Весь остаток дня мы провели в городе на прогулке. Прошлись по торговому району, заглянули в отдаленные части. Я высматривал другие торговые компании, изучал товары, цены. Все это по нескольким причинам. Во-первых, мне интересно, что еще может пригодиться этому городу, и на чем получится заработать. Во-вторых, стоило нам покинуть торговую компанию Сицилии, как уже через пять минут ощутилась слежка. Ничего удивительного. Я сам подвел к этому, когда сказал, что планирую заглянуть на огонек к Эвансу. Силиция отправила своего человека, чтобы понять, что намереваюсь делать дальше.
Можно было бы отшутиться и все же навестить Эванса. Сицилия же не знает, что мы с ним давно сотрудничаем. А так это заставило бы ее поскорее собрать вещички и отправиться к нам, чтобы не тянуть. Но подводить к черте не стал. Всегда есть шанс, что девушка поступила бы иначе. К примеру, просто обиделась бы. Ну а кто знает.
Ближе к шести часам, когда мы оторвались от слежки, а торговый квартал остался позади, мы с Агатой наконец вышли ко второй главной площади. Отсюда, с помощью местных, свернули вправо и направились прямиком к границе с бедным районом. Прямо на глазах здания и улицы начали меняться. Мусора прибавилось, запах ухудшился. Дома здесь ниже, более старые, потрепанные жизнью. Вскоре мы вышли и на своеобразную площадь, где расположены личные одноэтажные домики, часть из которых заброшены. Здесь же и простые палатки. Но самое интересное не это. На глаза попалась защищенная территория. Часть площади огорожена каменным забором. У ворот стоят стражники. Достаточно простые ребята. Кожаная броня, обычные мечи и даже топоры на поясах. За забором единственное вблизи трехэтажное здание. Там же широкие вытянутые палатки для солдат.
В городах обычно размещают до пяти подобных постов. Здесь отдыхает стража. Что-то вроде военного лагеря. Само собой, в верхнем районе и даже в среднем лагеря выглядят куда лучше. Но сейчас, если и светиться, то лучше в подобном месте. К тому же, итог все равно будет один, а вот общение с весомой разницей.
Обсудив план происходящего, мы с Агатой подошли прямо к воротам. Стражники переглянулись. Один из них вышел вперед, скрестив руки на груди. Взглянул на меня высокомерно, нагло.
— Кто такой? Чего надо?
— Эрик. Пришел поговорить с местным командиром.
— Не многовато чести? — усмехнулся он. — Если что случилось, мне доложи.
— Я пришел с личным разговором к нему. Дело касается свободных солдат.
Чтобы убедить его, достал карту и показал. Фамилия, само собой, ничего не дала. Стражник просто не знает обо мне. Однако такой жест дал понять, что она что-то значить все же должна.
Немного подумав, мужик проворчался и, развернувшись, направился внутрь. Минут через пять вернулся с уже настоящим солдатом. Нас встретил высокий широкоплечий мужик лет сорока. Седые волосы, морщины, бородка. На поясе длинный меч. С виду качество отличное. Он повел себя учтивей и протянул мне руку. Я ответил на рукопожатие.
Вместо разговора на месте нас впустили внутрь. Сопроводили в здание. Мы поднялись на третий этаж и заперлись в дальнем кабинете. Солдат занял свое место за столом. Я сел напротив. Агата снова встала за спиной, сохраняя молчание и хладнокровие.
— Итак, позвольте представиться еще раз, — начал местный командир. — Меня звать Игнар. А вы, насколько я понял, Эрик Мортейн.
— Все верно.
— И что привело одного из членов семьи влиятельного дома Норвелла в наши трущобы?
— Я пришел поблагодарить вас.
— Поблагодарить? — вскинул солдат бровь, не понимая, о чем речь.
— Не так давно на наш город напали. Соран отправил часть солдат на помощь. Уверен, это были ваши люди.
Само собой, я просто предположил. Так бы поступил любой командир. Отправил бы тех, о ком пекутся меньше всего. И это сработало.
Игнар ухмыльнулся, расслабившись.
— Часть ребят и правда были из моих. И как они себя показали?
— Прекрасно, — ничего толком не делали, конечно, но говорить об этом не стоит. — Мне понравилась их работа.
— Вот как. Приятно слышать. Но, позвольте, неужели вы прибыли сюда только ради этого?
— Не только. Для начала давайте на «ты», Игнар.
Вновь улыбнувшись, солдат кивнул.
— Так будет проще, Эрик. Слушай, я человек простой, поэтому давай сразу к делу.
— Конечно. В нашем городе сейчас мало солдат. Все из-за того, что до недавних пор оплата службы была заниженной. Сейчас, в связи с нападением, она также упала. Но вскоре возрастет до уровня Сорана. Я пришел сюда, чтобы узнать, есть ли у города возможность выделить солдат для перевода в Норвелл.
Услышанное удивило солдата. Он задумался, хмыкнув.
— Эрик, ты же знаешь, что без прошения у главы города ничего не выйдет.
— Да, это так.
— Тогда почему не пошел сразу туда, в поместье управляющего дома?
— Потому что мне нужна поддержка командира. В любом случае приказы отдавать тебе и другим таким, как ты. Мы ведь оба понимаем, что главе управляющего дома достаточно поставить подпись. И, если ты одобришь мое прошение, это не станет проблемой.
— Умно, Эрик. Тогда у меня вопрос — какой смысл посылать людей в твой город? Раз цена там занижена, то по своей воле никто не согласится.
Вот и начинается самое интересное.
— Я планирую перераспределить солдат. Места патрулей будут варьироваться день ото дня. Также у солдат будет возможность посещать подземелье в свои выходные. Ну и патрулировать сам вход в подземелье, разумеется. И это я еще не говорю о слегка повышенной плате за службу у моего поместья.
— Пытаешься доказать мне, что солдатам в любом случае будет выгодно трудиться в Норвелле. Но ты же понимаешь, что солдаты редко посещают то же подземелье. На выходных их интересуют выпивка и женщины.
— И того, и другого у нас в городе достаточно. Само собой, если речь идет не о нарушении закона. К примеру, взять женщину силой будет преступлением. А вот заплатить за ночь или познакомиться с кем-то — пожалуйста. В нашем городе много баров и гостиниц. Часть из них будут обходиться наемным солдатам дешевле.
— Звучит, как подкуп, — усмехнулся Игнар.
— Само собой, меньшие цены будут действовать до момента, пока плата не станет равной этому городу. Однако шансы посетить подземелье и получить лишние выходные никуда не денутся. Стражники и правда не рвутся под землю, но там можно неплохо заработать. К тому же, мы сейчас стремительно спускаемся все ниже и ниже. Уже открыт одиннадцатый этаж.
Как и думал, Игнар не знает о том, что я открыл этот этаж уже давно. Его поразила сама цифра. Долгое время мы сидели на первых этажах. Об этом он точно слышал.
— Одиннадцатый, говоришь. Неплохо. И какова прибыль?
— Я приехал сюда с кучей повозок, полных до краев материалами.
— И это с учетом, что недавно был прорыв. Слишком хорошо звучит, ты так не думаешь? В чем подвох?
— Мы оба понимаем, что стража в городе нужна больше для вида, нежели для действий. В нашем городе много авантюристов. Они и сами способны справиться с проблемами. К тому же, еще и заработают на этом. Однако патрули сократят частоту воровства и прибавят нам репутации. Опять же, конечно, если мне отправят солдат, на которых можно положиться. Твоих, к примеру.
Немного лжи, немного лести, немного звона монет, и все готово. Командир задумался, а после достал из первого ящика лист с пером.
— Хорошо. Я подам заявку главе города. Если он ее одобрит на твоих условиях, которые ты сейчас изложишь на бумаге, я выделю свободных солдат.
— Отлично. Буду рад видеть и тебя самого.
Игнар ничего не ответил. Лишь снова усмехнулся. Однако я заметил огонь в глазах. Командиру стражи мои условия должны показаться еще более привлекательными. Раз он управляет здесь, в бедном районе, то, скорее всего, постоянно разбирается с мелочевкой и сидит на месте. У меня в городе придется делать то же самое, но выходных будет больше. Ставка, опять же, на авантюристов. В любом случае это только начало. Даже если глава согласится, и солдаты отправятся в Норвелл, их будет не много. Здесь уже подействует сам факт наличия. Достаточно будет мелким авантюристам увидеть, что солдаты ничего толком не делают и зарабатывают при этом, как сами захотят присоединиться.
Простыми словами — это только первый шаг.
Когда все было написано, мы с Игнаром поднялись с мест и снова пожали друг другу руки. Я не стал задерживаться и направился на выход. Агата поскакала за мной, сохраняя молчание. В этот раз она сыграла роль красивой спутницы. Все равно ничего бы не сделала. Но ей еще предстоит поработать по профессии. Времени в городе у нас еще много.