Демон в теле Наследника

Глава 24 Домен

Интерлюдия XI

Императорский дворец. Покои Императрицы-регента. Кабинет экстренной связи.

За огромным столом — Императрица. На стене перед ней горел яркий экран. На нём — подполковник СИБ Гаврилов.

— Докладываю по Смоленску. — начал он без прелюдий. — Похоже, у наследника сорвало крышу. Похищает людей прямо на улицах города. Можно сказать среди бела дня.

Императрица приподняла подбородок и недовольно сморщилась.

— Постарайтесь что бы видео в сеть не попали. Раньше времени, по крайней мере.

— Они не попали. И не попадут. И, кажется, я знаю почему.

— Почему же? — холодно.

Гаврилов замолчал, словно подбирая слова.

— Сведения пока требуют проверки, поэтому пока не докладывал. Но вроде бы всё сходится. От нашего информатора поступила информация: наследник нашёл какой-то древний артефакт вашей семьи. Дескать был ещё у вашего мужа, покойного Императора Николая и тот передал его сыну. Один из легендарных, утерянных. В общем, все записи устройств на которые он попал — повреждены. Схожая история, как та что с камерами во дворце.

— Бред. — перебив его, фыркнула Императрица. — Все Императорские артефакты «учтены» и находятся либо в защищённом месте, либо на руках у членов семьи… Всё остальное байки. Слухи среди простого люда. У Александра, к слову, никаких артефактов нет. Да и по описанию, что вы говорите… ничего подобного среди артефактов не было. Это вам девчонка наплела, эта… как её…

— Информация не только от неё. — сухо продолжил Гаврилов. — Сведения идут из разных источников. Самых разных. И всё пока сходится.

— И что это за артефакт? — Императрица скептически подняла бровь.

— Пока не знаем. Разбираемся. Подробностями наследник не делится ни с кем. Но повторюсь. Если сопоставить факты, то это объясняет все странности происходившие с цесаревичем за последнее время: постоянный выход из строя камер там, где нужно ему, причём даже устройств экранированных от магии, его побег из дворца, не оставивший следов прыжок с третьего этажа, резкая смена характера, внезапно пробудившийся дар… наши эксперты до сих пор ломают голову над тем каким заклинанием Александр Николаевич смог отразить ледяное копьё в том Смоленском ресторане. Если предположить что есть что-то неучтённое, сильное, из аномалии, то это всё объясняет.

— Так разберитесь тогда что это за артефакт и немедленно мне доложите! — рявкнула Императрица так, словно это не она минуту назад утверждала что никакого артефакта не существует. — А что там с похищениями? — продолжила она, не давая Гаврилову даже ответить.

— Что касается сегодняшнего… э-э… инцидента. Люди князя Валевского, похоже, переборщили. Пока они ограничивались угрозами, Александр Николаевич ещё сдерживался. Но когда перешли от угроз к рукоприкладству. Наследник сорвался.

— Это не люди князя. Князь не имеет к ним отношения. — быстро сказала Императрица, строго посмотрев на Гаврилова. — Что бы я больше подобных вещей в слух не слышала!

Тот поклонился в ответ, принимая свою вину.

— Ну а в остальном… В этом и была задумка. — кивнула регент. — В прочем, продолжайте.

— Цесаревич и его люди в открытую похитили несколько человек. Выдергивал прямо из квартир, хватал на улицах. Их запихивали в машины и увозили. На глазах у десятков свидетелей.

— Он совсем потерял страх? Что говорят люди? — изумилась Императрица.

— Причём опять замечу ещё один момент в пользу наличия артефакта. — Гаврилов внимательно посмотрел на государыню. — Свидетели утверждают что это был не наследник. А какой-то неизвестный человек. Но я ручаюсь что это был он, мои люди за ним следили от самого завода и до места преступления. Он словно надевает маску и его не узнают.

— Что за маска? Вроде как у грабителей? — не поняла Императрица.

— Не совсем. Больше похоже на какой-то отвод глаз. — поморщился Гаврилов.

Видно что ему тяжело объяснять то что он сам не понимает.

Императрица на секунду замолчала, потом произнесла спокойно.

— И так, что вы предлагаете?

— Сейчас они едут куда-то за город. Судя по маршруту — в одну из промзон. Наследник… жаждет крови. Мы можем спасти парней попросту перехватить их на дороге.

— Нет. — отрезала Императрица.

Гаврилов приподнял голову.

— Ваше Величество…?

— Это мелкие шавки. Перехватим мы их по дороге и он легко выйдет сухим из воды. Максимум похищение, да и то… Выгоднее обменять их жизни на возможность раз и навсегда избавиться… — Императрица замолчала.

Тот опустил взгляд.

— Пусть замарает руки кровью. А затем когда пути назад не будет, вломитесь туда и повяжите его на месте преступления. Артефакт, я так понимаю при нём. Его надо изъять. Доставить во дворец. Изучить. — начала давать указания Императрица.

— Постарайтесь всё снимать на камеру. Пригласите операторов. Потом в нужный момент сольём в сеть. — Императрица на секунду прикрыла глаза, словно представляя кадр как залитый кровью молодой наследник пытает людей, а их спасают оперативники СИБ.

— А как быть с наследником?

— В камеру его. Пару недель продержите его там. Затем доставьте во дворец. Это будет громкое, открытое дело. Устроим шоу на всю Империю. Пусть все знают каков на деле их цесаревич. Покажем всему миру что закон в нашей Империи превыше всего Кем бы ты ни был, хоть самим Императором, никому не позволено хватать людей, похищать их, без суда и следствия. Убивать их… или пытать… Что он там задумал. И я не позволю это никому! Даже своему собственному сыну! — голос Императрицы сквозил пафосом.

Гаврилов потупился, скрывая блеснувшую в глазах усмешку.

Не заметив жеста офицера, Анастасия Романова откинулась в кресле, и произнесла тихо:

— Это будет идеальным завершением его Смоленской авантюры. И его недолгой карьеры своевольного самостоятельного наследника.

— Понял. — тихо сказал Гаврилов. — Но… если он окажет сопротивление?

— СИБ не справится с подростком? — в голосе императрицы мелькнула ухмылка.

Гаврилов выдержал паузу.

— Это не подросток, Ваше Величество. Это наследник престола с неизвестным артефактом в руках. А мы будем скованы по рукам и ногам, что бы не навредить ему.

Она махнула рукой:

— Если в пылу задержания вы случайно его покалечите — я переживу. Но постарайтесь избежать смертоубийства. Работайте.

— Принято, сделаем. — Гаврилов отключился.

Заброшенный старый ангар стоял на отшибе промзоны.

Машины припарковали поблизости. Внутри уже были наши люди, охраняли периметр.

Всех пятеро уже здесь: Нежданов, Копытин, Данилов, Щеглов, Глебов. Не хватало только главного виновника торжества. Головина. Но ничего, и до него доберёмся.

Руки у пленников скованы наручниками, ноги пластиковыми стяжками. На Костыле две пары наручников.

Савельев оглядел помещение, потом — меня.

— Ваше высочество… — негромко сказал он. — Последний раз прошу. Сдайте их СИБ или МВД. У нас есть видео, показания свидетелей. Эти уроды сядут.

— Не сядут. — отрезал я. — Ты сам знаешь. А даже если сядут, то найдутся новые.

Он закрыл глаза.

— Тогда… — попытался он ещё раз. — Может, хотя бы я останусь?

— Нет. — сказал я жёстко. — Это приказ. Я всё сделаю сам.

— Так что вы хотите сделать?

— Андрей. — мягко прервал его я. — Идите.

Он хотел возразить, но поймал мой взгляд и промолчал. Щёлкнул пальцами бойцам:

— На выход.

Двери хлопнули. Бокс опустел. Остались только я и пятеро пленников.

Нежданов ухмыльнулся:

— Ну и на… я ты нас сюда привёл? Пугать вздумал взрослых дядек? Пугалка ещё не выросла.

Я просто подошёл к Костылю и полоснул его ножом по предплечью — коротко, глубоко. Кровь брызнула на бетон. Кровь одарённого. Сильнее чем кровь обычного человека. Это сделает задуманное немного легче.

— Ааааа! Твою мать! — заорал Костыль, пытаясь зажать рану связанными руками.

Остальные притихли — на секунду.

— Ты что творишь, мразь⁈ — взвился Тёма-Боксёр, дёргаясь.

— Заткнись, падла. — я ногой пробил бандиту в печень.

Тот охнул и закашлялся.

Я тем временем занимался своим делом. Чертил кровью Костыля пятиугольную звезду. Затем нарисовал Руны. Древние, угловатые символы старшего наречия. Этот мир увидел их впервые. Каждую линию рисовал кровью мага которого собирался принести в жертву. Каждый символ заставлял саму реальность вокруг него колебаться. Бандиты наблюдали за мной с непониманием и растущим отвращением.

— Пентаграмма какая-то! Ты что, сатанист что ли? — хохотнул Щеглов.

Короткий испуг вызванные нанесённой Нежданова раной рассеялся.

— Осторожно, пацаны, сейчас кровью девственницы брызнет. — фыркнул Данилов.

— Смотри, сатанисты они по парням. Сейчас договоришься, он тебя продырявит. Потом пацаны на районе не поймут. — хохотнул Копытин.

Они всё ещё смеялись. Даже Глебов, боявшийся больше всех, теперь держался с ухмылкой. Видимо, присутствие других давало смелость.

Я не отвечал. Просто заканчивал своё дело. Зачем мне говорить с будущими… нет, не трупами. Хуже.

Закончив, я подошёл к бледному, истекающему кровью Нежданову. Коснулся его рукой. Зажмурился на секунду. Края раны сошлись, и она зажила, оставив только небольшой шрам. Не хватало что бы он умер раньше времени.

— Что… что за хрень?.. — выдавил он.

Я рассадил их. Каждого в своём луче пентаграммы. Раньше, что бы совершить то что я задумал сейчас, мне стоило просто захотеть. Теперь же, мне требовались подобные костыли. Это злило. Злость предавала мне сил.

— Ты ох… л? — наконец сорвался Щеглов, рванувшись. — Эй! Ты что задумал⁈ Выпускай нас!

— Поздно. — сказал я.

Я шёл по кругу, вписывая последнюю руну. Чувствовал, как внутри поднимается жар. Ритуал был очень сложен. Как уже говорил, я планировал провести его не раньше чем через пол года, когда наберу хоть немного сил. Увы, но обстоятельства вынудили действовать раньше. Надеюсь, получится. Придётся прыгнуть выше головы, совершить невозможное. В случае неудачи… Последствие были бы фатальными. Откат, ударив по слабому телу мог вызвать кровоизлияние в мозг, отказ всех органов, а тело могло — сгореть изнутри.

Но я разгневан.

И я Архидемон.

Лежащие в лучах пентаграммы бандиты продолжали бодриться, зубоскалить и отвешивать шуточки, но уже было поздно. Пентаграмма была активирована.

И в следующую секунду их смех оборвался криком. Жутким, до хрипоты. Не человеческим. Пронзительным. Разрывая горло. Кричали они от невыносимой боли. Той боли, которую чувствует человек когда его душу врывают из тела. Кричали все пятеро. Кричали, а их тела выгибались, их ломало в судорогах. Над ними причудливой пляской танцевали тени. Из глаз, рта, носа, ушей шла чёрная, зловонная пена смешанная с кровью.

Я видел их. Шепчущие, кривые, рваные, чёрные от греха. Души голодных зверей, убийц, палачей. Именно такие какие мне и были нужны.

Бокс исчез — как будто стёрли слой реальности ножом. В глазах вспыхнул багряный свет.

Я стоял посреди круга огня.

Вокруг — голая каменная пустота, обожжённый воздух, запах серы и дыма.

Получилось!

Мой домен. Мой новый домен.

Пусть размером он сейчас небольшим, всего пара десятков квадратных метров.

Остров, окружённый огненным океаном лавы. Но начало положено.

Подчиняясь моей воле, в центре домена поднялась из земли структура: чёрная башенка с узким ртом печи. Рунные прорези дышали пламенем.

Печь Страдания. Уровень 1.

Статус: активен.

Вместимость: 0/10 душ.

Я поднял руку. Пять чёрных сгустков, корчащихся и визжащих, втянулись в неё. Печь вздрогнула.

Спустя несколько секунд из её нутра послышался тихий, медленно нарастающий гул. Одновременно с ним нарастали крики обгорающих в печи душ.

Пламя внутри стало ярче. Башня зажглась алым свечением.

Вместимость: 5/10.

Я едва не валился с ног от усталости.

Выдохнул.

Посмотрел на свои дрожащие от перенапряжения руки. Сел прямо на красную почву.

Удалось. У меня получилось. Теперь я стал кратно сильнее.

Поглотить можно душу любого человека. Даже праведника. Но с его души быстро обгорит тонкая шелуха грехов, и её бессмертная часть, та, что неподвластна никому, очень быстро вырвется на свободу и уйдёт на перерождение. Это не выгодно. А вот такие, чёрные, грязные души способны гореть долго. Возможно что даже несколько сотен лет.

Но я ещё не закончил. Требовалось сделать ещё кое-что.

Раз у меня теперь есть хоть небольшой, но всё же полноценный домен, а значит я имею возможность призвать себе первого слугу. Начать формирование своих адских легионов. И какой же Легион создать первым? Всё зависит от того, кто будет его лидером.

Здесь — в месте, где реальность подчинена моей воле, я мог сделать то, что пока невозможно в материальном мире.

Я сел на чёрный камень. Закрыл глаза.

И провалился в Круговерть.

Тьма. Не пустота — густой, вязкий мрак, наполненный шёпотами тех, кто ждал веками. Стоило мне появиться — они поняли. Я — хозяин, пусть слабого, но домена. И их шанс избавиться от боли.

И они поползли ко мне.

Один за другим.

Шипение, голоса, обещания, клятвы.

Вечная служба в обмен на шанс выйти из бездны.

Высшие, разумные демоны просили, умоляли меня выбрать их.

Низшие твари, лишённые разума молча смотрели из темноты, бесстрастно ожидая своего часа.

Мне нужен был высший. Тот, кто в последствии станет командующим моего первого легиона.

Первый. Жнец.

Стройная высокая фигура. На нём лёгкий доспехи тёмно-зелёного цвета, а поверх — свободная накидка. Капюшон скрывал лицо, но две бледные точки там, где должны были быть глаза, смотрели прямо в душу.

В руке — Адская Боевая Коса. Особое оружие, владеть которым могли лишь Жнецы. Другим оно не подвластно. Длинная, с воронёной кромкой, будто впитавшей не одну сотню жизней.

Ни слова. Только тихий наклон головы — готовность служить.

Опасен. Эффективен. Идеальный воин. Но слишком прямолинеен. Это оружие, а не инструмент.

Дальше.

Жнец.

Второй. Страж Ада.

Исполин. Алые доспехи, покрытые засохшей коркой крови. В одной руке — ростовой щит, в другой — массивный меч.

Он не говорил — глухо вибрировал, как огромный котёл, полный кипящей ярости. Идеальный телохранитель, способный впитать воистину гигантский урон, а потом в отчаянной контратаке уничтожить врага. Но тяжёлый. Громоздкий. Для скрытной работы — бесполезен.

Я даже усмехнулся представив лица зевак, когда подобное чудовище будет ходить за мной по Невскому.

Следующий.

Страж Ада.

Третий. Туманный убийца.

Тонкое быстрое тело, будто вытянутое дымом. Чёрная кожа, впитавшая в себя ночь. Два длинных, угрожающе изогнутых клинка. Поверхность кинжалов отливала чем-то маслянистым. Яд. Он появлялся и исчезал в абсолютной тишине прыгая и скользя между тенями.

Голос — шипящий, почти ласкающий.

Пройдёт через любые стены и любую стражу. Ликвидирует любую цель и уйдёт незамеченным.

Именно то что мне сейчас нужно. Разом разобраться со всеми вопросами.

Но я продолжил смотреть — нужно было увидеть всех, прежде чем решать.

Туманный убийца

Четвёртая. Суккуба.

Из тьмы выступила девушка — слишком красивая, чтобы быть человеком. Каждое движение дышало соблазном. Кожа — бархатная, гладкая, глаза — два озера, в которых хотелось утонуть. Та самая первая любовь из твоих мечтаний. Идеал женственности и красоты. На ней едва ли была одежда — скорее намёк на неё. Улыбка — тёплая, обещающая, наполненная страстью и целомудрием одновременно. Способна подстроиться и обольстить любого… Вплоть до короля или даже бога…

Суккуба.

Вдруг я что-то услышал. Какой-то шум прорывающийся из реального мира.

Моргнул. Сбил концентрацию.

Домен исчез — и я снова стоял в боксе. Проклятие! Закончу позже.

— Спасибо за выбор, мой повелитель. Я не подведу. — прошелестел в голове вкрадчивый голос.

Н овый слуга. Адский шут. Уровень 1.

Что б. я? Какой на… уй шут? Я же не успел завершить выбор! Проклятие!

— Александр Николаевич! Александр Николаевич! — разрывалась оставленная Савельевым рация.

Похоже, что взывает он уже давно.

— Что случилось? — ответил я, поднимая с земли рацию.

— Гости. СИБ. МВД. Репортёры. Сдерживать больше не можем, только если стрельба, но тут у нас шансов нет. Минута-две максимум.

— Не надо ввязываться, пропускайте их, всё хорошо! — я рывком поднял себя на ноги.

Огляделся.

Пять тел валялись на полу. Они были живы. Но пустые. Это больше не люди. Овощи. Они могли есть, пить, спать. Справлять нужду. Но это была пустая, пускающая слюни оболочка. В ней не было главного. Души. Кстати, именно такое случилось бы с Линой или Савельевым вздумай они нарушить принесённую мне клятву верности.

Я выдохнул.

Сил уже не было. Но ситуация требовала изыскать резервы. Ещё раз внимательно оглядел бокс в поисках того за что могли зацепиться следаки. Вроде всё чисто.

Пентаграмма исчезла — она перенеслась в адский домен. Из следов, только безжизненные тела, да пара пятен крови… С телами конечно вопросов я не оберусь. Ладно… Есть один хитрый ход.

Я оскалился.

До визита нежданных гостей осталось наверное меньше минуты, поэтому действовать надо было быстро.

Усилием воли я вернул сознание в тела бандитов. Да, их души теперь были в адской печи, но связь между душой и телом ещё сохранялась. И сохранится она до сорока дней. И захоти я, я мог надавив на душу, на время разрешить ей управлять своим телом. Разумеется выполняя то, что я прикажу. А взамен… Взамен, скажем, я могу немного снизить ту боль, которую душа испытывает в печи. Отказавшихся не было. Едва души несчастных получили предложение, они в то же мгновение ответили согласием. Лежавшие на земле бандиты, застонали, потянулись… До прибытия оперативников оставались считанные секунды.