Демон в теле Наследника

Глава 23 Идем по следу

Глебов жил в хорошем спальном районе. Дом хоть на окраине, но новостройка, чистый подъезд, лифт.

Камеры.

— Какой план? — спросил Савельев когда я, он и ещё двое бойцов подошли к подъезду. Остальные сидели в машинах.

— Стучимся.

— А если не откроет?

— Ломаем дверь.

— Шум будет. Пока ломать будем, уже полиция приедет. Если не он сам, то соседи вызовут.

Я задумался.

— Есть идея. Ребята, идите в машину. Будьте в готовности. Александр Николаевич, вы тоже садитесь. — сказал вдруг внимательно рассматривающий припаркованные авто Савельев.

Мы отъехали метров на двадцать. Савельев сунул передачу, чуть вывернул руль — и с хрустом снёс боковое зеркало старому внедорожнику, стоящему у бордюра.

— Ты что творишь? — спросил я.

— Сейчас увидите, — усмехнулся он, уже доставая из кармана сложенную бумажку и телефон.

Он сверился с номером, набрал.

— Алло? Добрый день. Это я вам машину задел… да, тут во дворе… выйдете? Посмотрим?

Он отнял трубку от уха, скривился.

— Сейчас придёт.

Мы ждали недолго. Через пару минут из подъезда вылетел мужик лет тридцати — шорты, футболка, ботинки без шнурков. Волосы растрёпаны, лицо злое. Глебов.

Он подошёл, уставился на висящее на проводе зеркало.

— Ты что, слепой, б… ть? — спросил он, когда Савельев опустил стекло.

— Извините, — спокойно ответил Андрей. — Вызываем ГАИ?

Глебов поморщился.

— А что, нельзя по-людски? Сколько там? На десятку согласен?

— Десять тысяч рублей? — уточнил Савельев. — А может протокол оформим, страховая всё возместит.

— Да ну нах… й эту страховку, — забурчал Глебов, переминаясь с ноги на ногу. — Тебе аварию напишут, заеб… шся потом башлять за полис. Да и ждать их три часа. Ладно давай за восемь, и разойдёмся.

— Как скажете. — Савельев кивнул. — Садитесь в машину, распишетесь, что претензий нет — и разъехались. Хорошо?

— Да какую расписку, — фыркнул Глебов, открывая заднюю дверь. — Я тебя не кину…

Договорить он не успел.

Как только дверь захлопнулась, Савельев нажал центральный замок. Щёлкнули все четыре двери.

— Сиди тихо. Или нам потом придётся обшивку отмывать. — угрожающе произнёс сидевший на заднем сидении боец, уперев ствол пистолета в бок Глебову.

У того вытянулось лицо. Вся его бравада испарилась в одну секунду.

— Эй… вы… чё… — пробормотал он, понимая что попал.

Я развернулся на сиденье и посмотрел ему прямо в глаза.

— Поехали. Нам есть о чём поговорить.

Машина мягко тронулась.

И никто во дворе ничего не заметил.

Вдруг в салоне заиграла лирическая мелодия. Звук доносился из кармана похищенного бандита.

Сидевший рядом боец осторожно вытащил у Глебова телефон. Звонил абонент «Любимка».

— Отвечай. Только если лишнее пи… нёшь то мы и тебя прикончим и к ней поднимемся, имей ввиду. — предупредил я.

Глебов послушно кивнул. Боец ответил на звонок, включил громкую связь.

— Коть, ну что там? Сколько мне тебя ещё ждать? — игриво произнёс женский голос.

— Зай, слушай… э-э-э… Я тут отъеду по делам, буквально на час другой…

— В смысле? — в голосе Кати прорезалась претензия. — Я чо, тебя ждать должна?

— Да я скоро буду, выпей вина пока. Скоро роллы приедут.

— Хорошо, коть. У тебя всё в порядке? — голос успокоился.

— Да, всё в порядке, по работе просто.

— Ты же говорил что тебе звонили что какой-то дебил машину поцарапал? Ты меня обманываешь?

— Да нет же! — Глебов нахмурился. — Машину поцарапали, можешь спустится посмотреть если не веришь. Но тут же и по работе вызвали.

— Я верю, просто проверяла. Хорошо, я тогда жду тебя…

— Скоро буду. Давай… Целую…

— И я тебя цел…

Боец сбросил звонок, и передал телефон мне.

— Там… это… мне сказали просто припугнуть. Я не знал, что пацана тронут, честно, я… — забормотал вдруг Глебов.

— Заткнись. — боец ткнул стволом чуть сильнее. — Не позорься.

— Женя, — сказал я ровно, — у тебя есть шанс уйти отсюда живым. Маленький. Но есть.

Он кивнул быстро-быстро, как собака, пытающаяся угодить.

— Значит так, — продолжил я. — Сейчас мы поедем в одно место. И пока мы туда едем, по дороге ты расскажешь мне всё. Кто давал указания. Кто организовывал нападение на семью Кузьмина. Кто велел угрожать сотрудникам Смоленского текстильного завода. Кто крышует вас сверху. И главное где найти твоих подельников.

Мы ехали молча минут пять. Только мотор гудел, и Глебов тяжело дышал, будто воздух вдруг стал густым.

— Ладно… ладно, я всё скажу, — выдавил он наконец. — Только… Какие гарантии, что вы меня отпустите потом?

— Говори, — бросил я. — Ты не в том положении, что бы торговаться. Не бойся мы тебя не тронем, я же вижу что ты вроде как не при делах. Просто не повезло. — покривил душой я.

Он сглотнул.

— Да, всё так. Это не я затеял… А что именно вам надо знать?

— Давай начнём с текущего. Где найти твоих коллег.

— Каких именно? — осторожно уточнил Глебов.

Хочет узнать как много нам известно? Хорошо.

— Щеглов, Головин, Данилов, Нежданов, Копытин. Или ты ещё с кем-то работал?

— Нет… — помотал головой Глебов. — Только с ними. И то, как работали… пару раз подбрасывали шабашки…

— Я у тебя это не спрашивал. Где их найти?

— Эти… — он дёрнул головой, будто собираясь со словами. — Тёма, Данилов и Щеглов. Их сейчас проще всего найти. Пятница же. Они либо в «Медведе» сидят, либо в «Чёрной стреле». Это два кабака. Говноместа, но они там чувствуют себя как дома.

— Адреса? — спросил Савельев.

Глебов на секунду закрыл глаза, вспоминая.

— «Медведь» — под мостом, у старой развязки на Кутузовскую. Там вывеска обгоревшая, медведь с бутылкой. «Чёрная стрела» — в конце промышленной, у старого кирпичного завода. Дверь железная, решётки на окнах.

— Дальше, — сказал я.

— Головин… — Глебов поёжился. — С ним хуже. Квартиру снимает, но адрес… я не знаю.

— Кто знает?

— Костыль должен знать. Ездил к нему пару раз. Они вместе часто бухали. У них свои дела я туда не лез. — Глебов в каждой фразе стремился ввернуть что он в делах этой компании особо не замешан.

— Так. А сам Костыль где обитает? — уточнил я.

— У него квартирка своя в центре. На мать оформлена. — Глебов снова мялся в сиденье, будто оправдывался. — Адрес не помню, но это ближе к центру. Новые дома, улица… улицу не помню.

Я перевёл взгляд на Савельева.

— Выяснишь?

— Да, — кивнул Андрей. — Ничего сложного.

— Продолжай, — велел я Глебову.

— Всё… всё, что знал, сказал. Клянусь. — Он поднял руки, будто боялся, что его сейчас пристрелят прямо в машине. — Я в это дерьмо влез только потому что… денег не хватало. А они предложили подработку. Сказали: попугай, побей стекло, постой рядом. Я думал, что всё в рамках… ну, как обычно.

— Не всё. Кто давал вам указания?

— Я не знаю. Всё взаимодействие с заказчиком шло через Головина. И деньги тоже он распределял.

— Девушка твоя знает чем ты занимаешься? — вставил Савельев.

— Нет. — Глебов махнул головой. — Да какая там девушка… Так… На один раз.

— Андрей, давай узнавай адрес Костыля, поедем сперва к нему. Потом к Головину. Эти трое бухарей в оконцове. Пусть жрут, чем пьянее будут тем проще.

— Принято, — сказал Савельев, уже набирая кому-то сообщение.

В салоне повисла тишина. Напряжённая. Глебов избегал встречаться взглядом с нами, смотрел в боковое окно. Губы беззвучно шевелились. Не знаю что он там бормотал, молился, или просто бредил. Не важно. Судьба его уже решена.

— Да. Девичья фамилия матери, Евсеева. Да… Хорошо, спасибо! — завершил звонок Савельев.

— Александр Николаевич, адрес Нежданова есть. По навигатору отсюда пол часа ходу.

— Отлично. — кивнул я.

Машина плавно ускорилась. Ночь впереди была длинной.

Двор был пуст. Почти все парковочные места свободны. Вечер пятницы, половина дома загородом. Я бросил взгляд вверх — новый дом, ровные подъезды, домофоны на входах. Квартира Нежданова — шестой этаж, угловая.

Дождавшись пока из подъезда вышел мужчина, ведя на поводке маленькую пушистую собачку, Савельев подхватил дверь:

— Спасибо. — оборонил он.

Мужик не ответил, только проводил нас подозрительным взглядом. По физиономии было видно, что он изнемогает от жажды спросить что-то типа: «А вы в какую квартирку…?», но его останавливает суровый вид Савельева.

Наконец мужик скрылся за углом дома, Савельев открыл дверь изнутри. Мы бесшумными тенями проникли внутрь. Один боец остался сторожить лестницу. Ещё один на лифтовой клетке. Я, Глебов, Савельев, и ещё двое поднялись на этаж. Остальные в машинах.

Мы поднялись наверх. Савельев приложил ухо к двери, прислушался.

Пауза. Тишина.

— Кажись, телик смотрит. Или импертуб. — прошептал он.

Выставили Глебова перед глазком. Сами прижались спиной к стенке, выходя из его обзора.

Пригрозив, на всякий случай, бандиту пальцем, Савельев нажал на звонок.

Тишина.

Подождали минуту. Савельев нажал на звонок ещё раз.

— Позови его. — едва слышно велел я Глебову.

— Костыль, это я. Открой, дело есть.

За дверью — едва слышный шорох.

Савельев извернулся и повторно приложил ухо к двери.

— Вырубил звук. — просипел он через пару мгновений.

Тут взгляд его упал на неприметную коробочку в электрощитке.

Савельев выругался, и метнулся к подъездному окну, распахнул его и по пояс высунулся, словно собирался выброситься.

— Сука… — крикнул он. — Он через балкон ушёл!

— Объект сбежал! Спускается по пожарной лестнице! Задержать! Чёрная кожаная куртка, красные треники, голубая «гандонка».

— Есть. — прошипела рация.

Я подбежал к окну. На противоположной стороне дома по пожарной лестнице быстро спускалась тень. И как Савельев умудрился рассмотреть цвета его одежды — изумился я. Лестница обрывалась за четыре метра до земли. Нежданов спрыгнул прямо на асфальт, сгруппировавшись перекатился как опытный боец, тут же поднялся на ноги и побежал. Наперерез ему уже неслись наши ребята.

Мы сорвались вниз по лестнице и уже через пол минуты были на улице.

— Побежали по этой стороне. Он сюда по любому выйдет, там тупик. — крикнул Савельев, показывая на противоположную сторону дома.

И правда, обежав дом, мы едва не столкнулись с Неждановым. Между ним и нашими бойцами было уже метров тридцать отрыва, и он стремительно увеличивался. Костыль нёсся как ветер.

— Стоять, сука! — крикнул запыхавшийся боец.

Нежданов и не думал останавливаться. На ходу вытаскивал из кармана телефон, ткнул пальцем по экрану.

— Не дайте ему… — прорычал я ускоряясь.

И тут удача отвернулась от беглеца. Отвлёкшийся на яркий экран телефона, Костыль оступился. Шлёпнулся на асфальт так, что смартфон отлетел в сторону. Тут же вскочил на ноги, но уже было поздно. Налетевший на него как ураган Савельев снёс его с ног. Прижал коленом и завернул руки за спину так, что тот взвыл.

Вокруг уже начинала собираться толпа. Кто-то доставал телефоны.

Да уж. Тихо не вышло.

Костыль, ухмыльнувшись завопил:

— Помогите! Убивают! Вызывайте полицию! Я не знаю этих людей, это похищение!

Я подбежал, поднял выпавший телефон, экран мигал, высветилось время 00:05. Вызов уже шёл. Абонент «Старший».

— Алло? Алло? — раздалось из динамика. — Костыль, ты чего хотел? Алё-о-о? Б. я, еб… ая связь…

Я молча держал телефон. Через пару секунд вызов оборвался.

— Плохо. — сказал Савельев поднимаясь с земли и отряхиваясь. — Это я так понимаю Головин. Он мог что-то заподозрить.

Телефон вздрогнул вновь — входящий вызов от «Старшего».

Я дождался пока гудки кончатся. «Пропущенные».

Точно что-то заподозрит. Лишь бы не «ушёл на дно».

Тем временем Костыль надрывался всё сильнее, а толпа вокруг становилась всё больше. Кто-то уже звонил в полицию.

— Уважаемые граждане! Не надо никуда звонить! Работает служба безопасности Империи. Вот моё удостоверение. Этот человек совершил преступление!

Моя маскировка трещала по швам. Морок едва держался. Чем больше людей и камер приходилось вводить в заблуждение, тем больше сил требовало его поддержание.

— Заткните его и пошли отсюда. — бросил я бойцам которым Савельев передал задержанного.

Те уже успели поднять Костыля на ноги, заботливо стряхнули с него пыль, застегнули руки на спине в браслеты.

— А-а-а- Помог… ахрхро. Тьфу… Хрр. — оборвался крик Нежданова — ему в рот засунули скомканную перчатку.

Давление становилось всё сильнее. Под носом потеплело. Я провёл ладонью — кровь. Виски стучали как молоты у кузнеца, давление поднималось. Надо быстрее уходить.

Мы подошли к машине. Савельев крепко выругался.

— Х… во что мы свои лица и документы засветили на толпу. Теперь если мы с ними что-то сделают то точно на нас повесят.

— Не повесят. — покачал головой я. — На видео ничего не будет.

— Вы опять использовали артефакт? — догадался Савельев. — Отключили камеры? Ну свидетели то будут.

— И свидетели нас не узнают. Ты же помнишь как меня на заводе никто не мог узнать, пока я сам не рассказал? Вот та же история.

— Вот это вещь. Умели же делать раньше. — восхищённо присвистнул Савельев.

— Слушай, а как ты узнал что он сбегает? Ничего ведь не указывало?

— Я приметил у него напротив небольшое зеркало. Видел уже такое раньше, но никак не мог вспомнить где. Потом вспомнил — подобную систему зеркал применяют разведчики в зонах аномалий, там обычная техника быстро выходит из строя.

— То есть он в это зеркало видел как мы прячемся?

— Да.

Костыль, увидев Глебова, начал выгибаться и орать с новой силой:

— Князёк, ты чё, ссучился, падаль⁈ Ты нас сдал, тварь⁈ Я ж тебя завалю! Я тебя, твою мать…

— Нежданов Константин Викторович. — произнёс я спокойно. — Тебе, похоже, сегодня сильно не повезло.

— Вы… вы кто вообще?.. — пробормотал он, моргая от света фонаря в лицо.

— Тот, кому ты перешёл дорогу.

Он сплюнул кровь.

— Гребаные менты? СИБ? Кто вы, нахрен⁈

— Ошибся. — сказал я. — Хуже. Пакуйте его.

— Вы хоть знаете, с кем мы работаем? — бросил он вызывающе.

— Расскажи. Я послушаю. — ответил я спокойно.

Глебов разместился на заднем сиденье, а бунтующего Костыля успокоив парой ударов по рёбрам засунули в багажник внедорожника.

— Все шестеро не влезут. — заметил Савельев, садясь за руль. — Надо было больше машин брать.

— Да, не подумал что-то. — согласился я. — В следующий раз будем знать.

— Следующий раз? — Савельев аж поперхнулся. — Я думал это разовая акция.

Я в ответ только усмехнулся.

Тут завибрировал телефон Глебова. На экране — «Шеф».

— Головин? — спросил я.

Глебов побледнел:

— Да…

— И часто он тебе звонит? — спросил я, уже открывая историю звонков.

— Всего два раза, последний год назад… — не часто… — я сам ответил на свой вопрос.

— Значит почуял что-то. — тихо пробормотал Савельев. — Всех обзванивает.

Телефон продолжал вибрировать. Мы ждали. Наконец звонок сорвался — и тут же высветился новый.

— Точно заподозрил что-то. Надо ехать к нему прямо сейчас.

— Может разделимся? — немного помолчав предложил начальник охраны.

— Хорошо. Давай. — кивнул я.

— Предлагаю так — мы берём с собой Глебова и Нежданова двух бойцов едем на «место». По дороге или уже на месте выясняем адрес Головина. Остальные едут искать троих оставшихся.

— Справятся?

— Справятся. — подтвердил Савельев. Там всё просто, прошерстили кабаки, нашли наших ребят, пропустили по рюмке, угостили их, вышли на «перекур» или подышать, там упаковали. Главное не шуметь.

Я задумался на секунду.

— Справятся — так справятся. Только есть такой вариант что Головин их уже предупредил. — кивнул я.

Телефон Глебова вновь засветился. Третий звонок.

— Он настойчивый, — пробормотал Савельев.

Бойцы на машине уехали искать оставшихся бандитов, а мы с Савельевым повезли Нежданова и Глебова в «мастерскую». Именно так между собой мы называли помещение которое нашли наши ребята.

А по дороге нам нужно было заставить Костыля рассказать где живёт Головин. По этой причине Глебову пришлось временно переехать в багажник, а Нежданов занял место на заднем сидении между двух бойцов.

— Говори адрес Головина. Я в курсе что ты знаешь?

— Этот петух сдал, да? — Нежданов махнул головой в сторону багажника. Да них… я я вам не скажу. — он ухмыльнулся.

— Ты жить хочешь? — спросил я.

— Выжить? Пиз… ть не надо! Как только я расскажу что вам надо, так сразу вы меня и прикончите.

Я кивнул бойцам.

— Говори, падла. — рявкнул один из них пробивая резкий удар в печень Костыля.

Тот охнул, загнулся.

— Может руку ему сломать? — предложил Савельев.

— Ломайте, мне пох… й. Что я рук что ли не ломал? — Нежданов фыркнул и смело посмотрел на нас.

— Есть ещё вариант. — задумался вдруг Савельев. — Номер его у нас есть, можно попробовать отследить… Сейчас… Савельев взял телефон, позвонил.

— Привет. Слушай я по делу… Локацию одного человека отследить надо… Да прямо сейчас… Срочно… Что вообще никак?.. Ладно, спасибо. — положив трубку Савельев покачал головой.

— Чё, несрасты, начальник? — загоготал сидевший на заднем сидении Нежданов.

Его смех резко перешёл в булькающие звуки от очередного удара в печень.

— Чем дольше мы медлим, тем больше вероятность что он свалит из города. Возможно он уже валит. — хмуро сказал Савельев.

— Ладно, пох… й на Головина. — откинулся в кресле я. — Везём этих на место, ждём пока доставят остальных. Головина потом найдём.

Для моего плана людей хватало. Ведь как известно, лучей у пентаграммы пять. А с Головиным позже разберёмся.

— Ваше вы… Александр Николаевич… — Савельев склонился ко мне. — Вы что решили с ними делать? Мы изрядно наследили, несмотря даже на ваш артефакт. Гоняли по городу с их телефонами. Звонили. Если что-то незаконное, то нам потом не отмыться. Стоят ли они того?

— Помнишь сына Кузьмина? Помнишь как они прыгали на голове у парня? А сколько судеб они уже погубили? Вот и скажи мне, стоит ли? — бросил я посмотрев Савельеву прямо в глаза.

— Это можно сделать по другому. Потом. Более тихо. Я уже говорил об этом. — продолжал гнуть своё Савельев.

— Андрей, вы мне там не нужны. Оставите меня одного и я всё сделаю сам. Если вдруг будут разбираться, скажите что выполняли мой приказ, а что я планировал делать дальше — понятия не имели. Ответственность только на мне. Ну и что бы тебе было спокойней — убивать или пытать я их не буду, даю слово. Просто… Скажем так, продемонстрирую им свой «артефакт».

— В любом случае, одного я вас не оставлю, я давал клятву верности и я с вами до конца.

— Это приказ, Андрей. Я всё сделаю сам. — хмуро произнёс я.

Пауза.

— А дай-ка мне телефончик его… — произнёс Савельев спустя пять минут. Он взял в руки телефон Костыля, переписал номер Головина. Велел одному из бойцов заткнуть пленнику рот.

Затем набрал со своего телефона, поставил на громкую связь.

— Добрый день. — произнёс он.

— И тебе не хворать. — сипло ответила трубка.

— Дмитрий Олегович, как я понимаю?

— Возможно.

— Вы почему из квартирки своей уехали? Мы вас ищем повсюду…

— А с кем имею честь, можно узнать?

— Так может лично встретимся, я всё и расскажу. — предложил Савельев ухмыляясь.

— Воздержусь, пожалуй. — трубку усмехнулась. — А адрес мой откуда узнали?

— От коллеги вашего, Нежданова. Костылём кличут. Знаете такого? Он и номер нам дал, и где вас искать рассказал. Говорит выпивали вы вместе. Тоже очень хочет поговорить.

Костыль на заднем сидении протестующе замычал.

— Костыль то? Вы ему передайте что я с ним поболтаю ещё. — голос Головина стал хищным. — Вы зачем звоните то?

— Я же говорю, встречи ищу с вами.

— Не найдёте. — заверил Головин и оборвал связь.

Савельев перезвонил ещё раз, телефон был уже выключен.

— Вы что, падлы⁈ Я не стучал! — взвился Костыль, когда ладонь бойца освободила его рот.

Впервые за всё время он выглядел по настоящему испуганным.

— А Головин думает иначе. — Савельев улыбался.

— Вы даже не представляете с каким людьми связались. Вам всем пиз… ец. И мне пиз… ец. — паниковал Нежданов.

— Так с кем мы связались? Ты скажи, может мы испугаемся и вернём тебя на место. Или адрес скажи, мы с Головиным разберёмся и дело с концом. — Тогда может и не доберётся он до тебя.

— Да ничего он не знает. — махнул рукой Савельев. — Он же мелкая сошка, типа Глебова. Мусор убирать.

— Мелкая сошка говоришь? — глаза Нежданов зло прищурились. — А как тебе это? — выкрикнул он.

Наручники на его руках с треском разлетелись на части, сам он как-то подпрыгнул на заднем сидении, выбил из рук одного из бойцов пистолет — тот полетел и потерялся где-то на полу. Взмахнув руками он осыпал роем тёмных искр державших его бойцов. Боец завопил и тут же затих, его лицо почернело и обуглилось. Костыль бросился к двери, открыл её и хотел выпрыгнуть прямо на ходу, но успокоился получив прикладом пистолета по голове от оставшегося целым бойца. По виску его заструилась кровь из пробитой головы. Закрыв дверь, тот подтянул Костыля поближе, снова надел на него наручники. На этот раз две пары.

— Захаров, ты как? — спросил Савельев выравнивая машину на дороге. Сноп искр ослепил его, и он едва не вылетел на встречку.

— В порядке. — руку только обжёг. — отрапортовал боец.

— Петров как?

— Триста. Тяжёлый. — хмуро ответил Захаров, пощупав шею второго бойца. Ему всё лицо сожгло, кажись глаза тоже.

Захаров уже вытаскивал из висевшей на поясе аптечки шпириц-тюбик и вколол его Петрову.

— Этот то живой?

— Да. Но без сознания. Я не понял как он так сделал то? Что за фокус? — пробасил Захаров.

— Он же одарённый. Судя по искрам дар связанный со смертью. Дай его наручники. — попросил я. — Ну вот. — я показал на ржавые, словно сто лет пролежавшие в земле браслеты. — Он всю дорогу воздействовал на них своей силой. Сгнили почти.

— Вот сука. А я же думал ещё что слишком просто его взяли… — бормотал Савельев. В глазах его плескалась тоска.

Его можно было понять.

Бойцы доверились, пошли за ним, а он не уберёг.

Я перелез на заднее сиденье, взял лежащего без сознания бойца за руку.

Состояние и правда критическое. Не знаю что ему вкололи но препарат действовал выше всяких похвал. Процесс гниения тканей запущенный магическим ударом смерти уже был почти остановлен. Я в свою очередь напитал организм бойца силой, помогая ему бороться с недугом. Купировал самые критические повреждения.

Фух. Вроде удалось стабилизировать. Но тут нужен профильный специалист…

— Ему надо в больницу. — сказал я, вытирая пот со лба.

— Этого отвезём в «мастерскую», потом закинем. — кивнул Савельев.

Телефон начальника охраны завибрировал.

— Ребята звонят. — сказал он, принимая вызов.

— Да… Отлично! Везите по адресу!

— Молодчиков наших взяли. Когда наши подъехали, те как раз в такси садились у «Медведя». Проехались за ними, в подъезде их и повязали. Уже едут на место.

— Хорошие новости. — кивнул я. — А нам долго ехать ещё?

— Уже почти приехали. — ответил Савельев.

— Что за место?

— Подвал не стали брать… Мало ли орать будут, жильцов могут напугать. Ещё бомж какой-нибудь сунется или бабка котов кормить… Нашли старый брошенный бокс в промке.

— Это ещё лучше. — согласился я.