Дыши в такт со мной (СИ)

— Не припомню, чтобы у меня было много дел.

Нахмурившись, Клео переводит на него ошарашенный взгляд и её буквально топит в запахе жжёного сандала, поглощающего холод помещения.

Ей становится жарко, по телу бегут мурашки от его слов.

-Ты… серьёзно? Ты… хочешь мне помочь?

Разведя руки в стороны, Логан пожимает плечами.

— А почему бы и нет? Тебе ведь нужно новое видение. Новый журнал, и я могу помочь. Могу стать так сказать стрелкой, что укажет верное направление.

— Но… это займёт много времени, и…

— Вопрос лишь в том, сколько пиццы мне нужно заказать?

~***~

Роксана покидает офис, когда за окнами уже темно, а по кабинету Клео блуждают два тёмных силуэта, отражённых лампами.

На секунду её посещает дикая мысль зайти и узнать, как у них дела. Почему она оставила только Логана?

Поджав губы, Роксана выходит на улицу, кутаясь в шарф и проклиная себя за очередной поток ревности то ли к дружбе с начальницей, то ли к расположению Логана.

— Боже мой, я так рада, неужели это свершилось?

— Я в тебе никогда и не сомневался. Ты талантливая Дани. Действительно талантливая.

Поморщившись, Роксана поднимает голову и даже в полутьме грядущей ночи отчётливо видит Дани и Брендона напротив дверей офиса.

Девушка весело хохочет, положив руку ему на плечо и бросая взгляды из серии: «Позови-меня-на-свидание».

— Рокси!

Роксана едва не закатывает глаза, когда лучезарная улыбка Дани обращается к ней.

— Всем пока, - махнув рукой, Роксана заталкивает их в тёплые карманы пальто.

— А мы тут с Брендоном выясняем, талантлива я, или нет, - вновь рассмеявшись, Дани пожимает плечами и шарф, обвитый вокруг её шеи, спадает на плечо, обнажая бледную кожу.

Переведя взгляд на Брендона, она ёжится, плотнее засовывая руки в карманы.

— Так холодно…

— Давай поправлю, - подавшись вперёд, Брендон подхватывает шарф и мягко обвивает его вокруг шеи Дани.

Его прикосновения такие мягкие, плавные, ласковые, что Роксана готова глаза вырвать, лишь бы никогда их не видеть, и не жалеть, что так старательно отталкивала от себя этого парня, отказываясь замечать каждый его плюс, противопоставляя его сотне минусов.

— Спасибо Брендон… - протягивает Дани, облизывая потрескавшиеся от мороза губы.

Он пристально смотрит на неё и Роксана в ужасе замирает, не в силах пошевелиться.

Сейчас он её поцелует… прямо здесь, посреди улицы, где охранники имеют свободный доступ увидеть их и сообщить едва ли не всему офису.

С шумом сглотнув, Роксана вытаскивает руки из карманов, и, поправив ремешок сумки, бросается к парочке.

— Брендон ты мне срочно нужен! – схватив его за руку, Роксана буквально оттаскивает парня от Дани.

— Что? – нахмурившись, Брендон удостаивает её мрачным взглядом, полным высокомерия.

— Я… боюсь идти одна, проводи меня немного, пожалуйста.

— Но я… - встревает, было, Дани, когда Роксана резко её обрывает.

— Тебя хочет видеть Клео, - невозмутимо выговаривает девушка.

В глазах Дани мелькает страх. Тело напрягается, походка приобретает пружинистость и она, словно испуганная кошка, потерявшаяся посреди дороги, спешит обратно к дверям.

Как только её силуэт теряется в размытых очертаниях центрифуги, Роксана облегчённо выдыхает, ослабляя хватку.

— Что ты делаешь? – вырвав руку из пальцев Роксаны, Брендон подаётся вперёд. – Что это значит? Выдумала на ходу, что её хочет видеть Клео?

— Если бы она не была такой дурой, то не поверила бы, - пожав плечами, Роксана морщится от очередного порыва холода.

— Зачем ты это делаешь… - бормочет, Брендон и его слова уносятся ветром, разлетаясь на крохотные пучки песка и крупинками, рассыпаясь по Нью-Йорку.

Кто-то их непременно поймает и скажет то же самое.

— Я просто…

— Ты просто кошка, перебегающая дорогу, навстречу которой едет машина. Знаешь, что сделала что-то не так, но ужас настолько сковал, что не можешь двинуться с места и просто ждёшь конца.

Засунув руки в карманы куртки, Брендон поджимает губы.

Он словно дорожный конус светится ярко-оранжевым в полутьме улицы.

— Я ухожу, потому что слишком долго ждал тебя, а ты не снег. Ты не придёшь, как только листья календаря рассыплются декабрём. С меня хватит.

К глазам Роксаны подступают слёзы.

Обернувшись к ней спиной, Брендон, словно в замедлённой съёмке делает шаг вперёд. Для жителей этого города он обычный парень, что спешит домой, и ни для кого из них на его спине не отражаются картины их разбитого будущего.

Возможно именно Дани та девушка, с которой Роксана встретит его в торговом центре через много лет, с кучей детей наперевес.

Усмехнувшись, Роксана возводит глаза к небу, пытаясь сморгнуть слёзы.

Смешно.

Она пыталась отступить от канонов всяческими путями. Идя на работу к белым, плюя на классовое неравенство, дружила с Клео, но безумно боялась связаться с кем-то, чья кожа имела другой рисунок.

Она боялась Брендона? Боялась того, что скажут родители и друзья?

Боялась Ларка?

Роксана Беррингтон ведь всегда была такой смелой.

Почему же сегодня она боится сделать шаг навстречу тому, что она не знает, если раньше всегда делала?

— Брендон… - шепчет она едва слышно, боясь даже самой услышать сказанное.

Закрыв глаза, она на секунду позволяет себе остановиться.

Сделать передышку прежде, чем позволить суровой правде бить под дых.

Когда глаза вновь открыты, его уже нет. Осталось лишь электричество, повисшее в воздухе и крупинки сказанных слов на асфальте.

~***~

— Мне почти нравится… - бормочет Клео в очередной раз, перечитывая письмо редактора.

Я думаю,…я знаю…

Такое ощущение, словно это не она.

Если журнал пойдёт в печать, то её снимок и несколько поспешно начирканных строк будут украшать первые страницы журнала.

Словно бы она уверенная в себе, смелая и важная персона этого журнала.

Поджав губы, Клео морщится, перечитывая лживые строки и согнув лист пополам, заталкивает его в первый ящик стола.

Лучше даже не видеть, что написала.

— Если тебе так не нравится, то напиши, что думаешь, - Логан пожимает плечами, вытирая руки о бумажную салфетку.

За какие-то два часа он умудрился превратить её стерильно чистый кабинет в ворох засаленных бумажек и пустых коробок из-под пиццы, пропитанных жиром.

— Боюсь, тогда текстом будет что-то, вроде многоточия и фотографии, где я убита.

Рассмеявшись, Логан подтягивает к себе ворох глянцевых снимков.

Они неплохо продвинулись.

Смогли оформить большую часть статей, наложить несколько макетов.

Логану пришла гениальная идея вместо белых листов, отпечатанных чёрным шрифтом, сделать фон из чёрно-белых снимков.

Хотя это было чуть более затратно, чем обычная бумага, зато выглядеть должно превосходно.

— Смотри, - достав из-под ноутбука снимок, Клео протягивает его, Логану слабо улыбаясь.

Подхватив фотографию, он прыскает от смеха.

На чёрно-белом снимке, изъеденном объективом и крупицами пыли маленькая девочка шестидесятых годов.

Глаза ярко накрашены, губы подведены помадой, причёска уложена в форме «тюльпана» спадающего локоном на лоб.

В руках крохотная расчёска, на запястье красуются часики.

Кокетливая поза, взгляд в объектив, рядом сумка с рассыпанной косметикой, словно бы она собирается на свидание к любимому.

— Какой… кошмар, - смеётся Логан, откладывая фотографию.

— Я тоже так делала в детстве. Пыталась быть, как мама. Красила губы, наносила тонны пудры и румян, примеряла её одежду и каждое крохотное платье, в котором я утопала, казалось бальным. С шёлковым корсетом и россыпью бриллиантов. Я чувствовала себя принцессой. Принимала нелепые позы и снимала себя на фотоаппарат. А что выходило на снимке? Маленькая идиотка в необъёмном платье, вымазанная в краске, словно девушка лёгкого поведения. В детстве зеркало было обманчивым… или взгляд наивным.

Пожав плечами, Клео уводит взгляд в сторону, боясь поймать фокус его глаз.

И зачем она всё это сказала?

Играющие в ней детские обиды давно заперты за сто замками, и лишь Эвелин смеет догадываться о том, что сделала что-то не так.

— Моя сестра тоже так делала, - отвечает Логан после короткой паузы, шурша бумагой. – Запиралась в спальне родителей и выходила лишь, когда до их прихода оставалось несколько минут. Со слезами на глазах от того, что помада со щёк не отмывается.

Улыбнувшись, Клео понимающе кивает, бросая быстрый взгляд на часы.

— Ладно,… думаю, на сегодня с тебя достаточно. Я посмотрю бекстейдж будущей съёмки для обложки, и тоже пойду.

Недоумённо нахмурившись, Логан крутит пальцами у висков.

— Б… кто?

— Хочу выбрать образ Олин для обложки.

Поднявшись, Клео устало потягивается, подходя к окну.

Кусочек тонущего в вечере города рассказывает новые истории о том, как где-то живут люди, пока она тщетно пытается угодить матери.

Раскрыв пухлый бумажный конверт, Клео вытаскивает оттуда толстую пачку сделанных на полароид снимков и бросает их на стол.

Облокотившись на него, она раскладывает снимки по поверхности, пытаясь в многообразии образов найти ту Олин, что рассказала бы историю нового журнала.

Снимки незатейливы. Олин напротив стены, свет приглушён, освещает тускло и лениво, к тому же фотографии обычно кажутся несколько смазанными, словно сделаны впопыхах.

Олин в свитере и брюках, Олин в пальто, в платье, даже Олин в шортах.

Менялся лишь цвет одежды и к концу разбросанной пачки снимков, на лбу девушки появилась лёгкая испарина, пойманная вспышкой.

— Если я хочу подарить мягкую зиму, то и образ должен быть мягким…

— А разве у вас на обложках не любят делать недовольное лицо? – нахмурившись, Логан подхватывает номер прошлого месяца и демонстрирует Клео её снимок.

Поджав губы, девушка толкает его в плечо.

— Нет.

— Ты могла бы украсить обложку. Скорчить рожицу, улыбнуться. Продемонстрировать, мол, вот новый формат журнала. Здесь улыбаются.

Улыбнувшись, Клео качает головой.

— Сделать надпись на всю обложку: «Внимание! Здесь улыбаются».

Рассмеявшись, Логан подтягивает к себе брошенный на пол рюкзак, и спустя несколько секунд вытаскивает на свет полароид.

— Давай снимем.

Недоумённо нахмурившись, Клео выпрямляется, делая неуверенный шаг назад, и едва не спотыкается.

— Снимем что?

— Обложку! – положив кубик для вспышки, Логан подключает её и, улыбаясь, прижимает фотоаппарат к груди. – Давай.

— Вот ещё, - усмехнувшись, Клео скрещивает руки на груди. – Я не буду позировать.

— А ты не позируй, просто будь собой.

Поджав губы, Клео уводит взгляд в сторону, когда её глаза ослепляет яркая вспышка.

— Эй!

— А что? Я снимаю тебя настоящую. Видимо обложка будет такой.

На свет появляется фотография и, встряхнув её, Логан гордо демонстрирует Клео снимок.

Подойдя ближе, Клео изучает изображение неизвестной ей девушки. Неужели это она?

Внутренняя Клео и внешняя слишком сильно отличались друг от друга.

Здесь она действительно казалась уверенным в себе редактором, который знает, что он делает.

Вспышка сделала её немного бледной, застыла в зелёных глазах и отливала золотистыми завитками в волосах.

Заметила судорожно сведенные руки, поджатые губы, раздражение во взгляде и напряжение в позе.

Переведя взгляд на Логана, Клео беспомощно лепечет:

— Скажи… я, правда, такая?

Нахмурившись, Логан перезаряжает вспышку.

— Какая?

— Стерва, какой выгляжу здесь.

Улыбнувшись, Логан пожимает плечами.

— Мне не хочется думать, что ты стерва. Я вижу в тебе то, чего ты сама пока не можешь разглядеть, и это сердце. У стерв его нет.

Шумно выдохнув, Клео слабо улыбается, опуская голову, когда её лицо вновь озаряет вспышка.

Она на мгновенье замирает, боясь увидеть новый снимок, где она снова выглядит чужой женщиной, что гордо демонстрирует ей ежедневно зеркало.

Если бы душа и тело были единым целым, то она бы выглядела как серая, крохотная мышка, спрятавшаяся под огромным лоскутом ткани и боявшаяся высунуть оттуда даже нос.

— Здесь ты больше похожа на настоящую.

Клео бросает робкий взгляд на снимок.

Она всё так же неизвестная себе женщина, но здесь она мягче.

Даже моложе. Похожа на испуганную девочку, обессиленную тяжбами этого мира.

— Немного лучше, - пожав плечами, Клео откидывает волосы за спину. – А, если я улыбнусь?

Рассмеявшись, Логан вновь заряжает камеру.

— Тогда ты будешь совсем собой.

— У меня, кстати, есть несколько кубиков для полароида, если тебе конечно нужно.

— Было бы неплохо, - кивнув, Логан продвигается к столу.

— Во втором ящике.

Клео сбрасывает туфли, отодвигая их в сторону, пока слушает, как он открывает ящик.

Сейчас она станет другой. Позволит себе немного расслабиться, опустить заслонку контроля и…

— Дорогие гости. Я, Клео Макалистер прошу у вас прощения за доставленные неудобства, за несостоявшуюся свадьбу. Ваши подарки будут отправлены в ближайшее время, не сомневайтесь, каждый вернёт себе потраченные деньги. Ещё раз прошу прощения за доставленные неудобства.

Изумлённо округлив глаза, Клео резко оборачивается и вырывает из рук Логана глянцевую бумагу с золотистыми завитками, что должна пойти на приглашения к свадьбе.

— Что это? – недоумённо нахмурившись, Логан одаривает её пристальным взглядом.

Руки начинают дрожать, Клео сгибает приглашение пополам, где извилистым почерком описана свадьба Рассела и товара Эвелин Макалистер.

— Это просто… на всякий случай, организатор просила написать, - Клео невинно пожимает плечами, выдавливая из себя улыбку. – У нас так все делают. Они напечатают столько же извинений, сколько приглашений, чтобы… не было неожиданностей.

Усмехнувшись, Логан достаёт из ящика кубики вспышки.

— То есть, когда мы рождаемся, лучше не затягивать с завещанием, чтобы неудобств потом не было?

Поджав губы, Клео раздражённо вздыхает, бросая приглашения на стол.

— Ты не имеешь права осуждать меня, - цедит она сквозь зубы, скрещивая руки на груди.

Украдкой бросив взгляд в отражающее чужой мир окно, она замечает свой силуэт.

Всё та же чужая женщина, стервозная особа, возомнившая себя королевой вселенной.

— Я тебя не осуждаю, - пожав плечами, Логан возвращается к рюкзаку и заталкивает туда полароид, оставив кубики вспышки на столе.

Устало вздохнув, он застёгивает «змейку», и, забросив рюкзак на плечо, подхватывает усыпавшие стол, коробки.

Клео хочется что-нибудь сказать.

Она сказала ему, что он может уйти, но ведь на самом деле она не хотела, чтобы он уходил.

Почему она всё портит? Почему сеет вокруг себя одиночество тогда, как боится даже тишины?

— Спокойной ночи мисс Макалистер, - смяв коробку в руках, Логан неловко кланяется и, бросив на Клео быстрый взгляд, словно бы она медуза Горгона, что может сделать его камнем в любую секунду, скрывается за дверями.

Клео сопровождает его взглядом, пока он пересекает кабинет, выходит через ряды усыпанных листами, столов и скрывается за поворотом, ведущим к лифту.

Этот вечер должен был закончиться не так.

Судорожно втянув воздух, Клео обессилено падает на стул, закрывая лицо руками.

Лучше бы она так умело отталкивала Рассела.

15 глава

Я боялся, сам не зная, чего я боюсь, а это худший из всех видов страха.

Робертсон Дэвис

Сегодня у Эвелин счастливый день.

Утро начиналось, как обычно.

Мягкая трель будильника в комнате у горничной, затем её ласковые прикосновения пальцев к двери, едва слышное открывание штор и слабый голосок, что просит Эвелин открыть глаза.

Ей просто необходимо, чтобы её кто-нибудь будил.

Если утром она проснулась не сама, значит, она кому-то нужна.

Значит, мир замер, пока её глаза закрыты.

Приняв тёплую ванну, Эвелин наносит тонны крема на кожу, пытаясь сделать морщины хотя бы немного мягче, а лицо хотя бы немного моложе.

Тратит на укладку целый час, пытаясь привести в порядок непослушные завитки, что утром выглядели, точно облепивший череп, пушок.

Благодаря тонне мусса и лака волосы превращались в густые, стоящие торчком, озорные локоны.

Ярко подведённые глаза, пудра, помада. Она не имеет права показаться в зеркале коридора без макияжа.

Немного цветочно-мускусного парфюма, элегантное платье, что скрывает недостатки фигуры и можно вызывать шофёра.

Пока он подгоняет машину, Эвелин любуется новым жакетом за семь тысяч долларов, что так удачно вписался в её коллекцию благодаря затейливым ромбам, делавшим её образ чуть более игривым.

Поправив рукава чёрного платья, Эвелин подхватывает сумку и тепло, улыбнувшись горничной, выходит на улицу, кутаясь в тёплые меха манто.

Водитель встречает её на крыльце, одаривает улыбкой, желает доброго утра и, подхватив под руку, ведёт к машине.

Эвелин нарочито медленно продвигается вперёд, морщась от утреннего ветра, что едва заметно касается пушистых волосков её шубы.

Асфальт перед домом покрылся инеем, давно потемневшие корни цветов теперь кажутся убитыми, под чёрным налётом мороза.

Поморщившись, Эвелин поджимает губы.

— Скажи садовнику, чтобы убрал их, ненавижу процессы увядания, - Эвелин вздрагивает.

Она и сама когда-то была цветком.

Правда росла на пустыре и не ценила зеленеющих стеблей и розовых лепестков, а когда морозы начали подбираться слишком близко, спохватилась, но было уже поздно.

Она превратилась в потемневший цветок, павший жертвой снежной жестокости.

Садясь в машину, Эвелин облегчённо выдыхает, чувствуя, как работает обогреватель.

Окна запотевают, создавая на окнах белое, размытое пятно.

Распахнув шубу, Эвелин на минуту замирает, пытаясь вспомнить, почему этот день обещал быть таким счастливым.

Ах, да, сегодня ведь её дочь падёт под грузом реальности и станет лишь незаметной пешкой в их с Джейми игре.

Набрав номер девушки, Эвелин прижимает телефон к уху.

— Да? – голос Джейми ледяной и крепкий, точно застывшая сталь.

Эвелин довольно улыбается, её солдат всегда готов к бою.

— Совет директоров уже здесь?

— Двое прибыло, Клео в своём кабинете с семи утра, если вообще уходила домой, - Джейми едко усмехается. – Вряд ли ей поможет протирание стула.

Рассмеявшись, Эвелин кивает, позволяя водителю дать сигнал закрыть ворота.

— Наш настоящий номер готов?

— Подписан вами и мной, нужно будет сделать несколько отметок, но, в общем, практически всё готово, так что как только Клео раскатают, будто кусочек заплесневелого масла на сковородке, вступим мы с оригинальными идеями.

Кивнув, Эвелин отключается, засовывая телефон в сумочку.

Широко улыбнувшись, женщина постукивает пальцами по колену от нетерпения.

Поскорее бы Джейми получила то, что она заслуживает. Пусть и без гласности, под прикрытием чужого имена, но получила.

~***~

— У тебя всё будет просто отлично. Всё получится так хорошо, что ты даже обалдеешь от того, как хорошо получилось! – выпаливает Роксана, разминая Клео плечи, и недоумённо хмурится, когда до неё доходит смысл сказанных слов. – Что-то я не поняла,…что сейчас имела в виду.

Усмехнувшись, Клео отстраняется, судорожно выдыхая.

Последняя неделя выдалась тяжёлой, на каждый день работало лишь одно утешение – ещё есть время.

Ещё шесть дней, пять, четыре, три, два, один, или ну, по крайней мере, один вечер. Одно утро, ещё несколько часов, ещё нужно добраться, ещё нужно дождаться.

А сейчас ничего не осталось.

Ни дней, ни часов, лишь жалкие минуты, что она старательно наматывала на кожу, пытаясь защититься, но они испарялись, стираясь тонкими нитями.

— Рокси… - бросив взгляд на закованный в толстую папку, будущий номер, Клео шумно выдыхает.

Trend.

Яркие буквы, фотография Олин на обложке в нежно-розовом пальто, отороченном белоснежным мехом. Мягкая улыбка, россыпь нежных прядей цвета лепестков розы, на плечах, глаза горят, руки мягкой, но уверенной хваткой держат воротник.

Макияж совершенен, поза, мимика, уверенность во взгляде, даже улыбка глазами, она была мягкой и хищной одновременно. Как бы говорила, что этот номер слишком хорош, но при этом предлагала заполучить его.

Облизнув губы, Клео с шумом сглатывает, бросая взгляд в окно.

Она даже не видит высоток, отражающих окружающий мир. На неё лишь взирает испуганная девчонка.

Поднявшись, Клео расправляет складки плотной юбки.

По крайней мере, выглядит она неплохо.

Дизайнер Ermanno Scervino. Тёмно серая юбка свободного кроя, достающая до колен, с запахом и топ из сваленной шерсти отливающая металлом, будто на ней доспехи.

Они бы ей сейчас пригодились.

— Клео, - дверь слегка приоткрывается и в кабинет врывается поток горячего воздуха, окидывая Дани тёплым ветром. – Они все здесь.

— О Боже… - тихо стонет Клео, подхватывая папку.

Прижав ладони к груди, Роксана закрывает, глаза, шумно выдыхая.

Клео замечает надпись на её футболке: «Клео Макалистер – наш герой».

Надпись выведена ярко-красными буквами, точно выжатыми кровью по белоснежной ткани.

— Боже мой, - рассмеявшись, Клео качает головой, не сводя глаз с надписи. – Такой поддержки я не ожидала.

Вздёрнув бровь, Роксана усмехается.

— Идём, - взяв Клео за руку, девушка выводит её из кабинета и та бросает последний, отчаянный взгляд на рабочее место.

Она сидела здесь в последний раз.

Конечно, этот кабинет не был пределом её мечтаний, но он был её.

Выйдя за дверь, Клео изумлённо округляет глаза, заметив на Дани точно такую же футболку.

Заведя руки за спину, девушка широко улыбается, выпячивая вперёд грудь.

— Мы за тебя болеем.

— Да, да, - кивнув, Брендон расстёгивает очередную толстовку, демонстрируя надпись.

— Вы просто сумасшедшие, - бормочет, Клео чувствуя, как щёки наливаются румянцем.

Её начинает трясти и она даже слышит, как клацают зубы.

Они возлагают на неё слишком большие надежды.

Она как обычно провалится. Оригинал Макалистер всегда лучше жалкой копии, как и сахар куда вкуснее заменителя.

— Они в конференц-зале? – спрашивает Клео, оборачиваясь к Роксане, и та кивает в ответ.

— Порви их.

— У тебя всё получится Клео, - Дани поднимает вверх кулак и вновь улыбается. – Ты – мой герой.

Клео хмурится, с каких это пор все подчинённые перешли к ней на «ты»?

Улыбнувшись, Клео глубоко вздыхает, и, обойдя Дани, продвигается к конференц-залу.

Когда до него остаётся один жалкий поворот, между двух серых стен, Клео замирает.

Дрожь становится невыносимой, по коже бегут мурашки, и кажется, что кости вот-вот превратятся в желе, и она, точно пустой мешок обессилено рухнет на пол.

— У тебя всё получится.

Вздрогнув, Клео резко оборачивается.

— Логан… - выдыхает она, и на губах появляется робкая улыбка.

Папка с заготовками журнала едва не выскальзывает из рук, когда подавшись вперёд, Клео обнимает его.

Тело Логана напрягается, и он нервно смеётся, хлопая её по плечу, пока она вдыхает запах жжёного сандала, что не чувствовала уже неделю.

С тех самых пор, как произошла их внеочередная ссора.

Он старательно избегал её, удостаивая лишь слабым кивком, или сухой улыбкой.

Отстранившись, Клео неловко улыбается, поправляя задравшийся топ.

Её взгляд проходится по его футболке, где в точности, как и у Роксаны, выведены красные буквы её имени.

— Мы за тебя болеем, - улыбнувшись, Логан делает шаг назад.

— Прости за то… за тот разговор, всё это было так глупо, - выпаливает Клео на одном дыхании, словно на этой земле у неё осталось лишь несколько минут и она отчаянно хочет потратить их на очередные извинения перед ним. – Я так часто… так часто задеваю тебя, я… прости, просто ты… не такой, как остальные люди, и ты…

— Клео, всё хорошо, - Логан обрывает её, положив руку на плечо. – Не думай об этом. Не стоит волноваться из-за меня.

Кивнув, Клео закусывает губу, и вновь поворачиваясь к повороту, глубоко вздыхает, отправляясь на добровольное растерзание.

~***~

Скрестив руки на груди, Джейми холодно улыбается совету директоров, пытаясь казаться спокойной и расчётливой, тогда как папка с заготовками будущего номера журнала буквально жжёт бедро, на котором покоится.

Нервно стуча носком туфли по ножке стула, Джейми неотрывно взирает на дверь, что вот-вот готова распахнуться и впустить неуверенную, напуганную Клео Макалистер.

Джейми уже видит, как та спотыкается у входа, как неловко переворачивает страницы, как, будто школьница примерно отвечает на вопросы, подняв руку, и получает жалкую, хлипкую тройку, тогда как её слова вырывает Джейми и забирает себе пятёрку.

Шумно выдохнув, Джейми едва сдерживает улыбку предстоящей победы.

Её журнал холодный, расчётливый, убийственный и настроенный на настоящую моду, а не глупые детские мечты Клео, что она пытается внедрить в массы.

— Хотелось бы увидеть Клео, - подаёт голос коммерческий директор, давняя подруга Эвелин, давно перевалившая отметку в шестьдесят.

Эвелин лживо улыбается, прижимая ладони к щекам.

— Боже, ты не представляешь, какой красавицей она стала. Моя девочка ведь выходит замуж.

— Замуж? – глаза женщины нарочито изумлённо округляются и бусы, сжимающие шею, в твёрдые тиски янтаря поблёскивают в свете ламп. – Господи, но ведь она совсем девочка.

— Когда твой жених Рассел Бломфилд, нужно выходить замуж скорее, а не разбрасываться дням, - отмахивается Эвелин.

Женщина согласно кивает в ответ и Джейми усмехается, переводя взгляд на директора группы изданий, что нетерпеливо теребит ручку.

На его лбу поблёскивает испарина, снабжённая несколькими липкими прядями волос, свисающими едва ли не до бровей.

Джейми морщится, и почему все богачи такие отвратительные?

Рядом с ней восседает директор по распространению и запах от него исходит отвратительный.

Смесь пота и поспешно перехваченного утром хот-дога с луком.

К тому же он постоянно ёрзает на стуле, от чего по залу проносится скрип кожи, больше напоминающий приступ метеоризма.

— Доброе утро.

Вздрогнув от неожиданности, Джейми переводит взгляд на дверной проём, где появляется Клео.

— Доброе утро Клео, - отвечает ей хор заряжённых воедино голосов.

— Простите за задержку, - пройдя вперёд, Клео уверенной поступью подходит к центру стола. – Надеюсь, моя секретарша снабдила вас утренним кофе.

— Такое внимание, - восклицает, контрольный редактор, довольно улыбаясь. – Мой любимый латте.

Раздражённо закатив глаза, Джейми подаётся вперёд от нетерпения, взирая на покоившийся в руках Клео макет журнала.

— Ну, - берёт слово Эвелин, ехидно улыбаясь, Джейми уже готова победоносно воскликнуть, уж она-то ей спуску не даст. – Мы не зря потратили почти семь минут, на ожидание я надеюсь, прошу Клео. Ты можешь начать.

Бросив на Эвелин быстрый взгляд, Клео сухо улыбается.

— Конечно. Спасибо, - подойдя вплотную к столу, Клео протягивает плотную папку директору группы изданий и Эвелин сопровождает её действие изумлённым взглядом, тогда как мужчина осторожно принимает папку, с трудом подавляя улыбку.

— Благодарю.

Улыбнувшись, Клео кладёт руки на стол.

— Дамы и господа… меня зовут Клео Макалистер, и я новый главный редактор журнала Trend в Нью-Йорке, - сделав шаг назад, Клео бросает взгляд на доску, изрисованную чёрным маркером.

Джейми пытается выловить хотя бы одну внятную фразу среди чёрных каракулей, но вырывает лишь резкие вспышки отдельных слов.

Люблю.

Настоящая.

Вместе.

Есть.

Комплекс.

Одиночество.

— И я здесь не только потому, что моя мама поверила в меня, я здесь потому, что могу дать то, чего не может дать этому журналу Джейми, - Клео бросает на неё смелый взгляд и Джейми изумлённо вздёргивает бровь. – Я не хочу убивать модой. Не хочу, чтобы наш журнал превращался в высокомерное издание, что никто не читает, а берёт в сумку лишь для того, чтобы быть как все. Я хочу, чтобы люди слышали мои мысли, чтобы они ловили свои мысли в нашем журнале, чтобы Trend был не просто пафосным изданием, а книгой города.

Джейми бросает быстрый взгляд на Эвелин, и та отвечает ей острым прищуром.

— Я хочу видеть таких же людей, как и я, - Клео пожимает плечами. – Девушек, что ходят по этому городу, и остаются модными, и красивыми не смотря на то, что их платье стоит не пятьдесят тысяч долларов. Я хочу узнать, о чём думают люди, я хочу поймать их мысли в этом журнале и понять, что я не одна. Я хочу попасть под глянцевую оболочку и обнаружить под ней целый мир, а не пустыню. Я не хочу показывать, я хочу говорить.

С шумом сглотнув, Джейми переводит взгляд на директора изданий и старшего фоторедактора, что склонились над журналом, вчитываясь в вырисованные строчки.

Нахмурившись, девушка замечает чёрно-белые снимки Олин на исписанных статьями страницах.

Рябь делает её лицо несколько мутным. Она напротив движущегося шоссе, пальцы прижаты к губам, в глазах потерянность, усталость,… сколько девушек, увидев это фото, узнают себя?

Облизнув пересохшие губы, Джейми решается взять слово.

— Прошу прощения, что разрушаю магию такой воодушевляющей речи, но хотелось бы немного спустить тебя с небес на землю, - Джейми сжимает в руках папку ледяной моды. – Журнал Trend существует не первый год. Это бренд. У нас есть определённый круг постоянных читателей.

Поднявшись, Джейми оставляет папку на стуле и, проведя рукой по идеальному платью-футляру, в коем она больше напоминала не раскрытый зонт, делает шаг в сторону.

— Представим портрет нашей типичной читательницы. Это женщина от двадцати пяти до пятидесяти пяти. Она успешна, или на пути к успеху. Она хочет чего-то добиться, хочет кем-то стать, - всплеснув руками, Джейми усмехается. – Она не путешествует по миру в рюкзаке, как писатель, что ты наняла Клео. Видимо ты подцепила лихорадку простолюдина.

Рассмеявшись, Эвелин взирает на Джейми, точно она превратилась в бублик с заварным кремом, что та хочет съесть в эту же секунду.

— Простите, кого наняла Клео? – директор группы изданий отрывается от макета, бросая на Клео недоумённый взгляд.

— О, это совершенно изумительный персонаж, - усмехается Джейми, устремляя на мужчину хищный взгляд. – Некий кочевник, что пытается внедрить свои идеалы в наш журнал.

— И… о чём он пишет?

— На сорок второй странице, - отвечает Клео, опираясь руками о стол и наклоняясь вперёд. – Это что-то вроде…

— Бред, просто бред парня под марихуаной, - отмахивается, Джейми расплываясь в улыбке.

В зале повисает тишина, редколлегия подвигается ближе друг к другу и перелистывают журнал на сорок вторую страницу.

Клео в ужасе закрывает глаза, чувствуя испепеляющие взгляды Эвелин и Джейми на себе.

Всё конечно.

— Кстати если вам не понравится… - начинает было Джейми, но Эвелин обрывает её.

— Джейми, позволь им высказать своё мнение, - строго чеканит она, сурово взирая на свою подопечную. – Сядь.

Раздражённо вздохнув, Джейми опускается на стул, скрестив руки на груди и надув щёки, точно возмущённый ребёнок.

— Мне кстати… если позволите, конечно, - берёт слово коммерческий директор, неторопливо перебирая нитку бус, усыпавших шею. – Что-то в этом нравится.

— Я вас понимаю, - кивает в ответ директор группы изданий, перелистывая страницы. – Вроде бы просто мысли, но такое ощущение, что их выхватили из моей головы.

— Согласна, согласна, - кивает женщина.

— А мне безумно нравится Олин, - бормочет, директор по распространению, довольно улыбаясь. – Потрясающе красивая женщина и вы Клео совершенно точно уловили её стиль. Она такая разная… такая мягкая и сладкая на обложке, и такая дерзкая и искренняя внутри.

Клео слабо кивает в ответ, не веря своим ушам.

Фотосессия Олин проплывает перед глазами.

Она действительно оказалась удивительно разноплановой. Либо фотограф смог открыть в ней столь искромётный талант, либо Олин самой нравилась та свобода, что была предоставлена журналом.

На страницах она была размытой, грязной, испуганной, выброшенной на берег цивилизации из моря мечтаний, а на обложке игривой, кокетливой хищницей, спрятанной в пушистую шёрстку.

— Стиль уличной моды у нас что надо, - бормочет, Эвелин подавшись вперёд, и Джейми изумлённо открывает рот.

— Что? – голос девушки предательски дрожит, в отличи от Эвелин она не умела давить на тормоза в нужный момент.

— А дневник беременной мамочки? – коммерческий директор расплывается в улыбке, проведя рукой по фотографии улыбающегося младенца. – Клео, что вы сделали с журналом? Как вам удалось остаться дерзкой и мягкой? Не знаю, как отреагируют читатели, думаю, здесь понадобится совершенно другая реклама, но мне идея нравится. Я согласна попробовать.

— Я тоже «за».

— И я.

— Думаю, здесь каждый согласится, что идея стоящая.

В зале поднимается гул, перелистывание листов становится таким стремительным, что Клео едва успевает рассматривать брызгающую яркими красками рекламу.

— Эвелин, Джейми, что скажете? – подняв голову, директор группы изданий окидывает их пристальным взглядом.

— Если идея вам нравится, то я не вижу смысла, почему мы не можем её реализовать! – восклицает Эвелин, всплескивая руками. – Я буду рада, если моя девочка создала что-то действительно стоящее внимания.

Джейми угрюмо молчит, сжимая в руках папку с реальным журналом.

Здесь настоящий Trend, прямо у неё в руках, а это всё жалкая показуха, которую никто не будет читать.

Зачем именитым женщинам читать о том, что думает какой-то простолюдин и беременная утка?

Выжав из себя улыбку, Джейми прижимает папку, к животу, медленно поднимаясь.

— Босс здесь Клео, я рада, что у неё всё получилось, - одарив Клео ядовитым оскалом, Джейми отодвигает стул. – Простите, но мне нужно срочно выйти. Я не хорошо себя чувствую.

Когда Джейми проносится мимо Клео, то замечает мелькнувшую надпись на папке и шумно выдыхает.

Кажется, эта девчонка впервые победила.

~***~

— Господи, я не могу больше ждать… - бормочет Роксана, отбивая нервную дробь на столе.

— Я не понимаю, почему волнуешься ты? – Дани нервно грызёт ногти, не отводя взгляда от поворота, за которым ровно двадцать пять минут назад скрылась Клео. – Это меня сейчас распнут.

— Брось, статья отличная, - Брендон подходит к Дани, огибая стол.

Роксана бросает быстрый взгляд на мягкое прикосновение его ладони к её локтю.

Обернувшись к нему, Дани слабо улыбается, и, закусив губу, хихикает, тыкая пальцами в надпись на его футболке.

— Ты тоже надел.

Шумно выдохнув, Роксана скрещивает руки на груди, опуская голову.

— Да, хотел поддержать босса.

— Всё хорошо?

Роксана не сразу понимает, что вопрос обращён к ней и лишь, заметив Логана, подошедшего к столу и опираясь локтями и принтер понимает, что он смотрит на неё.

Неужели даже этот парень, выпавший из реальности, так просто разгадал её чувства?

Кивнув, Роксана заставляет себя улыбнуться.

— Всё классно.

— Логан, ты нервничаешь? – обернувшись к нему, Дани вновь улыбается, и её тёмные волосы падают на плечи тяжёлыми прядями.

Роксана морщится, сжимая руки в кулаки, и почему она красивая? Естественная, добрая… идеальная партия для Брендона.

Она знала, что он её найдёт, но не так же быстро.

— Нет, - пожав плечами, Логан поднимается с принтера. – Я видел, какую работу проделала Клео и уверен, что они оценят её.

— А ещё ты жутко хочешь стать популярным писателем и зарабатывать кучу денег, - шепчет Брендон заговорческим тоном и Дани смеётся, хлопая его по плечу.

Усмехнувшись в ответ, Логан устало потирает переносицу.

— Ты выглядишь усталым, - Дани наклоняет голову, окидывая его взглядом, полным заботы и Роксана проклинает себя, что она не может быть такой же милой и внимательной к окружающим.

— Просто не выспался, - Логан пожимает плечами, переводя взгляд на страшный поворот, что станет решающим в их жизни.

— А я…

— Джейми, - вырывается изо рта Роксаны и она в ужасе округляет глаза, осознавая, что сказала это вслух.

Сжимая в руках папку, девушка пробегает мимо них, не удостоив даже взглядом.

— Что,… что,…что это значит? – Дани бросается на принтер, подаваясь вперёд к Роксане. – Что это значит? Всё плохо?

— Сложно сказать… - Роксана неопределённо пожимает плечами. – Если она не любит Клео, то было бы логично предположить, что всё хорошо, но…я не уверена.

— О Боже, - прижав ладони к животу, Дани морщится, точно от боли, и Роксана морщится от собственных мыслей, что создают в голове страшные картины того, как она бьёт девушку в лоб степлером.

Спустя ещё двадцать минут, зал покидает несколько коммерческих директоров, и сотрудники провожают каждого недоумённым взглядом, ожидая хотя бы какой-то реакции, но те погрязли в собственных телефонах и отвлечённых беседах.

Ещё через пятнадцать минут, Роксана включает компьютер, чтобы хотя бы чем-то себя развлечь, пока Дани и Брендон так увлечённо беседуют о достижениях издательств в будущем.

Логан легко вовлекается в их разговор о книгах, отпечатанных прямо в воздухе, тогда как Роксана раскладывает пасьянс, пытаясь успокоиться.

Она уже почти впадает в состояние нирваны, меняя рубашки на картах и слушая взвизгивания Дани от восторга о будущем книг, когда слышит её громогласный восклик.

— Клео!

Резко поднявшись, Роксана с грохотом роняет мышку на стол, и, обойдя его, подбегает к Логану.

Прижимая к себе папку с журналом, Клео сосредоточенно рассматривает носки туфель.

— Ну? – Брендон сжимает руки в кулаки, подаваясь вперёд, а Дани отчаянно цепляется руками за его плечи.

— Что… что они сказали? – шепчет девушка едва слышно, кусая губы.

Подняв голову, Клео окидывает зал сосредоточенным взглядом, когда уже каждый встаёт из-за своего рабочего места и поворачивается к ней.

Не слышно ударов пальцев по клавиатуре, шелеста бумаги, разговоров, смеха, музыки, льющейся из колонок, только тишина и слабый шум улицы, пробивающийся сквозь приоткрытое окно.

— Они… рассмотрели наш вариант, уделили внимание каждой новой статье и стилю каждой новой страницы, - Клео шумно выдыхает, переводя взгляд на Логана. – И… им понравилось.

— О, Боже мой! – выкрикивает Дани и, захлопав в ладоши, бросается на шею Брендону. – Им понравилось! Понравилось!

Рассмеявшись, Клео вновь прижимает папку с журналом к себе, когда к ней бросается Дани и несколько юных девиц, одетых точно одна в коротенькие платьица.

— А я вас всех вместе могу поднять! – восклицает Брендон, пытаясь подхватить Дани и Клео одновременно, но девушки сопровождают заявление парня лишь возмущёнными воскликам.

Когда Клео, наконец, позволяют дышать и в зале затихает смех, она не смело переводит взгляд на Логана, словно бы это он её босс, что должен похвалить за успешно проделанную работу.

— Я знал, что у тебя всё получится, - он небрежно пожимает плечами, слабо, улыбаясь. – Ты особенная.

— Спасибо, - произносит, Клео одними лишь губами и мягко улыбается ему в ответ, не боясь, что он её не расслышит.

Как раз он был единственным человеком в этом мире, что слышал её.

~***~

— Идиотка! Идиотка! Идиотка! Ненавижу тебя! Ненавижу! Ненавижу!

Картинки перед глазами расплываются.

Вода, что сильной струёй брызжет из крана, застилает глаза, когда от резкого взмаха руки попадает на лицо.

Вздрогнув от неожиданности, девушка резко замирает, переводя взгляд на отражение в зеркале.

Вид безумный.

Желваки разрезают щёки, глаза наполнены ненавистью, на шее надулись жилы. Руки превратились в две плети, переполненные набором взбухших вен.

Бросив взгляд на исчерченную яркими красками папку, Джейми бросается к ней и, захватив в плотный капкан пальцев, швыряет в мусорное ведро.

— Ненавижу! – ударив кулаком по крану, девушка морщится от боли, когда движение отзывается звоном металла и тихим гудением труб.

Перекрыв воду, девушка поджимает губы, изучая темнеющую от боли кожу, когда слышит быстрые шаги.

Изумлённо округлив глаза, девушка поспешно переводит взгляд на дверь и уже хочет броситься к одной из кабинок, когда в туалет врывается Эвелин.

— Джейми, дорогая… - прижав ладонь к груди, женщина закрывает дверь и, подойдя к девушке, кладёт руки ей на плечи. – Как ты?

Шумно дыша, Джейми трясёт, точно в лихорадке и отчаянно пытаясь подыскать слова о том, как сильно она ненавидит дочь Эвелин, она теряется в порывах заиканий и заторможенности.

— Я…не…

— Детка, успокойся, - поджав губы, Эвелин проводит рукой по волосам Джейми, расправляя их.

Её пальцы мягкие, тёплые, истёртые текстами тысяч бумаг и переполненные лаской.

В глазах Джейми скапливаются слёзы.

Подавшись вперёд, она обнимает Эвелин, утыкаясь лицом в её плечо.

— Ничего не вышло,… Эвелин… ничего не вышло… - бормочет она, сквозь слёзы чувствуя себя неимоверно слабой и беспомощной.

Она проиграла.

Проиграла самой себе.

Безукоризненной, идеальной Джейми, что никогда бы не стала рыдать в туалете от маленькой неудачи, а попыталась бы её устранить.

— Перестань так говорить, детка, - мягко отвечает Эвелин, отстраняясь и заглядывая девушке в глаза. – Нельзя сдаваться. Да, Клео выиграла этот номер, но это ещё ничего не значит. Не значит, что он не последний.

Отмахнувшись, Джейми оборачивается к зеркалу и, опираясь одной рукой о раковину, вытирает разводы туши на щеках.

— Ты слышала их? Они едва ли не задницу ей от счастья целовали. Какая удача, что в холодном мире моды нашлась такая тёплая Клео, что нашла путь к сердцу толстых домохозяек, которые верят в наличие души.

Раздражённо закатив глаза, Джейми шмыгает носом, вновь оборачиваясь к Эвелин.

— Мы проиграли. Мы потеряли не просто возможность вести свой собственный стиль, мы потеряли журнал. Потеряли ту моду, что ты пропагандировала столько лет. Теперь это журнал, для всех! – Джейми всплёскивает руками. – Посмотрите на Аманду, ей сорок семь, она не замужем, детей нет, и весит почти две тонны, но всё ещё верит в вечную любовь. Её любимый журнал Trend, он открывает для неё возможности развития души и она ловит себя в чужих мыслях!

Голос Джейми срывается на крик и, поджав губы, Эвелин небрежно поправляет очки, слегка касаясь подушечками пальцев, оправы.

— Немедленно прекрати эту истерику, - цедит начальница через несколько минут повисшего молчания. – Ты ведёшь себя, как ребёнок. Прими поражение достойно Джейми. Они сделали свой выбор, и я не могла давить.

— Это твой журнал, и…

— Да, основной пакет акций принадлежит мне, но эти люди лучшие в своём деле, - Эвелин пожимает плечами. – И, если бы не они, меня бы здесь сейчас не было. Тебя бы здесь сейчас не было и даже этого туалета бы здесь сейчас не было.

— А знаешь, чего не было бы ещё? Клео! – Джейми брызжет слюной, и, застелив глаза, и рот ненависть берёт над ней верх, забирая контроль над разумом. – Зачем ты засунула её в этот журнал?! Дала бы ей кастрюлю, мужа и отправила на кухню!

Эвелин принимает слова, точно невидимую пощёчину, резко дёрнув головой.

Поджав губы, женщина обходит Джейми, и, заглянув в зеркало, небрежно проводит рукой по волосам.

— Даже вид не буду делать, что слушаю тебя, - вытянув шею и расправив плечи, Эвелин движется к двери, обхватив ручку мягким движением рук, она оборачивается к подчинённой. – Не верю, что это ты. Истеричка, не способная мыслить здраво. Возможно, мне нужен был этот толчок, чтобы увидеть, какая ты на самом деле.

Рот Джейми слегка приоткрывается от изумления, из глаз брызжет солёный сок слёз, прижав ладонь ко рту, она отрицательно мотает головой.

— Я… не… я просто так старалась, я хотела…

— Ничего не желаю слушать, - Эвелин открывает дверь и покидает помещение, оставив за собой лишь слабый запах решимости и разочарования.

Жадно хватая душный воздух, Джейми хватается руками за раковину, с трудом удерживаясь на ногах.

Господи.

Кажется, она всё потеряла.

Мир превращается в крохотную точку, и, бросившись к кабинке, она запирается, оседая на пол.

16 глава

Любовь — это слабость. Любовь — это рак, который разрастается внутри человека и принуждает его делать глупости. Любовь — это смерть. Любовь, о которой ты мечтаешь — это то, что для человека важней всего, важней даже самой жизни. Мне такая любовь не ведома. Мне ведома страсть. Уважение равных. Нечто куда более ценное.

Dragon Age: Origins

— Конечно, ты получишь новый номер! – восклицает Клео, прижимая ладонь к животу, желая выдавить из себя весёлый смех.

Нет, она была рада.

Когда говорила это первый, второй и двенадцатый раз, но на двадцатый стало уже не так весело.

Слишком много людей считали себя бесконечно важными для создателей журнала, и приходилось быть вежливой, учтивой и показать, как они им дороги.

— О, я очень надеюсь, что вам понравится, - подхватив со стола свежий номер, что был отпечатан только сегодня утром, Клео прижимает глянец к лицу, вдыхая свежий запах краски.

Краски такие яркие, матовая поверхность обложки вперемешку с гладкими вставками, хищная улыбка белоснежной кошечки – модели, извилистые заголовки прячущихся статей и совершенно новая начинка.

Положив журнал на стол, Клео отводит писк, доносящийся из трубки на второй план, в сотый раз, перелистывая страницы.

Она отчаянно пыталась представить себя кем-то, кто откроет его. Кем-то, кого она не знает, и кто не знает её.

Найдёт ли он здесь что-то для себя? Догадается, что среди статей о моде зашифровано послание, запрятанное шифром?

Улыбнувшись, Клео переводит взгляд на часы.

Осталось двадцать минут и её ждут внизу.

Презентация номера. Наряженные сотрудники, улыбающаяся, пусть и несколько лицемерно мать и зеленеющая от ненависти Джейми.

Нахмурившись, Клео опускает голову.

Она должна выглядеть по высшему разряду в такой день.

Платье от Donna Karan из мягкого шёлка, отливающего нежно-рыжим цветом в переплетении светло-коричневых оттенков.

Перчатки в тон, достающие до самых локтей и туфли на неимоверно высоком каблуке.

Волосы собраны в строгий хвост, сегодня ей хотелось выглядеть старше.

Вырез на платье, тёмный макияж, тяжёлые ткани, всё это прибавит возраст.

Они не могут относиться к ней, как к восторженному ребёнку, что получил пятёрку. Она человек, с которым нужно считаться.

Она что-то значит для этого журнала.

— Клео?

Голос в трубке перекрывает стук в дверь и, переведя взгляд с платья, Клео улыбается.

— Логан, заходи, - шепчет она, прикрывая трубку рукой.

Зайдя в кабинет, он оглядывает окно, заставленное корзинками с цветами и засыпанный конвертами с поздравлениями стол.

Сегодня она звезда благодаря нему.

— Милая, я тебе перезвоню, уйма дел, номер вышлем завтра же, - закатив глаза, Клео кивает в ответ на услышанное щебетание и сухо улыбнувшись, кладёт трубку. – Я думала, что уже не дождусь тебя.

— Прости, к тебе не прорваться, - улыбнувшись, Логан пожимает плечами.

— У нас очень мало времени, - поджав губы, Клео срывает со спинки кресла чехол и протягивает его Логану.

— Что это? – недоумённо нахмурившись, он подхватывает чехол, словно она вручила ему бомбу замедленного действия.

Рассмеявшись, Клео закатывает глаза.

— Это твой костюм. Ты ведь не собираешься выслушивать благодарственную речь от меня в этом жутком свитере, - Клео кивает в сторону растянутой вязки.

— Я люблю… этот свитер, - пожав плечами, Логан кладёт чехол на стул. – В любом случае он мне не нужен, потому что я не пойду. Это мероприятие… не для меня.

— Как это не для тебя? – пройдя вперёд, Клео подхватывает чехол и расстёгивает «молнию». – Это мероприятие для тех, кто работал над этим журналом. А ты – моё главное новшество. Ты генератор половины идей к тому же, так что я не позволю тебе отсиживаться в стороне после всего, что ты натерпелся от меня.

Клео обнажает чёрный костюм от Хельмута Ланга.

Под пиджаком белоснежная рубашка и небрежно повязанный галстук.

— Надень, - протянув костюм Логану, Клео вздёргивает бровь.

— Клео, это очень… здорово, что ты…

— И слышать ничего не хочу, надевай.

Испустив тяжёлый вздох, Логан неохотно принимает костюм и морщится, подхватывая галстук.

— О Боже, галстук?

Закатив глаза, Клео вновь смеётся и, развернув его к дверям, выпроваживает из кабинета.

— Надевай, жду тебя внизу через пятнадцать минут.

— Начальник – тиран, - нахмурившись, Логан огибает ряды пустых столов, и Клео провожает его пристальным взглядом, лишь через несколько секунд осознавая, что она всё ещё улыбается.

Мотнув головой, она возвращается в кабинет и, подхватив журнал, уже движется к дверям, когда слышит мобильный.

Рассмотрев светящийся экран в завале аккуратных конвертов, девушка выхватывает его и морщится, рассмотрев имя на экране.

— Рассел, - чеканит она, пожалуй, слишком строго. Он не звонил так давно и ощущение полного опустошения, возвращаясь, домой почти пропало без его голоса.

— Моя детка, - усмехнувшись, Рассел выдыхает в ответ. – Поздравляю с успехом. Мне звонила Эвелин, рассказала о том, с каким восторгом был принят твой номер. Поздравляю. Ты сделала что-то невероятное для тебя.

Поджав губы, Клео сжимает номер мягкой бумаги в руках.

— Спасибо.

— Ты ведь знаешь, я искренне восхищён. Ты в очередной раз доказала, что в тебе нет коммерческой нотки, но прикрыла всё это покрывалом душонки, что якобы у тебя есть.

Рассмеявшись, Рассел прочищает горло и Клео слышит, как гудит машина на заднем плане разговора и стучат его пальцы по клавиатуре.

— Мне пора идти.

— Эвелин сказала, что обложка роскошна. На ней твоя подружка Олин? Она согласилась тебя спасти, после тысячи лет уговоров?

Поджав губы, Клео закрывает глаза.

— Я вешаю трубку, - отключившись, Клео ставит телефон на беззвучный режим и бросает его на стол.

Глубоко втянув воздух, девушка мотает головой и, выйдя из кабинета, гасит свет.

Она не позволит ему испортить этот вечер.

Когда она впервые чувствует, что добилась чего-то, что стоит чего-то.

Не позволит.

Чеканя шаг по дороге к лифту, Клео нажимает на кнопку вызова и, прижимая к себе журнал, как щит доказательства того, что она чего-то стоит, оборачивается, услышав шаги.

Выходя из туалета, Логан оборачивает галстук вокруг шеи, пытаясь запрятать его под воротник.

Клео едва не присвистывает, увидев его.

— Боже правый, в тебе прятался бизнесмен, - улыбнувшись, она засовывает журнал под мышку. – Давай помогу с галстуком.

— Я надевал его только на свой выпускной из начальных классов, - подойдя ближе, Логан глубоко вздыхает, уводя взгляд в сторону.

Положив руки на мягкую ткань галстука, Клео заправляет его за ворот, ловко завязывая сложный узел.

И всё же он тот же мальчишка, что живёт в рюкзаке. Волосы, выжженные солнцем, загорелая кожа, запах сандала, от шнурка, спрятанного под рубашкой.

Клео кусает губу, пытаясь сосредоточиться на галстуке.

— Тебе очень идёт, - отстранившись, Клео мягко улыбается, поправляя галстук.

Пожав плечами, Логан опускает голову, протягивая руку вперёд.

— После вас.

Зайдя в лифт, Клео нажимает на кнопку первого этажа, горящую ярким огоньком, и двери закрываются, оставляя их вдвоём в глянцевом пространстве спрятанного мира.

С шумом сглотнув, Клео чувствует, как по шее скатывается капля пота.

Логан стоит к ней спиной, но ей кажется, что даже в искажённой глянцевой поверхности дверей он видит каждую мелочь несовершенства в ней.

— Я… - кабинка движется слишком быстро, хотя раньше Клео казалось, что она не чувствует движения металла по тросам, но сегодня ощущает каждую секунду, пролетающую, точно вода сквозь пальцы.

Обернувшись, Логан недоумённо хмурится, засовывая руки в карманы брюк, расстегнув пиджак.

— Хотела… сказать тебе «спасибо» за то, что ты… ещё со мной, - слова наждачной бумагой царапают горло и Клео с шумом сглатывает, чувствуя себя неловко, улыбнувшись, она уводит взгляд в сторону. – Я ужасный босс и… ты честно терпишь меня, и… спасибо тебе за это.

Двери лифта открываются, и Клео слышит громкие голоса, заполнившие вестибюль, Логан ничего не отвечает, лишь слабо улыбается уголком губ, выходя из кабины.

Она ещё несколько секунд проводит в замкнутом помещении прежде, чем очнуться и выйти наружу.

Ноги кажутся ватными, она слепо следует за шумной толпой, продвигающихся в зал гостей и, прижимая к себе журнал, пытается разглядеть хотя бы одно знакомое лицо.

— Клео! - чьи-то руки хватают её за запястье, и она чувствует, как острые, длинные ногти царапают кожу.

— Роксана, - выдыхает она, точно очнувшись от опутавшего её дурмана.

Секретарша широко улыбается в ответ.

Она просто сияет, словно это её журнал, и именно она сейчас выйдет на сцену, произносить речи благодарности.

Половина сохранившихся волос девушки превратилась в сложные, упругие кудри, губы ярко подведены помадой цвета спелой вишни, на запястьях позолоченные браслеты, что сияют в свете вспыхивающего прожектора, будто настоящие.

Леопардовое бюстье и строгая юбка – карандаш, достающая до колен.

Определённо на сцену лучше выйти ей.

— Скорее, тебя уже ждут.

— Я…

— Скорее Клео! Сейчас не время бояться, ты звезда!

Толкая Клео вперёд, Роксана отсылает вялые улыбки гостям, и те, окидывая Клео запахом прелых духов и дорогого меха, приветствуют её.

— Клео!

— Мисс Макалистер!

— Моя девочка! – слышится восклик матери и та прижимает ладони к груди.

Клео видит её смазанный силуэт лживой улыбки и Джейми, что щедро осыпает её аплодисментами.

Рукоплескание подхватывают и остальные, через мгновенье Клео уже не слышит ничего, кроме громких хлопков и гудения подключённого микрофона.

На матовой сцене, освящённой прожектором невысокий мужчина с седеющим теменем, что бросалось в глаза, будто красная тряпка в белоснежной комнате, приветствует её, подавая руку.

Клео принимает её и едва не морщится от ощущения холодного пота пальцев.

— Мисс Макалистер дамы и господа.

Поцеловав руку Клео, мужчина тактично отходит в сторону и она с трудом справляется с желанием вытереть липкий пот о платье.

Прожектор ослепляет ее, и микрофон установлен слишком низко, подхватив его за тонкий провод, Клео берёт микрофон в руку, прижимая практически вплотную к губам.

Где-то вдалеке играет тихая музыка ритмов блюза и когда глаза привыкают к свету прожектора, Клео рассматривает переполненный людьми, тёмный зал.

Сверкают палетки чьих-то платьев, широкие улыбки и бриллианты чужих колье.

По залу снуют официанты, разливая шампанское по хрустальным бокалам и подавая клубнику в шоколаде.

Маленькие столики, заставленные диетическими канапе, ломятся от хрустальных приборов и холодных закусок.

Сверкают этикетки, обёрнутого журнала. Повсюду лицо Олин и их мягкая зима, точно мороженое, завёрнутое в горячий, розовый шоколад.

Прочистив горло, Клео улыбается, пытаясь справиться с волнением.

Мелькает вспышка фотоаппарата.

Папарацци тактично выстроились у дверей, это iPhon кого-то из гостей ослепляет её.

— Добрый вечер, спасибо за то, что пришли сегодня.

Новый всплеск аплодисментов и Клео кивает, ожидая, когда же, наконец, сможет продолжить и сбежать отсюда.

— Меня зовут Клео Макалистер, и я новый редактор этого журнала в Нью-Йорке. Я искренне верю в успех нового формата. В то, что этот журнал будет действительно значить что-то. Верю, что мы будем не просто одними «из» модного глянца, а единственными.

Клео замечает Дани и Брендона, что стояли практически у самой сцены. Дани широко улыбается, щедро осыпая начальницу аплодисментами.

— Хочу выразить благодарность всем, кто верил в этот журнал и всем, кто работал над ним, пожалуй, немного больше, чем нужно, это я о тебе Дани.

По залу проносится смех, и Дани едва не сгибается пополам, закрывая покрасневшее лицо руками.

— Хочу выразить особую благодарность моей маме и Джейми, - Клео бросает острый взгляд в их сторону, и хоть темнота зала прячет их лица, она точно знает, что её они видят. – Если бы не вы, меня бы здесь не было. Здесь не было бы этого номера, не было бы этой речи. Спасибо вам.

— Моя девочка,- салютует дочери Эвелин, выступая вперёд, и одаривает Клео очередной лживой улыбкой, самой широкой из её арсенала.

Лживо улыбнувшись в ответ, Клео облизывает пересохшие губы.

— Логан, - голос её предательски дрожит и Клео пытается превратить это обращения в повседневную благодарность за протянутое печенье. – Ты не представляешь, как я благодарна тебе за всё, что ты делаешь.

Голос обрывается, что она может сказать?

Ты самый настоящий человек из всех, что я знаю?

Я хочу видеть тебя каждый день? Я хочу слышать тебя каждый день?

— Спасибо, - улыбнувшись, Клео вытягивает журнал вперёд, выстраивая перед собой щит. – Что ж я надеюсь, что вам понравится наш новый формат. И давайте уже закончим болтать и начнём вечеринку.

Вновь всплеск аплодисментов и едва Клео спускается со сцены, как официант протягивает ей бокал шампанского и она осушает его несколькими глотками, пропуская обжигающую жидкость по горлу.

— Героиня дня, - подойдя к Клео, Эвелин заключает её в крепкие объятия, когда Клео замечает мелькающие вспышки и, усмехнувшись, вяло обнимает мать в ответ.

Отстранившись, Эвелин заправляет невидимую прядь волос за ухо дочери.

— Ты великолепна моя девочка. Великолепна.

Улыбнувшись, Клео протягивает матери журнал и та с некоторой неуверенностью принимает глянец, раскосо улыбаясь в нерешительности.

— Это тебе. Краткий путеводитель меня.

Сухо улыбнувшись, матери, Клео уходит во тьму зала, подхватывая с подноса официанта ещё один бокал шампанского.

Подходя к плотным шторам, отрезающим путь к выходу, Клео наблюдает за какофонией зала.

Сияющие улыбками и блёстками люди обходят зал по кругу, принимая журналы и отправляя в рот закуски.

Болтая, осыпая друг друга лживыми комплиментами и делая вид, что новый формат их хоть сколько-нибудь заботит.

Если одобрено советом директоров и пущено в печать, значит читать нужно.

Это единственное, что им стоит знать.

Закатив глаза от собственных мыслей, Клео неспешно потягивает шампанское. Ещё несколько глотков и она сбежит, прихватив с собой тарелку клубники.

— Думала спрятаться? – слышит она заговорческий шепот Роксаны, и девушка налетает на неё, обнимая. – Ты просто умница.

Улыбнувшись, Клео пожимает плечами.

— Не плохо.

— Это нужно отметить. Срочно.

— Я уже отметила, - Клео поднимает вверх пустой бокал, демонстрируя Роксане выпитое шампанское.

— Я не это имею в виду, - отмахнувшись, секретарша отрицательно мотает головой. – А настоящее веселье.

— Настоящее веселье?

— Идём в клуб. Я знаю отличное местечко неподалёку. Там можно напиться и танцевать всю ночь. Возьмём с собой Брендона и Логана. Никакой Дани, - поморщившись, Роксана закрывает рот рукой, делая вид, что её тошнит.

Рассмеявшись, Клео отрицательно мотает головой.

— Не могу. Я не одета для клуба.

— Найдём что-нибудь, брось, неужели ты хочешь, чтобы этот вечер закончился так? Ты ведь звезда и отмечать это должна соответствующе.

Клео закусывает губу в нерешительности, когда замечает силуэт Логана, продвигающегося к дверям.

— Идёт, - выкрикивает она, пожалуй, слишком громко, заставляя вздрогнуть расположившуюся рядом даму из высшего общества, что тихо напивалась, прижимая к себе запечатанный номер журнала.

— Отлично, - Роксана широко улыбается. – Осталось лишь выловить наших мальчиков.

— Одного я уже вижу, - бормочет Клео, кивая в сторону вспышки света, когда дверь открывается.

~***~

Клуб Cielo один из самых популярных на Манхэттене.

Ночью вас разрушит шквал вспышек, незнакомых людей, что за мгновенье станут друзьями, а утром вы почти ничего не вспомните, кроме послевкусия коктейлей и захотите вернуться снова, пытаясь запомнить этот бермудский треугольник удовольствий.

Каждый вечер отличался от другого. В понедельник это могли быть душевные латиноамериканские ритмы, сдобренные кокосами и тростниковым соком, во вторник громыхало техно, снося стены, а в среду реп разбирал здание по кирпичам злословия.

Помещение было огромным. Несколько залов, с многоуровневыми подиумами.

Каждый подсвечивался, дабы посетители не пролетели мимо, пытаясь выиграть в конкурсах звезды танцпола.

Повсюду огромные колонки, уютные уголки с мягкими диванами, где места для пятых точек так же были снабжены подсветкой, дабы посетители не сели мимо.

Ночью темноту зала разрывали вспышки, извиваясь разноцветными змеями, что казалось можно поймать руками. Они превращались в радугу, обвивая людей своим сиянием и скрываясь под плинтусом пола.

Сияли диско шары, где крохотные зеркала ловили на себе свет, щедро поливая им гостей.

Здесь было так тесно, так жарко, так ярко, вокруг витала дымовая завеса подсветки. Ярко-оранжевая, тёмно-сиреневая, кремовая, тёмно-серая, зелёная, цвета морской волны.

Люди ловили её руками, пытались наступить, смеялись, обваливаясь на барные стойки и заказывая себе коктейли с крохотными диско шарами, что ловили на себе яркие вспышки и бросали их в бокал.

Зайдя внутрь, Клео присвистывает, окидывая помещение пристальным взглядом.

Вечер «вспышка» проводился здесь каждый месяц.

Он не носил в себе определённой тематики. Быстрая песня так же стремительно сменялась медленной, как заканчивались коктейли в бокалах улыбающихся девушек, что уже были готовы потеряться в клубах пара с первым встречным, показавшимся им загадочным в этой подсветке.

— Кажется я в раю… - присвистывает Брендон, стягивая капюшон.

Роксана бросает на него быстрый взгляд, и, закусив губу, слабо улыбается.

Поймав на себе её взгляд, Брендон краснеет, отвернувшись.

Клео давится от смеха, наблюдая за ними. Если ты так ловко оставил Дани ради удивительной вечеринки, на которую ей нельзя, но можно Роксане, к чему скромность?

Подойди, и скажи, как она тебе нравится.

— У них здесь… вряд ли есть сок, - бормочет Логан, качая головой и ослабляя узел галстука.

Клео кусает губы, поворачиваясь к нему спиной. Она так хотела, чтобы он поехал, Роксана едва ли не на колени встала, умоляя его составить им компанию, но если ему настолько неприятно её общество, то зачем заставлять себя?

— Тебе не холодно? – подойдя к Клео, Роксана забрасывает ей руку на плечо, смотря на крохотное платье, что девушка успела выловить в гардеробе.

Оно было почти прозрачным, лишь тёмные разводы цветов доказывали, что на ней что-то надето и неприлично коротким.

Отрицательно мотнув головой, Клео распускает волосы.

— Хочу пить.

— Я принесу! – вызывается, Брендон снимая куртку, и Роксана вырывает её из его рук.

— Я подержу.

Несколько секунд он буравит её пристальным взглядом прежде, чем согласно кивнуть и начать продвигаться к барной стойке.

— Займём тот столик, - Роксана показывает в сторону пустующего диванчика, обведённого линиями флуоресцентных полос и, кивнув, движется вперёд.

Клео покорно движется следом, когда от толпы танцующих отделяется невысокий парень и, подойдя к ней практически вплотную, кладёт руки на талию.

— Привет, я Тео, - он хищно улыбается, и Клео чувствует горячий запах пота, исходивший от него.

— Рада знакомству, - Клео сухо улыбается в ответ, отводя его руки.

— Хочешь потанцевать?

— Я не…

— У неё есть жених, и он не будет рад, когда узнает о тебе, - слышит голос Логана Клео, и, подойдя к ней ближе, он окидывает парня суровым взглядом.

Она впервые видит его таким.

В глазах плещутся искорки презрения, желваки «гуляют» по щекам и в очередной раз, ослабив узел галстука, Логан срывает его с шеи.

— Что-нибудь ещё?

Отрицательно мотнув головой, Тео примирительно поднимает руки вверх.

— Да ладно тебе парень, остынь, я же просто предложил, - нервно смеясь, Тео вновь присоединяется к тёмной толпе танцующих.

У неё есть жених.

Вот чёрт.

Клео не хотелось, чтобы он думал об этом. В конце концов, это всего лишь Рассел.

Это не любовь всей её жизни, и его можно не брать в расчёт, он ведь просто жених… обязанность.

Как белое бельё после дня труда. Обязанность.

Обернувшись к Логану, Клео кивает ему, как бы благодаря за избавление от назойливого поклонника и приближается к дивану, где уже восседает Роксана так быстро, как только может.

Опустившись на мягкую обивку, Клео бросает пальто на спинку и, мотнув головой, глубоко вздыхает, пытаясь заполнить лёгкие душным воздухом вместо возмущения.

— Всё хорошо? – подавшись вперёд, Роксана озадаченно хмурится.

Логан опускается на диван напротив и, положив куртку на подлокотник, утыкается угрюмым взглядом на столик.

Наклонившись к Роксане, Клео шепчет ей на ухо.

— Логан помнит о том, что у меня есть Рассел. А я не хочу, чтобы он об этом помнил.

Отстранившись, Роксана довольно улыбается, хлопая Клео по плечу.

— Чёрт возьми, девочка…

Прижав указательный палец к губам, Клео кивает в сторону Логана.

— Всё будет так, как ты захочешь милая, сегодня твой день.

— Бар здесь просто отличный! – восклицает Брендон, водружая на столик переполненный поднос.

Крохотные стопки текилы, хрустальные бокалы мартини на тонкой ножке, ром с колой и несколько коктейлей ядовито-жёлтого цвета.

Опустившись рядом с Логаном, Брендон толкает его, в плечо широко улыбаясь.

— Кажется, вечер обещает быть пьяным.

Рассмеявшись, Роксана срывает с подноса стопку текилы и стремительным движением заливает в горло.

Клео следует её примеру, и Брендон повторяет следом.

— Логан, давай, - бормочет Роксана, морщась. – Или ты хочешь, чтобы я весь вечер тебя уговаривала?

— Я не хочу напиваться, - Логан отрицательно мотает головой. – Я…

— Пей и всё!

Закатив глаза, Логан покорно принимает стопку.

Музыка становится громче, Клео чувствует, как горячий алкоголь растекается по венам.

Электричество сквозит в воздухе, провода гудят от напряжения и клетки где-то внутри лопаются, точно мыльные пузыри.

Люди движутся всё быстрее, песни сменяют друг друга, вокруг становится тесно.

Поднос падает на пол, пустые бокалы разбиваются, создавая разрушенную башню, и компания дружно смеётся, собирая осколки.

Клео лишь помнит, как Брендон раз за разом достаёт из толстовки мятые купюры, расплачиваясь то за полные бокалы, то за осколки, наполненные лишь чьим-то дыханием.

Вечер становится быстрым.

Стрелки на часах делают несколько быстрых оборотов, вращая время вперёд, пока оно не останавливается, ди-джей не замирает и по залу не растекается мрачная мелодия песни «Lana Del Rey - Cola».

— О Боже, я её обожаю! – восклицает Роксана, резко вскакивая и пошатываясь от переполнявшего её алкоголя. – Брендон, идём!

Разведя руки в стороны, Брендон расстёгивает толстовку.

— Желание дамы… закон.

Подав ему руку, Роксана уводит Брендона на танцпол.

Давай малыш, поехали,

Мы можем уйти к великому сиянию,

Я знаю твою жену, она не будет против.

Мы уже достигли другого мира.

Приседая на корточки, Роксана плавно поднимается вверх, точно ядовитая змея, готовая показать смертельный танец своей жертве перед тем, как съест её.

Брендон поддаётся её чарам, обнимая девушку за талию и прижимая к себе.

Улыбнувшись, Клео допивает коктейль и, повернувшись к Логану, что отводит смущённый взгляд от Роксаны и Брендона, хватает его за руку.

— Я тоже хочу танцевать.

— Я не умею танцевать, - улыбнувшись, Логан отрицательно мотает головой, закатывая рукава рубашки.

— Ты никогда не ходил в клубы?

— Нет, я пытался узнать природу и архитектуру других городов, а не клубы.

Закатив глаза, Клео поднимается.

— Потанцуй со мной. Прошу.

Поколебавшись с секунду, Логан сдаётся и, кивнув, с трудом поднимается, позволяя Клео вывести его на танцпол.

— Предупреждаю сразу, я не танцор.

— Я видела, не ври мне.

Рассмеявшись, Клео толкает Логана бедром и, повернувшись к нему спиной, плавно скользит вниз.

Наркотики.

Лижи их, как ванильное мороженое,

Не обходись со мною грубо,

А обращайся нежно: укрась мою шею,

Хрустальными льдинками.

Медленно поднимаясь вверх, Клео проводит руками по влажному от пота телу, чувствуя, как платье прилипает к коже.

С шумом сглотнув, Логан кладёт руки ей на талию и, улыбнувшись, девушка накрывает его руки своими.

Отпустив его, она делает шаг в сторону, упираясь руками о стену и чувствуя, как дыхание Логана ласкает шею.

Отведя её волосы, он дует на разгорячённую кожу, и шумно дыша, Клео резко оборачивается, когда текст песни превращается в сплошные переливы текста.

Давай, давай, давай детка.

Обхватив руками его шею, Клео притягивает Логана к себе и целует в губы.

Закрыв глаза, она слабо стонет от удовольствия, чувствую мягкую кожу и, кусая его за нижнюю губу, отчаянно цепляется руками за шею.

Его руки скользят по её спине, спускаясь до бёдер и задирая платье, обводят контур белоснежных кружев.

Жадно ответив на поцелуй, Логан прижимает Клео к стене, и она слабо царапает его кожу, чувствуя мягкий кожаный шнурок жжёного сандала.

В этом ведь весь он.

В этой крошечной, мягкой детали.

Её Логан.

Ответ ведь такой простой. Почему она так себя ведёт? Почему всё усложняет?

Ведь ответ так близко, и она так его хочет.

Рассел это сухой буклет ответов, что она не хочет слышать под неприметной обложкой, а Логан книга сказок, что готовы вырваться глянцевыми страницами, стоит лишь открыть первую страницу.

— Логан… - шепчет Клео, слегка отстраняясь, и он замирает, словно очнувшись.

Ей хочется улыбнуться, снять кольцо, забыть о матери, уйти в его крохотную квартиру и плевать, что будет дальше.

Лишь бы он сейчас улыбнулся, забрал её с собой и не позволил оборачиваться назад.

— Боже мой… - устремив на неё изумлённый взгляд, Логан закрывает рот рукой, и резко отстранившись, отрицательно мотает головой. – Господи, что я наделал…

— Всё хорошо, я не люблю Рассела. Ты же знаешь, что не люблю, ты же…

— Мне нужно уйти.

Его ответ разрезает магию вечера острым ножом правды, и лезвие сверкает в прожекторе, унося дымку в прошлое.

— Логан…

— Ничего не было! – восклицает он, точно в истерике и Клео испуганно прижимается к стене, когда его глаза превращаются в бесконечный чёрный тоннель. – Оставь меня.

Клео шумно дышит, боясь пошевелиться, пока он возвращается к столу и, вытаскивая из карманов, смятые деньги, бросает их на стол, забирая куртку.

Ещё пару мгновений она стоит в оцепенении, пока люди вокруг беснуются под быстрые ритмы.

Взгляд натыкается на танцующих Роксану и Брендона.

Она прижимается к нему лбом, он шепчет ей что-то на ухо и улыбается.

Выходит это не сон.

Они всё ещё здесь, и Роксана получила Брендона, он не сбежал, крича о том, что ничего не было, оставив её одну.

Медленно продвигаясь к столу, Клео надевает пальто и, подхватив сумочку, движется к выходу не в силах объясняться перед Роксаной.

Пусть сегодня думают, что они уехали вместе, или что сбежали, не важно.

Просто сегодня она не сможет объяснить, что произошло.

Лучше завтра.

Когда новый номер станет прошедшим днём, а она снова ничтожной пешкой в игре Эвелин.

17 глава

Я боялся, сам не зная, чего я боюсь, а это худший из всех видов страха.

Робертсон Дэвис

Проснувшись утром, Роксана несколько минут лежит в оцепенении тьмы закрытых глаз.

Лучше осознать этот день так прежде, чем раздастся трель будильника.

Головная боль отдаётся слабым отблеском, на шее горят тёмно-бардовые синяки засосов…

Резко распахнув глаза, Роксана садится, от чего и без того разрывающаяся болью голова кружит комнату.

Прижав ладонь ко лбу, девушка морщится.

Вечер был,… кажется хорошим.

Она ведь…

Распахнув глаза, Роксана улыбается, коснувшись пальцами припухших губ.

Она была с Брендоном.

Закусив губу, девушка вновь откидывается на подушку, прикрыв глаза. Под закрытыми веками мелькают воспоминания ночи.

Яркие вспышки прожекторов, мрачные ритмы ночи, ледяной воздух улицы и жаркий пар, что вырывался изо рта Брендона.

Замотавшись в одеяло, девушка тянется к столику и, подхватив телефон, проводит пальцем по дисплею.

1 новое сообщение.

Доброе утро. Понятия не имею, как ты себя чувствуешь, но я отлично

Быстро набирая ответ, Роксана глупо улыбается.

Так просто. Больше не будет Дани, глупой ревности и странных увлечений.

Плевать на всё, пусть будет…

— Рокси! – требовательный голосок Лоис, словно сам собой распахивает дверь в комнату Роксаны и, хмурясь, девочка забегает в комнату.

— Лоис, у тебя шикарная причёска! – смеётся Роксана, созерцая пушистые кудряшки сестры, и та в ужасе проводит по ним руками, пытаясь собрать непослушную копну в неумелый хвост.

— Замолчи! – запрыгнув в постель Рокси, Лоис натягивает на голову одеяло. – Где ты была всю ночь? Папа волновался. Ходил в туалет раз пятьдесят.

— Откуда ты знаешь? – усмехается Роксана, просматривая сообщения.

— Потому, что туалет рядом с моей комнатой! – взвизгивает Лоис, и Роксана вновь смеётся.

Отложив телефон в сторону, девушка на мгновенье замирает прежде, чем захватить комочек одеяла, где спряталась сестра в объятия.

— Роксана! – восклицает девочка. – Я задохнусь!

— Какая ты вредная, Боже, - отведя одеяло в сторону, Роксана освобождает Лоис и та жадно глотает воздух.

Улыбнувшись, девушка отводит волосы девочки с лица и замечает новую россыпь веснушек на носу.

Губы девочки потрескались от холода, на подбородке дуга аккуратных, крошечных прыщей, длинные ресницы спутались и превратились в комок пушистых ножек.

— Я дам тебе свою гигиеническую помаду, чтобы такого не было, - Роксана проводит большим пальцем по губам девочки и та кивает в ответ.

— Папа говорит, что мне рано краситься, но ведь это не считается, да?

Кивнув, Роксана поджимает губы.

После того, как они упустили её в детстве, отец не позволит Лоис даже крошечной вольности в лице бесцветной гигиенической помады.

— А потом ты отдашь мне всю свою косметику… - шепчет Лоис, мечтательно возведя глаза к потолку. – И наконец, съедешь от нас, а я займу твою комнату.

Рассмеявшись, Роксана качает головой.

— Ты так хочешь, чтобы я уехала? Кола и Камден останутся здесь навсегда, имей в виду.

— И это будет прекрасно, когда я буду управлять двумя братьями без твоего участия, - Лоис потирает ручки и Роксана вновь смеётся.

— У тебя ужасно коварные планы.

— Доброе утро, - дверь приоткрывается и в комнату заходит Меб. – Посмотрите-ка, а она уже здесь!

Восклицает женщина, скрестив руки на груди и устремив на Лоис суровый взгляд.

— Дай твоей сестре хотя бы немного передохнуть от глупостей.

Возмущённо надув губы, Лоис откидывает одеяло и, расправив пижаму, одаривает Меб суровым взглядом.

— И тебе доброе утро мамочка.

— Иди в свою комнату, и убери то, что ты называешь постелью.

Махнув Роксане рукой, Лоис выходит из комнаты, грохнув дверью на прощание.

Закатив глаза, Меб проходит вперёд и, опустившись на стул, окидывает зеркало Роксаны пристальным взглядом.

Следы от пудры, открытые тени, тонны дешёвой бижутерии, под которой зеркало уже готово прогнуться.

Проведя пальцем по избитой полировке, Меб оборачивается к Роксане.

— Где ты была? – голос женщины обращается сталью, и Роксана с шумом сглатывает, чувствуя себя шестнадцатилетней девчонкой, что ночью сбежала без разрешения родителей.

— Я… гуляла с друзьями.

— С какими друзьями?

Раздражённо закатив глаза, Роксана отбрасывает одеяло в сторону, в точности, как Лоис.

Поднявшись, девушка слегка пошатывается от похмелья и зудящих болью мышц, но, не желая показывать матери истинное состояние, зло улыбается самой себе.

— А какая разница? Я уже взрослая, имею право гулять с теми, с кем хочу.

— Ты знаешь единственное правило, что отец просил соблюдать. Не общаться слишком близко с людьми, чья кожа светлее белой кости.

— Боже, мама, - Роксана тяжело вздыхает, сжимая пальцами переносицу. – Кости у всех одного цвета! У тебя они не чёрные!

Поджав губы, Меб выпрямляет спину, уводя взгляд в сторону.

В детстве она казалась Роксане слишком доброй.

Очаровательная фигура, добрые глаза, широкая улыбка. Красивая, весёлая, готовая втянуть мужа в немыслимые авантюры.

Это ведь именно она когда-то показала Роксане Манхэттен и, наклонившись, прошептала на ушко: «Однажды ты будешь здесь. Обязательно будешь».

И что же случилось теперь?

Куда пропала её мама, что желала дочери счастья с любыми людьми?

— Я не понимаю, в чём дело, - шепчет Роксана, бросив взгляд на закрытую дверь и подойдя ближе к матери, опускается на колени. – Почему ты так говоришь? Ты ведь была за меня мам. Ты ведь говорила, что это не важно. Я не хочу жить здесь. Не хочу быть парикмахером и не хочу выходить замуж за Ларка в надежде на то, что он будет изменять мне не каждый день недели.

С шумом сглотнув, Меб подаётся вперёд, обхватив лицо дочери руками.

— Рокси… ты моя девочка. Я была так молода, когда забеременела… я, думала,… когда я узнала, что у меня будет девочка, я решила, что подарю ей всё, чего была лишена сама. Мои родители не спрашивали разрешения. Разговоры о белых людях и центральных районах в нашем доме были запрещены. Я хотела… подарить моей семье цивилизацию, - Меб опускает голову и в её глазах блестят слёзы.

Роксана с шумом сглатывает, чувствуя, как в горле растёт ком. Поведение матери не сулит ничего хорошего.

Если она рыдает, то дело действительно плохо.

— Мам…

— Твой отец терпеливый человек. Я люблю его. Безмерно люблю его за то, что он закрывал глаза на твою жизнь. На твою профессию, на твои мечты и надежды, но… он больше не может, - поморщившись, Меб отпускает Роксану, вытирая слёзы ладонями. – И я больше так не могу. Не могу представить, что наши внуки будут белыми, не могу представить, что ты уедешь отсюда. Не хочу, чтобы ты уезжала.

Лицо Роксаны буквально вытягивается от изумления.

Нахмурившись, девушка шумно выдыхает, поднимаясь с колен.

— Что это значит?

— Это значит, - облизнув губы, Меб поднимается и в её глазах блестит решимость. – Что ты увольняешься. Возвращаешься к нам и телом, и головой. Если мои слова на тебя не подействуют, говорить будет отец. Если ты ещё помнишь, в нашем доме слово главы семьи что-то значит в отличи от семей белых. Надеюсь, ты не ослушаешься.

Нервно смеясь, Роксана отшатывается назад.

— Ты шутишь! Это… не смешная шутка, я не уволюсь! Ни за что на свете!

Смешанный со смехом ответ дочери бьёт Меб по щеке, точно пощёчина и сухо улыбнувшись, она подходит к двери.

— В таком случае говорить будет отец.

Роксана ещё несколько минут стоит в оцепенении прежде, чем осознаёт весь ужас надвигающейся катастрофы.

Подбежав к шкафу, девушка вытаскивает самую большую сумку и, затолкав в неё несколько вещей, срывает с зеркала бижутерию.

Подхватывает подарки Брендона, последний номер журнала, остатки денег и, застегнув сумку, открывает окно, выбрасывая её на улицу.

Как ни в чём не бывало, она одевается, красится и не спеша завивает волосы.

Улыбнувшись собственному отражению, Роксана подхватывает телефон и, спустившись вниз, треплет по голове Лоис, что отчаянно пытается выпрямить волосы, целует отца, что читает газету в висок и, послав матери полный вызова взгляд, выходит на улицу.

Подхватив из засохших кустов сумку, Роксана в последний раз заглядывает в окно своего дома. Видит, как в гостиную заходит Камден с чашкой кофе в руках и что-то говорит отцу, размахивая руками и улыбаясь, а потом переводит взгляд на окно и видит её.

Он, было, открывает рот, но заметив сумку в её руках, резко хмурится.

Роксана испуганно взирает на брата, но он лишь едва заметно кивает ей, опускаясь в кресло и всю оставшуюся дорогу до работы, прижимая к себе сумку с вещами, Роксана давится слезами.

~***~

— Целуйте мне ноги!

Изумлённо округлив глаза, Клео резко отрывает взгляд от экрана компьютера и, переведя его на двери, несколько секунд тупо смотрит на гостью прежде, чем рассмеяться услышанной шутке.

— Олин, - быстро закрыв вкладки браузера, Клео оставляет компьютер в режиме ожидания и, поднявшись, подходит к звезде журнала.

Олин, что как обычно напоминает распустившийся цветок розы, подбегает к девушке и заключает её в пышущие духами объятия.

— Я так счастлива! Ты даже представить себе не можешь, как я счастлива Клео! – отстранившись, Олин широко улыбается, но Клео кажется, что глаза у девушки грустные не смотря на столь восторженные восклики горла.

— Я очень рада за тебя, ты этого достойна, - улыбнувшись, Клео возвращается к столу и, достав из верхнего ящика стола конверт, протягивает его Олин. – Это твои премиальные за то, что ты оказалась такой популярной.

Рассмеявшись, Олин подпрыгивает на месте, забирая из рук Клео конверт и целуя его, от чего на белой бумаге остаются следы розовой помады.

— Неужели этот день настал, и я не просто дочь знаменитости, а настоящая модель! Клео, мы обязаны собрать девчонок! Они сдохнут от зависти! Ты разослала им номера журнала? Ты ведь отправила их?

Кивнув, Клео скрещивает руки, что всё ещё трясутся, после воспоминаний вчерашнего вечера, на груди.

Олин вновь что-то восторженно восклицает тогда, как в голове собеседницы лишь вспышки прошлого.

С шумом сглотнув, Клео чувствует, как платье прилипает к влажной от пота спине и по телу пробегают руки ледяных мурашек.

Она маньяк.

Маньяк, домогающийся человек.

Она не просто маньяк, она маньяк воспользовавшийся своим положением и пристававший к подчинённому.

Клео вновь с шумом сглатывает, представляя заголовки газет после того, как Логан продаст им новости событий прошлого вечера.

Дочь Эвелин Макалистер пользуется своим положением на всю катушку.

Тихая мышка оказалась хищной кошкой. Откровения подчинённого Клео Макалистер.

Последний Trend – домогаться к своим подчинённым?

Кто молчит о тёмных делах модного дома? Почему Эвелин отказывается работать с мужчинами?

— Господи… - выдыхает Клео, когда перед глазами отчаянным потоком мельтешат безумные буквы газет и Олин понимающе кивает.

— Ещё бы! Я и сама была в ужасе, когда узнала.

Взгляд Клео проясняется, и она кивает в ответ, пытаясь улыбнуться Олин.

— Да, я…

— Милая, всё хорошо? Ты как-то побледнела.

Энергично кивая в ответ, Клео пытается беззаботно рассмеяться.

— Да, да всё отлично, - улыбнувшись, она пожимает плечами. – Просто… не выспалась. Знаешь ли, напряжение, такая ответственность…

— Как и на мне, - Олин подмигивает Клео, тихо хихикая. – Кстати, как там поживает обладатель твоего сердца?

Изумлённо округлив глаза, Клео подаётся вперёд.

— Откуда ты знаешь?

Олин на мгновенье замирает с глупой улыбкой.

— Да… все знают. Вы же с Расселом давно объявили.

— А, да, прости, - Клео облегчённо выдыхает. – Он работает. Много работает.

— Скучаешь по нему, детка? – бросив взгляд на стулья, Олин удовлетворённо улыбается и, бросив сумку на один из них, опускается на другой, расстёгивая пальто нежно-розового цвета с меховым воротником, что было на ней, на обложке.

Только волосы разбросаны небрежными прядями по мягкому меху, а не собраны, как на снимке, и глаза подведены в куда более агрессивной манере.

— Конечно, как по нему можно не скучать? – Клео театрально округляет глаза, пытаясь сделать такой же глупый и беззаботный вид, как и у Олин.

— Да, он красавчик, - устало вздохнув, Олин надувает губы и в кабинете повисает тишина.

Каждая думает о своём, и Клео ни на мгновенье не задумывается, о чём может так печалиться королева роз Олин Палмер.

Отойдя в сторону, Клео бросает взгляд в переполненный сотрудниками коридор, пытаясь поймать силуэт Логана.

Не смотря на то, что ей ужасно стыдно, она подойдёт к нему, и они решат эту проблему между собой.

Он кажется не глупым парнем. Согласиться на доплату за молчание и никому, ничего не расскажет.

Идиотка, о чём ты только думала? Нужно соблюдать субординацию, нужно быть профессионалом, а не вешаться на шею первого попавшегося писателя-странника.

— Ладно, думаю мне пора идти, - поднявшись, Олин подхватывает шуршащие пакеты и, засунув конверт в сумку, посылает Клео широкую улыбку. - Увидимся на традиционных посиделках.

Кивнув, Клео подаётся вперёд, слабо обнимая девушку.

— Я провожу тебя к лифту.

Выйдя из кабинета, Клео мягко кладёт руку Олин на плечо, всем своим видом пытаясь показать, что она вышла на свет Божий лишь ради того, чтобы проводить подругу, а вовсе не ради Логана.

Подойдя к лифту, Клео нажимает на кнопку вызова.

— Так люблю у тебя бывать, - восторженно выдыхает Олин, оглядываясь по сторонам. – Словно в бутике. Так вкусно пахнет, такие красивые люди.

Улыбнувшись, Клео облегчённо выдыхает, когда двери лифта открываются и ей на встречу выпрыгивает девушка.

— О, Боже! – восклицает она, едва не сбив Клео с ног. – Простите, простите.

Клео морщится, чувствуя лёгкую боль в колене, от проскользнувшего рядом носка острого сапога.

— Всё в порядке, я…

— Ты опять кого-то убила?

С шумом сглотнув, Клео заглядывает за спину девушки, увидев Логана.

— Клео, доброе утро, - улыбнувшись, он выходит из лифта, и, подойдя к девушке, кладёт руку ей на плечо.

— Клео Макалистер, - восхищённо выдыхает девушка и её огромные голубые глаза округляются. – Мне повезло, едва не сбила с ног такую женщину.

Клео окидывает незнакомку быстрым взглядом, пытаясь распознать угрозу, точно профессиональный сапер.

Опасное, взрывчатое вещество, в составе которого длинные, тёмные волосы, что отливали золотистым на свету, большие голубые глаза, в обрамлении пушистых ресниц и точёная фигурка.

Загорелая кожа, мягкие, аккуратные черты, точно нарисованные на кукольном личике и деньги.

Определённо в это вещество были вложены не малые деньги, судя по её нежно-голубому пальто от Gucci.

— Эсса Чарлсон, - протянув Клео руку, девушка мягко улыбается, от чего на её щеках появляются ямочки и Клео неохотно пожимает её руку в ответ.

— Рада знакомству.

— Я тоже, Логан только и говорит об этом журнале и своей начальнице с тех пор, как попал сюда, - обернувшись к Логану, девушка посылает ему хитрую улыбку и, схватив за руку, кладёт себе на талию. – Ты отошёл слишком далеко.

Шепчет она, и, подойдя ближе, Логан целует её в щёку. Закатив глаза от удовольствия, Эсса, облизывает губы.