Элитари. Выбор

Глава 32

В покои свои я заходила с опаской. Кто Рианора знает, что он мог мне приготовить? Осмотрелась. Ничего нового не увидела. Гостиная, спальня, ванная комната — все, как в прошлый раз. И где? Может, в гардеробной? Мне все равно туда надо — посмотреть, что Мириэна мне из нарядов приготовила. Куда мне столько, спрашивается? Но пойдём, посмотрим.

В гардеробной, на туалетном столике стояла резная деревянная шкатулка. Это оно? С опаской открыла. Ну да, можно было и догадаться — украшения. Там лежали два браслета — изящные, женские, невероятно прекрасные изделия из белого золота с узором из мелких черных камней… с символикой Правящего дома.

Достала один. Даже примерять не буду — ну а вдруг тут подвох? Вот сейчас как надену браслет на руку, а он защёлкнется, а я и снять его не смогу… Ага, и окажусь внезапно женой Рианора по эльфским обычаям. Не, ну а что? В книжках же многих пишут про такую штуку, как обручальные браслеты?

Кстати, я так и не удосужилась поинтересоваться у Сирень, хотя бы, а какие тут символы свершившегося обряда единения? Вроде, какие-то татуировки. Или я опять что-то путаю? Ни у подруги после обряда, ни у кого-либо другого я никаких татушек не видела. Вот как мне, например, отличить женатого эльфа от свободного? Это я так, на будущее интересуюсь.

А пока закрыла коробку. Конечно же, я не приму подарок Рианора. А как насчёт подарка повелительницы? Надо посмотреть.

Оказалось, что Мириэна подарила мне небольшую коллекцию нижнего белья. Совершенно умопомрачительного. Я относительно равнодушно отношусь к нарядам, но это… было ни с чем ни сравнимое великолепие. Я застыла, любуясь тонким шелком и изящным плетением кружев. Даже в моем мире я не встречала такой красоты. Надо хотя бы примерить.

Конечно, демонстрировать такое мне пока некому. Но говорят же, что именно бельё создает образ? И придаёт женщине уверенности в своей привлекательности.

Так что, сняв, наконец, неудобное платье я надела понравившийся комплект. Он был сделан, казалось, из черной паутинки — такое тонкое было плетение у кружева.

И дала себе возможность полюбоваться собой в зеркало. Они тут, благо, были везде. Даже на потолке.

Но хорошего понемножку. Завтра рано вставать — мы вылетаем утром. Пора домой. А хотя уже вечер — может, остаться здесь, в первом доме на ночь? Покои-то мои… А завтра утром вернусь в дом Эльмира и заберу вещи.

Решить мне не дали — внезапно дверь с противоположной стороны гардеробной открылась и вошёл Рианор. Там есть дверь? Я не знала…

И откуда он тут? В городе? Должен быть на границе. Что-то случилось?

Эльф так и застыл на пороге, глядя на меня. Он был в боевом облачении, черные пластины чешуйчатых доспехов облегали его, как вторая кожа. Я тоже засмотрелась — выглядел он очень грозно. И особенно неуместен он был в женской гардеробной, окруженный со всех сторон зеркалами. Что он тут забыл?

Ой, я же в одном белье! Хотя, он видел меня и в меньшем количестве одежды. И вообще без одежды. Но, судя по тому, как смотрит, лучше мне всё-таки прикрыться. Схватила первый попавшийся халат и накинула.

— Что ты здесь делаешь? — попыталась улыбнуться. В зеркале увидела, какая кривая вышла улыбка. Халат, кстати, я выбрала неудачный — полупрозрачная ткань скорее подчёркивала фигуру, чем скрывала.

— Эллари, — он подошел к столику и открыл шкатулку, — тебе понравился мой подарок?

— Они прекрасны, — я посмотрела на браслеты, — но я не могу их принять. Спасибо, — прикоснулась к его руке, — но не нужно делать мне подарков.

Ну да, особенно таких, в которых могут быть следилки или ещё что похуже.

— Почему?

— Потому что подарки предполагают обязательства. А я не хочу чувствовать себя так, будто я тебе что-то должна. Ты, кстати не ответил на мой вопрос — что ты здесь делаешь?

— Я закончил дела на границе раньше, чем планировал.

— Вот как. Я, на самом деле спрашивала, что ты делаешь в моей гардеробной. Я бы хотела переодеться, если ты не против.

— Я узнал, что ты здесь. Куда-то собираешься?

— Да.

Наследник стоял спокойно, расслаблено, чуть улыбался даже. Но вот мне почему-то стало не по себе. Хоть выражение лица его было совершенно безмятежно, мне показалось, что под этим спокойствием настоящий ураган сейчас творится. Моя мнительность, наверное. Решила сказать правду.

— Рианор, — как можно мягче сказала я, — я уезжаю. Хочу попасть в храм.

— И куда ты поедешь? — все тот же безмятежный тон.

— В Мирд. Эльмир организовал мне сопровождение, так что я поеду не одна, не волнуйся.

Он усмехнулся.

— Скажи мне, Эллари… Если бы мы сейчас не встретились, ты бы попыталась сбежать?

— Почему сбежать? Я разве пленница?

Он молча смотрел на меня.

На стол с глухим стуком опустилась перевязь с мечами. Затем он расстегнул и снял наручи, глядя на меня при этом. Туда же проследовал пояс с ножами. Он решил переодеться? В моей гардеробной? Но почему снимает только оружие? И так странно на меня смотрит…

В следующий момент вся небольшая гора колюще-режущего, образовавшаяся на столе, поднялась в воздух и вылетела в дверь, через которую вошёл эльф. Кстати.

— Куда ведёт эта дверь?

— В мою гардеробную.

— Которая…

— Ведёт в мою спальню, — он глядел мне в глаза. — Которая теперь твоя спальня. Мне надоело спать раздельно.

Раздельно? Это, что ещё за новости? Я не собираюсь с ним спать!

— Я был терпелив, Эллари. Ни с одной женщиной я не обращался так, как с тобой. Я ждал. Я думал тебе нужно время на то, чтобы осознать свои чувства ко мне. Я дал тебе это время. Я даже пообещал тебе, — подошел почти вплотную, — что я возьму тебя только тогда, когда ты сама попросишь.

Ну, да. Подождем китайскую пасху?

— Знаешь, что самое паршивое? — он провёл пальцами вдоль моей щеки, не касаясь, но почти, — когда лежишь без сна, сгорая от желания, а та, которую ты жаждешь больше всего на свете, спит всего в нескольких шагах. Или рядом с тобой, вообще обнимая тебя. А ты связан дурацким обещанием, которое сам же по глупости дал.

— У тебя достаточно любовниц, чтобы снимать своё сексуальное напряжение, — тут я разозлилась. — Не пытайся ставить мне в вину свое повышенное либидо — я здесь совершенно не причём.

— Ты ревнуешь, моя драгоценная? — его голос стал хриплым. Он оперся руками в стенку шкафа по обе стороны от моей головы.

— Для того, чтобы ревновать, Рианор, — я смотрела ему прямо в глаза, — нужны чувства. А ты мне безразличен. Так что нет, я не ревную.

— Поцелуй меня, — внезапно приказал он. Это был именно приказ, а не просьба.

— Что?

— Просто поцелуй, Эллари, чтобы доказать мне, что ты не лжёшь.

Он стоял ко мне почти вплотную, не прикасаясь, но и не давая совершенно никакого шанса на отступление. Затянутый полностью в черные чешуйчатые доспехи, волосы заплетены так плотно, что их не видно. Весь вид его буквально кричал: опасный хищник, лучше держаться подальше! А я… в прозрачном коротком халате с низким вырезом, под которым почти полностью просвечивает бельё. И внезапно именно мне стало жарко. Одежда показалось тесной и ненужной. Я смотрела в его глаза с расстояния нескольких сантиметров и видела, как в них медленно, но неотвратимо расползается тьма…

Опустила глаза. Поднырнув под его руку, отошла на пару метров. Сразу стало легче дышать.

— Я не буду тебе ничего доказывать, Рианор. Я тебе ничего не должна.

— Ты хочешь сбежать, Эллари, потому что тебе страшно. А бежишь ты от себя, от своих чувств.

Ну да, конечно. Прямому ментальному принуждению в лоб я не поддаюсь, так он решил воздействовать косвенно. Если достаточное количество раз повторить, что черное — это белое, то можно в это, в конце концов, поверить. Трава не зеленая, а красная, а у меня есть чувства к Рианору. Ага, ага.

Он подошёл сзади, всё также, не касаясь, провёл руками над моими плечами, вниз по рукам. И вдруг оказался прямо передо мной, глядя в глаза. Между нами был примерно сантиметр расстояния.

— Давай, Эллари, один поцелуй, чтобы убедить меня.

А я должна?

Или поставим вопрос иначе: хочу ли я?

— Я не отпущу тебя, ты же знаешь.

— Не отпустишь вообще или не отпустишь, пока я тебя не поцелую?

Он улыбался своей улыбкой демона-искусителя. И ничего не делал, просто стоял напротив. Не пытался прижать к себе или прикоснуться. Он просто ждал, уверенный в том, что я сделаю так, как он сказал. Поцелую его. Вот действительно, хочу ли я поцеловать его? В последний раз, если уж я всё решила?

Ответ: хочу. Я ещё на розовом пляже была не против его поцеловать.

И я приняла решение. Да, поцелую его так, как будто он мне безразличен — и приятно, и польза будет. Да, так я себе говорила, пока обхватывала его за плечи, вынуждая наклониться, тянулась к губам… Подумала, сейчас чмокну быстро и всё — свободна! Ну, да… Похоже, у меня склероз на ранней стадии — я просто забыла, с кем имею дело.

Прикоснувшись к его губам, я просто забыла обо всём на свете. Водоворот ощущений захватил меня сразу, затягивая в воронку чувственного восторга и унося в глубину… Тело мгновенно вспомнило, как ему хорошо в объятиях этого мужчины и я уже сильнее прижималась к нему, охватывая руками его шею, раскрывая губы ему навстречу…

Я как издалека услышала свой стон и треск рвущейся ткани… Но всё это было неважно, потому что он целовал меня, лаская при этом шею, грудь, живот…

Резкий рывок — и он развернул меня, прижав спиной к своей груди, заставляя смотреть в зеркало напротив.

— Смотри, Эллари, смотри на себя, — голос его был полон скрытым торжеством. — Вот так я тебе безразличен. Это ты, моя драгоценная, твое желание отражается сейчас в зеркале.

И я смотрела. В зеркале отражалась я, которая… не я… Точнее, совсем не я… или… Не совсем я… Короче, я запуталась. Глаза мои были огромные и светились золотым светом, губы припухли от поцелуев, а дышала я тяжело и прерывисто. Халат он разорвал и сейчас ласкал мою грудь, едва прикрытую тончайшим кружевом. Откинула голову ему на плечо. Слишком на нем много одежды.

— А теперь скажи мне, моя драгоценная, что ты ко мне равнодушна. Глядя себе в глаза, скажи это. Что тебе совсем безразлично то, что я с тобой делаю. Прямо сейчас…

Его рука опустилась ниже, нагло проникая в трусики и лаская меня там. А я кусала губы и пыталась сдержать стоны. Он продолжал удерживать меня перед зеркалом, заставляя смотреть на то, что он вытворяет с моим телом.

— Да, моя Эллари, это ты. Не закрывай глаза, смотри. Это я делаю с тобой, и это твои стоны сейчас для меня приятнее любой музыки.

Я уже почти ничего не соображала. Он совершенно точно знал, как и где прикасаться… и мгновенно довел меня до состояния, в котором хочется лишь одного… И я хотела его. Снова. Слишком сильно. Почему так? Что в нем особенного?

Прижалась лбом к зеркалу. Холод слегка отрезвил меня.

— Мстишь мне, Риан? — я смотрела ему в глаза.

— Нет, любимая. Всего лишь показываю тебе самой твои чувства.

— Это не чувства. Это просто желание.

— Ты так в этом уверена?

Он повернул мою голову к себе и поцеловал — жестко, почти болезненно, ворвавшись языком в мой рот и одновременно нажимая внизу на чувствительную точку. Волна удовольствия распространилась по всему моему телу. Ноги подкосились и я бы упала, не подхвати он меня на руки.

Мгновение — и на пол полетели заколки, расчески, шкатулка — все то, что лежало на стеклянном столике. А я оказалась сидящей на нем. Что-то мне это напоминает. Ага, алтарь в храме богов. Как он тогда красиво снимал с себя одежду! Просто завораживающее зрелище было… И я улыбнулась, глядя ему в глаза.

— Да, я уверена, в том, что хочу тебя. Сейчас. Раздевайся.

Он до сих пор был в своей черной броне. А я хочу ощущать его горячую, гладкую кожу…

— Все ещё пытаешься командовать мной? Нет, Эллари, сейчас все будет так, как хочу я.

— А как ты хочешь?

Я поймала своё отражение в зеркале: на мне остались лишь полупрозрачные трусики и обрывки халата. И вспомнила своё «погружение» в его сознание, то бешеное желание, которое он ощутил, стоило ему дотронуться до меня.

— Зря ты тогда позволил прикоснуться к своим мыслям. Теперь я знаю, что ты чувствуешь. Кстати, прими комплимент — у тебя просто железный самоконтроль.

Я облизала губы и прикусила нижнюю. У меня было странное ощущение: как будто это и не я вовсе сейчас сижу почти голая на столе и призывно смотрю на мужчину. Который сейчас будет моим. Просто потому, что мне этого хочется. Запустила руки в волосы и выгнулась, любуясь собой в зеркале. Кажется, я начала привыкать к своей новой внешности. Не прошло и полгода. Улыбнулась, опуская глаза.

Звякнула пряжка ремня. Улыбка моя стала предвкушающей. Похоже, прощание у нас с Рианором всё-таки будет.

Он подошел ко мне почти вплотную. А штаны почему не снял? Ладно, могу и сама… Так даже интереснее… Провела ладонями по его груди, по плечам, затем обратно… Наслаждаясь ощущением его кожи под своими пальцами. Вниз, по животу, еще ниже… И тут он перехватил мои руки и завел их за спину. А?

— Всё еще хочешь уйти? — прошептал он и поцеловал меня в шею. Там есть такое чувствительное местечко за ухом…

Он шутит? Я прижалась к нему грудью. Как там Рианор недавно сказал Имри? Ты можешь не подчиниться и уйти, но тогда не получишь того, чего желаешь?

— Нет, Рианор. Но ты играешь нечестно.

— Я не играю, любимая.

Он поцеловал меня. И никакой магии в этом не было — осталось лишь моё желание и его. Он отпустил мои руки и я обняла его за шею, а ногами обхватила талию. Простых поцелуев мне было мало… Хотелось большего. Гораздо большего.

Тем более, что рукой он снова проник мне между ног и его пальцы стали вытворять что-то уж совсем невообразимое. И эти его движения сводили с ума.

— Риан… — услышала я свой стон. Потом я уже кричала… Что, не помню…

— Что, любимая? — он внезапно остановился, когда я была в шаге от оргазма. — Ты меня о чём- то просишь?

Что? Он думает, что я могу соображать в такой момент?

— Скажи мне, чего ты хочешь, Эллари. Что ты хочешь, чтобы я сделал?

Он поцеловал меня. Его руки сжимали и ласкали мою грудь, но мне этого было мало, я хотела другого — чтобы он был во мне, двигался, дал мне почувствовать себя…

— Я хочу тебя, Рианор, — слова дались мне легко, ведь это было самое моё истинное желание в этот момент! — Я хочу, чтобы ты взял меня.

— Как пожелаешь — и вошёл в меня.

И всё стало не важно, никакие слова больше не имели смысла, потому что меня накрыл оргазм буквально после первых его движений. Он остановился, давая мне время пережить феерию ощущений, подобной которой я раньше не испытывала. Моё тело пульсировало, сотрясалось в волнах удовольствия, я кричала от счастья. Он медленно, а потом всё быстрее начал двигаться снова, и я услышала уже его стоны. А я почувствовала приближение следующей волны удовольствия… Он закинул мои ноги себе на плечи, двигаясь уже в рваном ритме. Мы кончили одновременно, сливаясь вместе в едином потоке взаимного удовольствия…

Рианор открыл глаза и посмотрел на меня. И я провалилась в его воспоминания… В тот момент, когда мы были в храме богов. На алтаре. Я лежу под ним, его распущенные волосы плащом укрывают нас, пока он двигается во мне… останавливается… произносит:

— Ты согласна принадлежать мне душой и телом, соединить наши жизни, слить их воедино в настоящем и будущем воплощении?

— Эллари… Ты согласна?

— Да, все, что хочешь. Только не останавливайся…

— Да будет так.

И вспышка золотого света, оставляющая нам узоры на предплечьях…

Рианор поцеловал меня, вырывая из состояния «погружения». Поднял со столика, поставил рядом с собой. А я рассматривала свои руки, а затем его. Кожа была чистой, безо всяких татуировок. И в то же время я была теперь уверена, что они есть.

— Рианор… Ты ничего не хочешь мне сказать?

— Судя по тому, как ты рассматриваешь мои и свои руки, ты вспомнила, — на его лице сияла широкая, торжествующая улыбка.

Он что-то прошептал, и у меня, а затем и у него на предплечьях стали проявляться эти самые узоры, чтоб их… Герб первого дома, цветы дерева элитари, голубой узор дома ди Рентари… Он подхватил меня на руки и куда-то понес.

— Ты моя жена, Эллари, — Рианор положил меня на кровать и завернул в шелковую простынь. — Я знал, что ты будешь моей, когда впервые увидел тебя. И в храме ты согласилась соединиться со мной. Привыкай спать в моей кровати. Я больше не намерен проводить ночи в одиночестве.

Он нежно поцеловал меня. Защелкнул на обоих запястьях браслеты. Откуда только взял, они же остались в шкатулке в гардеробной?

— Это не только защита. Так я всегда буду знать, где ты и что с тобой. Ты моя единственная, Эллари, и принадлежишь мне. Чем скорее ты примешь это, тем лучше.

В дверь постучали.

Я откинулась на подушки. Орать не стала. Пока. Действительно, нужно подумать.

Рианор, пошел открывать дверь. Сказал что-то, вышел в гостиную.

А я осталась одна. Совсем одна с единственной мыслью — не знаю как, но мне срочно нужен развод!