Безлицыш

Ло 3

Мощный, всеобъемлющий, долгоиграющий, невероятно полезный дар. Настоящая трёшка. С таким можно смело выходить в одиночку против целых орд нечисти. Кроме Тварей, от которых никогда не знаешь, чего ожидать, и наделённых дарами и почти человеческим разумом Избранников Низверженного мне теперь мало, кто страшен из обитателей Бездны. Тех же демонов и саблепалов я отныне могу убивать даже самым обычным оружием. Это я про размеры оружия. Магические заточка с закалкой, конечно, желательны.

Моя очередная ложь снова с радостью принята за чистейшую правду. В хорошее очень просто поверить, когда оно хорошо для тебя. С моим дважды улучшенным даром отряд стал гораздо сильнее, а всё остальное не важно. Пусть очень редкий, пусть про такой никто даже не слышал, но много ли в Светлом Царстве Искупляющих с трёшками? В Сендае теперь один есть, и правитель провинции Джи этим фактом доволен.

По крайней мере, в этом уверен Броден, передавший мне приказ наместника Сона — явиться к нему через час. Капитан уверяет, что тот пребывает в приподнятом настроении. Жуль как раз вернулся из дворца, куда отправился с докладом сразу по возвращению в город. Я уже искупался, переоделся, поел, как и все. Послушаем, что мне скажет хозяин Сендая. Надеюсь, нас ждёт примирение. Но сначала…

— Как думаешь, капитан, — остановил я внезапным вопросом Бродена, уже было собравшегося направиться дальше, — у кого-нибудь из Хранителей Равновесия есть такой дар на трёшке?

Я рискую, но это оправданный риск. От полученной сейчас информации будут зависеть мои дальнейшие действия.

— Такой, как у тебя? — замер в дверях моей комнаты Жуль. — Наверняка, есть. У них много даров.

— Нужно будет спросить.

— Ну, когда-нибудь спросишь, — улыбнулся Броден.

— Нет, серьёзно — а вдруг я один такой, с трёшкой? Дар ведь редчайший. Тот Хранитель, что гостил у наместника, когда мы подрались с Дунком, он случайно не во дворце сейчас?

— Нет, — усмехнулся капитан Искупляющих. — Думаешь, Хранители здесь частые гости? Тебе тогда повезло — посмотрел на легенду. Второй раз такой случай может тебе предоставиться очень, очень и очень нескоро. Могут годы пройти. Много лет. Ну, а чтобы ещё и спросить… — подмигнул мне Броден. — Кто нам даст тот вопрос задать? Вот приплывёшь в своё время на остров — там и спросишь. Ладно, Принц, я пошёл. Ты поел, а я нет. Не проспи. Господин Сон не любит, когда его заставляют ждать.

Несмотря на опустившийся на город вечер, в тронном зале светло. Под высоким потолком развешаны многочисленные ажурные фонари. Места в просторном помещении много, а вот людей очень мало. Кроме самого наместника Сона, восседающего на массивном, обитом красным бархатом кресле, стоящем на ступенчатом подиуме у противоположной от входа стены, в зале присутствует только три паладина — двое из них недвижимо стоят по бокам от одетого в тот же самый причудливый наряд, в котором я его уже прежде видел, правителя провинции Джи, ещё один встречает меня у дверей.

На выбеленном лице наместника эмоции напрочь отсутствуют. Напомаженные ярко-красные губы растянуты в ровную линию, подведённые чёрной тушью глаза застыли в холоде безразличия. Но я верю Бродену — по логике, хозяин Сендая должен быть доволен. Его новый Тёмный из бесполезного бездаря в одночасье превратился в ценнейшего бойца, способного существенно повысить эффективность работы отряда.

Показавшийся всем ерундой редкий дар, после двух улучшений неожиданно преобразился в по-настоящему могучий инструмент. Стоит мне взять в руки любое оружие, и я сразу же превращаюсь в непревзойдённого мастера в обращении с ним. Меч, копьё, пика, секира, кистень, молот, полэкс — подойдёт что угодно. В том числе и оружие, поражающее на дистанции. Арбалет, лук, праща, все подвиды метательных стрелок, ножей, игл, звёздочек. Я уже успел развлечь Тёмных демонстрацией своих новых способностей, настреляв на обратной дороге куропаток с фазанами.

И ведь это не всё. Мои, подскочившие с получением двушки сила и скорость и на трёшке никуда не исчезли. Взяв оружие в руки, я едва ли не сравниваюсь с паладинами в мощи. Но это — официальная версия. По факту я даже превосхожу местных обладателей силового каркаса за счёт троероста, которого они лишены, просто этого, что наместнику, что самим Воинам Света лучше не знать.

А вот я все их фокусы знаю. Встречающий меня у дверей паладин, отпустив жестом сопроводившую меня до тронного зала стражу, тут же выбросил в мою сторону примитивный конструкт. Это плетение хорошо мне знакомо — посетителя лишают даров. Для меня эта прото-цепь не опасна, но, за долю секунды определив суть конструкта, я рассеял его. Эти местные недоучки всё равно не способны заметить мои контр.меры.

Переставшего представлять опасность бездушного — вдруг я где-нибудь прятал иглу или нож? — ведут к трону. У начала подъёма на пьедестал паладин останавливает меня. До наместника пара десятков ступеней и несколько метров. Серьёзные меры предосторожности. Размалёванное ничтожество в идиотской шапке в форме четырёхконечной звезды боится своих, казалось бы, верных псов. Или это только новенький я не внушаю доверия?

— Приветствую вас, господин Сон! — прижав скрещенные руки к груди, поклонился я. — Вы хотели меня видеть?

Глаза разрисованной куклы ожили, как и её лицо. Превосходство, презрение, неприязнь… Зависть? Он не старался выпячивать чувства, но я разглядел даже спрятанное. Чванливый правитель Сендая завидует нам. И его можно понять. Троерост, дары Бездны, продлеваемая без всяких Источников молодость, возможность достигнуть мифической Вершины. И всё это в обмен на всего лишь какую-то душу, в существование которой этот человек не факт, что и верит. Только он забыл про свободу. На этом поясе бездушные её тоже лишаются. Уместнее завидовать Хранителям Равновесия. Впрочем, одно не мешает другому.

— Ты очень везучий человек, Энди, — произнёс наместник звонким высоким голосом. — Я буду называть тебя так. Твоё грубое имя режет слух и занозит язык. Эн-дор Фер-тон-ген, — с пренебрежением выплюнул он из себя по слогам. — Варвары на Дне мира разговаривают, набив рот камнями? Нет, спасибо! Для меня ты теперь просто Энди.

Провокация конфликта? Он же явно умышленно подначивает юного поборника чести. Дно вселенной… Так ведь это — дрессура, направленная на подавление возможного гонора наследного принца, который должен узнать своё место. Значит, дело здесь не только и не столько в жемчужине. Ему не по нраву мои благородная кровь и сравнимый с его собственным статус, пусть и оставшийся в прошлом.

Броден ошибся — радость наместника Сона фальшива. Ко всем раздражителям, в число которых, наверняка, входит и мой юный возраст, прибавился ещё один, дополнительно разозливший хозяина Тёмных. Придуманное им для меня наказание обернулось наградой. Вместо гибели в Бездне благородный юнец получил чудо-дар, вмиг возвысивший его над послушными старыми псами наместника.

Зря стараешься, жалкий мелочный человечишка. Я — не юный вспыльчивый принц, и на эту провокацию не куплюсь.

— Как скажите, господин Сон, — опустил я глаза. — Наши имена не имеют значения. Важны лишь поступки. Встав на Путь Искупления, я оставил своё прошлое в прошлом.

— Очень правильные слова, — одобрительно кивнул повеселевший правитель Сендая. — Создатель судит нас по нашим делам. Даже начавший свой Путь в Ойкумене с серьёзнейшего проступка способен искупить и его, и свой первородный грех. Я надеюсь, отныне ты будешь служить мне и моим подданным верой и правдой, Энди. С таким даром ты точно окупишь ущерб, нанесённый провинции Джи. Ты же понял, о чём я? Съесть жемчужину — право, которое нужно заслужить долгим усердным трудом. Вот ваш капитан, он уже заслужил. И не только он. Ты должен мне, Энди. Должен много. И ты будешь отрабатывать долг. Для начала я урежу твоё жалование, а дальше посмотрим. Всё зависит от твоего усердия. С таким даром ты должен выходить на бой с нечистью в первых рядах. Я отдам приказ Жулю — не беречь тебя. Юный возраст — не повод отсиживаться за спинами старших товарищей.

Неприязнь в каждом слове. Это мстительное, завистливое ничтожество упивается своей властью над могучим, но при этом совершенно беспомощным с точки зрения этого дурака новичком. Меня ждёт максимально тяжёлая служба, но это не страшно. То, что сложно для юного принца, для грандмастера — смех. Битвы с нечистью для меня теперь — просто рутина. Вероятность того, что в ближайшее время нашим отрядом будет найден ещё один высший Ключ, ничтожно мала, а, кроме Тварей и Избранников Низверженного, из порождений Бездны мне больше никто не страшен.

Хочет по максимуму использовать получившего полезный дар принца? Пожалуйста. Я не против нет-нет помахать мечом. Позволяющая мне спокойно заниматься строительством накопителя служба для меня предпочтительнее потери легального положения. Бегство в лес — это крайняя мера. Стать отступником я успею всегда.

Сейчас, когда я выяснил, что Вилоры появляются здесь крайне редко, опасность — заинтересовать магов сошла для меня на нет. Я останусь в Сендае и продолжу играть роль юного принца пока накопительный контур не будет готов. Этот путь к моим целям безопаснее и требует меньше усилий.

Параллельно займусь подготовкой к уходу на остров. Продажа жемчужины потребует времени. Эта сделка, увы, не из тех, где пришёл и продал. Сендай не настолько велик, чтобы здесь в обороте имелся необходимый мне свободный объём семян. Плюс секретность. Наместник ни в коем случае не должен узнать про моё участие в сделке.

— Как прикажите, господин Сон, — опять поклонился я. — Я не из тех, кто прячется за чужими спинами. Создатель вручил мне оружие, и я готов обратить его против слуг Низверженного. Ну, а жемчужина… Это было ошибкой с моей стороны. Ещё раз приношу извинения. Я искуплю.

— Искупишь, — ещё раз повторил правитель Сендая. — Иди, Энди. Я сказал, что хотел.

Настоящий людской муравейник. Несмотря на полуденную жару город просто бурлит. Все куда-то спешат, все снуют взад-вперёд — кто с пустыми руками, кто с кулями, с мешком, с тюком, с примотанным к спине коробом, кто катит тачку, тащит по земле волокушу, толкает пузатую бочку, а кто важно шествует в окружении рослых охранников, подставляя лицо ветерку, нагоняемому опахалом слуги.

Мой первый выходной. Провожали меня всем отрядом и всем же отрядом давали советы. Теперь мне известны примерные цены на целый перечень товаров и услуг, как и расположение целого ряда самых полезных с точки зрения Тёмных заведений Сендая, таких как: купальни, массажные, игорные дома, театры, трактиры, обедни, курильни и храмы любви.

На посещение всего перечисленного у меня даже есть достаточные для этого средства. Урезанное наместником жалованье разгуляться не позволяет — вместо положенных десяти утром мне были выданы всего три серебряных — но товарищи по отряду решили, что первый выходной должен запомниться Принцу, и, скинувшись, подбросили мне ещё восемь монет.

Уже лучше, но всё равно мало. Для налаживания контактов с нужными людьми мне могут понадобиться куда большие суммы. И потому я начну свой отгул с посещения игорного дома. Против Тёмных там ничего не имеют. Сила с ловкостью не дают преимущества в играх, где всё зависит от удачи и остроты ума, а даров перед выходом в город мы лишаемся в принудительном порядке. Я, конечно, рассеял брошенный в меня паладином конструкт, но мог этого и не делать. Для задуманного мне никакие дары не нужны. Да у меня их и нет.

В Сендае улицы поделены на проезжие, где имеют право передвигаться тягловые животные, и на исключительно пешеходные. Последние почти повсеместно прикрыты от прямых лучей солнца матерчатыми навесами. По таким узким улочкам передвигаться комфортнее. Особенно мне. Форменная одежда, которую нам запрещено менять на любую другую во время выходов в город, делает своё дело — вокруг меня всегда пусто. Радиус зоны отчуждения колеблется от метра до трёх, в зависимости от загруженности конкретного участка дороги.

Бездушных в Сендае немного. Всех Тёмных из отряда Бродена большинство местных жителей знает в лицо и по имени. Любой здешний мальчишка с удовольствием расскажет приезжему про имеющиеся у каждого из сендайских Искупляющих дары Бездны. Конечно же, не про все — бесполезная мелочь не предаётся огласке — но всё значимое, вроде Клинков капитана, Ускорения Дункана и Полётов Маркана, является достоянием общественности. Такое удержать в тайне сложно.

Я, как новенький, привлекаю к себе повышенное внимание местных. Любопытство подталкивает людей к слишком юному для бездушного Тёмному, страх же держит их на дистанции. С расспросами, как и вообще с любыми разговорами, ко мне никто не лезет, но взгляды прохожих я притягиваю, словно магнит. Дополнительный фактор, усложняющий стоящую передо мной задачу. Попробуй сделать хоть что-нибудь незаметно, когда за тобой следит столько глаз.

Игорный дом «Кроличья лапка» встречал гостей талантливо оформленной в виде ушастой кроличьей головы вывеской, на которой зверёк очень по-человечески светился вальяжным довольством. Короткую широкую лестницу украшали спускающиеся к ней от козырька красные ленты, погашенные по светлому времени суток шарообразные фонари, похожие на золотистые тыквы, гирляндой обрамляли дверной проём, стоящие по бокам от него зазывалы щеголяли высокими бесполыми шапками и расшитыми серебряной нитью халатами-тоху, как назывался местный традиционный наряд из свободных штанов и распашного просторного верха, подвязываемого широкими тканевыми поясами.

Эти тоху в Сендае носили и мужчины, и женщины. Я и сам был одет сейчас в нечто подобное. Выходной костюм Тёмных походил на походный лишь цветом.

Зайдя внутрь, я очутился в большом, заставленном разнообразными столами зале, за каждым из которых велась та или иная игра. В этот час посетителей в Кроличьей лапке было немного. Редкие завсегдатаи с ленцой перекладывали покрытые рисунками дощечки, бросали кости, передвигали фишки и теребили карты в опытных ловких руках.

Прожжённая тёртая публика коротает время в ожидании вечернего наплыва трудяг, с которых можно будет что-то поиметь. Этим профессионалам разуть новичка не составит проблем, но едва ли у кого-то из них хватит смелости разгромить в пух и прах неопытного бездушного. Много мне проиграть не дадут, и я этим подарком воспользуюсь. Стоящая передо мной задача проста — мне нужно всего лишь узнать правила самых ходовых игр.

Естественно, меня сразу заметили. Улыбчивый распорядитель в коричневом тоху тут же принялся водить меня по залу, рассказывая, где у них что. За одними столами игра велась между посетителями, которым прислуживали специально обученные местные работники, за другими ты мог попытаться обыграть уже само заведение. Для последнего требовалась только удача, там вероятность победы по умолчанию была выше у Кроличьей лапки, зато в первом случае шансы всех, кто садился за стол, не разнились, и всё решали в первую очередь опыт, грамотная аналитика и понимание процессов.

У меня всё отлично, что с одним, что с другим, что с третьим, так что выбор здесь очевиден. Нет, конкретные игры я видел впервые, но суть всех подобных забав одинакова. Разменяв часть своего серебра на медь различных номиналов, я подошёл к столу, за которым сидело больше всего людей. Здесь на старте шла самая низкая ставка. Для знакомства с игрой подойдёт.

— Правильный выбор стола, молодой господин, — улыбнулся мне старик с длинными, собранными заколкой в седой клубок волосами. — Правила Динг-Донга сложны. Пока втянешься, останешься без штанов. Начинать нужно с малого.

На поверку правила этой незамысловатой игры оказались больше витиеваты, чем сложны. Для того, чтобы все их запомнить и вычислить выигрышную стратегию мне хватило одного часа. Проиграв в сумме чуть больше серебряного, я поблагодарил преподавших мне урок завсегдатаев Лапки и пересел за другой стол, где покуривавшие длинные тонкие трубки старцы неспешно выкладывали из разрисованных различными символами прямоугольных деревянных дощечек какой-то сложный узор.

Эта игра уже требовала куда большей работы ума, чем Динг-Донг, и по идее новичкам здесь ловить было нечего. В «Царстве», как она называлась, состязались один на один, а, учитывая приличную продолжительность партии, эту игру можно было смело заносить в разряд не интересных мне. Много и быстро в ней выиграть сложно. Тем не менее, я вник в суть и здесь. При определённых обстоятельствах данный навык тоже может мне пригодиться.

А вот третья игра, с которой я познакомился за следующем столом, оказалась наиболее перспективной. В «Семьях» от участников партии требовалось анализировать вероятность выпадения тех или иных комбинаций карт у того или иного твоего соперника, и, опираясь на эти расчёты, пытаться угадывать с чем на руках после раздачи остался каждый из игроков, если пять общих карт всем известны. Тот случай, когда на первое место выходит умение «считывать» противников, анализируя их эмоции, мимику, поведение и размер ставок в разных игровых ситуациях. На «Семьи» я возлагаю свои самые большие надежды.

В начале шестого я покинул Кроличью лапку с шестнадцатью серебряными в кармане. Цели выиграть больше передо мной не стояло. Здесь я только учился. Заранее выяснив у не чурающихся азартных игр Тёмных градацию местных игорных домов по уровню оборотного капитала, я специально выбрал для обучения самый «дешёвый» из них. Теперь же меня ждут «дорогие» с куда более богатыми посетителями. Вечер близится. Направляюсь в «Серебряный лотос». Тренировка закончена, начинаю работать.

Будь у меня возможность перемещаться из города в город, я бы даже не стал заморачиваться с продажей жемчужины. Увы, я ограничен Сендаем, и потому второй раз операцию, подобную этой, у меня уже провернуть не получится. Ночь в разгаре. Я выхожу из пятого и последнего на сегодня игорного дома. Отныне новенький Тёмный — знаменитость вдвойне. В будущем со мной не будут играть на серьёзные деньги. Я собрал всё, что мог.

Семь золотых и семьдесят восемь серебряных — все медяки ушли чаевыми обслуге. Один вечер, часть ночи — и вот уже у меня на руках целое состояние. Подавляющая часть этих денег выиграна мной в «Семью», но и «Царство» внесло свою лепту. Тот случай, когда твоя известность полезна. Все знают, что юный бездушный только что прибыл на Ойкумену, а, следовательно, он просто физически не мог научиться хорошо играть в здешние игры?

Ошибка, наполнившая мои карманы деньгами. В первых двух заведениях, посещённых мной после Кроличьей лапки, априори не умеющий играть новичок легко сорвал куш, обманув ожидания опытных завсегдатаев, но дальше уже пошли сложности. То ли хозяева игорных домов, где я только что творил чудеса, предупредили коллег по цеху, то ли, что вероятнее, рассказать обо мне поспешили сами «обчищенные», но в «Золотом звоне», куда я прибыл после ухода из «Храма удачи» меня уже ждали.

Час, потраченный на «Семью», принёс жалкие крохи. Предупреждённые люди боялись меня и не делали крупные ставки. Когда, собрав всех «Сердечных отцов», я получил со стола только пару серебряных, пришлось бросить игру. Трата ценного времени. Переметнувшись на, казалось бы, более сложный Динг-Донг, я в первой же партии разорил на полсотни монет не поверивших, что я мастер и в нём, завсегдатаев Звона и поспешил дальше.

В «Счастье», куда я пришёл уже после полуночи, никто даже не пытался скрывать того, что молва о моих талантах обогнала меня. Там со мной были готовы играть исключительно из спортивного интереса и на символические ставки, что меня не устраивало. Пришлось пойти на хитрость и, устроив целое представление, подначить одного богатого гордеца на финальную проверку окончательно обнаглевшего сопляка, заявившего, что в Истинном мире достойных его игр нет, и даже хвалёное местное «Царство» — не стоящий его внимания примитив.

Попавшийся в эту ловушку мужчина под радостный гул требующей наказать наглеца толпы в итоге решил преподать мне урок. Разумеется, я тут же встал в позу, задрав ставку по максимуму. Сошлись на одном золотом, который и стал моим последним выигрышем на сегодня. Отныне всему Сендаю известно, что этот малолетний бездушный продал свою душу Низверженному в обмен на такой тёмный дар, который не в состоянии заглушить даже Воины Создателя. Шутка, конечно, но вдруг?

В любом случае, с азартными играми всё. У меня мало времени. За остаток ночи я должен успеть найти выход на нужного мне человека. Беда в том, что вполне законную сделку по продаже жемчужины легально я провести не могу, ибо она слишком крупная, и с большой долей вероятности о ней сразу же станет известно властям. Реакция наместника Сона на данную новость легко прогнозируема, так что я пойду сложным путём. Благо честная рыночная цена мне без надобности. За жемчужину я хочу получить ровно столько семян, сколько мне не хватает.

То есть, даже чуть меньше. Одно семя куплю сейчас сам. Ночь в никогда не спящем Сендае — то время, когда закрытые днём заведения распахивают свои двери для праздных гуляк, каких в городе много. Из трёх лавок, торгующих «подарками Бездны», одна, как я заранее выяснил, работает круглосуточно. Направляюсь туда.

Никто не знает точный размер моего сегодняшнего выигрыша, но история про полученный мной за победу в «Царства» золотой однозначно дойдёт до дворца и, возможно, даже заинтересует наместника. Сон сказал, что я ему должен. Вдруг его мелочность переходит все рамки приличия, и правитель Сендая опустится до того, что потребует отдать ему выигрыш? Маловероятно, но я подстрахуюсь, потратив этот золотой, чему будут свидетели. Тем более, что просить за жемчужину пятьдесят одно семя чересчур подозрительно. Подгоню сумму к ровной.

— О! — обрадовался мне продавец. — Доброй ночи, господин Эндор! В свой первый выходной — и сразу к нам.

Разумеется, меня знают и здесь. Знают заочно, но чёрный наряд ошибиться не даст. Новичок, взявший трёшку — сендайская знаменитость. Хорошо, что лишь в рамках города. Греметь славой на всю Ойкумену я ростом не вышел.

— И вам доброй ночи, любезный.

— Опять нашим Тёмным не хватает бобов? — сочувственно предположил продавец. — По одному на поход — это мало. Но мы это дело исправим. Какой вам? Крепь? Сила? Ловкость?

— А семена у вас есть?

— Ого! — расширились глаза продавца. — Вам выдали премию? Правильно! Вы заслужили. Три раза лезть в Бездну…

— Нет, — прервал я заискивающую речь продавца. — Мне в игре повезло. Так, что с семенами? Есть?

— Есть, есть, господин, — принялся кивать продавец. — Целых два. Не успели ещё в казну сдать. Как раз на седмице староста Хонхея заглядывал. На их посёлок недавно стая нечисти вышла. Сразу два саблепала там было. И как только без паладина управились… Вам двух хватит?

— Да мне и одного хватит. Что по цене?

— Цена как у всех. За ночное время надбавку не делаем, — хохотнул продавец. — Один золотой.

— А, если продать? — решил я проверить имеющуюся у меня информацию.

— Продать — девяносто семь серебром.

Сходится. По идее, у меня всё должно получиться. Купив семя и пару бобов, я покинул лавку и отправился дальше. В центре города людей ещё много, но, чем дальше уходишь от залитых светом фонарей улиц, тем меньше попадается прохожих. Вскоре я в своём чёрном наряде окончательно растворился во тьме. Ночью все кошки серые. Больше я не бездушный, а обычный горожанин невысокого роста, куда-то спешащий по своим, никому неинтересным делам.

На данном уровне развития цивилизации организованная преступность просто обязана процветать в диком социуме, что уже доказали Земля и Предземье. Сендай в этом плане не исключение. Через осторожные расспросы Тёмных я уже определил самую криминализированную сферу местной деятельности, и потому вместо того, чтобы идти в один из трактиров, где можно переночевать, направляюсь в самое злачное место Сендая. Спать я сегодня не собираюсь.

У местных большой популярностью пользуется такой вредоносный процесс, как курение. Среди используемых для этого дела растений есть, как легальные, свободно продающиеся в многочисленных лавках, так и запретные, наиболее пагубно влияющие на здоровье курильщиков. Такие достать не так просто. Распространители этой отравы рискуют головой, в силу чего проявляют особую осторожность в контактах. Без поручительства проверенного человека никто из них с тобой даже не станет общаться. Законы в Светлом царстве строги, и такая торговля карается смертью. Мне эта жёсткость системы лишь на руку. Шанс того, что меня подставят, сообщив о нашей сделке властям, минимален.

На моё счастье, среди местных Тёмных нашёлся любитель нет-нет замутнить свой разум. Бездушным здесь проще — обладателям троероста не страшно привыкание, а лекарский дар моментально убирает любые последствия употребления вредных для здоровья веществ. Маркан в своё время провёл для меня инструктаж на тему различий эффекта, производимого на организм той или иной из имеющихся в теневом обороте отрав. Позже он же по моей просьбе в секретном порядке сообщил любопытному принцу, где у кого и как можно приобрести эту дрянь.

С этой целью я и захожу сейчас в подсказанную Марканом курильню, прячущуюся среди старых обветшалых бараков на окраине города. Заведение из предельно дешёвых, но с отдельными комнатками для особых гостей. Ночь — вполне себе рабочее время. Посетителей мало, но они есть. Внешний вид завсегдатаев «Сизого дыма» наводит на определённые мысли. Второсортный притон, облюбованный криминальным отребьем. Идеальное для моих целей место.

Оплатив кабинку, я шепнул принявшему деньги работнику, что хочу, чтобы меня обслуживал Кианг и отправился в выбранную комнату. Ждать пришлось недолго. Через пару минут на столик передо мной уже ставили маленькую жаровню с наполненным чем-то сосудом и идущей от него к длинному мундштуку трубкой. Принёсший эту конструкцию худой невысокий мужчина, закрыв за собой дверь, повернулся ко мне.

— Господин Эндор, — почтительно поклонился он. — Наслышаны. Для нас большая честь принимать у себя обладателя столь могучего тёмного дара. Я Кианг — хозяин сего скромного заведения. Чем могу вас порадовать? У нас целая коллекция ароматов…

— Наш общий знакомый, — перебил я мужчину, — посоветовал попробовать Пурпурный закат. Маркан сказал, что у вас он отменного качества — лучшего не найти во всём Царстве.

Кианг улыбнулся.

— Слова правильные, — прищурился он. — Почтенный Маркан прислал вас по адресу. Для вас будет Закат. Цену знаете? Закат обойдётся вам в десять серебряных.

— Вот двадцать, — поставил я на стол заранее подготовленный столбик из монет. — И Закат мне на самом деле не нужен. Мне нужна встреча с тем, кто вам его поставляет.

С лица Кианга мгновенно пропала улыбка. Тонкие чёрные усики уже не тянулись краями к седым вискам, как то было секунду назад.

— Извините, господин Эндор, но мы не оказываем подобных услуг.

А вот теперь настал мой черёд улыбаться.

— Ещё тридцать серебряных вам, если сделаете для меня исключение, и золотой интересующему меня господину, если я смогу встретиться с ним до рассвета. Как вы понимаете, я сильно ограничен во времени.

Блеск в его глазах мне подсказывает, что жадность вот-вот выиграет эту битву у страха.

— Ничего не могу обещать, — наконец-то сдался Кианг и, забрав со стола серебро, удалился из комнаты.

Золотой — весьма серьёзная сумма. Переплачиваю за срочность. Следующий выходной меня ждёт нескоро, так что время для меня сейчас сильно дороже денег. Не хочу растягивать это дело на месяцы.

И вложения себя оправдали. Не прошло и двух часов, как Кианг уже вернулся обратно в сопровождении хмурого высокого мужчины с рябым некрасивым лицом, длинными свисающими ниже подбородка усами и со стянутыми в конский хвост чёрными волосами. Дорогое тёмно-серое тоху, на поясе два ножа в вычурных ножнах, пальцы в массивных перстнях. Передо мной явно не мелкая сошка.

— Господин Фенг, — представил мне Кианг своего спутника. — Я вас оставлю.

Хозяин курильни удалился, закрыв за собой дверь. Мой же гость бесцеремонно плюхнулся в плетёное кресло напротив меня и требовательно произнёс:

— Золотой.

Я молча положил монету на стол и толкнул к нему. Фенг поднял золотой двумя пальцами, внимательно осмотрел его и, оттянув полу тоху, небрежно бросил монету в карман.

— Ты хотел поговорить о делах, бездушный?

— Я хотел встретиться с твоим господином.

— Мой хозяин не станет встречаться с тобой, — ещё сильнее нахмурился и без того хмурый Фенг. — Говори со мной.

— Хорошо, — не стал упираться я. — Тогда ты передашь ему моё предложение. Мне нужны семена.

— Семена? — поднялись вверх кустистые брови Фенга. — Ты собрался выращивать…

— Те, что в нечисти, — перебил я торговца отравой.

— Это не к нам, — поджал губы Фенг. — В Сендае есть целых три лавки…

— Дослушай, — в свою очередь нахмурился я. — Я хочу купить семена у тех, кто умеет хранить личность покупателя в тайне.

— А… — понял усач. — Боишься засветить свои деньги. Сегодняшний выигрыш — это не всё? Есть ещё золотишко? Разумно. Наместник не любит, когда от него что-то скрывают. С вашим жалованием особо не разгуляешься.

Откинувшись на спинку кресла, Фенг расслабленно потянулся.

— Здесь тебе мой хозяин не нужен, — уверенно произнёс он. — Такое могу решать сам. Тебе сколько нужно? Надеюсь, речь идёт не о нескольких штуках.

— Полсотни.

— Вот это уже разговор, — довольно осклабился Фенг. — Четверть сверху — и сделаем.

— Четверть — это приемлемо.

Продавец отравы расцвёл. Очевидно, что в озвученный сходу тариф закладывалась надбавка на торг, которую мне могли уступить, но это ему ещё неизвестно, что у меня нет наличных.

— Только будет небыстро, — предупредил Фенг. — В Сендае столько попросту нет. Да и во всей провинции тоже. Это, если по лавкам. Извини, Тёмный, в казну Ордена, как и к Сону в карман, не готовы залезть, а вот поискать семена по соседним провинциям можно. С тебя шестьдесят…

Торговец отравой замялся.

— Шестьдесят два золотых, — махнул он рукой. — Только деньги вперёд. Своими рисковать мы не будем.

Вот и тонкое место.

— Денег нет. Но есть то, что хотел бы продать, — поспешил я добавить пока брови Фенга сползались друг к другу. — Что дадите за это?

В свете лампы на моей раскрытой ладони блеснула жемчужина.

— Это… Что это? — непонимающе пробормотал раздосадованный отсутствием денег усач.

— Это то, чему в лавке цена — сотня золотом.

— Как⁈ — округлил глаза догадавшийся, что он видит перед собой, Фенг. — У вас же всё считано-пересчитано. Нечисть же потрошите не вы. Как украл? Среди Светлых не бывает отступников. Ни за что не поверю, что кто-то из них…

— Паладины здесь не при чём. Про эту жемчужину никому неизвестно. И мне нужно, чтобы так оставалось и впредь.

Фенг зажал в пальцах ус и принялся его теребить.

— Теперь ясно, почему к нам пришёл, — произнёс он задумчиво. — За жемчужину с Искупляющего спросят по полной. Н-да…

Пальцы торговца отравой переместились на второй ус.

— Её сложно продать, — вздохнул Фенг. — Это тебе не боб. И даже не семя. Тут охотником, какой в лесу залётного беса прибил, не прикроешься. Человек, что сдавать будет — смертник. Там потом бежать только и новую жизнь начинать. Тут уже треть цены уступай. Шестьдесят…

— Шестьдесят шесть? — подсказал я с улыбкой.

— Не умеешь ты, Тёмный, считать, — фыркнул Фенг. — Шестьдесят два золотых, и не медяком больше. Мы же оба всё поняли — денег не будет.

— Да, мне нужен обмен.

— И жемчужину ты мне вперёд не отдашь.

— Это было бы глупо.

— А, что наши риски? Вдруг кинешь?

На стол легли вынутые мной из кармана пять золотых.

— Гарантия сделки, — придвинул я к Фенгу монеты. — Подставлю — оставишь эти деньги себе. Не подставлю — вернёшь.

Усач смерил меня задумчивым взглядом и неожиданно выдал:

— Точно принц. С тобой даже торговаться не хочется. Понимаю, что бесполезно.

— По рукам?

— По рукам.

Вот дело и сделано. Последнее из сегодняшних дел. Как обычно, я всё правильно рассчитал. Можно возвращаться обратно. Как раз успеваю к завтраку. В мой следующий выходной мы эту сделку закроем, и я подгоню свой отмер к нужным числам. А там уже накопитель, остров, Истина… и Вершина.

Трепещите, гахары! Я ещё на один шаг приблизился к своей скорой победе. Вам недолго осталось.