Безлицыш

Вилор Лант

Судя по окружающему нас лесу, мы где-то на севере. День ясный, погожий. Первым делом взлетаю повыше, чтобы подняться над кронами. Вдалеке видны горы. До едва проступающих в дымке заснеженных пиков сотни вёрст. Это радует. Сегодня Единый благосклонен ко мне. Окно переноса могло зашвырнуть нас под самые скалы, и тогда наш путь к морю удлинился бы вдвое.

И зачем только Создатель поставил на Воде такой неудобный портал? Всякий раз выбрасывает тебя в новом месте, где-нибудь между опоясывающими Ойкумену скалистыми кряжами и краем лесов. С равным успехом мы сейчас можем находиться, что в королевствах, что в княжествах. Эта шутка Единого очень сильно осложняет нам жизнь.

Неудивительно, что мы так и не смогли найти следов Вечного Хо, когда тот перескочил сюда с Суши транзитом через Воду по нашей Сквозной Дороге. Этот могущественный хитрец-долгожитель легко затерялся на Поясе Жизни. Среди Искупляющих его не было точно — мы бы об этом знали. По лесам и горам он скорее всего тоже долго не странствовал. В своё время мы очень тщательно прочесали их с воздуха. Наверняка, прячется в каком-нибудь городе, прикрываясь Личиной. Или даже осел в одной из тысяч и тысяч раскиданных по Истинному Миру деревень. Теперь его уже не найти.

Остаётся лишь ждать, когда однажды он сам прилетит к Замковой Горе. Раз уж Хо покинул свой Арх, на Ойкумене он не задержится тоже. С его возрастом можно сразу перебираться на Истину, и то, что он до сих пор не попробовал с боем прорваться к порталу, доказывает: Вечный, либо ещё не поднял свои Полёты на трёшку, либо как-то узнал, что для перехода на следующий пояс одних только отмера и возраста мало. Наверняка, вырвал знание силой у кого-то из наших. Мало ли Братьев исчезает бесследно? Ойкумена — опасное место.

Рано или поздно, но нам в любом случае предстоит сразиться с Хо. Его чакры открылись, едва он оказался на Ойкумене, а соткать необходимый для перехода на Истину Кокон Силы уроженец Дна Мира способен достаточно быстро. Здесь у нас перед местными Настоящими Людьми преимущество. В отличие от них, нам не нужно годами и десятками лет корпеть над плетением Благословенной Брони, как они называют Кокон. Со слов Виларов, старейшин Конклава, процесс умещается в месяцы. Когда-нибудь и я тоже через это пройду.

Преимущество… Мы бы с радостью обменяли его на возможность открывать чакры сразу, как то могут Настоящие Люди. Ждать, когда твои возраст с отмером дадут в сумме три тысячи лет — мука длиною в почти бесконечную жизнь. И пусть чакры у нас открываются сами, а у истинных уроженцев Ойкумены только по воле Отцов Настоятелей Ордена. Уж эту проблему мы бы точно решили, будь мы способны узреть ману раньше, чем достигнуть порога перехода на Истину. Здесь Создатель нас обделил.

Паладины не каменные. Воины Света — обычные люди. Пусть не каждого, но кого-то из них Хо уж точно способен заставить при помощи пыток открыть ему тайну создания Благословенной Брони. Появление на острове Вечного — лишь вопрос времени. Битве быть. Конклав принял решение не пропускать на Истину нарушившего наш договор злодея. Будь правитель Арха, хоть прятавшимся на дне мира тысячи лет долгожителем, хоть Владыкой-отступником, хоть слугой самого Низверженного, он в любом случае ответит за свои преступления. На его руках кровь наших братьев. Он смоет её своей собственной.

Лишь бы только не объявился сейчас, когда нам совершенно не до него. Очень жаль, что мы его упустили тогда. И во всём виноват этот дурацкий портал! Хорошо хоть, что, в отличие от водного окна переноса, переправляющего Идущих с Тверди на Сушь, этот портал хотя бы позволяет перебраться на следующий пояс всем вместе. Сколько бы человек не входило в окно, всех перекинет единым отрядом, если держаться за руки. Будь по-другому, и мы вообще не смогли бы переправлять на свой остров Источников. Перенос просто-напросто разделял бы их с провожатыми.

— Вам туда, — указал я Брату Рихарду направление, спустившись на землю. — Нам повезло — до края леса не так далеко, как могло бы быть. Хорошо вам добраться. До встречи на острове.

— Благодарю вас, Вилор. Хорошо долететь.

Кивнув остальным Братьям, я взмыл в воздух. Смысла тратить Невидимость нет. Если здесь есть кому на меня посмотреть — пускай смотрят. Я в своём праве. Впрочем, над лесами глаз мало. Вот доберусь до города, тогда и прикроюсь. У меня этот дар лишь на двушке. Всего час на сутки — его нужно беречь.

Вот уж йоков портал. Налетаюсь сегодня… Да и завтра придётся. Одного дня здесь мало. Пока доберёшься до побережья, пока найдёшь порт, который поможет определить направление, пока пересечёшь море. Те тысячи вёрст, которые сейчас меня отделяют от дома, быстро не одолеть даже с трёшкой. А уж как долго до острова будут ползти бойцы Рихарда…

Среди выполнивших свою миссию Братьев мало кто может похвастаться даже Полётами-двушкой, но дело не в этом. В отличие от облечённых властью членов Конклава, претендентам на членство в нём нельзя выставлять свои дары напоказ. Ни Полёты, ни любые другие дары не должны применяться на глазах у простых обывателей.

Для жителей Ойкумены все, кто носит серые плащи с капюшонами — обычные Братья, служители Храма, ничем не отличающиеся от непосвящённых в истинную природу Пути аколитов, работающих на нас на других поясах. Большую часть дороги отряд Рихарда преодолеет по морю на одном из наших кораблей, но до побережья ещё нужно добраться. В их случае дойти своими ногами. Только членам Конклава разрешено открыто летать по Ойкумене вне острова.

Но, спасибо Создателю, что хотя бы то окно переноса, которым ты прыгаешь в обратную сторону, с острова на Воду, всегда переправляет тебя в одно и то же конкретное место, аккурат к следующему порталу цепочки. Это мне сейчас лететь и лететь, а посланец Конклава, доставивший на Сушь весть о творящихся на Ойкумене бесчинствах, добрался до расположенного в горах мумров храма за считанные минуты. Находись я там в тот момент, уже давным-давно был бы на острове. Сколько времени упущено…

А всё эти проклятые фанатики! Владыка прав — мы слишком расслабились. О каком Равновесии может идти речь, когда на дне мира, по нашему упущению, выросла настоящая гнойная опухоль? Я себе и представить не мог, насколько там далеко всё зашло. Те еретики, которые прорвались на Твердь, настолько сильно двинулись в своём фанатизме умом, что, ни обычные пытки, ни Связка так и не смогли развязать языки тем немногим из них, кого у нас получилось схватить.

Нет, нельзя было оставлять проблему Ковчега на откуп Порогу. В последние годы их Тайная служба слишком сильно сосредоточилась на поиске Источников, ослабив своё влияние на власть имущих Дна Мира. Былое могущество Порога, когда-то державшего в кулаке оба пояса, кануло в прошлое. Они больше не могут полноценно контролировать Предземье и Землю. Их время ушло. Конклаву пора задуматься о перестройке устоявшихся на Дне Мира порядков.

Но сначала еретики. Как только мы разберёмся с этими в конец обнаглевшими отступниками, устроившим нынешний переполох, я лично займусь Ковчегом. Нужно выяснить, как они умудрились подготовить настолько сильных бойцов. Во время охоты, с которой меня сейчас выдернули, я потерял сразу нескольких воинов. Сильных воинов с боевыми дарами из элиты Братства. Кто-то из них мог когда-нибудь дорасти до Вилора. Они были всего в паре шагов от величия.

Проклятая Твердь с её правилом йоковой дюжины! Выслеживать и уничтожать отряды еретиков малыми группами сложно. По одному и по двое нападать на десяток прекрасно обученных воинов, предварительно прикончив дарами пару тройку из них — каждый раз большой риск даже для Братьев, достигших звания Претендентов. Не удивительно, что большая часть работы легла на мои и так перегруженные донельзя плечи. Поскорее бы уже закончился этот йоков век. Уже жду не дождусь, когда меня сменит следующий Вилор, которому после меня устранять нарушения Равновесия на Дне Мира.

Когда меня вызвали на остров, я даже обрадовался. Да, причина моего возвращения не из самых приятных, но за эти месяцы я настолько умаялся очищать эту проклятую Твердь от еретиков, что и сам уже был готов бросить поиски рассеявшихся по долине отрядов фанатиков, ограничив их сдерживание усилением оставленного у окна переноса заслона.

Увы, тот в итоге ослаблен. Мне было приказано вернуть на Ойкумену всех Братьев, участвовавших в охоте, кроме нескольких, кто будет уничтожать добравшихся до выхода с Тверди еретиков. Мне пришлось подчиниться. Единственное, в чём я пошёл против воли Конклава — в храме на Суши мной оставлен ещё один Брат из числа Претендентов. Будь среди тамошних аколитов в момент нападения на наш форпост Вечного воин уровня мастерства Претендента, может, Хо и не прорвался бы дальше.

По прибытию на остров я потребую от Конклава выделить по опытному Претенденту для храмов на Суши и Тверди, чтобы в каждом из этих важных перевалочных пунктов на постоянной основе присутствовал хотя бы один по-настоящему серьёзный страж. Да, на наши форпосты никогда прежде не было нападений, подобных случившимся, но времена меняются и меняются к худшему. Причина, по которой меня возвращают домой — ещё одно тому подтверждение.

Йоков торопыга! И вечно они срываются. Ни один год не обходится без того, чтобы кто-нибудь из Искупляющих не решил, что отступнику проще набрать нужный отмер. Вилорам постоянно приходится искать этих умников. Только этот зашёл дальше всех. Считает себя самым хитрым. В Конклаве уверены, что это кто-то из опытных Тёмных начал грабить сокровищницы. Уж больно силён покусившийся на святое бездушный. Не знай мы, что Вечному Хо с его сумасшедшим возрастом уже не нужны семена, можно было бы подумать на бывшего правителя Арха. Но нет, это — кто-то из местных, из тех, кто на Ойкумене очень давно и уже успел устать от Пути Искупления.

А хуже всего то, что ему помогает кто-то из Ордена. Защиту, накладываемую Виларами на сокровищницы, без применения особых плетений не снять. Нет сомнений, что бывший Тёмный действует в паре с Паладином-отступником. Последние — огромная редкость, но раз в десяток-другой лет свою бессрочную службу обязательно покидает какой-нибудь тронувшийся умом идиот, решивший пожить в своё удовольствие. А ведь Отцы Настоятели, казалось бы, отбирают в Воины Создателя самых послушных и преданных Ордену фанатиков. Похоже, и эти расслабились.

Йоковы Светлые… Надеюсь, когда-нибудь Конклав всё же примет решение — раз и навсегда избавиться от этого пережитка прошлого. Мы и сами могли бы плодить паладинов, отбирая из паствы самых послушных и преданных. Открывшим свои чакры Виларам известен секрет «Пробуждающего плетения». Кто-нибудь из пяти старейшин Конклава мог бы взять на себя превращение выбранных нами послушников в паладины. Или пусть занимаются этим все вместе. Смысл просиживать кресла в зале совета? Летали бы по Ойкумене кругами, из одной храмовой школы в другую. Стоит избавиться от Отцов Настоятелей, и количество поступающих на остров плодов Бездны сразу же увеличится. Орден лишний — его можно убрать.

Подменили же мы изначальное Братство своими людьми. Да, процесс это сложный, небыстрый, опасный и очень кровавый, но ради благого дела можно пойти и на риск, и на жертвы. Если бы отцы основатели Конклава в своё время не проявили решительность, Путь и дальше бы приводил недостойных на Истину. Нужно действовать жёстче. Вон даже Владыка меня попрекнул нашей слабостью.

Вспомнив древнего старца, скачущего по поясам под личиной юнца, я с грустью вздохнул. Этот занятый постижением истины вдали от самой Истины Просветлённый сейчас мог бы мне очень помочь, но попробуй найди его. Если он до сих пор на Воде, искать его там бесполезно. Среди бесконечных одинаковых островов Пояса Смерти можно летать годами. В одиночку мне с такой работой не справиться, а привлечь к поискам кого-то ещё я, увы, не могу.

Столько долгих веков никто не спускался к нам с верхнего пояса, что в Конклаве сейчас никого не осталось, кто бы лично встречал кого-то из Просветлённых Владык. Расскажи я кому-нибудь из Вилоров о своём новом знакомом, меня бы подняли на смех, а, поверь мне Конклав, что сомнительно, я ещё и остался бы во всём виноват. До недавнего времени мы ошибочно считали правителя Арха Владыкой-отступником. Сообщи я тогда о втором Просветлённом, спустившимся с Истины, мог бы запросто нарваться на приказ — найти настоящего убийцу повелителя хортов — в отчёте я приписал эту заслугу себе — и доставить на Замковую Гору.

Легко сказать: найди. Мир велик. Когда мы с ним распрощались в Предземье, я был абсолютно уверен, что больше его никогда не увижу. Ещё легче сказать: доставь. А, если он не захочет? Человека, прожившего едва ли не шесть тысяч лет, сложно к чему-либо принудить силой. Прорыв на Ойкумену Вечного Хо — лучшее тому доказательство. Не хватало ещё нам нажить ещё одного могущественного врага. Нет, я правильно сделал, что не стал никому про него рассказывать. Владыка уже один раз помог мне. Если на то будет воля Единого, поможет и ещё раз. Чувствую, мы с ним ещё встретимся.

Всё же княжества. Где-то здесь как раз и орудуют эти отступники-грабители. Или, скорее, орудовали. Известие о их бесчинствах дошло до меня с большим опозданием. Наверняка с ними уже разобрались, и по прибытию на остров я буду сразу же отправлен обратно. Старейшины Конклава — ещё те паникёры. По мне, так Вилары зря вызвали меня и отряд Брата Рихарда.

Соблазн заскочить в Царьград и узнать последние новости у капитана дежурящего там нашего корабля невероятно велик, но от посещения Замковой Горы это меня не избавит. Определив точное направление, спешу дальше. До острова ещё лететь и лететь.

Ну наконец-то! Впереди проступают знакомые очертания Замковой Горы. Через пару часов уже буду на месте. Ещё две сотни вёрст — и я долечу до окружающего остров Барьерного Рифа, бреши-проходы в котором известны лишь нашим лоцманам. Там меня уже должны встретить. Дежурный страж с развитым до трёшки Чутьём загодя обнаружит подлетающего к острову человека и вышлет с проверкой патруль.

У меня этот дар лишь на двушке, так что почувствовать Братьев, летящих ко мне под Невидимостью, я смог лишь за несколько секунд до встречи с ними. Слишком уж велика наша общая скорость. Надо как-нибудь собраться с силами и сходить-таки ещё раз-другой в Бездну через золотую нору. Очень много даров так и остались у меня не поднятыми до трёшки. Вдруг повезёт улучшить что-нибудь полезное.

Да хоть то же Чутьё. И пусть находить Ключи этот дар, даже поднятый до упора, мне не поможет, зато отличать человека от зверя смогу на по-настоящему большом расстоянии. Вот бы что пригодилось мне в недавней охоте на Тверди. То-то отступники удивляются, когда отряды правителей находят их с нашей подсказки в самых далёких лесах.

Одиночек в глуши искать просто. Совсем другое дело заселённые людьми области. Бездушного невозможно отличить от обычного человека даже с Чутьём на трёшке. В городах и деревнях беглых Тёмных приходится искать исключительно наощупь, что гораздо сложнее.

Пора останавливаться. Стражи узнали меня, но этого мало. Правила проверки обязывают меня ответить на вопрос патруля.

— Доброго дня, Вилор Лант! — поприветствовал меня старший из сбросивших невидимость Братьев. — Это вы?

— Я. Рад видеть вас, Братья.

— С возвращением! Вас ждут на Горе, Вилор.

Кивнув стражам, я полетел дальше. Вот и ещё один дар, который я бы хотел получить. Отличать правду от лжи — очень полезная штука. Иногда я жалею, что в своё время выбрал путь воина. Через бурую и чёрную норы я входил в Бездну гораздо больше раз, чем через жёлтую. Но теперь уже поздно метаться. Чем больше у тебя малополезных даров, тем меньше шанс поднять до двушки и тем более до трёшки что-то по-настоящему ценное. Я и так чудом выжил, вылавливая в Бездне свой пропуск в Вилоры. Как бы ты не был стар и силён, а без Полётов на трёшке в Конклав не попасть. Даже не хочется вспоминать, сколько раз мне пришлось сходить в Бездну через красную и золотую норы, прежде чем я получил желаемое.

Но в итоге я смог, и с тех пор я — Вилор. А скольких Братьев, идущих к своей мечте, съедает жестокая Бездна? Если бы отцы основатели Конклава в своё время не ввели запрет на прохождение испытаний чаще одного раза в год, остров бы давным-давно обезлюдел. И неважно, что, в отличие от остальной Ойкумены, потомки выходцев со Дна Мира способны плодиться здесь. Даже это не помогло бы нам сохранить свою численность. Бездна бы забирала мужчин быстрее, чем женщины рожали бы сыновей, которым ещё нужно вырасти.

Бездна коварна. Она не прощает ошибок. Уж как ни стараемся мы помогать нашим детям, впервые идущим туда, а они всё равно погибают. И погибают так часто, что не только Вилором, а даже Претендентом в итоге становится в лучшем случае один из десятка.

А ведь мы от и до изучили арену Низверженного. Испытания Бездны конечны, и все они давно нами описаны. То, чем пытался заниматься Ковчег, мы давно довели до конца. В нашей школе Идущих юноши годами разбирают варианты загадок, которые могут им встретиться в Бездне. Тренировки, зубрёжка, экзамены, и по завершению учёбы награда — по пятьсот бобов каждой ветви.

Большинство наших братьев впервые идут в Бездну с таким троеростом, о котором жители Дна Мира могут только мечтать, и всё равно погибают там. Да, количество испытаний конечно, но вот числа в задачах, слова в головоломках и рисунки ходов в лабиринтах меняются. Заучить вариации — мало. Каждый Идущий обязан уметь очень быстро соображать и считать, а это дано далеко не всем.

Теряющие сыновей матери считают наши порядки слишком жестокими. По мнению некоторых особенно глупых женщин, мы не должны силой гнать в Бездну тех, кто не смог сдать финальный экзамен с третьего раза. Тем более, без поднятых бобами долей. Таких неспособных можно переводить в слуги, и пусть доживают свой век, трудясь на благо острова в меру своих слабых сил, как то делают женщины, для которых Путь априори закрыт.

Эти дуры не понимают, что оставь мы лазейку для слабых духом, и на острове очень скоро мужчин-слуг станет больше, чем Братьев, стремящихся стать Вилорами. У мужчины не должно быть выбора. Он лишит его упорства. Пусть женщины довольствуются своим веком молодости, а мужчинам, ежегодно посещающим Бездну, не грозит смерть от старости. Пока ты собираешь дары, тебе выдают семена жизни, ну а вступишь в Конклав, для тебя Ойкумена открыта — месяц в году можешь странствовать по континенту, собирая Ключи.

У нас всё по-честному. Только став Вилором ты освобождаешься от обязательного посещения Бездны раз в год, но зато на пути в Конклав ты не только не состаришься, но ещё и неплохо поднимешь отмер. Если в самом начале тебе выдаётся одно семя в год, то, чем дольше ты собираешь дары, тем больше лет получаешь в отмер за каждое посещение Бездны. К примеру, я стал Вилором, имея в запасе уже целых пять с лишним веков. Вот закончу свою постылую службу и опять примусь за поиск Ключей. Скорее бы уже вернуться к своей прежней жизни.

Всё, я над островом. Подо мной зеленеют сады, парки и рощи. Отделяющая Замковую Гору от моря прибрежная полоса густо заселена. Между дворцов Вилоров, окружённых ухоженными территориями наших личных владений, теснятся поселения Братьев. От построенных в бухтах причалов к центру острова убегают дороги. Голубые змейки сбегающих к морю речушек петляют по плоской подошве горы.

Последняя не велика, чуть больше трёх тысяч локтей в высоту, но скалиста и подобно имперскому сыру прошита бесчисленными ходами пещер. В одной из таких, возле самой вершины и находится тот самый портал, который переносит достойных на Истину. Вокруг этой пещеры не то сам Создатель, не то адепты старого Братства, в своё время замещённые нами, в седой древности воздвигли огромную крепость, серой каменной шапкой накрывающую скалистую вершину горы. Мы зовём её Замком.

Для удобства охраны портала Зал Советов Конклава расположен в одной с ним пещере. Именно там и закончится мой сегодняшний путь. Пятёрка Виларов, покидающих гору только по важным делам, кроме управления Братством, в том числе занята и извечным несением стражи. Попытайся к порталу прорваться отступник из пришлых, например тот же Хо, ему мало того, что придётся сразиться с многочисленным отрядом охраны из Братьев, но ещё и познать мощь Верховных Хранителей, обладающих сонмом даров, широким набором могучих плетений и нечеловеческой силой Паладинов. Против воли Конклава на Истину попасть невозможно. Вечный Хо обречён.

А вон и ещё одна крепь. У подножия горы закрывают вход в другую, не менее важную для нашего Братства пещеру, ворота, отворяемые для любого из Братьев лишь один раз в году. Там, в корнях Сердца Ойкумены, находится Зал Испытаний, где извечно висят между полом и потолком выстроившиеся в ряд норы всех цветов от жёлтого до стального и золотого. Именно туда приходят за новыми дарами все Братья, идущие по ускоренному нами Пути. Сколько же раз я спускался в эту пещеру? Нет, не хочу больше в Бездну. Меня всё устраивает. Я своё туда уже отходил.

Сразу видно, что охрана Замка усилена. Облачённых в укреплённые даром доспехи и шлемы Братьев у меня на пути попадается куда больше обычного. К дверям Зала Советов подхожу быстрым шагом. Здесь уже полетать не получится. Дежурный Душитель всегда держит сердце Замка в глуши.

Обо мне доложили. Сейчас пригласят. Даже так? Всего двое Виларов? И не вспомню уже, когда видел здесь меньше троих. Дело дрянь.

— Наконец-то! Ты долго.

Высокие своды огромного зала утопали во мраке, но стоящий в его центре круглый каменный стол, как и сидящих за ним в больших мягких креслах Верховных Хранителей было видно прекрасно. Холодный голубой свет висящего за спинами Виларов портала падал на выгравированную на столешнице рельефную карту Ойкумены.

— Вилар Гонт, Вилар Ён, — поклонился я старейшинам Конклава. — Ваш посланник нашёл меня на Тверди две седмицы назад. Я спешил, как мог. Бойцы Брата Рихарда…

— Нужно было не ждать их, — перебил меня Вилар Ён, самый старший из всех пятерых глав Конклава. — Всё хуже, чем мы думали. Вечный нашёлся. И он уже с Коконом.

Значит, всё-таки Хо…

— Но зачем ему семена? — непонимающе произнёс я. — С его возрастом…

— Ты не понял, — пробасил Вилар Гонт, великан десяти пудов весом и всех семи локтей ростом. — Сокровищницы грабит не он. Да, там тоже невероятно могучий отступник, которого мы до сих пор так и не можем поймать, но это не Хо. Вечный всплыл на другом конце Ойкумены.

Где и когда Верховный Хранитель встретил этого гиганта, вышедшего в своей стати за рамки дозволенного человеку, неведомо, но, сколько я его помню, Вилар Гонт ни разу не снимал единожды наброшенную Личину. То ли ему нравится смотреть на всех сверху вниз, то ли просто приятно ощущать себя великаном.

— У нас катастрофически не хватает людей, — перехватил у гиганта слово сухопарый и невысокий Вилар Ён. — Сейчас ты — единственный Вилор на всём острове. Все улетели на материк.

Ничего себе! Ни одного Вилора на острове? А ведь нас сейчас целых шестнадцать. И Вилары… Отсутствие сразу троих Верховных Хранителей и тем более — небывалое событие. Даже представить себе не могу, что должно было случиться, чтобы почти все члены Конклава одновременно покинули остров.

— Все ловят Вечного? — поднял я брови. — Даже Вилары?

— Если бы, — вздохнул Вилар Гонт. — Появление Хо — слишком свежая новость. Из Вилоров ты первый, кто её слышит. Чуть раньше Конклав принял решение устроить всеобщую облаву. Все в Княжествах — ловят отступника. Эта тварь сотворила ужасное. Расплата настигнет его. С прискорбием вынужден сообщить тебе, брат Лант, — вздохнул Великан. — Вилор Клод мёртв.

Меня пробрало дрожью. Клод Мёртв… Один из старейших Вилоров, которому в скором времени предстояло стать Верховным Хранителем, отпустив Вилара Ёна на Истину, убит каким-то отступником? Это просто немыслимо! Этого не может быть! Как же так…

— Как это случилось? — взяв себя в руки, тихо произнёс я. — Клод был моим другом и братом.

— И нашим, — опустил глаза Вилар Гонт. — Единый воздаст по заслугам своему преданному слуге. Вечная память Вилору Клоду. Мы никогда его не забудем.

— Он устроил в Петрове засаду, — продолжил гигант после нескольких секунд тишины, которыми мы почтили память погибшего брата. — Хотел поймать грабящего сокровищницы отступника на месте преступления. Но он с ним не справился. Эта тварь оказалась сильнее, а, может, хитрее его. Тот бездушный, который убил Клода, потом ещё и превратился в него. Под видом Вилора пытался обмануть местных Тёмных и Светлых. У ублюдка слишком много даров.

— Так отступник один? — удивился я. — А я думал, бездушному помогает предатель из Светлых. На сокровищницах же ваша защита.

— Полная только на дверях, — покачал головой Вилар Гонт. — Эта тварь догадалась прорезать дыры в стенах. На них лишь запрет, не дающий пройти внутрь на даре. Кстати, Неосязаемость у него тоже есть. Как и Ускорение, и Невидимость, и ещё много чего. Очень сильный бездушный.

— Даже не знаю, как мы могли потерять такого отступника, — покачал головой Вилар Ён. — За последнюю сотню лет из Тёмных отрядов правителей не сбегал ни один старожил Ойкумены. То есть, так не сбегал, чтобы мы потом не поймали. Получается, он веками прятался от нас. Проклятый хитрец! Бродил по Ойкумене, держась обжитых земель, менял города и деревни, нигде не светился. И копил, копил возраст с отмером. Вот только ему надоело копить, надоело ждать. Похоже, этот гад стал отступником уже очень и очень давно. Мы слишком расслабились. Слишком.

— И не говори, — прорычал Вилар Гонт. — И с чего мы решили, что один только возраст делает человека Владыкой? Разберись мы с Хо ещё там, на Земле, скольких бы проблем удалось избежать… Но нет, мы ошибочно возвели эту тварь во Владыки и позволили архейскому чудищу собирать дары век за веком. Что в итоге? В итоге мы получили врага, сопоставимого по силе с Вилором. Увы, но сам себя заточивший на Дне Мира старик сумел обмануть весь Конклав. Куда катится этот мир?

— Истинный Мир просто сошёл с ума, — поддержал его Вилар Ён. — Такого никогда прежде не было. Проблемы, одна страшнее другой, так и летят на нас постоянно нарастающим комом. Могучие отступники, глубокие проколы посреди городов, убийства правителей. А тут ещё и Вечный всплыл в Царстве. Провинция Джи. И, как мы и боялись, он сумел сплести Кокон.

— Без всяких даров Хо убил дюжину паладинов за считанные секунды, — не менее зло пробасил Вилар Гонт. — А потом и Избранника. Просто ударом ладони. Да, да, Избранник Низверженного убит без даров, тычком в лоб. Кто вообще на такое способен? Хорошо хоть, что остались свидетели. Один Тёмный из местных, с Ускорением на двушке, смог чудом спастись. В Сендае произошёл мощнейший выплеск нечисти. Царь-прокол. Прямо в городе. Верховные Хранители: Матвей и Кес полетели разбираться с последствиями. Хо наделал там бед.

— Вечный с Коконом… — простонал я. — Как же быстро он справился…

— И он скоро придёт сюда, — кивнул Вилар Ён. — Ты был прав, Лант. Эта хитрая тварь — никакой не Владыка. А раз так, ему нужен портал. По-другому на Истину Хо не попасть, так что, он снова попробует прорваться силой, как то было на Суши. Верховный Хранитель Пирот лично отправился в Княжества. Мы сворачиваем облаву. Вилоры нужны нам здесь. Всё Вилоры. Что твоим еретикам, что убийцам Клода придётся подождать. Сейчас Вечный Хо — наша главная проблема и угроза. Хорошо хоть, что ты успел вернуться, — вымученно улыбнулся Верховный Хранитель. — Ты — один из наших сильнейших воинов. Твои дары и мечи сейчас нужны Братству как никогда, Вилор Лант.

— Служу Конклаву и Братству, — поклонился я, скрестив на груди сжатые в кулаки руки.

— Как только Хо поднимет Полёты на трёшку, он явится на остров — мы в этом уверены, — пробасил Вилар Гонт. — Сейчас Вечный вовсю улучшает Дары. Дары — его слабость. Ещё на Земле он поднял до двушки едва ли не все. С трёшкой тоже проблем не возникнет. Надеяться на Бездну не стоит — едва ли та убьёт эту тварь. Бездна Вечного никогда не пугала — он идёт в неё с радостью. Боюсь, времени у нас уже мало. С Чутьём на двушке находить нужные норы несложно. Месяц, два… край полгода — и Хо точно закроет все дыры в своём арсенале даров. Ойкумена — не Земля. Здесь нор много. Вопрос только в том, как быстро ему выпадут Полёты.

— Пусть приходит! Мы его остановим! Отступнику не место на Истине!

— Как быстро… — словно не слыша меня, задумчиво произнёс Вилар Ён. — Я не верю в полгода. Он уже давно здесь. Боюсь, Хо принялся улучшать дары со своего первого дня на Ойкумене. Мы надолго его потеряли из виду. Сколько месяцев он шатался по поясу, прежде чем устроить эту бойню в Сендае? Личину он уж точно до трёшки поднял. И на кой только йок он решил претвориться мальчишкой…

— Мальчишкой? — вырвалось у меня против воли. — Каким ещё мальчишкой?

— Вилор Харт допустил ошибку, — вздохнул Вилар Гонт. — Идущий, добравшийся до Ойкумены в пятнадцать… Да ещё и бездарь. Его мало было просто взять на заметку. Харту нужно было лично проверить мальчишку. Хо сумел обмануть местных Видящих, но Вилор бы сумел вскрыть обман.

— Или мальчишка был просто мальчишкой, а Хо занял его место в последний момент, потихоньку прикончив юнца, — пожал плечами Вилар Ён. — Теперь уже не узнать. С этой историей, и вообще, ничего не понятно. Зачем это всё? Что хотел Вечный? Чего добивался? Придуманный несуществующий дар, неизвестно откуда взявшийся в нужный момент царь-прокол, убийство наместника… Для чего Хо влез в заговор? И зачем потом убил заговорщицу?

— Садись, Лант, — указал Вилар Гонт на моё кресло, которое я занимал, присутствуя на собраниях Конклава в пору, предшествующую моему последнему назначению. — История длинная. Но её ты обязательно должен услышать. Возможно, твой свежий взгляд поможет нам понять Хо. Его мотивы и цели упорно ускользают от нас.

Всеблагой Свет… Чем дольше я слушал взявшего на себя роль рассказчика Гонта, тем страшнее мне становилось. Они ошибаются. Это не Хо. Это он, мой новый и одновременно с тем очень старый знакомый. Владыка нашёлся. Теперь его поиски истины проходят всего в шаге от Истины.

Этот Сон… Этот властный дурак просто-напросто прогневал Владыку. И ведь тот ещё долго терпел. Унижать своих Тёмных — ужасная глупость. Мы расслабились… Слишком расслабились… Собирающие для нас плоды Бездны ничтожества возомнили о себе слишком много. Этот Сон заслужил…

Но что теперь делать мне? Открыть Верховным Хранителям правду? Сознаться во всём? Указать на ошибку? О, нет… Слишком поздно. Не после такого. Моё наказание будет невероятно суровым. Пусть лучше сами поймут, что ошиблись. Пусть догадаются, что сендайская казнь не имеет никакого отношения к Хо. Попробую намекнуть. Благо, в здешней глуши меня не поймать на лжи.

— Он сказал, что смещает наместника, — начал я осторожно. — Может, в этом отгадка? Он мог просто убить…

— Милосердный Создатель! — перебил меня Вилар Ён. — Вот оно! И как я сразу не понял? Тут же всё на поверхности. Это послание. Послание нам. Вечному мало прорваться на Истину. Хо задумал сместить Конклав. Он хочет создать новый порядок.

— Матвей, Кес! — вскочил Вилар Гонт. — Они оба в опасности. Хо специально всё это устроил, чтобы выманить с острова членов Конклава. Это ловушка! Их нужно вернуть!

— Готов вылететь немедленно.

Я уже стоял у кресла, демонстрируя всем своим видом решимость исполнить приказ Виларов. А его мне однозначно дадут. Слава Создателю — кроме меня в Сендай лететь некому. Намекнул называется… Смещение Конклава, ловушка… Всё стало ещё хуже. Гораздо хуже.

Впрочем, здесь же и шанс для меня. Пока Вилары не нашли не того «Хо», их нужно срочно отправить обратно на остров. Хуже запоздалой правды из моих уст для меня может быть только правда из уст самого Владыки. Если он расскажет Матвею и Кесу про наши с ним встречи, мне точно несдобровать. Я обязательно должен найти его первым. Нам нужно поговорить. Очень нужно.

— Лети! Верни их.

— Слушаюсь.

Я бросился к выходу из Зала Советов. У меня ещё есть шанс всё исправить, и я им воспользуюсь. Владыка, позволь мне найти тебя! Помоги мне! Молю!

КОНЕЦ ДВЕНАДЦАТОЙ КНИГИ

Продолжение здесь https://author.today/reader/537787/5070151