Элитари. Выбор

Глава 24

Зайдя на кухню, я нашла там главного распорядителя. Вот и чудно. Попросила организовать завтрак на троих и отнести его в покои Сирень и Илидориана. Добавила просьбу собрать еду для поездки нам с Имри. И тут уже поинтересовалась: где я могу вскипятить воды?

Эльф вытаращил глаза и заверил меня, что работники приготовят все, что угодно, стоит только попросить. И негоже сиятельной Эллари самой что-то делать. Пришлось настаивать. Вот сильно я сомневаюсь, что кофе мне приготовят так, как нужно. Не доверю я эльфам такое ответственное занятие.

Сварив себе целый кофейник, направилась в свою комнату. Настроение стремительно повышалось.

Оказалось, меня ждали — слуга с завтраком разбудил Сирень и она позвала меня к себе. Илидориан уже ушел по делам. Мы не спеша поели вдвоем. Вещей собирать мне было не нужно — всё уже и так лежало в сумке, которую я забрала у Имри.

— Так значит, вы отправитесь с ди Вирденом? Вдвоём?

— Да.

— Санна, я бы хотела поехать с тобой, но…

— Нет, Сирень, я бы сама ни в коем случае тебе не позволила. На этих землях лежит неизвестное проклятье. А тебе сейчас нельзя рисковать. Нужно думать не только о себе.

— Да… Раньше я бы одной из первых полетела изучать новую природную аномалию. Но, я надеюсь, там нет ничего ужасного. Ты ведь исцелила Проклятые земли. А хуже, чем там, быть не может.

— Ага. Что может быть страшнее Равсомира?

…

Нда… Как говорится, не задавай вопрос, на который не хочешь знать ответ.

— Что это, Имри?

Мы с ди Вирденом верхом на грифонах зависли над бухтой. Стоял поздний вечер и небо было усыпано звездами. Темная, кое-где маслянисто поблёскивающая гладь воды откровенно пугала даже с приличного расстояния. Местами, то тут, то там виднелись фосфорецирующие пятна. Но самым неприятным был запах — стоящая в воздухе смесь вони затхлого болота и гниющей рыбы была почти осязаемой.

— Это, моя красавица — розовое побережье, которое славится на весь мир своим жемчугом. Славилось.

— Что здесь произошло?

— Я же тебе говорил. Проклятие. Его лучше один раз увидеть. И понюхать, — он чихнул.

Грифоны тоже недовольно фыркали. Повеявший ветерок принес ещё один запах — хлорки. Откуда? Кто-то решил провести дезинфекцию?

— Предлагаю переночевать в лесу подальше отсюда. В поселении находиться невозможно, оттуда все давно ушли.

— Хорошо, — я усиленно боролась с тошнотой.

Что тут происходит? И на что я подписалась?

Выбрав уединённую поляну подальше от бухты, мы приземлились. Пока готовили ночлег и разжигали костёр, я расспрашивала Имри.

— Все началось с того, что я взял в плен человеческого мага, — признался тот. — Люди иногда проникают в наши земли без разрешения, чтобы охотиться на грифонов. Знают, что это карается смертью, но их этот факт совершенно не останавливает. Мага мы не убили сразу, мне показались… любопытными те заклинания, которые он применял.

— Вроде молнии, которая сносит все ваши щиты?

— Да. Ты уже сталкивалась?

— Приходилось.

Имри глянул на меня с интересом. Но так как я молчала, решил продолжить.

— Как я позже узнал, этот маг был из так называемых отступников. У них были интересные изыскания, касавшиеся воспроизводства и продления жизненного цикла. Эксперименты начинали с растений, затем перешли на животных.

А затем и на людей. Хорошо, что не сказала этого вслух. Не знаю, сколько известно ди Вирдену о произошедшем в Равсомире, но откровенничать с ним лучше не стоит.

— Всё это я узнал уже позже, когда пытался распутать последствия его колдовства. Получилось так, что от пребывания в заключении маг повредился рассудком. И когда ему удалось сбежать, единственной его целью было — навредить как можно больше. Что он и сделал.

— Но ты же пытался воздействовать на проклятие при помощи элитари?

— Конечно. Это самое первое, что я попробовал. Все дело в том, что чем больше магии жизни против него используешь, тем больше оно становится. Оно, похоже, питается ею.

— Вот как? А ты обращался за помощью? Что сказал правящий дом на это?

Имри кинул на меня снисходительный взгляд.

— Красавица, это — мои земли. Если я сам не в состоянии с ними управиться, какой же я глава дома? Если бы я обратился за помощью, тем более к орт Дартенам… — Имри покачал головой.

— Поэтому ты решил по-быстрому придарить розовое побережье потенциальной невесте?

— Ну, если кто и в состоянии справиться с проклятием, то это дочь богини. У которой уже на счету есть подобное исцеление земель. А если она ещё и решит заодно соединиться со мной, так это будет вообще хорошо.

Имри широко улыбнулся мне через костёр.

— Не забывай, что у тебя уже есть прекрасная невеста. У которой, кстати, есть слабая магия жизни. Ты ведь знал об этом?

— Она показалась мне невероятно соблазнительной. Не смог устоять. Так это из-за элитари? Совсем я потерял чувствительность с твоим наказанием. Может, сжалишься уже надо мной и вернешь мне мою магию?

Вирден скорчил умоляющую гримасу. Я вздохнула. Когда он не пристаёт, очень даже можно с ним общаться. Еще ни разу не видела, чтобы он впадал в уныние или был пессимистически настроен. А мне такие черты определённо импонируют. Конечно, симпатия — не повод забывать об осторожности. Он как был, так и остается самоуверенным засранцем, которому дай палец — руку откусит.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Имри, я верну тебе магию, — он встрепенулся. — После того, как мы снимем проклятие и ты передашь мне в собственность розовое побережье. Я не знаю, сколько сил мне понадобится на это, поэтому не сейчас.

— Ты вселила в меня надежду!

— Не надо только патетики на ночь глядя. И вообще, давай спать, нас завтра ждут великие дела.

— Я буду всю ночь думать о тебе!

— Спокойной ночи.

С утра, позавтракав, мы отправились обратно на побережье. Нужно было не только осмотреть… фронт работ, но и решить, что делать. Понятно, что чистой силой здесь действовать нельзя — ди Вирден уже пытался.

— Имри, а что случилось с магом?

— Его нет в живых.

— Вы убили его?

— Нет, он умер сам, потратив все свои силы на проклятие.

А вот это плохо. Даже не потому, что мы уже не узнаем, что за заклинание он использовал — мне бы лично эта информация ничего не дала. Вообще, я не собиралась геройствовать — если не пойму и не разберусь сама сразу, в чём я уже сомневалась, позову Эльмира. Очевидно, что знания верховного мага могут помочь намного больше, чем действия напрямую в лоб. Но то, что отступник отдал жизнь, прокляв эти земли, оптимизма как-то не добавляет.

При свете дня бухта производила совсем удручающее впечатление. Море было похоже, скорее, на болото. Вода темно-коричневого цвета, отливающая на солнце зеленоватым золотом, имела соответствующий запах — тина и водоросли гнили и испускали непередаваемый смрад.

На берегу тоже лежали отвалы выброшенных волнами водорослей. Какие-то рачки копошились внутри, создавая впечатление, что кучи вот-вот начнут двигаться прямо на меня. Рой мошкары внезапно поднялся в воздух и замельтешил перед глазами. Пришлось срочно ставить непроницаемый купол.

И над всей этой угнетающей картиной стояла оглушающая тишина. Не пели птицы, не было слышно плеска волн — любая рябь гасилась водорослями.

Мы с Имри стояли на берегу. Хотелось поёжиться от неприятных ощущений. Создавалось впечатление, что здесь присутствует чья-то злая воля.

Я закрыла глаза и сосредоточилась на окружающем пространстве. Жизнь я почувствовала сразу — она была очень активна, эта жизнь, она усиленно росла и развивалась, поглощая все новые пространства для себя. Бурые и зеленые водоросли поглощали кислород из воды, выделяя газы, ядовитые для рыб и прочих созданий. Трупы морских животных разлагались в воде и на берегу, добавляя неповторимых ароматов в тот коктейль, что уже витал в воздухе.

Мне захотелось почувствовать магически масштабы творящегося бедствия. Понятно, что ни о каких жемчужницах в бухте уже речь не идёт — все они давно погибли. Но насколько далеко распространилась зараза? И я потянулась дальше… Интересно, есть ли эпицентр? Откуда всё начало распространяться?

И я нащупала его… Дотянувшись до того, что на моем внутреннем экране воспринималось как мутное, грязное пятно, я поняла, что это оно. Тот сгусток темной магии, что заставил экологический баланс этого места нарушиться. Конечно, магия жизни тут не подействует — механизм действия проклятия как раз в том, что водоросли размножаются бесконтрольно, угнетая все другие формы жизни.

— Имри, ты говорил, что когда ты воздействовал при помощи элитари на проклятие, заражение стало больше?

— Да.

— Я попробую с ним справиться. Здесь нужно не давать жизнь, а, наоборот, забирать ее.

— Только будь осторожна. Тебе ещё магию мне возвращать.

Нда. Кому что, а лысому — бантик.

Я потянулась своей магией к темному пятну, которое почувствовала своим внутренним зрением. Что-то останавливало меня, не пускало. Очень не хотелось мне лезть туда. Решив, что это обычный страх перед неизвестным и моя неуверенность в своих силах, продолжила. Дотянувшись магией до источника проклятия, я дала приказ: забрать жизнь. И, как в случае с Таиншефром, потянула энергию на себя.

Не учла я одного: древний король, уставший от своей не-жизни, хотел отдать мне энергию вместе со своей магией. Он хотел умереть. А нечто, порождённое волей и ненавистью мага отступника, этого совсем не желало. Проклятие и сидящая в нём сущность стремились лишь к одному — стать как можно больше.

И оно ответило мне. Через тот энергетический канал, по которому я вытягивала жизнь из него, я почувствовала, как меня тянет в источник проклятия. И в следующий момент меня просто выдернуло из тела и я полетела вперёд с невероятной скоростью. На полном ходу врезалась в темное пятно на дне морском, продолжая, тем не менее, тянуть из него энергию. Ему это явно не понравилось — меня обхватили черные щупальца, попытались поглотить, он тут же отдернулись. Все, кроме одного, которое обвилось вокруг моей талии. Внутри пятна стало что-то набухать. Я не успела ничего понять, потому что последовавший почти сразу взрыв швырнул меня высоко в небо.