Феромон

36. Анна

- Алло! Мистер Киркланд? Ларри Киркланд? Это вас беспокоят из прокуратуры, - он замирает, выслушивая ответ абонента, а потом ржёт. - Да сам ты такой. Ну, как она, жизнь? По-старому? Как Тея?... Я рад, что цены ей нет... Да, ты прав, хочу попросить тебя вернуть долг... Нет, в этот раз не будет всё так же приятно. Забери у меня Диану Соулл. Сразу скажу, это дело о наследстве будет долгим и нудным, но твоя задача проста: что бы ни предложил адвокат противной стороны, от всего отказываться... Ну, вот и договорились.

- Ты отдаёшь Диану Соулл? - подаю я голос, когда он отключает телефон. Тея. Ларри Киркланд. Так вот кому он пристроил бывшую секретаршу, подавшую на него в суд за сексуальное домогательство.

- Да, подготовь, пожалуйста, все документы для передачи. Диане я позвоню сам.

Машина как раз останавливается у офисного здания, и Хант выходит так стремительно, пока Сэмми открывает мне дверь, что я нагоняю его только у лифтов.

- Но почему?

- Ты уверена, что хочешь знать обо мне всё?

- Но ведь это касается работы, - недоумеваю я, когда уже в кабине, задрав голову, Хант смотрит на сменяющие цифры этажей.

- И да, и нет.

Из лифта он выходит первым, так и не удостоив меня ответом. И поворачивает в сторону Йорна, на меня даже не оглядываясь.

На моём столе снова стоит огромный букет красных роз. Без записки. Но я и так знаю, от кого он.

- Лейла, унесите это, пожалуйста, в холл. Или оставьте себе, - ставлю его на стойку офис-менеджера вместе с вазой, в которую она уже любезно воткнула цветы.

- Мистер Ривер просил передать, что заказал для вас столик в ресторане на смотровой площадке Башни, но его самого там не будет, - поспешно добавляет она, видя, как я нетерпеливо хочу её перебить. - Поэтому вам не обязательно отказываться. Будет световое шоу в честь Совершеннолетия, - тут она пожимает плечами, явно не понимая, что это за праздник. - И, кстати, ваших родителей он уже пригласил. От вашего имени.

Чёрт! Мамин День Рождения! Только я могла помнить о нём до вчерашнего вечера, а сегодня с утра, конечно, забыть. Хорошо хоть, что уже приготовила подарок.

И чёртов Ривер! Всё-то он знает. Всё-то помнит. И все-то от него без ума. Видя моё смятение, даже Лейла качнула головой осуждающе.

Мама столько лет отказывалась отмечать и даже напоминать ей о возрасте, что мы с отцом отвыкли. Отвыкли её поздравлять именно в этот день. Просто устраиваем семейный обед в ближайший после праздника день и называем его День совершеннолетия души. Которая, как известно, не стареет. И этот день сегодня. И я, между прочим, давно заказала столик. Но не в Башне.

- Да, заказ был, - отвечает мне вежливый женский голос. - Но его отменили три дня назад.

Не хочу даже спрашивать кто. Кладу трубку. И так понятно. Между кнутом и пряником Ривер снова выбрал пряник. Робкую, неуверенную в себе девочку он соблазнял красиво. Ухаживал, очаровывал, приручал. Когда вернулся второй раз и наткнулся на мою ненависть, превратил мою жизнь в ад, устраивая поражающие своим размахом шоу с похищениями, обвалом здания, пожаром. Вызывая страх, отчаяние, беспомощность. Теперь начал комбинировать.

Лезу в сумку за таблеткой - так разболелась голова - и натыкаюсь на бумажку, что я подобрала из мусорного ведра. Бумажка, что выкинул Хант.

Без затруднений нахожу и город, и церковь, адрес которой написан на клочке. И на сайте церкви даже список мероприятий прошлой недели.

Ива Уорд и Ричард Коул. Венчание.

Так вот где ты был, Эйвер Хант! Вот почему не отвечал в тот день на звонки - летел в самолёте. И, судя по всему, удачно слетал: вездесущий интернет выдаёт, что свадьба не состоялась. Невеста сбежала, оставив убитого горем и унижением жениха. Нетрудно догадаться, с кем сбежала. Странно только, что Хант, видимо, оставил отсыпаться несостоявшуюся невесту дома, а сам приехал ко мне в больницу. Я ничего не понимаю. Всё странно. И всё несётся в какую-то глубокую жопу.

- Ни с кем меня не соединяй, - злой Хант проносится мимо в свой кабинет.

Подавляю с себе желание ядовито поинтересоваться: - Даже с Ивой?

И едва успеваю открыть рабочую программу, как у секретарского бокса вырастает разносчик пиццы.

- Простите, а мистер Хант? - сверяется он с адресом.

Они что там с Йорном совсем охренели? Пиццу заказали?

- Пицца, - сообщаю я в интерком.

- Какая ещё пицца? - рычит Хант.

И до того, как я успеваю огрызнуться, он сам вырастает на пороге.

- Мистер Хант, - открывает разносчик коробку. - Вам повестка.

Исчезает парень ещё быстрее, чем появился. А я смотрю на ползущие на лоб глаза Ханта, пока он читает бумагу.

- Это что вообще за хрень? - протягивает он мне документ, словно не доверяя собственным глазам.

- Тебя обвиняют в сексуальном домогательстве... - пропускаю я громоздкие формулировки, - ... с использованием неизвестного вещества... некая Лили Гринн.