Дикая Ника для бандита

Глава 22

Сижу в небольшом кабинете местной больницы и пытаюсь понять, как же я так могла встрять?

Молодая девушка-врач напротив записывает мне в электронную карточку данные, а я убеждаю себя, что со всем можно справиться и с этим тоже.

— Вы же понимаете теперь, что у Вас никакое не отравление? — спрашивает на английском врач.

— Да, — отвечаю хрипло я, ещё и киваю.

В доме, что я снимаю уже второй месяц, случился переполох, когда я целый день не выходила. Женщина, что сдаёт мне его, вызвала скорую, да ещё и сама решила поехать со мной.

И сейчас эта женщина сидит на улице и ждёт, когда я выйду на улицу и скажу, что со мной. А что я должна ей ответить, не представляю.

Я не могу сказать ей, что отравилась, так как ем я только дома, а готовит мне именно она.

Ну почему всё это происходит именно со мной?

— Вы здесь надолго? — спрашивает доктор.

— Вероятно, да, — киваю я в ответ.

И самое интересное, что мыслей «а может, не нужно» или «всё можно решить за час» даже не возникает в голове. А вот то, что совершенно точно не готова встречаться с отцом моего малыша — появляется молниеносно.

— Тогда Вам лучше съездить в платную поликлинику в город и провериться там, — доктор начинает выписывать ещё один бланк. — Вас полностью обследуют и пропишут нужные препараты от токсикоза. Судя по всему, он у Вас очень сильный. А у нас здесь нет того оборудования, которое нужно использовать.

Слушаю девушку и киваю ей, а сама тихо радуюсь, что она всё записывает.

Я же недавно только узнала, что моя Яська ждёт малыша от своего Рембо.

Хотя только Стальнову я и благодарна, что он меня отправил сюда. Тепло, тихо и безопасно. За то, что я проехала по чужим документам, прибить его, конечно, хочется, но за то, что меня до сих пор никто не нашёл — спасибо.

А, нет, не только Стальнов постарался. Ещё и папа Илюша.

Отец Яси быстро сделал так, что я уехала кататься по стране. И почему таких мужиков нет больше? Почему все хорошие либо старые и давно дедушки, либо заняты?

— Ника, Вы меня услышали? — спросила доктор, внимательно заглядывая в глаза.

— Да, — кивнула я снова. — Вы же записали?

Девушка улыбнулась понимающе и, передав мне две выписки, попрощалась.

Вышла в коридор и, присев на мягкий диванчик, попыталась осознать, что же на самом деле произошло. Но почему-то у меня в голове не укладывалось всё.

Перед глазами всплыли результаты анализов в самых разных и дорогих клиниках, где я проходила тихонечко лечение. Все как один ставили мне вердикт, что я бесплодна, что мой поезд ушёл, что я уже не смогу родить, что я просто не способна на это.

И я приняла всё. Согласилась, успокоилась и продолжила жить и радоваться мартышкам Яськи и деткам Машки. А сейчас… Что теперь мне делать?

На улице меня ждала мадам По, которая сдавала мне домик. Взволнованная, бледная, но как только услышала причину, почему мне было плохо, расплакалась и пообещала, что теперь будет готовить для меня ещё вкуснее.

Мне понадобилось больше недели, чтобы окончательно понять, что я действительно беременна, и как итог, я всё же попала к доктору в город.

Но здесь нарисовалась новая проблема. Если рожу здесь, то ребёнок станет гражданином страны, а мне такие проблемы не нужны. Я не планирую здесь жить. Я ехала сюда только для того, чтобы успокоить свои нервы.

Мне ещё снятся сны, где я вижу Давида, где он сжимает меня. Чувствую, как он двигается во мне, возбуждая и наполняя до предела. Смотрю в его наглые глаза и понимаю, что болеть в груди не перестаёт.

А что, если у моего малыша будут черты Давида? Как я буду к нему относится? Смогу ли полюбить?

— Смогу! — ответила себе уверенно, смотря в ночное звёздное небо.

Здесь, на другом конце земного шара, небо другое, но не менее прекрасное. А у океана оно ещё красивее и ярче.

— Я всё смогу ради тебя, малыш! — положила руку на ещё плоский живот. — Ты будешь самым счастливым. От таких подарков не отказываются. А ты мой подарок.

Горло сковало спазмом, в груди закололо, а глаза ослепили слёзы. Да, Ника, и это только начало.

Я достала мобильный и, посмотрев на время, всё же не выдержала. Я и так игнорировала Яську с Машкой неделю. Открыла мессенджер, где у нас общий чат с девочками. Очень давно никто там ничего не писал.

Набрала сообщение и, не задумываясь, отправила. Прошло всего две минуты, как номер Яси уже мигал на экране.

— Твою же мать! — закричала Яська в трубку вместо «привет».

И я с ней полностью согласна.

— Я не знаю, что мне делать, — прошептала я.

— Ты уточни, пожалуйста, в каком направлении мне думать, потому что я не хочу думать в самом ужасном, — попросила Яся.

— Нет, — хохотнула я нервно. — В самом ужасном я даже не думаю. Но и… — я запнулась, не в силах собрать всех гусей. — Мне так больно, Ясь.

— Ну это нормально, — ответила она. — Всегда больно, когда всё по-настоящему.

— Особенно когда по-настоящему только у одного, — ответила я.