Двое пополам

Глава 28

«Не ждет река берегов. Ей нужно течь!

Я пройду по дну Валгаллы,

Зная лишь один секрет:

Любовь, Истина и Свет!»

© Группа «Пилот» — «Любовь, истина и свет»

Сегодня Шайла успела натерпеться: сначала с дочерью Аи, потом сдуру прибежала к Элману и чуть с жизнью не попрощалась. Одним Богам известно, как ей было страшно, но нет худа без добра. Едва узнала, что Ансгару положено место в королевском Совете стратегов, кусочки мозаики сложились в идеальный план, и случившееся с божественной шлюшкой получилось весьма кстати. Оставалось выбраться из заточения живой… Под окном комнаты Элмана безупречного двое вояк — отсюда не уйти. Шайла тихонько подошла к двери, прильнула ухом к тёплому дереву — и тут охрана. По крайней мере, один солдат за дверью был точно.

— Эй! Мне бы водички глоток, — дала в голос мольбы. — Прошу.

— Тихо там! — удар в дверь с той стороны вышел весьма говорящий.

Шайла узнала голос — этот воин всегда был при Элмане. Он и в городе сопровождал командира, и в отряд патрульных попал. Безупречный доверял этому солдату, мог обсудить с ним что-нибудь важное, но главное — парень положил на Шайлу глаз. Он не раз приходил к торговому месту пекаря один, без Элмана, когда за прилавком была Шайла. Не намекал — прямо говорил, чего хочет, но менять перспективную койку с безупречным на сомнительное удовольствие с простым солдатом казалось тогда бредом.

— Мэл? — Шайла прикусила губу и зажмурилась, ожидая реакции.

— Мэд, — недовольно отозвался воин.

Вот же предки… Память на имена у неё отвратительная. Выдохнув, собралась с мыслями и заговорила:

— Мэд, это я — Шайла.

— Тихо сиди. Элман приказал не открывать.

— Элман? Неужели тебе на каждый вздох нужно разрешение командира? — чуть не пела, едва сдерживая волнение в голосе.

Издёвка подействовала — Мэд повернул ключ в замочной скважине, а через мгновение Шайла жадно глотала какую-то гадость из горла пыльной фляжки. Пить не хотелось, пойло отдавало клопами, но приходилось изображать удовольствие. Оторвавшись от металлического горлышка, собрала языком влагу с губ и взглянула на солдата так, как ни на одного любовника не смотрела. Всё, как обычно делают шинарки, приглашая мужчину в койку. А Мэд ничего — симпатичный. Может, противно и не будет. В любом случае, оно того стоило. Потянула парня за руку. Воин шагнул через порог, захлопнул дверь и тут же занялся вязками на своих штанах. У Шайлы гора с плеч свалилась — полдела сделано, теперь только лежать да терпеть. Осоловелый от внезапно подвернувшегося счастья солдат торопился. Его пальцы дрожали, никак не мог развязать узел на поясе. Давно не было девки?.. Нет, Шайла не будет смирно лежать, пока Мэд усердно кряхтит между её ног. Бесстыже прижалась к парню задницей и заелозила бёдрами — а у него и в штанах всё в порядке. Она любила крепких мужиков и большие члены, но сегодня это было некстати. Повернувшись к Мэду, обвила его вспотевшую шею руками и — была не была — с глубоким стоном вошла в кураж поцелуя. Парень от шинарской девушки такого явно не ждал, но удивился ещё больше, когда она опустилась перед ним на колени и, ловко справившись с узелком на поясе, спустила его штаны до колен. Шайла и Дуффа-то не часто радовала чем-то эдаким, а уж ублажать ртом чужого мужика для неё было из ряда вон, но сегодня совсем другое дело. Скользнув взглядом по напряженному члену, задержала дыхание — незнакомый запах не должен остаться в памяти.

— Эй, красавица, — захлёбываясь предвкушением, Мэд сжал в кулаке немаленькое достоинство и припечатал горячую упругую головку к сомкнутым девичьим губам.

Шайле пришлось послушно открыть рот. Застонав, солдат сделал первый толчок — грубый, наполненный желанием удовлетворить свою похоть, совершенно не заботясь о любовнице. С обидой шлёпнув ладошками по голым мужским бёдрам, Шайла подчинилась. Горячая мужская ладонь на затылке, требовательные движения, насаживающие её рот и глотку на здоровенный член, и мерзкий привкус дешёвого пойла смешался со вкусом Мэда. Хотелось сдохнуть. Шайла пожалела, что пошла на такое унижение, но лишь на мгновение. Мечты о жизни рядом с Ансгаром помогли забыться. Вместо чавкающих слюнявых звуков она слышала треск дров в камине их с Гаром гостиной, а похотливые гортанные стоны Мэда казались Шайле тявканьем Дозора во дворе. На месте солдата она представила Ансгара — стало гораздо легче и душе, и телу. О, как Шайла старалась, сжимая губами отвердевшую мужскую плоть, двигаясь навстречу мечте с каждой секундой всё ближе и ближе… Язык ущипнул слабый привкус семени. А вот этого Шайла допустить не могла. Не сейчас.

— Хорошо тебе? — оторвавшись от ласк, подняла полные слёз глаза на солдата.

Его затуманенный взгляд ответил — «хорошо», а руки старательно пытались вернуть Шайлу к делу. Мэд вздрагивал, едва она касалась чувствительной плоти губами, но не настаивал, не заставлял, принимая всё за игру.

— Давай, ну же… Я уже… почти…

— После, — холодно заявила, тряхнув головой, и поднялась на ноги.

— Обалдела? — Мэд выпучил глаза, сжимая в кулаке недотраханый орган. — Я ведь могу и силой взять.

— Элман скоро вернётся. Ты же не хочешь, чтобы он узнал, что ты открыл дверь, хотя он запретил тебе? О, он будет в ярости!

— Ну ты и дрянь! — поджав губы, воин принялся натягивать штаны.

— Сделай для меня кое-что… — утирая со щёк слюну, шептала Шайла. — Уговори командира меня отпустить, и я закончу.

— Я знаю, что ты натворила. Он тебя не отпустит.

— Обязательно отпустит, — закивала, отгоняя прочь мысли о провале. — Эл тебя послушает. Просто постарайся убедить его, что я смогу оживить Богиню.

— Просто, — пробурчал Мэд и дёрнул дверную ручку. — Не так это просто, красотка. Готовься отрабатывать.

Едва Шайла выскочила на улицу, силы её покинули. Хотелось бежать быстро, без оглядки, подальше от этого чудовищного места, от ублюдков, но ноги шевелились еле-еле. Всё получилось. Едва Мэд вышел из комнаты, хлопнула входная дверь трактира. Безупречный побывал в доме Ансгара, лично убедился, что дочь Аи превратилась в облако, а вернувшись, долго говорил с Мэдом. Она не знала как, но солдату удалось убедить командира отпустить её. Элман дал Шайле последний шанс, и его стоило использовать до следующего заката, иначе… Безупречный не уточнил, что иначе, но ясно дал понять, что пытаться бежать из деревни бесполезно. Шайле обеспечен пригляд в лице того же Мэда.

Солдат не упустил возможности получить обещанное вознаграждение. Все случилось прямо в подсобке трактира. Там пахло сыростью и крысиным помётом. Это сейчас щёки Шайлы обжигал мороз, а минуту назад густой стыд и отвращение к самой себе. На этот раз фантазия не помогла отвлечься — Мэд вообще себя не сдерживал. С упоением трахал рот Шайлы, мстил за прерванное удовольствие. Давясь и задыхаясь, она отрабатывала свободу, понимая, что цена мечты — раздавленное тяжёлым унижением самолюбие шинарки и почти вывихнутая челюсть.

Не в силах терпеть гадостный привкус семени, Шайла сплёвывала на снег и брела по улице, сама не зная куда и зачем. Домой идти нельзя — Дуфф её поколотит. Ансгар на охоте, вернётся не раньше, чем через неделю. Кроме него, Шайле никто не поможет. Оживлять Богиню она не собиралась. Нет-нет! Нужно придумать, как убедить Гара забыть эту белобрысую шлюху, смириться с тем, что дочь Аи навсегда останется туманом. Шайла всерьёз рассчитывала занять её место, войти с Гаром в круг предков и получить законное право на деньги своего мужчины. Письмо от генерала с надписью «Ансгар» на конверте грело карман. Но, предки раздери, срок её свободы — до следующего заката, и это слишком мало, чтобы…

— Гар! — полный радостью крик Шайлы, разрезал гул собачьих голосов.

Чуть с ума не сошла от счастья, увидев, что по улице шагает её бывший. Слава Богам и предкам — вернулся! Она расскажет ему обо всём и получит защиту. Это же Ансгар — благородный, честный, способный на сострадание воин. Сострадание Шайле нужно больше остального, она ведь попала в беду. Ошалев от потока не самых правильных мыслей, бегом бросилась навстречу Гару.

— Что ты с ней сделала?! — ледяные пальцы сомкнулись на горле девушки. Не так чтобы сломать хрупкую шею, но достаточно, чтобы ощутить серьёзность вопроса.

В изумрудных глазах разъярённого мужчины плескалась ненависть — чистая, густая, настоящая. Эта ночь принесла Шайле много переживаний, перевернула её мир с ног на голову, и лишиться последних крох надежды означало — конец. Разум отказывался верить, что Гар откажет в помощи. Он теперь одинок, и неважно, кто в этом виноват.

— Она всё равно не осталась бы с тобой, — шептала, сомкнув веки, сжимая пальчиками крупные мужские запястья. — Дочь Аи — Богиня, зачем ей деревенщина?..

— Мне повторить вопрос? — воин сжал пятерню сильнее.

— Я всё расскажу… объясню, — хрипела, боясь открыть глаза.

Хватка ослабла. Жадно глотая морозный воздух, Шайла кутала шею в ворот шубки. Ансгар не ведал, что творил. Он просто не знал, как ему повезло — эти мысли гладили надежду в сердце девушки.

— Говори! — терпение воина заканчивалось.

— Не здесь, — осмелилась поднять глаза.

Похоже, сработало. Ансгар подхватил её под локоть и потащил по улице. Они прошли пекарню, дом вдовы… Да, предки! Да, Боги! Гар вёл её к себе. Сердце колотилось, как ненормальное, но не от страха — от радости. Теперь её ни одной чудесной трубкой из дома Гара не выкурить. Дай только порог переступить… Сам ведь привёл, а для чего — дело второе.

Воин распахнул дверь дома, и Шайла шмыгнула в гостиную, не дожидаясь приглашения или тычка в спину. У разожженного камина прямо на полу сидел Коди. Сын вдовушки — идиот. Говорили, что Коди появился на свет с маской безумия на лице. Ребёнок — недоносок, больной и немощный. Боги дали знак: сын Ли — её наказание, бремя, которое она будет нести всю жизнь. Шайла не знала, за какие прегрешения расплачивалась соседка, но была уверена, что таким кошмаром за малое не наказывают.

Пацан рылся в каких-то бумагах, кажется, это были карты. Рядом стояла чернильница, были разбросаны перья. Будто этот недоумок способен что-то нарисовать или написать. Да он вчерашнего утра не помнит, куда ему грамоту выучить?! Шайла едва слышно фыркнула и наткнулась на требовательный взгляд Ансгара. Воин хотел ответов, а Шайла не успела их придумать.

— Что ты сделала с дочерью Аи? — острая нота угрозы в голосе её бывшего пугала, но сдаваться Шайла не собиралась.

— Я…

Гар бесцеремонно потащил её наверх, крепко сжимая девичье предплечье. Туда, в комнату, где всё случилось. Липкий пот на ладонях Шайлы, бешеный бой сердца в груди, всего мгновение — и они уже стояли посреди тёмной спальни. На полу туманной дымкой спала дочь Аи. Надежда, что сон шлюшки будет вечным, грела душу, но радость показывать нельзя — Шайла нахмурилась.

— Ты будешь говорить?! — Ансгар с рыком тряхнул её.

В глазах девушки на секунду потемнело. Едва придя в себя, она шлёпнулась на колени. Где-то здесь осталась курительная трубка. Елозила ладошками по пыльным доскам в поисках чудесной вещицы. Нашла!

— Вот, — поднявшись на ноги, опустила голову и протянула воину трубку. — Всё из-за этой штуки. Я не причём, Гар. Всё Элман придумал, — лепила небылицы из ничего. — Он где-то раздобыл эту вещицу и отдал мне, чтобы я шантажировала Богиню. Эл хотел вернуть здоровье, грозил меня убить, если не помогу. Он мерзавец! Ублюдок! — вошла в кураж. — У меня не было выбора. Пришлось забраться в дом. Я ведь даже не знаю, что это за штука такая. Клянусь тебе, не знаю! Хотела подслушать или подсмотреть. Гар, я не собиралась делать ничего плохого. Дочь Аи меня заметила, мы повздорили, а… а… а потом её дар смешался со светом из трубки, всё заволокло дымом и… Вот…

Шумно выдохнув фальшивые сожаления, осторожно подняла глаза на Ансгара. Недостаточно света, чтобы разглядеть лицо воина, понять, поверил ли он, но ведь молчит, а значит не всё так уж плохо. Она почти не соврала. Просто обошла неудобные моменты. Такая «правда» — чистое спасение.

— Как это исправить? — голос воина сделался чуть мягче.

— По глупости я рассказала Элману о том, что натворила, — словно не слыша вопроса, Шайла продолжала гнуть свою линию. — Он пришёл в ярость, хотел меня прикончить, — захныкала для убедительности. — Чудом убедила его дать мне последний шанс. Гар, у меня почти нет времени. Если до следующего заката мы не придумаем, как быть…

— Мы?! — взревел Гар.

— Послушай, — Шайла вцепилась пальцами в воротник шубы воина, — нам её не вернуть. Это ведь ясно, Гар. Просто защити меня от Элмана. Прошу, — шёпотом выдыхая мольбы, старалась заплакать.