Бумажная империя 4

Глава 14

Цветочная лавка Уваровых

Заехав домой, я обнаружил маму, сидящую в слезах. Она редко позволяла себе такое. Обычно неунывающая женщина сейчас сидела передо мной и старалась унять слёзы.

— Они, они все отказали. Все в городе. Это конец, мне просто нечем торговать, — объясняла она мне, запивая горе ромашковым чаем, что я заварил.

Меня переполнял праведный гнев. Кто-то посмел довести мою маму до слёз и он за это поплатится. Осталось только узнать его имя.

Успокоив маму и заверив, что со всем разберусь и её любимый цветочный будет и дальше процветать как прежде, я отправил её спать.

— Спасибо тебе, Даня. Ты мой главный защитник, — уже с улыбкой произнесла она, выходя из кухни.

Мне же сегодня будет не до сна. Нужно понять, кому я наступил на горло. Кто возомнил, что вправе портить мне жизнь? Мне хотелось злиться, но я не позволял эмоциям взять верх. Только рассудок и холодный расчёт, потому что месть — то самое холодное, скорее даже ледяное блюдо. И я отлично умею его готовить.

Прочесав список всех городских поставщиков, я убедился, что мама не лукавила, когда сказала, что буквально все поставщики отказались с ней работать. Кто-то очень сильно постарался, что устроить такое. Но кто же имеет столько власти?

Надо было распутывать этот клубок с самого начала, ведь ответ крылся в офисе нашего бывшего поставщика цветов, с которого всё и началось. Именно их управляющий, которого я прогнул, пожаловался своему покровителю и заварил эту кашу.

Мне хотелось незамедлительно поехать туда, прижать к стенке того управленца и потребовать ответов. Но, взглянув на часы, я понял, что придётся подождать как минимум до утра, потому что час ночи — не лучшее время для подобных занятий.

Проснувшись утром со свежей головой я понял что не зря говорят «Утро вечера мудренее». Ведь зачем ехать в офис и пытаться выяснить информацию там, когда у меня есть свой человек оттуда!

— Евгений, доброе утро! Как новая работа? Не обижает Дима? — позвонил я ни свет ни заря недавно принятому на работу помощнику начальника типографии.

— Всё отлично, Даниил Александрович! Ещё раз большое вам спасибо! По гроб жизни вам теперь обязан за такую возможность! — тут же начал рассыпаться в благодарностях парень.

— Вот твою благодарность мне сейчас и понадобится, — хитро произнёс я. — Подскажи кто был основным владельцем и бенефициаром фирмы, где ты работал?

Мой вопрос слегка удивил Евгения, но он не стал задавать лишних вопросов, а просто назвал мне фамилию.

— Так вот оно что! — выпалил я, повесив трубку. — Теперь всё стало понятно.

Не в силах сидеть сложа руки, я не придумал ничего лучше, чем просто действовать. Мне нужны были ещё ответы и я их получу.

Доехав до нужного адреса, я взглянул на высокий забор, сверху которого была тонкая полоска с нанесёнными руническими узорами, не дающими просто перелезть через него.

Перелезать в костюме через забор, словно какой-то комик, я не собирался. На этот случай у меня был специально обученный человек.

— Ну что, готов? — повернулся я к парню, стоящему у меня за спиной.

— Деньги вперёд, — буркнул он.

Протянув ему окогоренную сумму, я дождался, когда он выполнит свою работу и уйдёт.

Посмотрев на созданный магом земли аккуратный тоннель под забором, я хмыкнул:

— Где-то такое я уже видел. Спасибо за идею.

Попав на закрытую территорию, я сразу же спрятался в ближайших деревьях. Территория мною была хорошо изучена и я действовал строго в соответствии с планом. Вот только была одна проблема.

— Откуда вас тут столько взялось с утра пораньше? — шёпотом произнёс я, наблюдая за несколькими садовниками и охранниками, что стояли на моём пути к цели.

Осмотревшись, я улыбнулся. Значит будем разыгрывать сцену из дешёвой комедии.

— Вась, проверь что там, — послышался голос одного из охранников, когда я кинул в кусты у забора несколько воздушных сюрикенов, заставив листру пошуршать.

Сразу же с этим выпустил вдоль травы небольшое воздушное лезвие. Пролетев три десятка метров, оно с характерным шорохом развеяло по ветру старания садовника, до этого сгребавшего опавшую осеннюю листву в одну кучу.

— Твою дивизию! — выругался он, отшвырнув грабли в сторону.

— А я тебе говорил: сразу в пакет собирай, — тут же принялся поучать его коллега.

Бормоча что-то себе под нос, садовник отправился в пристройку у дома, видимо за пакетами.

Пора.

Подняв в воздух очередную кучу листьев я перебежками стал двигаться в сторону дома. И вот мне осталось преодолеть лишь широкую лужайку и как назло я услышал сзади голос охранника:

— Там никого.

Обернувшись, я увидел как оба охранника встали и принялись курить, смотря прямо в мою сторону. Неплотная осенняя листва кустов была на лучшим укрытием, поэтому я тут же поднял ворох листьев и направил их в сторону охранников. которые поспешили отвернуться от резкого порыва.

Метнувшись что есть мочи, я помчался в сторону дома и тут, совершенно внезапно дверь дома открылась и оттуда вышел садовник с пакетом.

Штирлиц ещё никогда не был так близок к провалу.

Буквально вынеся дверь плечом, я заскочил в небольшой сарайчик, что был прямо на моём пути. Стоя прижавшись к стенке, я пытался восстановить дыхание. И в этот момент по спине пробежали мурашки, а из темноты послышалось злобное рычание.

В голове тут же сверкнула мысль о том, что в этом небольшом сарае нет никаких инструментов, неужели это не сарай, а огромная…

Не успел я об этом подумать как из темноты на меня вынырнула пасть монстра. Иначе это создание, которое кто-то считал собакой, я назвать не смог. Рефлекторно выбросив кулак вперёд, я угодил прямо в огромный, мокрый нос мохнатого чудовища. В памяти тут же всплыл сон, где меня преследовал Волченко в обличии настоящего серого волка.

Собака взвизгнула и оскалила огромную пасть. Вот теперь я её по-настоящему разозлил. Приготовившись к её атаке, я чуть присел. Секунда, две. Я чувствовал, как были напряжены все мышцы этого монстра, готовясь к атаке. На ошейнике сверкнул медальон и пёс метнулся ко мне.

Пожалуйста, пускай это будет не защитный артефакт, — подумал я, обрушивая на голову летящей в меня тени воздушный молот. Атака оказалась сильнее, чем я рассчитывал и буквально вбила пятидесятикилограммовую тушу в землю.

— Шарик, ты опять там проказничаешь? — послышался голос снаружи.

Шарик? Это такая шутка? Кто в здравом уме мог назвать это чудовище шариком? Люцифером, демогоргоном — да, но шарик…

Дверь в огромную конуру скрипнула и внутрь вошёл садовник в широкополой шляпе.

— Дружище, ты чего? Опять рыл себе тоннель для побега? — нежно произнёс работник.

Я висел под потолком, растянувшись вдоль небольшого помещения и держась за деревянную перекладину. И в самый ответственный момент у меня из кармана выскочил телефон и упал прямо на голову садовника.

— Ай! Блин! Что это? — посмотрел он мой мобильник и поднял взгляд.

Но крикнуть он не успел. С глухим звуком я всем весом приземлился на него, оглушая и отправляя в нокдаун рядом с псом.

— Всё должно было быть куда проще, — сам себе шепнул я, одевая поверх своего костюма широченный комбинезон садовника и широкополую шляпу.

Выйдя обратно в сад, я тут же подхватил стоящие у двери собачьей конуры вилы и пошёл в сторону дома.

— Всё нормально с Шариком? — раздался вопрос откуда то сбоку.

Молча подняв большой палец, я невозмутимо продолжил свой путь, надеясь, что остался не узнанным.

Подойдя к дому, я бросил короткий взгляд назад и, убедившись, что никто не смотрит в мою сторону, шмыгнул внутрь.

Ну просто Джеймс Бонд, не иначе, — улыбался я, засовывая свою маскировку в ближайшую вазу династии Цинь или Минь или какой подревнее.

Зайдя в нужный кабинет, я сразу же задвинул защёлку, блокируя замок и, повернувшись к хозяину кабинета, сидевшему за своим рабочим столом, произнёс:

— Нам нужно поговорить.

— Нам не о чем разговаривать, — ледяным тоном ответил Иван Васильевич Васнецов.

— А вот тут вы ошибаетесь. У нас есть проблема, которая требует решения, — вежливо заметил я, не теряя самообладания.

Делать это было не так-то просто. Этот человек, которого я стал считать своим другом, который первый поверил в меня и увидел мой талант, оказался…

— Как ты сюда попал? Какого чёрта тебя пропустили, я ведь отдал приказ! — злился могучий аристократ.

— Почему вы устроили травлю цветочного моей матери, вам ведь прекрасно известно, кому он принадлежит? — я оставил его вопрос без ответа.

— Я только начал! — рявкнул Васнецов. — Это всё из-за тебя! Ты решил лезть в мой бизнес, а подобного я никому не позволю, будь ты хоть моим сыном!

— Вам стоит лучше следить за своими людьми и за тем, как они ведут дела, — холодно заметил я. — Работай они на совесть, то мне бы не пришлось тратить своё время, чтобы учить их это делать!

— Неблагодарный щенок! Как ты смеешь учить меня торговле⁈ — вскочил со своего места Васнецов.

Вены на его висках вздулись, а глаза налились кровью.

— Ты. Посмел. Лезть. В. Мой. Бизнес! — проревел он. — Мой. Бизнес. Это. Святое.

Я грустно покачал головой. Мне вдруг стало непреодолимо жаль этого человека. В погоне за властью, деньгами и статусом он забыл о самом главном.

— Нет, Иван Васильевич. Святое — это в первую очередь семья. Потом друзья, честь, достоинство, и лишь потом уже работа, — спокойным голосом произнёс я. — И повторись эта ситуация тысячу раз, я бы не задумываясь поступил также.

Васнецов стоял, склонившись над столом и смотрел на меня, словно разъярённый бык:

— Ты меня разочаровал. Очень сильно разочаровал.

— А вы меня, Иван Васильевич. И мне очень жаль, что вы столь упёрты, чтобы даже не попытаться разобраться в ситуации.

— Это ещё не конец, мальчишка! — стукнул он кулаком по столу, когда я уже шёл к двери.

— Вы правы. Это только начало, — не оборачиваясь ответил я, а потом добавил: — И кстати, вам бы всё-таки поработать над безопасностью. Случай на свадьбе так ничему и не научил.

Закрыв дверь, я почувствовал как в неё с той стороны прилетело что-то твёрдое и разлетелось на куски.

Цветочная лавка Уваровых

— За всем этим стоит Васнецов и он не отступится, — предупредил я маму, вернувшись домой.

— И что же мне теперь делать? — ахнула она, садясь на кухонный стул.

Её плечи опустились, как и уголки полных печали и тоски глаз.

— Я сказал, что всё улажу, и сделаю это, — твёрдо сказал я, сев напротив неё. — Лучше думай над тем, как расширять бизнес. У тебя уже давно всё готово к открытию полноценной сети по городу, а ты по прежнему стоишь за прилавком.

— Дань, а ты не думал, что мне просто нравится это делать и я счастлива, когда вот этими руками собираю букеты, — с удивлением посмотрела она на меня. — Я знаю, какой ты амбициозный и как высоко метишь, но не все люди способны на такие свершения. Многие хотят довольствоваться своим небольшим кусочком, где они искренне счастливы.

Задумавшись над мамиными словами, я осознал, что действительно смотрю на эту ситуацию лишь своими глазами. В моём мире нет такого понятия как стагнация, сидение на месте, довольствование малым. Если я не расту, не развиваюсь — значит делают что-то не так. Но почему я отказываю другим в праве самим выбирать своё счастье?

— Ты права, — улыбнулся я. — Если тебе не хочется быть управляющей, то я не должен тебя заставлять. Тогда я найду кого-то амбициозного, кто будет способен вывести наш проект на городской уровень, а ты сможешь заниматься тем, что действительно приносит тебе удовольствие.

— Спасибо тебе, Дань. Спасибо, что всё понимаешь, — улыбнулась она и пошла налить нам чаю.

Я же в своей голове спешно менял стратегию действий. Шестерёнки шевелились, продумывая различные варианты.

Васнецов не успокоится, он не такой человек, чтобы отступать. Поэтому мне нужно готовиться к настоящей торговой войне. А тягаться с Иваном Васильевичем на его поле для меня — дело заведомо проигрышное. Он — слишком крупная фигура в торговле и проглотит меня, не подавившись. Именно поэтому мне нужен тот, кто не только будет способен противостоять могучему купцу, но и захочет ввязаться в эту битву на моей стороне.

И как же хорошо, что у меня есть такой союзник.

Бакалейная лавка Севастьянова

— Даниил, сколько лет, сколько зим! — обрадовался моему появлению Виктор Наумович и, не стесняясь посетителей, подскочил ко мне и крепко обнял как родного. — Какими судьбами? Истосковался по качественным продуктам? А вот то-то же смотрю как-то исхудал, поди белков не хватает без моих яичек-то деревенских?

Среди нескольких покупателей послышались сдержанные смешки. Я тоже не отказал себе в удовольствии улыбнуться. Но улыбка вышла слегка натянутая и дед мигом это приметил.

— Случилось что? — подобрался он, а затем крикнул куда-то вглубь лавки: — Любочка, обслужи клиентов, у меня неотложные дела!

Из подсобки тут же вынырнула кроткая пассия стильного деда и принялась заниматься покупателями.

— Рассказывай, Данька. Всё как на духу рассказывай. Ты же мне как родной стал, помогу всем, чем смогу! — серьёзным тоном обратился ко мне дед.

— У меня всё в порядке, — заверил я его. — Есть небольшие проблемы с цветочным магазином и хотел вас о небольшой услуге попросить.

— С цветочным? У Верочки стало быть проблемы? — ахнул дед, картинно хватаясь за сердце.

В итоге мне пришлось рассказать суть конфликта с Васнецовым, потому как старик-бакалейщик стал угрожать что вызовет у себя закупорку сосудов, если я не расскажу ему, кто посмел обидеть мою маму.

— Фиг ему а не мои яйца теперь! Ишь, аристократы, больно много возомнили опять о себе! — насупился Всеволод Викторович, проклиная Васнецова по чём свет стоит.

— Вообщем мне нужно узнать цепочку поставок продуктов в городе. Ну и не только продукции желательно, — объяснил суть моей просьбы.

— Сынок, тут я тебе не помощник, — виновато развёл руками дед. — Мои продукты напрямую с фермы привозят знакомые. А вот по поводу оптовых поставок, что через городские базы идут тебе Евсеев пущай расскажет, он с ними работает. Давай-ка прямо сейчас к нему и пойдём!

Крикнув Любаве, стоящей за прилавком, что он поехал защищать честь простого люда от произвола аристократов, бойкий старичок поспешил к своему конкуренту.

В итоге Евсеев смог дать мне полную выкладку по цепочкам поставок, промежуточным и конечным поставщикам, нюансам работы и вообще, дал такую выкладку, словно сам собирался заняться оптовой торговлей.

И, вооружившись этими сведениями, я был готов действовать и нанести Васнецову самый первый, а возможно и самый значимый удар.

Москва. Поместье Морозова в Царицыно.

Михаил Морозов сидел в своём рабочем кабинете, когда в его дверь настойчиво постучали.

— Да, — коротко произнёс он, слегка удивлённым тем, что представитель торговой гильдии пришёл раньше назначенного срока.

— Прошу прощения, чиновник из торговой гильдии чуть задержится, — раздался уверенный голос посетителя.

— Ты? — ехидно ухмыльнулся Морозов. — Опять моего сына в водители заделал?

— Нет, сегодня на самолёте, — улыбнулся я, входя в кабинет купца. — Оказывается, если хорошо заплатить, то всем плевать на цвет твоего паспорта.

— Полагаю этот визит стоил вам круглую сумму, значит вы хотите обсудить что-то важное, — откинулся в кресле хозяин кабинета, жестом приглашая меня присесть.

Подойдя к стоящей у стенки кофемашины, я нажал на кнопку и в белоснежную фарфоровую чашку стало наливаться горячее американо.

— Вы не против? — улыбнулся я.

— Налей мне тоже, — кивнул Морозов, принимая мою дерзость. — И потрудитесь объяснить, почему вы вынуждаете меня задерживать встречу с представителем торговой палаты.

— Михаил Игнатович, я прилетел к вам лично, потому что мой вопрос — личный, — перешёл к делу я, выкладывая на стол папку с документами. — Как вы смотрите на то, чтобы громко заявить о себе в Петербурге и откусить хороший кусок от нашего столичного рынка торговли?

— И я так полагаю, что у вас появились весомые причины мне с этим помочь? — хитро улыбнулся глава старейшего торгового рода Москвы.

— Вы невероятно проницательны, Михаил Игнатович, — отпил я кофе, объясняя свой план.

Через пятнадцать минут я закончил свой рассказ и в кабинете повисла тишина.

— И Николай согласен? — наконец спросил Морозов.

— Да, он смотрит с воодушевление на то, чтобы испытать свои силы в качестве управляющего и инвестора крупной сети, — согласно кивнул я. — Тем более условия для старта очень мягкие: есть готовый магазин со всеми выстроенными процессами и приносящий прибыль, вашему сыну необходимо масштабировать мой цветочный до уровня городской сети.

— А взамен ты поможешь мне выйти на продовольственный рынок Петербурга? — спросил он.

— Всё верно. И в этой папке доказательства того, что я говорю абсолютно серьёзно. Там расписаны существующие цепочки поставок, перечень крупных, промежуточных и конечных поставщиков, склады, логистика — всё, чтобы изучить рынок, конкурентов и дать покупателям то, что мотивирует их уйти к вам, — объяснял я.

— Сплошные плюсы для меня. И сына пристроить, и самому на новый рынок зайти. А в людскую доброту, вы уж простите, но я не верю. В чём подвох, Даниил? Зачем тебе это? — с прищуром посмотрел на меня Морозов.

— Как я уже сказал — это личное. Обстоятельства сложились таким образом, что я вступил в игру с опасным соперником и эта борьба может отнять у меня много сил. Фамилия вашего сына во главе сети цветочных моей матери будет надёжным щитом от всех, кто по указке Васнецова вздумает вставлять палки в колёса моей фирме. А появление нового и мощного игрока, агрессивно захватывающего рынок Петербурга в вашем лице отвлечёт Васнецова от расприй со мной.

— Хотите столкнуть нас с Васнецовым лбами? — ехидно улыбнулся Морозов.

— Если вы смотрите в сторону Петербурга, то рано или поздно вам придётся вступить в схватку с Иваном Васильевичем. И я лишь предлагаю сделать это со мной в союзниках, — пожал я плечами.

Морозов долго и пристально смотрел на меня, пока наконец не встал со своего места и не протянул мне руку.