Демон в теле Наследника

Глава 25 Эпилог

Интерлюдия XII

Императорский дворец. Закрытый зал для совещаний. Императрица, Валевский, подполковник СИБ Гаврилов и его помощник.

Дверь в бокс вылетела… В помещения ворвался отряд тяжело вооруженных оперативников Службы Имперской безопасности. Рассыпались веером. За их спинами маячили десяток операторов с камерами и микрофонами.

Служба Имперской Безопасности! Всем лежать! Руки за голову! — ревел голос командира так словно он штурмует логово террористов.

Он ожидал увидеть всё что угодно, но не это:

Посреди бокса стояла старая, покосившаяся табуретка. На табуретке — наследник Российской Империи, Романов Александр Николаевич. Вокруг него сидят на корточках пятеро похищенных уголовников, живые, целые, спокойные.

Внимательно смотрят на наследника, едва ли в рот не заглядывают.

— Я ещё раз повторяю, подобное поведение недопус… — ворвавшийся отряд, оборвал наследника на полуслове.

— Цесаревич, Романов Александр Николаевич. Прошу прощения, что спустилось? — наследник, представился сокращёнными тутулом, встал с табуретки, повернулся к СИБовцам, поднял руки.

— Да всё ровно, командир, — вставил Нежданов, растирая запястья. — Чего кипишь? Что за маски шоу?

Чуть дальше Императрица увидела новоделанного начальника охраны пасынка — Савельева. Тот стоял с поникшей физиономией. Увидев происходящее его глаза широко открылись от удивления.

Вдруг ей показалось что наследник поймал взгляд своего охранника и подмигнул ему.

Офицер СИБ собрался с духом:

— Ваше Высочество, Романов Александр Николаевич, вы должны пройти с нами.

— С удовольствием. — Александр поднялся с табуретки. — Как раз собирались к вам.

— К нам? — немного растерялся командир. — С какой целью?

— Да, именно к вам. Эти господа, — он кивнул на уголовников, — прониклись и хотят написать явку с повинной. Им есть о чём рассказать.

Пятеро рецидивистов тут же начинают кивать, соглашаясь.

Как провинившиеся школьники перед строгим учителем.

Камера на секунду убежала в сторону — один из бойцов не выдержал и выругался сквозь зубы.

Кадр застыл.

Гаврилов выключил запись.

Тишина была такой густой, что слышно было, как Валевский скрипнул зубами.

— И что дальше?.. — холодно спросила Императрица.

— А ничего, Ваше Величество, — пожал плечами Гаврилов. — Они и правда пошли в отделение СИБ. Добровольно. Написали явки с повинной. Не только письменные — записали видеообращения с признанием в преступления. Выложили в сеть. Весь интернет гремит. Западные СМИ зацепились уже, выпускают репортажи, разборы…

Он замолчал на секунду, прикрыв глаза.

— Раскололись подчистую. Каждый. Рассказывают всё: уже по паре десятков «висяков» есть огромный прогресс. Несколько старых дел вернули обратно на пересмотр. Рассказывают всё. Долго, обстоятельно, в хронологической последовательности. По итогам, на текущий момент в их послужном списке подставы, убийства, пытки, рэкет и так далее. Дали фамилии заказчиков, исполнителей, кого крышевали, на кого работали. Ниточки тянутся на самый верх. Пока дошли до начальника городского МВД включительно. До регионального управления пожарной службы. Даже некоторый из сотрудников моего ведомства оказались замешаны. Там сотня эпизодов и это минимум. А они продолжают говорить. — Гаврилов вдохнул и продолжил. — За двое суток город вывернуло наизнанку. Четверть чиновников написала отпуск. Ещё треть — заявление об уходе по собственному.

Валевский сжал искусанные губы:

— Хватит этих подробностей. Мы и так это знаем. Ты словно смакуешь — оборвал Гаврилова он.

Императрица слегка наклонила голову, наблюдая за реакцией князя с тонким удовольствием.

— А заткнуть их нельзя?

— Мы пытались… Скажем так… Убеждать… Но они словно ничего не бояться. Им плевать на себя и на всех вокруг. Только непонятная жажда раскаяния. А есть убрать их прямо сейчас это слишком сильно бросится в глаза и привлечёт ещё больше внимания к делу. Да и самое главное они уже рассказали, остальное так, мелочи. — произнёс помощник Гаврилова.

— Да что он такое с ними сделал то… — качала головой регент. — Мне даже любопытно. Князь, эти ниточки там в вашу сторону не вьются случайно? — Императрица насмешливо смотрела на Валевского.

Бледный князь сидел вцепившись руками в подлокотники:

— Я с ними… работал косвенно. И исключительно по вашему поручению, Ваше Величество. — князь чувствовал что задумай Её Величество сейчас от него избавится, это был бы лучший момент.

Анастасия усмехается уголком губ:

— Так оборвите хвосты, князь. Вы, кажется, большой мастер в этом. Мне ли вас учить?

— Вы не понимаете, Ваше Величество… — выдавил Валевский. — Их будто подменили. Эти шакалы раньше даже под пыткой слово не выдавали. Теперь — каются. Искренне. Чуть ли не молятся. Говорят всё, что знают. И все как один стали заядлыми посетителями храма в СИЗО. Хотя до этого были безбожниками. — он сглотнул. — Так не бывает. Я не понимаю.

— И что вы думаете делать? — спросила Императрица. — Помощь требуется? Гаврилов, окажите князю содействие…

— Не надо. — покачал головой князь. — Справлюсь сам. Убрать парочку звеньев и цепочка до меня не доберётся.

Он выпрямился:

— А что по поводу того артефакта? Получилось найти что-то? Вы обыскали наследника?

— Ну мы предполагаем, что состояние подозреваемых и объясняется воздействием артефакта. Других рациональных объяснений у нас нет. По понятным причинам мы озвучить это следствию, что бы повлиять на ход расследования, мы не можем. Наследника обыскали. И он любезно разрешил это сделать, даже не возразив. Он чист. Артефакта не обнаружено.

— Я же говорила что это бред. Его не существует. — закатила глаза императрица.

— Либо же этот артефакт способен скрывать себя так, что мы найти не в состоянии. Если он выводит из строя камеры, пудрит мозги людям… Почему не может быть такого что он попросту создать в голове у досматривающего картину того, что перед ним пустое место, хотя на деле артефакт прямо перед ним. Или же, например, он может менять форму. И это просто пуговица на пиджаке у Александра Николаевича. Аномалии мало изучены и до сих пор преподносят нам множество сюрпризов. — хмуро произнёс Гаврилов.

— Это вы уже бредите. По вашим словам это какое-то супероружие уже. — неуверенно произнесла Императрица, собирая руки в замок. — Пробуждает дар, исцеляет тело, отключает камеры, отводит взгляд, изменяет разум… Я ничего не забыла?

— А проверяли психику этих бандитов? Если они, как вы предполагаете, были подвержены влиянию на разум, или может какому-то психозу… или гипнозу? — продолжил Валевский.

— Конечно. Каждого из них проверил психиатр со специальным артефактом. Признаны вменяемыми, внешних воздействий не обнаружено. Есть что-то непонятное, но что это неизвестно. Специалисты не могут объяснить толком, но все как один заверяют что какая-то неуловимая странность в их поведении есть. Не свойственная их психотипу.

— Вот-вот! Это оно и есть! Это позволит опротестовать их показания? — схватился за соломинку Валевский.

Гаврилов покачал головой.

Исходя из их отчёта это больше похоже на следствие сильного эмоционального потрясения. Но что такого с ними мог сделать Цесаревич за тот десяток минут когда они были в ангаре одни, я предположить не могу. — Гаврилов покачал головой. — Ну если версию с артефактом отмести. — он бросил осторожный взгляд на Императрицу.

— А что наследник? — спросила она.

— Почти два дня провёл в СИБ. Приезжал рано утром, уезжал поздно вечером. Добровольно. Спокоен. Вежлив. Говорит, что закон не нарушал, просто провёл с подозреваемыми беседу и они прониклись. — Гаврилов усмехнулся. — На все вопросы отвечает охотно. Сам требует проверить деятельность силовых структур, инспекций и работу чиновников. Нашёл связь между деятельностью этой ОПГ и саботажем работы Смоленского текстильного… От его работников поступило почти две сотни заявлений. Подозреваемые со всем согласились, виновными себя признают.

Валевский нервно рассмеялся:

— Это… это провокация! Он… он делает это специально! Хочет выбить опору из-под нас!

— Он уже выбил, князь. — Гаврилов не моргнул. — Ещё и вывел всё в публичное поле.

— И что он собирается делать дальше? — спросила Императрица, словно наследник посвящал Гаврилова в свои планы.

Подполковник СИБ пожал плечами:

— Как я полагаю, он собирается покинуть в ближайшее время Смоленск, и ехать в Санкт-Петербург. Вопрос со Смоленским текстильным он считает закрытым. Более того, он написал заявление о переводе завода в его личный фонд.

— Чего-о-о? — фыркнула Императрица. — Что за личный фонд? Что это за бред? Почему я впервые об этом слышу?

— Информация была, но из числа непроверенных. Таких слухов у нас много, поэтому я раньше времени Вас в такие детали не посвящаю. Слишком уж много подобного у нас… Информация была изложена в поданном Вам, письменном рапорте, в разделе «Неподтвержденной информации». Буквально минут тридцать назад всё подтвердилось, и я докладываю: есть старый закон, ещё XVII века… В открытом доступе его нет. Гриф имеет «секретно». Им давно никто не пользуется, но и отменить его не удосужились…

— К делу! — потребовала Императрица.

— В общем: наследник трона имеет право вывода в своё личное владение часть государственной собственности. Без права дальнейшей перепродажи. До пяти процентов от всех предприятий и земель Империи. Этот закон был принят давно, принят для того что бы будущий государь, до восхода на престол уже мог проверить себя в государственном управлении и получить навыки руководителя…

— Я хочу увидеть этот закон сама. — потребовала Императрица.

— Будет сделано, ваше величество. — поклонился Гаврилов. — Но юристы уже проанализировали документ, он в своём праве.

— Откуда он вообще узнал о существовании такого… документа? — изумлённо откинувшись в кресле произнёс Валевский.

— А что ещё говорят? Мы можем ему помешать? Я же могу наложить вето.

— Можете. — кивнул Гаврилов. — Но мне кажется надо соглашаться.

— Почему же? — Императрица принялась нервно обмахиваться веером.

— Потому что он просит мало. Смоленский текстильный это далеко не пять процентов от всех земель и предприятий государства. Если мы будем ставить палки в колёса от он запросто может в новом требовании запросить больше. И рано или поздно добьётся своего.

— Мы попросту отменим этот закон, и дело с концом. Признаем его не действительным. — решила Императрица.

— Это не так просто. — покачал головой Гаврилов. Он принят одним указом с ещё рядом проектов. Что бы отменить только его, придётся проделать огромную работу.

— Я согласен что нужно ознакомиться содержанием этого закона лично. Но всё же сейчас я советую так: отдайте ему что он хочет, Ваше Величество. — махнул рукой Валевский.

— Я не узнаю вас, князь. Вы боитесь? — подняла бровь Императрица. — Бежите с поля боя? Вы же сами говорили что «зарвавшегося юнца надо поставить на место».

— Я не бегу. Просто иногда, выгоднее отступить и лишь затем нанести удар. — возразил Валевский. — Пусть он думает что победил и мы сдались. Он же начинает обучение в академии? А вы сами знаете как много возможностей там погибнуть. Какой процент гибели к седьмому курсу? Десять процентов, да?

— Что-то около того. — кивнул Гаврилов. — Но по нашей информации наследник делает хорошие успехи в освоении своего дара даже без учёбы в академии. Что кстати тоже объясняем артефактом… — Гаврилов замолчал на мгновение, поймав строгий взгляд Анастасии Романовой. — Так что и там у него проблем не будет. К тому же: по правилам, несмотря на свой возраст, его зачислят в подготовительную группу. С семилетками. Рисков там маловато… Учитывая что до пятого курса дуэли запрещены. — сменив тему продолжил он.

— Разве может быть такое что бы шестнадцатилетний подросток учился с детьми семи лет? — изумилась Императрица.

— Таковы правила, это правда. — пожал плечами Валевский. — Инициированные позже, несмотря на возраст начинают обучения с самых азов. Прецеденты уже были. Но как правило такие долго в академии не задерживаются. Дар в зрелом возрасте развитию поддаётся плохо и они либо гибнут, либо отчисляются.

— Но наследник престола это не простой человек. К нему и требования выше чем к остальным! — пафосно заявила Императрица. — Мы подготовим обращение в адрес ректора академии, с просьбой зачислить его сразу на… — Императрица замялась. — Князь, на каком курсе учится ваша дочь? Они же ровесники.

— На шестом, ваше величество.

— Тогда туда и зачислим.

— Ему будет сложно. — улыбнулся Валевский.

— Смертельно сложно. — поправила Императрица.

Я сидел в своём кабинете в Смоленском текстильном. Потихоньку завершал текущие дела и готовился к отъезду.

Мне повезло. Сказочно.

Даже задумай я всё это провернуть специально, не вышло бы лучше.

Враг следил за нами и хотел нанести удар, застав меня на месте преступления, даже репортёров взяли с собой… а в итоге…

Удалось нанести сокрушительный удар, выведя на чистую воду всех тех кто был замешан грязных делах в Смоленске.

В органах шли масштабные чистки. Бандиты дали показания и сейчас сидели в камерах, ожидая решения суда. Но они его не дождутся. Минёт сорок дней и их души вернуться в печь, оставив оболочки пустыми. Но своё дело они уже сделали.

Жалко было оставлять спасённый завод Императрице. Но как нельзя кстати позвонивший Мещерский поделился одним интересным законом, позволившим сохранить его.

Он даже помог правильно составить заявление от моего имени в государственную коллегию. И теперь, в скором времени, Смоленский Текстильный станет моей собственностью.

Этим я убивал сразу двух зайцев. Был найден источник независимого финансирования о котором мы говорили с Савельевым.

Теперь, даже вздумай матушка лишить меня содержания, я смогу обеспечивать себя сам.

А во-вторых, не будут напрасным все усилия, что мы вложили в этот завод.

Я нахмурился вспомнив то что до сих пор печалило меня.

Сделанный по ошибке выбор слуги.

Я до сих пор не мог принять и смирится с тем как у меня в домене началось формирование первого легиона.

Легиона шутов.

Досадная, нелепая случайность, возможно испортившая будущее домена.

Не сказать что ситуация неисправима. Я всегда мог изгнать его обратно, в Круговерть Пустоты. Но тогда я ещё невесть сколько оставался бы вообще без слуги, потому как призвать нового сейчас было попросту невозможно…

И я всё откладывал и откладывал разговор с ним, то под одним, то под другим предлогом. Но вот, резерв был полон, все текущие дела закрыты. И больше оправданий не было.

Нужно было принять решение.

— Шут! — мысленно позвал я.

— Да, Повелитель! — тут же отозвался в голове шелестящий голос. — Ещё раз благодарю Вас что выбрали меня.

— Подожди радоваться. Ты знаешь что я выбрал тебя по ошибке?

Перед моим взором мелькнул образ грустной, повесившей нос фигурки, в колпачке с бубенцами и смешных ботинках. Дело рук шута. Он что, думает так меня разжалобить?

— Вы изгоните меня, Повелитель?

— Но прежде я хочу дать тебе шанс доказать свою полезность.

— Я готов служить Вам, Повелитель.

— Хорошо. Слушай первое задание. Нужно найти одного человека. Фамилия Головин. Он был тесно связан с душами, что сейчас томятся в Печи. Можешь поговорить с ними.

— Понял Повелитель. И что мне с ним сделать когда найду?

— Он должен умереть. — приказал я. — Если не можешь сделать это сам, просто найди его и сообщи где он… — я спохватился что Шут, к тому же едва-едва призванный из круговерти, возможно просто не способен убивать.

Я ещё раз выругался. Как он вообще умудрился стать высшим?

— Я смогу, Повелитель. Не беспокойтесь. — заверил меня слуга.

Через два дня я наткнулся в интернете на новость, что где-то в посёлке городского типа, на окраине Перми мужик выбросился из окна девятого этажа.

Посмотрев на фотографию распластанной на асфальте переломанной фигуры я узнал Головина.

Хорошо. Не знаю как, но Шут справился. Пусть остаётся. Дам ему шанс.

— Ты справился?

— От вас ничего не скроешь, мой Повелитель. — тут же отозвался Шут.

— Почему ты сразу не сказал?

Образ шута неоднозначно пожал плечами.

— Как именно ты это сделал?

Шут послал мне образ-видение.

Посмотрев я усмехнулся.

Талантливо.

— Хорошо. Какое у тебя зовут, Шут?

— У меня нет Имени Господин.

— Я буду звать тебя Грим'Зуул Аррах. — решил я. — Ты знаешь что это значит?

— На древнем наречии это означает «Тот кто смеётся последним».

— Верно. — удивлённо произнёс я. — Это твоё Истинное имя. А так я буду звать тебя Грим.

— Спасибо Повелитель. — в голосе шута была истинная благодарность. Теперь, когда он получил из моих рук имя, часть энергии генерируемой доменом шла ему. Да, я терял часть сил, но привязывал своего слугу к себе и позволял ему становится сильнее. В дальнейшем это вложение окупится.

Уважаемые читатели! На этом первый том цикла закончен.

Вторая часть здесь. https://author.today/work/521104