Публичное собрание 24.04.1961 года,
1-я часть, глава III, § 18
Скорбным и долгим было наше многотысячелетнее путешествие сквозь перевоплощения, пока мы не пришли к пониманию концепции Неба.
Ранее, в Китае, мы утверждали, что бессмертие — это полное слияние с предками.
В брахманической Индии мы допускали, что Рай — это привилегированное состояние некоторых лиц в неприкасаемой чистоте горных вершин.
В древнем Египте мы воображали, что слава в духовной сфере состоит в близости к своим собственным богам, даже если они выказывали свою чрезвычайную жестокость.
В античной Греции мы полагали, что высшее счастье в ином мире сверкает на алтаре домашних культов.
Вместе с галлами и римлянами, инками и ацтеками мы обладали специфическими представительствами Рая, и ещё вчера мы верили, что Небо — это восхитительная область, где Бог, превращённый теологией в капризного патриарха, проводит своё время в поздравлениях детей-оппортунистов, которые выказывают самое высокое воспитание на чемпионатах по восхвалению.
Но из существования в существование мы узнаём теперь, что жизнь победно простирается во все области Бесконечности; что материя обретает различные состояния текучести и сжатия; что на космическом плане миры бесконечно множатся; что каждый дух оказывается в определённом эволюционном моменте, и поэтому Небо, в сущности, является состоянием души, изменяющейся согласно внутреннему видению каждого.
* * *
Поэтому Аллан Кардек спрашивает и сам отвечает:
Где же в этой огромности без границ находится Небо?
«Оно везде; ни одна ограда не служит ему преградой; счастливые миры — это последние станции, ведущие к нему; добродетели пролагают к нему путь, пороки запрещают доступ к нему».
Именно поэтому, чтобы помочь понять реальности природы в великом будущем, Иисус ясно наставлял нас:
«Царство Божье — в нас самих».