Феромон

75. Анна

Звонок Ханта застаёт меня на пороге офиса Ларри Киркланда. И голос у него такой, что за пару секунд я представила себе всё самое худшее, что только могла себе представить из вариантов, чем мог закончится суд.

Но всё оказалось ещё хуже. Его отец в больнице.

- Это ни к чему, Ан, - пытается он отказаться от моей компании, когда я предлагаю полететь с ним.

- Давай я сама буду решать, что к чему, а что нет, - стараюсь я мягче, но, во-первых, знаю, что нужна ему там, а во-вторых, у меня есть личная причина, о которой ему пока не говорю: - Встретимся в аэропорту.

Только раз уж приехала и держу в руках документы, всё же захожу в офис адвокатской конторы.

Не думаю, что разговор с Теей Андерсон выйдет длинный, к тому же я с таким трудом нашла предлог, чтобы лично с ней пообщаться.

- Анна Ривз, - представляюсь я миловидной брюнетке лет двадцати пяти. Неплохо сложенной и с такими очаровательными ямочками на щеках, что, глядя на неё, невольно хочется улыбаться.

- Я Тея, - приглашает она меня в свой кабинет. И обе делаем по открытию. Я - что у Теи есть собственный кабинет. Она - что я секретарь Моргана, а не Ханта.

- Я привезла документы, что прислали уже после того, как вы получили от нас дело Дианы Соулл, - занимаю я предложенный стул.

- Не стоило беспокоиться, Анна, я уже запросила всё недостающее сама, - занимает она место за столом и задерживает на мне внимательный взгляд. - Или тебя привело что-то личное?

А слухи о ней не преувеличены. Толковая девочка.

- Личное, Тея, - вздыхаю я. - Очень личное.

- И речь пойдёт, конечно, о Ханте? - улыбается она.

- В основном. Я просто читала материалы дела.

Она прикрывает рукой глаза, а потом опускает её с тяжёлым вздохом.

- Честно, я не знаю, что на меня тогда нашло. Это было какое-то помешательство. Вроде нет его рядом - всё нормально, как появится - и начинается. Думала, пересплю с ним - и отпустит.

- Отпустило? - ёкает моё сердечко. Я как-то не рассчитывала на такую откровенность с её стороны.

- Он меня отшил, - безразлично пожимает она плечами. - Мягко, бережно, деликатно, но тогда мне было обидно. Знаешь, каково это, когда ты мужчине чуть ли не в любви признаёшься, а он тебе в ответ, что не приветствует служебные романы?

Я неопределённо киваю. Но она и не ждёт ответа.

- Я психанула, и он решил вопрос радикально - уволил меня от греха подальше. Вот тогда я разозлилась ни на шутку и подала этот иск.

- Понимаю, наверно, я бы тоже впаяла иск.

- Как? Ты тоже? Запала на Ханта? - Тея даже рот открывает от удивления. - Ты поэтому ушла к Моргану?

- Нет, не поэтому. У меня немного другая ситуация. Но я точно знаю, каково это, когда признаёшься в любви, а в ответ... - я вздыхаю. - Но я хотела спросить о другом. Там, в твоих показаниях, есть про сломанную ногу. И что рядом с ним даже болело меньше.

Всё же не даёт мне покоя эта тема, хоть Дэвид и отмахнулся.

- Да? Возможно. Мне тогда рядом с ним и трава, наверно, зеленее казалась, и сахар слаще, - вновь демонстрирует она свои озорные ямочки.

- А сейчас?

И я, конечно, расстраиваюсь, что этот чёртов учёный, скорее всего, оказался прав, но ещё не сдаюсь.

- Я и думать о нём забыла. Сейчас у меня есть парень. И у нас всё хорошо. И мне стыдно, Ан, за тот иск. Очень. И спасибо Ханту за то, что вышел из ситуации с таким достоинством и мне его позволил сохранить. Я ведь так и не нашла в себе силы его поблагодарить.

- А ты любишь его? Своего парня?

- Да, - кивает она уверенно. - И теперь точно знаю, что с Хантом это было просто наваждение. Хотя и оправданное. Им трудно не восхищаться. А когда находишься с ним рядом столько времени изо дня в день - не влюбится в него, наверно, невозможно.

- Если представится случай, я передам ему твою благодарность.

- Только чтобы Клара не слышала, - понижает она голос. - Она меня всегда недолюбливала.

- Это запросто. И последний вопрос. Ты согласишься дать показания в суде, если понадобится?

- Где? Зачем? - пугается она, словно и не помощник адвоката, а человек, который слово «суд» слышал только в страшном сне.

- На Ханта подали аналогичный иск. В этот раз его психотерапевт. И снова обвинителем выступает Питер Джеймс. Думаю, что он обязательно к тебе обратится с этим. Я удивлена, что он до сих пор этого не сделал.

- Боюсь, от моих показаний Ханту будет только вред. Но, - мнётся она, - если Эйв попросит, я выступлю свидетелем.

- А если он попросит тебя, наоборот, на время покинуть страну?

- Если он согласует это с Киркландом, - оглядывается она в сторону кабинета шефа, и на её щеках снова играют лукавые ямочки. - И отправит меня куда-нибудь поближе к морю да за свой счёт... я не против.

- С Ларри проблем, я думаю, не будет, - улыбаюсь я и встаю. А не промах девчонка. - Спасибо, Тея!

- Пока, Ан! - выходит она меня проводить.

Вряд ли Питер Джеймс настолько уверен в своих силах, что даже не собирался использовать против Эйвера Тею. Просто она от его провокационных вопросов защищена адвокатской тайной. А Хант - нет. Значит, её появление в суде сыграет нам на руку. И если что-то вдруг пойдёт не так, теперь у нас есть ещё один козырь.

И всё то время, пока еду до дома, собираю вещи и бесцельно пялюсь в окно такси по дороге до аэропорта думаю о том, как на самом деле Эйверу сложно было со всем этим жить. Как это тяжело, когда даже психотерапевт, к которому обращаешься за помощью, в результате подаёт на тебя в суд. И как это невыносимо, когда все тебя хотят, но на самом деле никто не любит.

И первое, что делаю, когда вижу его в зале аэровокзала, - целую покрепче и со всей силы прижимаю к себе.

- Неожиданно, - разглядывает он меня с удивлением, когда я разрываю объятия.

- Я даже не спросила, как прошёл суд, - игнорирую его удивление.

- Нормально, - он закидывает на плечо свою сумку, берёт мой чемодан и ещё косится на меня, протягивая свободную руку, а потом тянет к кассам. - В самолёте расскажу.

- Как Дэвид? - едва поспеваю я за его широким шагом. Но как же приятно чувствовать его сильную руку.

- Как герой! - оглядывается он, всё ещё присматриваясь. - У тебя что-то случилось?

- Нет, - невинно пожимаю плечами. - Правда, всё хорошо. Ты Габриэле не перезванивал?

- Перезвонил, пока тебя ждал. Состояние тяжёлое, но стабильное. Врачи дают положительные прогнозы. И знаешь... то, что ты решила лететь со мной... в общем, для меня это очень важно. Спасибо, Ан! - бросает он чемоданы у окошка кассы.

И опять это «важно». Важно, нужно, должно - как же ловко он прячется за своими безликими формулировками. Опасается раскрыться. Боится довериться. Никогда бы не подумала, что скажу это про Эйвера Ханта, но... он не уверен. Только вот во мне или в себе?

- Не за что, - протягиваю я документ. - Надеюсь, с твоим отцом всё будет хорошо.

- А что у нас с Лейлой? - подаёт он документы в кассу. - Сколько ни звоню, трубку берёт кто угодно, только не она.

- В самолёте расскажу, - улыбаюсь я. - Но, если кратко: она у нас больше не работает.

Он удивлённо приподнимает брови, но больше не задаёт вопросов.

Мой билет оформляют первым, и пока распечатывают второй, Хант бессовестным образом пялится в мой паспорт. Нагло лыбится, глядя на фотографию.

- Дай сюда, - возмущаюсь я. - Можно подумать, ты в паспорте красавчик.

- Я всегда красавчик, - хмыкает он, продолжая рассматривать фотку.

Ох уж мне это его самомнение!

- Эйв, дай сюда, - протягиваю я руку.

- Держи, держи, Анна... - сверяется он со страничкой и вдруг что-то словно случается с его лицом. Оно бледнеет, вытягивается, потрясённо застывает. Словно он увидел, как минимум, призрака. Поднимает на меня ошарашенный взгляд. - Роуз? Анна Роуз Ривз? Твоё второе имя Роуз?