Долгая дорога. Зов Вора

Глава 14. Часть 1

Сегодняшнее утро не обещало ничего необычного. Просто начало очередного дня, когда я открывала глаза, механически поднималась с постели, шла в душ, потом долго сидела у зеркала, рассматривая свою угрюмую физиономию, причесывая и заплетая в косу длинные волосы. Планов на день не было. Разве что схорониться где-нибудь подальше от посторонних глаз. Занятия? Да, плевать я на них хотела! Не смотря на все увещевания подруги, о том, что жизнь продолжается и нельзя снова замыкаться на своей боли, что надо двигаться вперед, отвлекать себя чем-то от тяжких дум, я целиком и полностью забросила всю учебу.

К Ванклифу мне было неприятно ходить. Я понимала, что он ни в чем не виноват, что у него был прямой приказ хозяина, да и не мог он знать, к каким последствиям приведет та злосчастная лекция, но ничего не могла поделать с ощущением, будто он тоже предал меня.

Верховая езда? Хватит с меня, накаталась уже по самые уши. Если Хромов захочет меня принудить к этим занятиям - пожалуйста, флаг в руки, он же сильный, ему все можно. Сама же я больше не собиралась себя этим терзать.

Занятия по самозащите с Хасаном? Тоже пусть катятся ко всем чертям. Мне еще только не хватает оплеух и трехчасовых забегов по двору. Это моя жизнь и мои решения.

Собравшись, я направилась на кухню, что бы перехватить на ходу что-нибудь съестное, а еще лучше урвать еды и отнести ее в свою комнату, что бы в тишине заедать горе.

Слуги при моем приближении замирали и, подозрительно косясь, старались скрыться. Дело в том, что я, устав от их взглядов исподтишка и перешептываний за спиной, устроила разбор полетов одной из не в меру любопытных горничных, пойманной за подслушиванием нашего очередного скандала с Александром. Бедняга чуть не поседела, когда я выплеснула на нее всю ту желчь, что скопилась внутри меня. Слухи по замку распространялись с молниеносной скоростью, и вскоре каждая собака знала, что Ольга Лаврова озверела и бросается на ни в чем не повинных людей.

На это мне тоже, кстати плевать.

Подходя к малой столовой, я услыхала сердитые голоса. Прислушавшись, поняла, что это Виктория и Александр, и они о чем-то спорят. Повинуясь порыву, подкралась к двери и, приложив к ее поверхности ухо, стала бессовестно подслушивать. А, что такого? Всем можно, а мне нельзя?

- Мне все равно, как ты это сделаешь! Но что бы завтра она была на приеме, и в адекватном состоянии.

- Да, не пойдет она никуда!- сокрушенно воскликнула подруга,- ты же сам видел ее состояние! О каком адеквате может идти речь? Хочешь публичного скандала?

- Мне все равно, в каком она там состоянии. На приеме она будет и точка,- рявкнул Хромов.

- Не смей повышать на меня голос,- звенящим от негодования голосом, осадила его Вика. Молодец она все-таки, я бы вот так никогда не смогла, у меня чуть что визги, крики, слезы, а она всегда с чувством собственного достоинства,- не я сделала из нее злобную ведьму! И не пытайся переложить на меня ответственность за свои поступки! Да и какая тебе разница, будет она на балу или нет? Пусть сидит у себя, если ей этого захочется, нервы у всех целее будут. И у тебя в том числе!

Саша с минуту молчал, наверное, опешив от Викиных слов, а потом ответил спокойно и бесконечно надменно:

- Она придет на прием по одной простой причине. Я должен держать ее на виду, перед своими глазами, потому что не знаю, что может придти ей в голову, и какое, очередное безумие она может сотворить. И если ты не уговоришь ее, то я все сделаю сам. Приволоку в зал, свяжу и поставлю в углу, на всеобщее обозрение.

- Ты этого не сделаешь!

- Хочешь проверить?- в его голосе сквозила неприкрытая насмешка,- давай, только потом не говори, что я не предупреждал. Я, надеюсь, понятно выразился, и смысл моих слов дошел до всех?

При этих словах дверь, за которой я пряталась, распахнулась, громко ударив по стене, а меня саму, скрючившуюся в непотребной позе скорбного разведчика, воздушной волной подтащило к столу. Виктория удивленно смотрела на меня:

- Не знала что ты здесь.

Я лишь отрешенно пожала плечами, упорно избегая взгляда Александра.

- Раз уж ты тут и все прекрасно слышала,- невозмутимо произнес он, поднимаясь из-за стола,- я надеюсь, хотя это глупо, на то, что сделаешь как надо. В противном случае ты знаешь, что тебя ждет. Я шутить не умею.

И он ушел, оставив меня как всегда в состоянии крайнего бешенства.

- Завтра ты идешь на этот хр*нов прием,- с мрачной уверенность заметила Вика, -и если он не свяжет тебя, то это сделаю я. Хватит уже всего этого д*рьма. Ты сделаешь, как он хочет, ничего с тобой не станет.

- Я не буду этого делать,- упрямо сложила руки на груди и с вызовом посмотрела на подругу. Та спокойно выдержала мой яростный взгляд:

- Неужели ты не видишь, что балансируешь на острие ножа? Сколько еще твоих выходок Хромов спустит просто так, на тормозах?

- Ты за него что ли?

- Нет, я за благополучное разрешение конфликта. Да, он поступил по-скотски и прощения ему быть не может, хотя я уверена, что рано или поздно ты найдешь повод оправдать его для самой себя, но твои нынешние действия бессмысленны! Надо включить мозг, продумать линию своего поведения, а не как ты, с шашкой наголо и головой об стену. От твоих действий все становится только хуже, неужели не понимаешь этого? Даже если у него в начале и были зачатки раскаяния, то теперь они безвозвратно растворились. Он злится и с каждым днем все сильнее, и я даже боюсь представить, во что его злость может вылиться, к каким последствиям, в первую очередь для тебя, может привести. Включай голову Оль, призывай на помощь хитрость женскую, в общем, делай что угодно, но прекрати быть истеричной идиоткой, раз за разом пробующей его нервы на прочность. Поверь, если он сорвется, то нынешняя ситуация покажется тебе веселыми каникулами!

С этими словами Вика тоже поднялась из-за стола и покинула кухню, оставив меня в гордом одиночестве:

- Ну и пожалуйста,- обиженно фыркнула я, некрасиво плюхнувшись на стул,- мне и одной не плохо.

Вынырнувший с кухни слуга, с опаской подошел ко мне и поинтересовался, что бы мне хотелось:

- Еды,- рявкнула я на него, закрепляя образ злобной стервы, - и повкуснее!

Бедняга вздрогнул и, сломя голову, бросился на кухню, выполнять мой приказ, а я в ожидании своего завтрака, снова погрузилась в тяжелые мысли.

Значит завтра уже этот дурацкий бал? Господи, как быстро летит время. Казалось бы, еще совсем недавно была весна, а, не успела оглянуться и на носу середина августа. Когда Саша мне впервые сказал о приеме в День Северного Ветра, я отмахнулась как от чего-то неимоверно далекого, и вот он уже завтра.

Не хочу я туда идти, вот хоть ты тресни. Что я там забыла? Быть как бельмо на глазу? Терпеть нескончаемые любопытные взгляды, ощущать, как все вокруг перемывают кости, гадая, что нас связывает с хозяином. Большинство и так решит, что я очередная постельная грелка, скрашивающая его скучные вечера. Нет уж, увольте, обойдусь без этого сомнительного удовольствия. В памяти всплыли слова о том, что он меня свяжет, если я добровольно не приду на этот печальный сабантуй. Черт, может ведь, назло мне, что бы выставить перед всеми в еще более унизительном свете.

Слуга принес завтрак, торопливо поставил его передо мной и скрылся на кухни. Правильно, вали подальше, нечего мне глаза мозолить.

Задумчиво ковыряясь в каше, рисуя на ее поверхности глупые рожицы, я размышляла о своей незавидной участи. Наверное, Вика все-таки права, и придется мне завтра затолкать свой норов куда подальше и присутствовать на этом мероприятии, тихо вздыхая в уголке, предаваясь тоскливому унынию.

Стоп! А, почему, собственного говоря, я должна тосковать? Кто мне мешает завтра накраситься, одеть самое сексуальное платье, из имеющихся в наличии, и отлично провести время? Пусть этот гад увидит, что мне хорошо, весело и абсолютно плевать на него.

- Ха,- злорадно усмехнулась вслух,- хочешь моего присутствия на этом приеме? Ты его получишь!

После такого решения сразу и настроение как-то в гору пошло, и жизнь не такой уж беспросветной показалась. Я неторопливо закончила свой одинокий завтрак, даже получив какое-то удовлетворение от вкуса пищи, заглянула на кухню, и разжилась корзинкой свежих ароматных яблок. Не знаю, что из них собирались готовить, но мне они нужнее.

Весь день я бессовестно бездельничала. Расстелила на балконе одеяло, поставила рядом добычу, в виде благоухающих фруктов, и загорала, без малейшего сожаления пропустив время обеда.

То ли большая доза витамина D, поступившего благодаря солнечным ваннам, то ли осознание того, что завтра я смогу хоть как-то утереть Саше нос, привело к тому, что под вечер мое настроение все так же было приподнятым.

Перемены естественно не прошли незамеченными для Виктории. Подруга, спустившись к ужину, ни мало удивилась, обнаружив меня в столовой, ведь последнее время предпочитала принимать пищу у себя. А тут сижу, бодро поглощаю картофельные оладьи, в глазах блеск лихорадочный.

- Как дела?- поинтересовалась она, подозрительно поглядывая в мою сторону.

- Неплохо,- я пожала плечами, запихивая в рот очередной оладышек.

- Да? - Ее взгляд наполнился сомнением,- интересно, с чего такие изменения?

- Просто так.

Вика по-прежнему продолжала гипнотизировать меня своим взглядом, а я по-прежнему продолжала есть, не обращая на нее никакого внимания.

- Знаешь, чего я боюсь больше твоих затяжных депрессий?- наконец спросила он, нахмурив брови.

- Понятия не имею.

- Твоих внезапных смен настроения.

- С моим настроением все в полном порядке.

- Вот как раз это меня и пугает, - всплеснула руками подруга, -исходя из имеющегося опыта, в голову закрадывается нехорошие подозрения, что тебя посетила какая-нибудь "гениальная" мысль.

- Нет у меня никаких гениальных мыслей, все как всегда.

- Надеюсь, ты не собираешься, каким-нибудь образом избежать завтрашнего приема? Хромов тогда тебя точно...

- Вик, я пойду на этот прием, успокойся.

Виктория опять подозрительно уставилась на меня:

- Это с чего такая кардинальная смена решения?

- Просто так,- усмехнулась я, - почему бы и не сходить. Тем более, когда еще в жизни удастся побывать на таком мероприятии.

- То есть, вот так, сама, без принуждения пойдешь?- не унималась она.

-Да. Мне даже самой хочется этого.

Подруга подперла щеку рукой и с безграничной тоской покосилась в мою сторону:

- И почему у меня такое чувство, что все это может плохо закончиться?

- Наверное, потому что ты пессимистка,- хмыкнула я, наконец, отодвигая от себя тарелку. Оладьи очень вкусные, но если я съем еще хоть один, то завтра в нарядное платье точно не влезу. Кстати, а где мое платье? Что-то я не припомню, чтобы я при разборке сезонного чемодана, доставала какой-нибудь праздничный наряд. Забыла что ли? Да не может этого быть!

- Вика, у тебя в чемодане нет случайно моего выходного платья,- обеспокоено поинтересовалась у подруги, осознав, что мои грандиозные планы относительно завтрашнего веселья оказались под угрозой срыва. Не идти же в обычном сарафане!

- Что-то было. Пакет, по-моему, какой-то лежит,- ответила она, после некоторого раздумья,- после ужина пойдем ко мне, посмотрим.

Я согласилась и, медленно потягивая обжигающе-горячий чай, стала ждать, пока подруга не закончит с трапезой.

Оказавшись в Викиной комнате, я устало растянулась на кровати. Вот, от чего, собственно говоря, устала? От ничего не делания? Нет, так дело не пойдет, с завтрашнего дня начну бегать по утрам, а то совсем обленилась.

При мыслях о беге, невольно поморщилась, опять вспомнив свое недавнее путешествие. Пожалуй, с бегом по утрам я погорячилась, лучше йогой займусь. Точно! Именно так и поступлю!

Вика тем временем извлекла из недр шкафа плотно завязанный яркий пакет, поверх которого маркером было написано "Ольгино". Попыталась его развязать, но в конечном итоге сдалась, и просто проковыряла отверстие. Заглянув внутрь, она красиво, заковыристо выругалась. Мне даже завидно стало:

- Ты чего?- спросила у нее, с интересом приподнявшись на одном локте.

-Знаешь, что такое ирония судьбы? Это когда прячешь какую-нибудь вещь подальше, как говориться с глаз долой из сердца вон, а потом она всплывает на поверхность в самый удачный момент.

- Ты о чем?- я ничего не поняла из ее расплывчатой речи.

Викуля обреченно вздохнула, и, запустив руку в пакет, извлекла оттуда платье. Мое платье. Мое чертово изумрудное платье. То самое, в котором я когда-то давным-давно, еще в прошлой жизни, будучи простым фитнесс-тренером и по совместительству воровкой, отправилась вместо нее на чудесную выставку, под названием «Современное искусство в контексте мировых событий». На ту самую выставку, где я смогла лицезреть шедевры в виде "изумрудной кошки" и "звездного водопада", где я бездарно скучала, и где произошла та самая, роковая встреча, пустившая под откос всю мою жизнь.

-Вика, какого черта? Я же просила тебя выкинуть его!- голос предательски дрогнул, при взгляде на эту тряпку,- ты, вроде как клялась, что именно так и поступила!

Подруга немного смущенно почесала макушку, а потом промямлила:

- У меня рука не поднялась. Тут ткань такая, что восторг от одного прикосновения, и на тебе оно сидит шикарно. К тому же, ты знаешь, я свою работу ценю, и вот так просто взять и выкинуть свое детище, тем более такое, не побоюсь этого слова великолепное, у меня не получилось. Я припрятала его в сезонный чемодан, наверное, потому, что не особа верила в то, что он нам когда-нибудь пригодится, а потом и вовсе забыла. Извини.

Да уж, ирония судьбы, ничего не скажешь! Я как завороженная смотрела на таинственно мерцающую в ее руках вещь. Нет, это не ирония, это самая настоящая издевка! В тот момент я сомневалась, хватит ли мне духу его надеть. Да и стоит ли? Не будет ли это выглядеть как банальный, нелепый ход с моей стороны.

Вику, похоже, одолевали подобные мысли, потому что она, немного помолчав, предложила:

- Хочешь, я тебе отдам свое алое платье? Сама что-нибудь другое надену.

- Интересно что?- усмехнулась я,- джинсы? Костюм для верховой езды? Или может платье повседневное в горошек?

Она пожала плечами:

- Что-нибудь придумаю. Или, если хочешь, можем просто поменяться. Я тебе красное, ты мне зеленое.

- Не стоит!- отмахнулась и забрала платье у нее из рук. Что ж я за трусиха такая? Клочка ткани испугалась? Вот возьму и пойду в нем, и плевать на все!

- Оль, ты уверена, что это хорошая идея,- от сомнений Вика начала кусать губы,- не воспримет ли это Александр как...

- Как?

- Как-нибудь не так?

- Вика, очнись. Ему все рано. Это я помню, что это за платье, потому что та встреча стала для меня самой главной в жизни. Это ты помнишь, потому что сама шила его, и вообще мне кажется, спроси у тебя, и ты назовешь, что было надето на тебе и мне на все наши новогодние праздники, вплоть до яслей. А для Хромова это просто тряпка. Так, что не буду усложнять никому жизнь, своими сомнениями и метаниями по этому поводу, и пойду в нем.

- Не нравится мне эта идея. Как-то все не правильно,- Виктория еще раз посмотрела на сверкающее миллионом крошечный искр платье и отвернулась, поправляя вещи в шкафу,- ты подумай все-таки, может другой вариант найдется.

Я ничего не ответила, рассеяно перебирая пальцами мерцающую ткань.

Следующий день начался в сумасшедшем ритме. Проснувшись как всегда ни свет, ни заря, я вышла на балкон, что бы, как планировалась накануне, заняться йогой, наслаждаясь тишиной и утренним покоем, но вместо этого обнаружила, что двор бурлит, словно растревоженный улей.

Всюду носились слуги, наводили порядок, садовник, как неутомимый терминатор, облагораживал кусты, добавляя последние штрихи в зеленую композицию. Через центральные ворота заезжали телеги со всевозможными продуктами.

Вместо планируемой йоги я простояла не меньше часа, облокотившись на перила и с увлечением наблюдая за человеческим муравейником, раскинувшимся перед моим взором.

В конце концов это занятие стало меня утомлять, и я предпочла вернуться в свою комнату, где было гораздо тише. Кое-как размялась и растянулась, стоя на цветном ковре, потом привела себя в порядок и выскользнула из комнаты, снедаемая любопытством. Уж очень захотелось посмотреть, что это такое "подготовка замка к балу".

А в коридорах творился самый настоящий бедлам. И тут, и там кто-то что-то тер, мыл, чистил, драил, поправлял. Я и не догадывалась, что в Нерлише сто-о-олько прислуги. Теперь, когда они все разом выбрались из своих укрытий, из них можно было собрать целую армию.

Я бродила мимо них, с интересом наблюдая за работой, особенно если при этом использовалась магия. Слуги недовольно косились на меня, но учтиво молчали, склоняя головы при моем появлении.

Среди них носился управляющий, отчаянно вопя и раздавая во все стороны указания и затрещины.

Пару раз я чуть не была сбита с ног, спешащим по каким-то важным делам лакеем в отглаженной парадной форме. Спустившись вниз, обнаружила, что тут основные работы выполнены. Пол блестит, везде ни пылинки. Даже как-то неудобно слало идти на кухню через такое великолепие.

Кухня - это вообще отдельный разговор. Сегодня тут всем, абсолютно всем было плевать на все, кроме предстоящего праздничного ужина. Поэтому никто не обратил внимания на мое появление, и мне пришлось довольствоваться стаканом свежего молока и большим куском ароматного пшеничного хлеба.

Против воли, стала ощущать, как поддаюсь общему настроению, и начинаю в нетерпении пританцовывать, а внутри все затрепетало, словно у маленькой девочки, которую впервые выводили в Высший Свет.

Вернувшись к себе, наметила план действий и приступила к его немедленному воплощению в жизнь. Сначала отмокнуть в ванне, потом намазать себя благоухающим кремом, что бы кожа стала нежной, как у младенца. Хорошенько поспать днем, что бы вечер встретить бодрой, без синяков под глазами. Затем сами сборы: макияж, прическа, туалет. Как всегда позову Вику на помощь. Думаю, подруга будет рада, она уже очень давно не колдовала над моей внешностью, все повода не было.

Мысленно набросав этот не хитрый план, я с особым рвением принялась за его реализацию. Прием назначен на пять часов вечера, так что времени у меня предостаточно.

Времени нет совсем! А все почему? А все потому, что кто-то непередаваемо мудрый не просто отдохнул днем, а бездарно все проспал.

Из теплого уютного сна меня выдернул громкий стук в дверь. Спросонья встрепенулась и села на кровати, даже не понимая, где нахожусь.

Стук настойчиво повторялся раз за разом, заставляя досадливо морщиться. Кое-как встала на ноги и, мотаясь из стороны в сторону, пошла открывать. На пороге стаяла Виктория. Уже накрашенная, причесанная, в красивом струящемся красном платье. Только обувь еще была повседневная, босоножки на высоких каблуках подруга держала в одной руке.

Увидев мою сонную, помятую физиономию, она начала хватать воздух, как рыба, не в силах выдавить из себя ни слова, а потом просто ворвалась внутрь моей комнаты, за руку подтащила меня к стульчику перед дамским столиком и принудительно усадила на него:

- Времени осталось меньше часа! Там уже гости вовсю начали прибывать, а ты как медведица из берлоги: лохматая, с расплывшейся после сна физиономией, не одетая! А, если бы я сейчас не зашла, что бы узнать как твои дела, ты бы так и спала дальше?

- Скорее всего, да. А, что, по-моему, не самый плохой вариант развития событий,- странно, но перед самим приемом мой боевой запал куда-то пропал, и я опять вернулась к той стадии, когда никуда не хотелось идти.

-Все, даже слушать тебя не буду, - Виктория схватилась за расческу и принялась разбирать мои, спутавшиеся после сна волосы. Делала она это так сердито, что десятки моих бедных волосинок, оказались безжалостно вырваны. Я пыхтела, шипела, ойкала, но подруга была непреклонна. Она яростно приводила меня в порядок, даже не пытаясь смягчить свои действия, не забывая при этом сердито бубнить, рассуждая о человеческой несобранности и безответственности.

Я слушала ее в пол-уха, сморщившись как сушеный абрикос. Скальп, не сними мне скальп! Он мне дорог, как память. У меня на нем волосы растут. Росли, до сегодняшнего вечера!

Вика справилась с вороньим гнездом у меня на голове и принялась за прическу. Поскольку в ее распоряжении не было средств фиксации, она заколола мне высокий хвост, а потом с помощью обычных резиночек, которых у меня в чемодане был целый пакет, соорудила замысловатую, но очень женственную прическу:

- Так, пол-дела сделано,- выдохнула она, покосившись на часы. Процесс причесывания и укладки занял почти сорок минут. Вика запричитала еще активнее, рывком открывая мою косметичку и высыпая все ее содержимое на стол:

- Ну, вот разве так можно?- не прекращая свои ворчания ни на минуту, Вика принялась "рисовать мне лицо", - мы с тобой первый раз в жизни на такое мероприятие попадаем, и что в итоге? Ты все проспала! У-у-у, как же мне хочется тебя придушить!

- Ни тебе одной, так что в очередь. Ты мне, главное, глаз не выколи!- поморщилась я, когда она начала наносить тени.

-Ай,- отмахнулась добрая Вика,- глазом больше, глазом меньше.

В рекордно короткие сроки она закончила с моим макияжем и помогла мне упаковаться в платье. Ух, ты какое! К телу как приятно льнет!

Надела босоножки с тонкими ремешками и подошла к зеркалу. Ого! Красивая зараза. Я уже и забыла, что могу быть такой. На меня смотрела стройная девушка в бесконечно элегантном платье, с высокой прической, открывающей грациозную длинную шею. Мне даже сомой понравился свой внешний вид. Вот только бы уверенности в глазах побольше, а то как у олененка испуганного блестят.

- Сойдет для сельской местности,- скептически заметила Вика, разглядывая в зеркале наши отражения. В плане нарядов она была самым настоящим перфекционистом, которого достаточно сложно удовлетворить. Меня вот все устраивало.

В этот момент нас прервал сдержанный стук в дверь.

- Кто еще там принесло,- проворчала Вика и бросилась открывать.

Это оказался один из слуг. Он вручил подруге какой-то конверт и удалился, раскланявшись. Она подошла ко мне, в недоумении крутя в руках неожиданное послание, потом торопливо открыла и достала лист бумаги.

- У вас 10 минут, чтобы спуститься вниз. Время пошло. - Прочитала Вика, и в тот же миг, над нашими головами зажглись красные цифры. Таймер, дающий обратный отсчет.

- Ого,- она с изумлением открыла рот,- ничего себе спецэффекты.

- Мы что пойдем по коридору, а над нами будет гореть вот это табло?

Виктория пожала плечами:

- Давай не будем нервировать нашего доброго и безмерно гостеприимного хозяина,- предложила она,- и просто спустимся к гостям, как он хочет. И, кстати, если кто-то что-то будет спрашивать, то для всех мы с тобой коренные ткеллианки, из ее закрытой части.

- Да, как вам будет угодно, хоть папуасы из Новой Гвинеи,- хмыкнула я, походкой от бедра направляясь к двери,- все, выдвигаемся, пока я не передумала.

Мы покинули комнату, подозрительно косясь на красные цифры, неотступно следующие за нами. Надеюсь, они пропадут, когда мы доберемся до гостей, а то, как-то неудобно с такой подсветкой на люди выходить.

Чем ближе мы подходили к лестнице, тем громче становилась музыка и шум людских голосов. Благодаря тому, что я проспала, мы опоздали, почти на час, за это время похоже набился полный замок людей.

Когда мы оказались на верхней ступени, таймер, преследующий нас, растворился в воздухе с легким шелестом, а все присутствующие в огромном зале люди дружно повернулись в нашу сторону.

- Ну, ни хр*на себе,- выдохнула Вика.

Здесь была толпа народу. Важные мужчины, женщины в красивых нарядах, а между ними там и тут сновали лакеи в праздничной форме, подавая гостям напитки.

Подруга чуть склонила голову в мою сторону и краем рта прошептала:

- Ну, что, делаем как в том мультфильме? Улыбаемся и машем?

Затолкав свою растерянность подальше, нацепила праздничную, от уха, до уха улыбку и начала спускаться вниз. Вика поступила так же. Интересно, у меня сейчас такой же неестественный вид, как и у нее? Так, а почему мурашки по спине? И почему ощущения такие, словно на меня смотрят сквозь прицел снайперской винтовки? Торопливым взглядом пробежалась по толпе и чуть не оступилась, столкнувшись с тяжелым взглядом ледяных глаз. Александр обнаружился в дальней части зала, на немного возвышающейся площадке, специально предназначенной для того, чтобы хозяин выделялся среди приглашенных гостей. Рядом с ним стоял кокой-то представительный мужчина, наш старый знакомый Кастор, уже румяный и веселый, а еще какая-то невысокая темноволосая женщина с аппетитными формами, бросающая жадные взгляды на Хромова. Ой, как сердце застучало, аж в ушах раздается. Почему-то раньше я не подумала о том, что на таком мероприятии может оказаться какая-нибудь его очередная пассия.

Торопливо, но, стараясь не потерять чувства собственного достоинства, спустилась вниз и постаралась затеряться среди незнакомых мне людей. Вика все время держалась рядом, пока не заиграла медленная приятная музыка, и нас с ней не пригласили на танец.

А дальше понеслось! Танцы, игристый напиток, похожий на наше шампанское только пузырьками. Бесконечная череда любопытных людей, пытающихся выведать кто мы и откуда. Один раз подходил Хасан и, увлек танцевать, спасая меня от не в меру назойливой аристократичной старушки, пытающейся выяснить, а правда ли что все ткеллианки едят руками, не умея пользоваться столовыми приборами.

Потом я попала в лапы к Кастору. Он как всегда уже был чрезвычайно весел и необычайно пьян. Снова предложил мне переехать к нему, клятвенно обещая по-тихому избавиться от старой жены. Надо будет ему завтра про этот разговор напомнить, пусть опять помучается, покраснеет.

Несколько раз меня приглашал на танец белокурый обаятельный парень. Викор. Как выяснилось из нашего с ним разговора, он - один из ближайших соседей Хромова. Приятный юноша, воспитанный, достаточно остроумный и легкий в общении.

Вот только, если честно, половину того, что он мне говорил, я пропускала мимо ушей, раз за разом ища взглядом Сашу.

Он по-прежнему находился на площадке, к нему по-прежнему тянулась вереница гостей, желающих засвидетельствовать свое почтение, и по-прежнему вокруг него крутилась эта дамочка с кошачьими глазами.

Вика тоже обратила на это внимание и незаметно для всех остальных показала мне кулак, а очутившись рядом шепнула на ухо:

- Только попробуй что-нибудь выкинуть!

Я лишь кивнула. А, что еще оставалось делать? Он мне ничего не должен, мы с ним, после моего безумного путешествия больше не вместе, так что может делать что хочет. Блин, тоскливо-то как...

Я, кстати, тоже ему ничего не должна. Вот только флирт, даже самый невинный у меня не получался. Мысли были заняты только одним человеком, а до всех остальных мне не было дела.

Я веселилась с каким-то безумным отчаянием, танцевала, изредка брала с золотистых сияющих подносов бокал, но все время краем глаза следила за Хромовым.

Викор по-прежнему крутился около меня, сокрушенно причитая, что из-за сегодняшнего бала он пропускает ночную ярмарку-карнавал в городе. По его словам, это гораздо более веселое занятие, чем чопорные танцы на приеме. Он несколько раз пытался сманить меня, приглашая на эту самую ярмарку, обещая показать что-то фантастическое, но я упорно делала вид, будто не понимаю его тонких и не очень тонких намеков.

Какая, к чертовой бабушке, ярмарка, когда эта черноволосая бестия не отходит от Александра ни на шаг?

Я безумно мечтала о том, чтобы он подошел ко мне, пригласил на танец. Мозгами понимала, что если закрыть глаза на такой свинский поступок (да, и за все остальные поступки тоже), то перестану уважать сама себя, растеряв остатки гордости. Но вот сердце, ни в какую, не хотело мириться с таким положением вещей. Сердце хотело только его, отчаянно, безумно, до дрожи, до еле сдерживаемого крика.

Я сгорала от внутренних противоречий, а он вел себя, как ни в чем не бывало, не обращая на меня никакого внимания. Похоже, убедившись в моем хоть и запоздалом появлении в зале, он потерял ко мне всякий интерес. Так, захотелось уйти с этого званого вечера, уединиться в своей комнате, спрятавшись под одеялом от всех проблем. Сколько времени продлится это всеобщее веселье, от которого сводит зубы, и ком в горле стоит? Не хочу, ничего не хочу. Дайте мне уйти.

Викор тем временем травил байки, и я даже несколько раз рассмеялась. Наигранно, неестественно громко. Впрочем, он так был увлечен, что даже не заметил ни фальши, ни слишком уж блестящих глаз.