Бумажная империя 4

Глава 19

Сегодня утром я приехал на торжественное мероприятие, приуроченное к открытию нашего цветочного салона в центральном районе города. Это был уже не первый салон, что открыл Морозов при участии моей мамы. Но именно из сегодняшнего открытия решили сделать торжественное мероприятие с приглашением журналистов. Всё-таки это был первый премиальный салон нашей сети, расположенный прямо на Невском проспекте и предназначенный в первую очередь для аристократии.

Невероятно приятно видеть такое количество людей из высшего света в цветочном, открытым при участии моей мамы. Давая интервью невысокому журналисту, она буквально светилась от счастья.

— Как вы относитесь к тому что ваш сын получил баронский титул? Изменятся ли отношения в вашей семье? — неожиданно сменил тему беседы пронырливый репортёр.

— Я очень горжусь своим сыном. Он как никто другой заслужил своим умом, честью и трудолюбием и я не сомневаюсь, что настанет тот день, когда империя признает его вклад и заслуги и дарует ему аристократический статус, — очень аккуратно и тактично ответила мама.

— Вы что, не знаете? Приказ уже готов, — тут же атаковал он.

— Давайте не будем поддаваться неподтверждённым слухам, царящим в прессе, — вмешался я.

— Каким слухам? Сегодня утром ведь сам Меньшиков объявил об этом, — возбуждённо произнёс журналист.

Среди стоящих вокруг людей пошли переглядывания.

— Вы действительно ещё не знаете? — продолжал он.

Тут же засияли вспышки камер, стараясь выхватить удивление на моём лице, но я был непоколебимо спокоен. Во-первых, потому что я умею держать лицо в любых ситуациях, а во-вторых, потому что для меня эта новость не была неожиданностью. Удивлением было лишь то, что я, владелец собственного новостного издания, не узнал об этом первым.

— Даня, это что, правда? — подошла ко мне мама.

Она смотрела на меня в ожидании ответа, сама не замечая как теребит пуговицу на манжете кофты.

— Давай дождёмся официальной бумаги и не будем поддаваться на провокации журналистов, — спокойно сказал я, убирая её руку с несчастной пуговицы.

— Но если ты… — продолжила она, но я аккуратно прервал её:

— То куплю праздничный тортик. Сегодня день твоего триумфа и давай не будем переключать фокус внимания ни на что другое.

Николай, дающий короткое интервью касательно планов по открытию полноценной сети, помахал ей рукой, призывая вернуться обратно к журналистам.

Стоя в стороне от основной массы людей, я молча наслаждался происходящим сегодня мероприятием. Задумка с передачей прав на развитие сети цветочных наследнику Морозовых пока оправдывала себя на все сто.

Николай, как я и предполагал, был полон энтузиазма и решимости доказать отцу свои таланты управленца. Он пустил всю свою энергию и финансовые возможности в дело, за две недели открыв уже третий цветочный. На этот раз в самом центре города. Его амбиции и привитая с детства тяга к размаху привела к тому, что за ближайшие полгода по его бизнес-плану наша сеть должна стать крупнейшей в городе.

— Впечатляющий успех, — раздался рядом знакомый голос. — Полагаю, тут также есть ваш вклад?

— Рад вас видеть, Георгий Сергеевич, — искренне улыбнулся я неожиданному гостю на этом мероприятии. — Вклад мой действительно присутствует. Скромные пятьдесят процентов бизнеса.

Граф Никитин был безупречен. Он стоял в строгом сером костюме, держа в руках огромный букет белых лилий.

— Иван будет крайне зол, когда узнает, где я приобрёл цветы на день рождения его супруги, — озорно хохотнул он.

— Риск — ваше второе имя, — улыбнулся я.

— Ну, какой я бессмертный лис пустыни, если меня сможет поколотить пожилой купец, — рассмеялся Никитин.

— Вот эта тоже пожалуй останется между нами, — усмехнулся я.

Мы немного помолчали. Было видно, что граф пришёл сюда специально, чтобы увидеться со мной.

— Порой мне не хватает твоей компании, Даниил, — покачал он головой. — Жаль, что между вами с Иваном встала работа. И хоть он теперь мой родственник, но признаться по правде я порадовался, когда узнал как ловко ты смог утихомирить его, поставив старшего наследника Морозова во главе цветочного, который Васнецов вздумал уничтожить.

— Спасибо, мне очень ценно слышать от вас эти слова, — благодарно принял я похвалу.

— И заметь, Морозов-младший неплохо справляется, — Никитин указал жестом на толпу аристократов, пришедших на мероприятие в честь открытия нового цветочного.

— У него отцовская хватка, — согласился я.

— Жаль не твоя, — подмигнул он и направился к выходу, а затем как бы невзначай повернулся и бросил: — И кстати, поздравляю тебя с титулом барона. В высших кругах об этом только и говорят.

Посмотрев на Никитина, выходящего с великолепными цветами, я подошёл к флористу и попросил собрать мне большой букет белоснежных лилий. Взяв в придачу элегантную вазу я, под удивлённые взгляды мамы и Морозова, поехал дальше по своим делам.

Офис агентства «Уваров и Распутина»

— Это для Алисы Сергеевны? — с детским любопытством спросила брюнетка, стоящая за стойкой ресепшн, а затем виновато осеклась.

— Тут есть и ваши, — улыбнулся я и, отделив треть огромного букета, вручил шокированной и смущённой девушке.

— Спасибо, — запоздало раздалось у меня за спиной, когда я пошёл дальше.

Зайдя в кабинет Распутиной, я не нашёл там Алисы и по хозяйски поставил вазу на столик с кофемашиной, налив туда воды из большого графина с водой, стоящего у неё на столе. Зная, что Алиса очень много кичится тем, что питьевую воду ей привозят прямиком из Кисловодских родников, я с особым наслаждением перелил весь графин до последней капли в вазу и поставил в неё огромную охапку лилий.

Воздух мгновенно пропитался ярчайшим запахом.

— О, привет, ты уже тут, — ворвалось в кабинет алое пламы.

Скинув на ходу сумку, она с горящими глазами заявила:

— Представляешь, у брюнетки с ресепшн кто-то похоже появился! Сейчас сидит там с букетом лилий и в облаках витает. Я мимо прошла, так она меня даже не заметила.

— Да уж, это же надо, тебя то и не заметить, — усмехнулся я, косясь на огромный букет у неё за спиной.

— Алиса Сергеевна, там… — заглянула в кабинет та самая девушка и осеклась.

— Всё, бежим, — мгновенно отреагировала Распутина и, схватив меня под руку, уверенно повела в переговорку.

Зайдя в огромное помещение с длинным столом, на котором возвышалась просто колоссальных размеров белоснежная коробка, перевязанная синим бантом, я удивлённо посмотрел на Алису, стоящую рядом. Она просто светилась и её распирало от нетерпения.

— Ну же, открывай скорее, не томи, — легонько подтолкнула она меня под взорами собравшихся работников, которые явно были в курсе происходящего.

— День рождения у меня не скоро, — нахмурился я.

— Уваров, давай уже открывай, хватит в благородство играть, — топнула каблучком она.

Пожав плечами, я подошёл и дёрнул за край здоровенного банта. Тот, кто делал этот подарок явно страдал гигантоманией.

Едва я успел это сделать, как метровые картонные стенки распались на все четыре стороны и раздался оглушительный хлопок. Из коробки вырвалось голубое облако конфетти и серпантина, заполнив пространство комнаты.

— Возьми же меня скорее! — раздался громогласный голос и из голубого облака на меня выпрыгнул человек в огромном карнавальном костюме голубой книги.

— Матерь божья, что это? — вырвалось у меня.

— Это голубой паспорт, наконец-то он твой! Поздравляю! — воскликнула Алиса и радостно захлопала. К ней присоединились все остальные работники.

— Распутина, ты с ума сошла? — с трудом угомонив смех, спросил я.

Пока я хохотал, этот чудик, похожий на синего Спанч-Боба, достал откуда-то торт, выполненный также в виде голубого аристократического паспорта и принялся разрезать, раздавая довольным сотрудникам.

Всё это мне напомнило какую-то гендер-пати безумного шляпника.

— Здорово придумала, правда? — восхищённая происходящим, спросила Алиса.

— Придумала-то ты здорово, вот только рановато, — утирая слезы смеха, сказал я.

— В смысле рано? Уже всё высшее общество говорит об этом. Событие эпохальное. Даже отец говорил об этом за завтраком, — нахмурилась Алиса.

— Слухи о моём титуле сильно преувеличены, потому как эти слухи пустил я, — подмигнул ей, беря кусочек торта и направляясь обратно в её кабинет.

— Кому ты рассказываешь, об этом тоже уже половина высшего света знает, — отмахнулась она, а затем её глаза расширились: — Постой, так ты действительно думаешь что это продолжение тех слухов⁈

На её лице просияла улыбка и она выхватила из кармана телефон, словно это был револьвер, а она сейчас была на диком западе.

Щёлк! — раздался звук затвора.

— Господи, видел бы ты своё лицо, — расхохоталась она. — Уваров, порадуйся уже. Это действительно решённый вопрос. Отец сказал, что поговаривают будто Меньшикову чуть ли не сам император звонил и требовал даровать тебе титул.

Неужели я так правдоподобно подстроил царящие в прессе слухи, что не поверил, когда это стало правдой? Мой план сработал. Вот только похоже я чуточку перестарался, потому что внимание императора мне точно привлекать не хотелось.

И в этот момент мы зашли в её кабинет и она, не повернувшись влево и не заметив букет у кофемашины, остановилась и принюхалась:

— Чуешь, чем пахнет?

— Мне кажется здесь побывал парень девушки с ресепшн, — задумчиво произнёс я.

Алиса наконец повернула голову и застыла на месте с приоткрытым ртом.

Щёлк! — раздался звук фотоаппарата в моём телефоне.

— Видела бы ты своё лицо, — подмигнул я ей, а затем рассмеялся.

Она подошла к огромному букету и почти полностью погрузила лицо внутрь.

— Смотри не задохнись, мне твой отец этого не простит, — подошёл я следом.

Алиса сделала глубокий вдох и подняла голову. Когда она повернулась ко мне, то я заметил пыльцу на её носу. Медленно поднеся палец, я нежно провёл по замершей девушке, убирая желтые пылинки. И внезапно заметил одинокую слезу, стекающую по её щеке.

— Что случилось? — заглянул я в огромные зелёные глаза.

— Всё в порядке, — аккуратно стряхнула слезу она. — Просто этот запах… Папа всегда дарил маме лилии и когда я была маленькой, то дома всегда именно так пахло.

— Я не знал, — тихо произнёс я.

— Спасибо тебе, Дань, — нежно обняла она меня, положив голову мне на плечо.

Спустя долгих тридцать секунд она отпрянула и с огнём в глазах спросила:

— Ну что, когда летим в Париж?

— Куда летим, прости? — чуть не поперхнулся я свежим кофе.

— В Париж, неуч, это столица Франции, — закатив глаза, пояснила она.

— А это где вообще? — ещё сильнее поднял я брови, изображая удивление.

— Уваров, блин! Хватит надо мной издеваться, — стукнула она меня аккуратной ладонью. — Ты теперь можешь свободно летать, так что просто обязан куда-нибудь выбраться, чтобы отпраздновать.

Посмеявшись над этим, я клятвенно пообещал не летать без неё в Париж. Алиса никак не могла понять, как в такой знаменательный день можно не устроить эпатажного и пышного праздника. Но моё обещание в целом её устроило и они прекратила устроенный допрос.

Дом на Арсенальной набережной.

Подъехав вечером к дому, я заметил роскошный серый седан и стоящую рядом с ним знакомую фигуру Всеволода Мечникова. Лекарь стоял, опершись на капот машины и то и дело посматривал на часы.

Как только я вышел из машины, он заметил меня и сразу же подошёл.

— Даниил, поздравляю тебя с долгожданным титулом. Ты как никто другой заслужил это, — сухо произнёс Мечников, словно говорил дежурную фразу.

— Спасибо, Всеволод Игоревич, — пожал я ему руку. — Но полагаю вы приехали сюда не ради поздравлений.

— Всё верно, Даниил, — без тени веселья произнёс он. — Боюсь, твой голубой паспорт пригодится сегодня как нельзя кстати.

— Но у меня ещё его нет… — возразил я, но в этот момент Мечников достал из внутреннего кармана пиджака небольшой прямоугольник голубого цвета.

Даже не открывая его, я чувствовал, что там написано моё имя. Но это «вручение» произошло там скомкано и буднично, стоя на парковке у моего дома, что стало даже как-то обидно.

А что я собственно ожидал? Приёма у императора? Пресс-конференции Меньшикова? Самое главное — результат. Первая цель достигнута. Впереди подъём по иерархии высшего общества, основание собственного рода. А сейчас — надо остановиться и насладиться этой победой.

— Даниил, прости, что лишаю тебя торжественной церемонии, но поверь — дело срочное и важное. Почести непременно будут, но потом. Сейчас — работа, — словно прочитав мои мысли, извинился Мечников.

— Что случилось? — чувствуя надвигающуюся опасность спросил я.

— Мне удалось разговорить тех людей, что ворвались к тебе в квартиру, — строго сказал он.

— Что они сказали? — посмотрел я на Мечникова, явно находящегося не в своей тарелке.

— Расскажу по дороге. Через час у нас вылет, — кивнул он на свою машину.

— Вылет? Куда мы летим? — поднял я бровь.

— В Англию, — произнёс Мечников, уже открывая дверь. — Без твоих талантов, боюсь, будет не обойтись. Считай это небольшим приключением. Туда обратно, улетели — прилетели. Там дел буквально на двадцать минут.

В голове сразу же всплыл один популярный мультфильм для взрослых из моего родного мира. Произнесённая там фраза «приключение на двадцать минут» не предвещала ничего хорошего. Впрочем, мы полетим не на вертолёте, так что мне не о чем волноваться.

— У тебя надеюсь нет возражений немного попутешествовать? — повернулся ко мне Мечников, выруливая с парковки.

— Я готов ехать хоть на край света, главное, чтобы не в Париж, — рассмеялся я.

Он крайне удивлённо взглянул на меня, но не решился спрашивать. Я же, наконец, открыл заветную голубую книжку и взглянул на свою фотографию, с которой на меня смотрел зрелый, серьёзный и респектабельный мужчина.

Это только начало. Начало большого пути на самый верх.