге. Все в ней притягивает меня, как мотылька к огню.

Когда Джексон встает, я на мгновение теряюсь. Залипал, глядя на Уиллоу. Когда он уходит, я пользуюсь моментом и пересаживаюсь из кресла к Уиллоу.

Сажусь так, что между нами не остается места. Закидываю руку ей на плечи и притягиваю ближе, пока не чувствую свежий аромат ее волос.

Ее тело напрягается, глаза расширяются от моего смелого шага.

Сопротивляясь желанию зарыться лицом в ее волосы, наклоняюсь к ее уху и шепчу:

— Никак не можешь держаться подальше, да? Можем прямо сейчас подняться наверх, и я помогу тебе унять этот зуд.

Она медленно поворачивает лицо, пока наши глаза не встречаются. Опустив ресницы, она смотрит на мои губы, и желание поцеловать ее с силой бьется о стальные барьеры, которые я выстроил вокруг своего сердца. Она прикусывает нижнюю губу и издает чертовски сексуальный стон, от которого у меня мгновенно встает.

Медленно она выпускает нижнюю губу из-под зубов. Придвигается ближе, и я уже начинаю думать, что она собирается поцеловать меня. Но вместо этого она мечтательно шепчет:

— Единственный зуд, который я хочу почесать, — это влепить тебе пощечину и стереть это самодовольное выражение с твоего лица.

Надо отдать ей должное — она смелая.

Я слегка поворачиваю лицо, так что уголки наших губ соприкасаются. Легкое прикосновение посылает искры осознания по всему телу.

— Детка, если тебе нравятся всякие штучки, просто скажи. Я всегда готов попробовать что-то новое.

Она отстраняется, чтобы одарить меня гневным взглядом. Но вместо того чтобы высказать мне все, что думает, она просто смотрит на меня. Держит мой взгляд, пока это не становится некомфортно.

Черт, мне ни за что не выиграть у нее в гляделки. В этом она точно профи.

Опускаю глаза на ее губы, но это только заставляет ее протянуть ко мне руку. Она кладет ладонь мне на щеку, и это мягкое прикосновение граничит с болью. Оно напоминает мне о том, чего я хочу, но не могу иметь.

Все идет наперекосяк. Слишком быстро. Я теряю контроль над ситуацией.

— Посмотри на меня, — шепчет она.

Мой взгляд метнулся обратно к ее глазам, и я стараюсь придать себе самый холодный, жесткий вид, на какой способен. Хотя в ту же секунду, как наши глаза встречаются, мой контроль ускользает еще больше. Ее карие глаза полны понимания и сочувствия. Так на меня смотрел только Джексон.

— Я вижу тебя, Маркус Рид. Можешь притворяться сколько хочешь, но я вижу мужчину, прячущегося за этой дурацкой маской высокомерия.

Шок пронзает мое тело, и я забываю об образе, который пытаюсь поддерживать. На мгновение я оказываюсь разоблаченным, обнажая душу перед ней одним лишь взглядом.

Пытаюсь придумать что-нибудь, что разозлит ее. Мой разум лихорадочно ищет хоть что-то, что заставит ее меня возненавидеть.

Черт возьми! Она не может меня любить.

Она должна уйти сама, потому что я не смогу. Я слишком заинтригован ею, и это будет моим падением.

Она убирает руку и наклоняется вперед, целуя меня в щеку.

— Никогда не обращайся со мной как с одной из тех шлюх, которых ты водишь к себе в комнату. Я не заслуживаю такого обращения.

Двумя предложениями она лишает меня всех уловок, которые я использовал раньше. Они всегда работали на других. На всех, кроме Джексона... а теперь и Уиллоу.

Когда она откидывается назад, она протягивает мне руку.

— Хоть ты и вел себя как полный козел, ты мне нравишься. Давай начнем с чистого листа. Я лучше буду твоим другом, чем врагом.

Я смотрю на ее руку, потом на ее лицо. Она улыбается мне, и я чувствую первую трещину в стене, которую считал непроницаемой преградой между миром и мной.

Могу ли я дружить с ней?

Я никогда даже не думал об этом. Можно попробовать, а если не выйдет — закончить.

Смогу ли я закончить?

Она все еще держит протянутую руку, ожидая, что я пожму ее. Я беру ее маленькую руку в свою и смотрю, как мои пальцы обхватывают ее.

Будем друзьями. Не больше.

По крайней мере, я смогу видеть ее улыбку. Это стоит попытки, верно?

— Друзья. — Это все, что я могу выдавить.

Ее улыбка становится шире, и появляется ямочка. Она вытаскивает руку из моей, пока я все еще пытаюсь взять под контроль все эти незнакомые эмоции.

Я смотрю, как она прощается с остальными парнями и уходит с Иви.

Не желая, чтобы ребята заметили, что Уиллоу только что разделала меня под орех, встаю и возвращаюсь в свою комнату. Мне нужно переварить то, что произошло.

Но я понятия не имею, с чего начать.

***

УИЛЛОУ

Вчера вечером я здорово рискнула, и надеюсь, не пожалею об этом.

Возможно, я совершаю огромную ошибку, давая Маркусу шанс, но мне кажется, в нем есть гораздо больше, чем самодовольная ухмылка и бессердечное поведение.

Если я права насчет него, есть вероятность, что мы станем хорошими друзьями.

Поэтому я стучу в его входную дверь в девять утра. Мне нужно быть на занятиях только в двенадцать, так что я подумала, мы можем провести время вместе. Это единственный способ узнать друг друга.

Когда я стучу снова, дверь открывает Картер. Он удивлен, увидев меня, и я уверена, что Маркус будет удивлен еще больше.

— Маркус здесь?

— Он у себя в комнате, — говорит Картер, впуская меня.

Я смотрю на лестницу.

— Какая комната его?

— В конце коридора.

Я нервно улыбаюсь Картеру, хотя он этого не видит, потому что уже уходит.

Поднимаясь по лестнице, делаю глубокие вдохи. Не могу избавиться от волнения. Я не соврала, когда сказала Маркусу, что он мне нравится. Я правда хочу дружить с ним, но это не отменяет того факта, что он опасно горяч. Думаю, именно так он обманывает людей, заставляя их верить, что он плохой парень. Они настолько ослеплены его внешностью, что не видят настоящего человека.

Дойдя до двери его спальни, сначала стучу. Ответа нет, и когда я медленно открываю дверь, молюсь, чтобы он был в постели один. Определенно не лучшее начало нашей дружбы — застать его с девушкой.

Заглядываю в комнату, и увидев его одного в кровати, облегченно улыбаюсь. Оставляю сумку у двери и подхожу к кровати. Он лежит на животе, руки под подушкой. Наблюдаю за его сном — лицо расслаблено и беззаботно. Никаких злобных гримас.

Когда он начинает просыпаться, поворачивается на спину, и одеяло застревает под ним. Не могу удержаться от того, чтобы изучить его грудь взглядом, разглядывая каждый мускул и изгиб. Замечаю шрам на левой стороне груди. Это легкое несовершенство только добавляет ему красоты.

Он поднимает руку к лицу, и мой взгляд метнулся прочь от его груди. Меньше всего мне нужно, чтобы меня поймали на том, что я на него пялюсь.

— Доброе утро! — бодро говорю я.

Он подскакивает, словно я ударила его током. На мгновение он выглядит растерянным, но потом его черты снова становятся настороженными. Он двигается так быстро, что мне приходится отступить, чтобы дать ему встать с кровати. Хватает футболку и быстро натягивает ее, прежде чем повернуться ко мне.

— Что ты делаешь в моей комнате? — Его голос хриплый и чертовски сексуальный.

— Подумала, мы могли бы провести утро вместе, чтобы узнать друг друга получше. — Он смотрит на меня с недоверием. Прежде чем он успевает придумать отмазку, почему нам не стоит проводить время вместе, я говорю: — Просто как друзья. Считай это новым началом. Позволь угостить тебя завтраком.

— Чтобы было ясно, — говорит он, влезая в джинсы, — пусть это не входит в привычку.

— Не войдет.

Я широко улыбаюсь, а внутри танцую от счастья. Пока все идет гораздо лучше, чем я думала.

— И еще, когда мы проводим время вместе, это не свидание.

— Конечно.

Когда он обувается, подходит ко мне вплотную.

— У меня есть правила.

Я киваю, молча ожидая, пока он их озвучит.

— Никаких свиданий.

— Ты это уже сказал.

— Хочу убедиться, что ты поняла.

— Поняла.

Черт, такое ощущение, что я на собеседовании.

— Я люблю свою приватность. В следующий раз звони, как нормальные люди.

— Дай мне свой номер, и позвоню.

Он хмурится, глядя на меня сверху вниз.

— Ты странная.

— Я? — Странная — как?

— Это слишком легко. В чем подвох?

— Подвох? Нет никакого подвоха. Ты сказал, что у тебя есть правила, и пока они разумные.

Он качает головой.

— Как только начнешь липнуть — все закончится.

— Поняла, не липнуть к тебе.

— Жди внизу. — Он уходит в ванную и захлопывает за собой дверь.

Я бросаю взгляд на его кровать и, прежде чем успеваю себя остановить, быстро поправляю одеяло и подушки. С чувством удовлетворения покидаю его комнату и жду у входной двери.

Маркус все еще не улыбается, но то, что он идет со мной — уже моя победа.

— Поедем на моей машине, — говорю я, когда мы выходим из дома.

— Можем на моей, — почти рычит он.

— Что такое? Боишься, что твоя мужественность окажется под вопросом, если тебя увидят в моей машине? — дразню я.

Может, я и езжу не на последней модели, но мой маленький Мини Купер никогда меня не подводил.

На его лице страдальческое выражение, когда я открываю для него пассажирскую дверь.

— После вас, мистер Рид. — Одариваю его своей самой сладкой улыбкой.

Он сверлит меня взглядом, но все же садится. Я быстро обхожу машину и сажусь за руль, пока он не передумал.

Когда отъезжаю, он бормочет себе под нос:

— Надо было взять мою машину.

Он включает радио. Когда машину заполняет голос Элтона Джона, Маркус медленно поворачивает голову ко мне с выражением «какого черта».

Я сжимаю губы, чтобы не рассмеяться в голос.

— Что за хрень ты слушаешь?

— Элтон — легенда.

— Уверен, такая музыка вымерла еще в ледниковый период.

— А какую музыку любишь ты?

Когда Маркус упирается рукой в потолок, а коленями в приборную панель, чтобы достать телефон из заднего кармана, я фыркаю от смеха.

Он только сверлит меня взглядом и подключает телефон к радио. Пролистывает плейлист и выбирает песню.

Сначала много шума, потом машину заполняют звуки фортепиано. Я делаю погромче, чтобы лучше расслышать слова. Раньше я не слышала эту песню, и хоть она звучит жестко, слова наполняют меня грустью. Смотрю на дорогу, пока песня рассказывает мне все, что мне нужно было знать. Маркус кого-то потерял, и это гложет его изнутри.

Когда начинается следующая песня, я делаю потише и спрашиваю:

— Кто поет?

— Five Finger Death Punch.

Я останавливаю машину у IHOP.

— Надеюсь, ты голоден.

После того как нас усадили и приняли заказ, я протягиваю Маркусу свой телефон.

— Можешь скинуть мне свой плейлист?

Он смотрит с сомнением, но берет телефон. Наблюдаю, как он вбивает свой номер в мой телефон, потом звонит себе, чтобы у него был мой. Закончив, он не отдает телефон. Пока листает мои контакты, хмурится все сильнее.

— У тебя всего восемь контактов, — говорит он.

— И?

Нас прерывает официантка, ставя еду на стол. Она задерживается, улыбаясь Маркусу.

— Вам что-нибудь еще нужно?

Когда Маркус ее игнорирует, я быстро отвечаю:

— Нет, спасибо.

Он ждет, пока она уйдет, и говорит:

— Почему только восемь номеров?

Я разрезаю стопку блинчиков и откусываю кусочек. Маркус смотрит на меня, пока я жую. Проглатываю с трудом. Определенно непросто есть, когда он на тебя так смотрит.

— Только эти восемь для меня важны.

Когда он приподнимает бровь, я спрашиваю:

— А из всех твоих контактов с кем ты реально общаешься?

Не отвечая сразу, он отправляет в рот вилку с блинчиками. Теперь моя очередь смотреть на него, пока он ест. Не потому что хочу, чтобы ему было неловко, а из-за его небритой челюсти. Я и не знала, что смотреть, как кто-то ест, может быть таким возбуждающим.

Когда он откусывает еще, я заставляю себя вернуться к своей тарелке. Завтрак проходит в молчании, и только когда я расплатилась и мы идем к машине, он отвечает.

— Пять.

Мы садимся в машину, и я спрашиваю:

— Так зачем все остальные номера, если ты ими не пользуешься?

На этот раз он вообще не отвечает. Я еду недалеко до моего любимого магазина тканей, и когда паркуюсь, Маркус выглядит немного озадаченным.

— Пойдем. Я быстро.

Я удивлена, когда он идет за мной внутрь. Пока иду по проходу, провожу пальцами по разным рулонам ткани. Маркус просто наблюдает, как я выбираю нужное. Когда спрашиваю продавца, какая длина мне нужна, поворачиваюсь к Маркусу.

— Так что? Тебе нравится шить одежду? — Он выглядит не впечатленным. Черт, не то чтобы я ожидала другого, но все равно удивлена, что он так откровенно равнодушен к моей страсти.

— Не надо говорить так, будто я разгребаю дерьмо в качестве хобби. Я учусь на дизайнера одежды.

Он ухмыляется, и только тогда я понимаю, что он снова впадает в свою привычку притворяться козлом.

— У меня тоже есть правило, — говорю я, гордо подняв подбородок.

— Правило? — Он скрещивает руки на груди, отчего мышцы на бицепсах вздуваются.

— Да. У тебя есть правила насчет нашей дружбы, и у меня свои.

Он кивает, поднимая обе брови.

— Давай, озвучь свое правило.

— Не веди себя как козел.

Уголок его рта дергается, и я быстро добавляю:

— И улыбайся. Меньше злобных взглядов и больше улыбок.

— Это все?

— Пока да, — щебечу я. Прохожу мимо Маркуса и иду оплачивать покупку.

Мы слушаем его плейлист, пока я везу его домой. После каждой песни спрашиваю, кто исполнитель.

Останавливаю машину у подъездной дорожки и улыбаюсь Маркусу.

— Спасибо, что поехал со мной.

— Угу, — бормочет он, открывая дверь.

Я быстро хватаю его за руку и, наклонившись, целую в щеку.

— Увидимся.

Хмурый взгляд вернулся на его лоб, но он не делает никаких грубых замечаний насчет поцелуя. Вместо этого выходит из машины, закрывает дверь и идет по дорожке, не оборачиваясь.

— Я до тебя достучусь, Маркус Рид, — шепчу я, отъезжая от бордюра.