Элитари. Выбор

Глава 22

Голос наследника был полон невысказанного волнения. Вот что ему ответить? Он же не знает о моем противозачаточном заклинании. И почему решил спрашивать меня об этом в коридоре? А вдруг кто мимо пройдет? Еще бы на поляне, при всех задал этот вопрос, чтобы точно все знали, кто стремится стать отцом.

— Нет, Рианор. А ты разве не чувствуешь?

— Нет. Что это?

И он пошевелил пальцами возле моего живота. Не прикасался, но мне показалось, что он это сделал внутри тела. Очень неприятные ощущения. По его руке зазмеились золотые молнии, рисуя причудливые узоры на предплечьях.

— Убери, пожалуйста, руки от меня. И отойди.

Я разозлилась сразу же. Как мне надоели эти его тиранские замашки!

— Что это, Эллари? — уже мягче спросил наследник, убирая руку. Только вот за его пальцами потянулась из меня яркая зелёная ниточка.

— А тебе не кажется, что это не твоё дело? И что ты сделал?

Я отсекла эту ниточку. И пожелала, чтобы моя магия воздвигла между нами стену.

Получилось… странно. Стена и правда появилась, но она была прозрачная и как будто бы слегка звенела в воздухе. И что я со злости сотворила такое?

— Всего лишь пытался понять, что ты такое навертела своей магией. Любопытная конструкция. Для чего она?

И он заинтересованно потыкал в звенящую стену пальцем.

— Хотела защититься от тебя.

Интересно, а мы что сейчас обсуждаем — эту стену или моё противозачаточное заклинание?

— Защититься? От меня? Тебе не стоит меня бояться.

Мне кажется, или подобный разговор у нас уже был? Я убрала стену усилием воли. Все равно не понимаю, поможет ли она мне сколько-нибудь. Надо срочно заняться теоретическим изучением магии. Хотя бы с Эльмиром. И куда Имри, интересно, делся?

— Рианор, ты получил ответ на свой вопрос? Теперь я могу идти?

— Конечно, Эллари. Только будь осторожна со сложными плетениями.

Это он про мою стену? Или про заклинание от беременности? И понял ли он, что это такое? Ведь это Сирень изучала человеческую медицину. Вот спросить или лучше не нарываться? Как говорится, не буди лихо…

— Отойди, пожалуйста. Мне нужно идти.

— Куда?

— Вообще-то, Рианор, я собиралась поесть. А когда я голодная, я очень злая.

— Тогда не смею тебя задерживать. Злая женщина — это очень серьезно, — он улыбнулся и, наконец-то, перестал нависать надо мной. — Я зайду за тобой через два часа.

— Зачем?

— Будет празднество в честь того, что боги благословили священное озеро. И мы, как проводники божественной воли, должны принять благодарность грифонов.

— Спасибо тебе за предложение проводить меня, но я приду сама.

— Не имеет значения, Эллари, придёшь ты сама, или со мной, или с Илидорианом и Сирениеллоараэль. Мы всё равно будем вместе.

— Вот и чудно. Тогда выбираю третий вариант. С Сирень и Илидорианом.

И отправилась к себе в комнату. Хватит мне его общества. Если, как Рианор говорит, нам всё равно принимать благодарность вместе, то хоть остальное время проведу без него. Надеюсь, он хотя бы соизволит одеться. А не придёт на праздник с голой задницей, прикрытой лишь дымкой иллюзии. Неужели, никто больше не видит? Или просто боятся ему сказать?

Ну наконец-то я поем!

Мои остренькие, зелененькие и невероятно чувствительные уши были готовы свернуться в трубочку и отвалиться. Но я стояла, мило улыбалась и принимала благодарности и выражения любви. Хорошо хоть цветы никто больше не дарил. И без вирсении здесь было очень… жарко.

Дело все в том, что мы с Рианором и Мириэной стояли в тесном окружении грифонов. Пернато-пушистые подходили по одному или парами, терлись, утыкались клювами, урчали, курлыкали и всячески выражали свою радость. Все бы ничего, но поляну, на которой мы стояли, окружали плотным кольцом… поющие грифоны. И вот пронзительные их трели и переливчатые рулады заставляли неимоверно страдать мой слух. Нет, вначале это пение воспринималось как нечто необычное, оригинальное, интересное и даже не лишенное приятности. Но, спустя час…

Я была счастлива, когда поток желающих выразить благодарность, наконец, стал подходить к концу и мы перебрались за столы.

К слову, остальные эльфы, как и грифоны, уже вовсю наслаждались ужином. Я даже не стала спорить, когда Рианор усадил меня рядом с собой — другое место искать просто не было ни сил, ни желания. Возле Сирень было не протолкнуться — свита повелительницы расселась очень плотно.

Праздничный ужин был накрыт прямо на поляне. Между эльфийскими столами располагались и угощения для грифонов, и все очень спокойно смотрели на принимающих пищу пернатых. Вот и я, видимо, уже начала привыкать — поела, почти не обращая внимания на поглощающих сырое мясо котоптиц. Что-то я опять проголодалась. И траву, грифоны тоже, кстати, употребляли — пушистые стебли растения, похожего по виду на полевой хвощ. Вот если бы они ещё петь перестали, было бы совсем хорошо.

Очень порадовало, когда в центр поляны вышли несколько эльфов с музыкальными инструментами. Их приветствовали громкими аплодисментами. А грифоны — о, счастье! — наконец, прекратили петь и испустили хором радостную трель. Тоже громко вышло, но, хотя бы, быстро прекратилось. Да… Я, конечно люблю грифонов, но высокая концентрация радующихся котоптиц в одном месте — это очень утомительно.

Музыканты расположились и начали играть на своих инструментах. Полилась нежная, чарующая мелодия, завораживающая своим звучанием. Хотелось слушать её бесконечно… Так мне казалось… первые двадцать минут. А потом я почувствовала, что начинаю клевать носом и голова так и норовит склониться на пышный рукав платья повелительницы. Так не пойдет.

Огляделась вокруг. Некоторые эльфы тоже украдкой позёвывали. Интересно, кто тут такой поклонник усыпляющей музыки? Хоть бы перерывы делали, что ли… О! А не Имри ли это? Очень похоже, что именно его зеленая шевелюра виднеется на противоположном краю поляны… Как там моя сумка с вещами, интересно?

— Эллари, тебе ведь нравится мастерство наших музыкантов? — наклонилась ко мне Мириэна. Она говорила еле слышно, чтобы не мешать исполнителям. Не забываем про эльфийский тонкий слух.

— Их игра безупречна, это бесспорно, — также шепотом ответила я.

Наконец, исполнители сделали перерыв. Аплодировали им стоя, причём встала даже повелительница. Вот и чудно. Может, теперь можно встать и из-за стола? А то и вовсе пойти спать? А то я как-то устала за сегодняшний день.

И тут — о, радость! — толпа гостей пришла в движение. Тусовка постепенно трансформировалась в некое подобие фуршета. Пойду и я для начала к Сирень, а потом, может, удастся и вовсе уйти? Пользуясь тем, что Рианор и Мириэна были заняты беседой, тихонько вышла из-за стола.

— Сиятельная Эллари, как я счастлива выразить вам своё восхищение!

Путь мне преградила очаровательная сестрёнка Вериселя. Как её зовут-то? Дай бог памяти… Она так восторженно мне улыбалась! Почти натурально даже у нее получилось. Я изобразила на лице ответную радость.

— Благодарю вас, лиирра…

— Сиятельная!

Нас окружили еще несколько юных эльфочек. И все восхищенно щебетали… Наперебой выражали своё почтение и радость от лицезрения великолепной меня…

Улыбаемся и киваем. Блин, когда это кончится? И… так всегда на эльфийских общественных мероприятиях?! Шагу нельзя спокойно ступить?

— Лиирра, а откройте нам секрет, — прорезался сквозь шум звонкий голос сестры Вериселя. — Как вам это удалось? Благословить священное озеро грифонов? Говорят, — она сделала театральную паузу, привлекая еще больше слушателей к своим словам, — что оно теперь обладает целебными свойствами. Вы же были там с наследником? Вдвоём?

И она указала на Рианора, стоящего возле нашего стола. На нем очень активно висла красивая блондинка, подставляя под обзор своё чрезвычайно глубокое декольте. Он что-то ей говорил в этот момент.

Все посмотрели на эту живописную композицию, о потом на меня. А на какой вопрос нужно отвечать?

— Я считаю, что секрета тут никакого нет, лиирра Велиарили, — раздался голос ди Вирдена. — Все дело в том, что Сиятельная Эллари — дочь богини Эллитаририаниарианны.

Имри как бы между делом завладел ручкой юной Велиарили (так вот, как её зовут!) и поднес её к губам. Внимание зрителей тут же переключилось на них. Очень он вовремя решил подойти, молодец.

— Ведь верно, лиирра Эллари?

Ди Вирден, не выпуская руку Велиарили, посмотрел на меня.

— Вы, несомненно правы, лиир ди Вирден. Благословление богини снизошло на священное озеро грифонов, потому что на то была ее воля. Магия жизни впиталась в его воды и это, очевидно, величайшее благо!

Любопытный факт — когда используешь в речи велеречивый пафос, столь любимый эльфами из высшего общества, после первых слов становится уже не важно, что именно ты говоришь. Потому что зрители все равно засыпают и перестают воспринимать смысл. И я начала уже этим пользоваться.

К нашей компании присоединилась Сирень. Улучив момент, когда Имри опять перетянул внимание на себя, мы отошли.

— Заметила, как Велиарили смотрела на наследника и Риалиантру? — спросила меня эльфа. — И ди Вирден тоже прожигал их взглядом…

— Похоже, у них тут любовный четырёхугольник вовсю кипит страстями. Риалиантра с Рианором, ди Вирдена это бесит, а Велиарили хочет замуж за наследника. Ничего нового, — я прикрыла рукой зевок. — Пойдем спать?

— Да, что-то я устала, — ответила Сирень. — Столько новостей…

Мы нашли Илидориана и отправились в свои комнаты. Пожелав супругам спокойной (или надо желать бурной?) ночи, я открыла дверь в свои покои.

А закрыть ее за собой не успела, потому что мне помешали. На пороге, словно из ниоткуда, возник Рианор.

— Ты так быстро ушла, Эллари. Что-то случилось?

— Устала. И хотела бы лечь спать.

Я выразительно смотрела на него. Не слишком ли тонкий намёк?

— Тогда я буду краток.

Он прошел в гостиную моих покоев, потеснив меня из дверного проёма. Не задев и даже не прикоснувшись. Как у него это получилось? Ведь я была полна решимости не впускать его!

Но вот результат — сейчас мы сидим в креслах друг напротив друга. Из отрытых окон доносятся звуки музыки — снова те же нежные мелодичные напевы. Легкий ветерок колышет занавески на окнах.

— Я слушаю тебя.

— Скажи мне правду, Эллари. Ты утверждала, что на тебя вирсения действует не так, как на других женщин. Что ты имела в виду?

Похоже, он всё-таки допросил Рина. Но тогда к чему эти вопросы мне? Хочет составить полную картину? Но любопытно, Имри спокойно гуляет на празднике. Значит, правящий дом не против того факта, что ди Вирден — любитель воспользоваться пыльцой для… личных, так сказать, нужд…

— То, что у меня она вызывает агрессию.

— То есть тогда, в водопаде, по отношению ко мне был с твоей стороны… акт агрессии?

Я смутилась. И покраснела?

— Вначале — да.

И замолчала. Но Рианор, похоже, был серьёзно настроен «поговорить об этом».

— А потом?

— И потом тоже.

А что? Агрессия сексуальная — чем не агрессия?

— Мне кажется, ты говоришь мне не всю правду, Эллари, — он улыбнулся.

Вот чего он ко мне прицепился? Так спать хочется… Развлекался бы со своей грудастой блондинкой, она очень красивая, на мой взгляд. Понятно, почему Вирден так зубами скрипит на Рианора.

— Что за плетение из элитари ты использовала на себе? Оно очень странно выглядит.

— Прости, Рианор, но это моё личное дело. А мы с тобой не в тех отношениях…

— Элитари, Эллари — это прежде всего магия жизни, — перебил меня наследник. — И её первейшая задача — это давать жизнь и защищать её.

Пожала плечами. Не собираюсь я его посвящать в подробности контрацепции. Не понял, что это — и ладно. Объяснять не буду. Мы и правда, не в тех отношениях.

— Я умею и причинять вред при помощи элитари.

— Я знаю. Однако, задумайся — при всей своей силе, при своих умениях забирать жизнь и магию, ты никогда не пыталась навредить мне.

Я открыла рот, чтобы возразить. И закрыла. А ведь правда. Это только Имри меня просветил, что я не могу причинить вред при помощи магии жизни другому носителю элитари. Но того же ди Вирдена я без колебаний отправила в кусты, чуть мне не понравилось его поведение. И зарядила световым шаром в лицо. С Рианором же мне такое и в голову не пришло. Почему? Даже когда я была в ярости, что я сделала? Уничтожила его одежду?

— Вы не видели лиирра Зоранирианора? — раздался за окном звонкий девичий голосок.

Это вернуло меня в реальность. Его там, похоже, любовница потеряла. Поднялась с кресла. Пора заканчивать этот разговор. Куда-то он не туда заходит…

— Рианор, тебя там ищут. А я устала и спать хочу.

И сделала шаг в сторону спальни.

— Ты соединилась со мной. Почему? — догнал меня его вопрос на пороге.

Хорошо. Правду и только правду.

— Ответ простой: потому, что я этого захотела.

А чего? Не век же стесняться своих желаний? Особенно перед тем, для кого они, скорее всего, не секрет.

— Ты красивый мужчина, Рианор, — решила объяснить я. — Особенно, когда без одежды. И связанный, — оглядела его. — И не связанный тоже, — посмотрела ему в глаза. — И ты пообещал мне наслаждение, помнишь? И я могу сказать тебе совершенно искренне: мне доставило наслаждение тебя иметь. Ну, я думаю, ты и сам это видел и чувствовал и понимаешь, как мне было хорошо. Так что вопрос твой — риторический.

Вот представьте себе тигра. Он такой большой, зубастый, когтистый и вообще смертельно опасный. И невероятно красивый. И без клетки. А вы подходите к нему близко-близко и рраз — и за усы дёргаете.

А он просто в ответ на вас смотрит. Вы знаете — он может убить вас одним движением. И он никому и никогда не позволил бы дёрнуть себя за усы. Но вы стоите перед ним и понимаете, что вас только что не убили за это.

Вот и я себя примерно так чувствовала, видя бурю эмоций во взгляде наследника.

— Приятного вечера, Рианор, — улыбнулась и закрыла перед его носом дверь спальни.

Упала без сил на кровать. Вот что я делаю? Играть в игры такого рода надо исключительно в своей весовой категории. Это непреложное правило. А я…

Ввязалась в высшую лигу. Хотя опыта в таком деле у меня не то, что почти нет, но… Даже представить страшно, насколько тот же Рианор, к примеру, за свою жизнь успел отточить искусство манипуляций. Мне до него в этом плане, как пешком до луны… Глупо, Оксана, очень глупо. Где был мой мозг в тот момент? Зачем дразнить его стала?

А еще эти его странные намёки на магию жизни? Что бы это значило?

И да, как насчет угрызений совести? Моих, личных, по поводу того, как я поступила в озере. Ну, там за собственное аморальное поведение, например. Тут всё просто: не было их, вот честно. Я его ни к чему не принуждала. Захотел бы — отбился. Он взрослый… эльф, понимающий себя и свои желания. Он тоже удовольствие получил, отметим и этот немаловажный факт. Ведь вряд ли он занимался со мной сексом чисто из желания помочь мне снять напряжение. Ха-ха. Вот бескорыстной доброты или там альтруизма я за ним точно не замечала. Так что вывод простой: он и сам этого хотел. И ещё вывод: это был взаимовыгодный… эммм… акт сотрудничества. Вот так.

И кто теперь мисс очевидность?