Геном хищника. Книга девятая

Глава 19

Прежде чем расстаться с Шустрым мы проехали ещё почти три километра. В принципе можно было и поближе, но я решил, что у «Ауры тишины» всё-таки есть предел, а «Валдай» постоянно пытался этот предел порвать своим рычанием. Оставив Шустрого сторожить мотоцикл, я перешёл уже в свой стандартный режим. То есть пешком, под маскировкой, и возможно, даже с большей скоростью по сильно пересечённой местности.

Ещё несколько раз связывался с Осой. Ну так уже — просто потрындеть. Она так и не уснула и всё время посылала мне мысленные смайлики. Сначала это было просто забавно и не всерьёз, но по ходу пришлось признать, что так проще и быстрее. Особенно если в бою. Особенно если уже с уставшими мозгами. Расход мыслесил минимальный, а нужный смысл передать можно более чем точно. Чёрт! А ведь мы нехотя переняли модель Земного общения в чатах: минимум затрат времени и сил, максимум сути.

Лагерь осаждающих я разглядывал в красивой закатной подсветке. Точнее, не лагерь, а какой-то муравейник. До римских легионеров им, конечно, было далеко, но палатки стояли тесно. Минимум проходов, дым костров, некоторые даже с аппетитным запахом горячего ужина, много машин и ещё больше людей, готовых в любой момент сорваться в атаку. Тагарцы и примкнувшие к ним наёмники выглядели на удивление организованно. Никакого тебе пьяного смеха или песен, продажных женщин или палаток с передвижным казино.

А вот медведи были. Чуть в сторонке от лагеря собрали несколько клеток из крепких брусьев, в которых я насчитал четырёх крупных монстров из отряда хищников, а род, скорее всего, — очковые медведи, согрешившие с кем-то из крупных обезьян. Правда, по одному виду было понятно, что эти не очканут. Морда и окрас на ней были довольно характерными для медведей, но пропорции тела и осанка намекали на кого-то гориллоподобного. Плюс полутораметровый хвост.

Выглядели они голодными и бешеными. Скорее всего, их для этого и не кормят. Тагарцы вообще старались этот угол обходить стороной. Все, кроме одного человека, поставившего свою палатку между клеток. Самую хорошую и вместительную по сравнению со всем остальным лагерем.

Ага, похоже, какой-то уникальный дрессировщик или главарь этого сборного отряда. Впрочем, одно не исключало второго, и вывод был один: главная угроза в этой палатке. Я ещё немного поглазел на монстров, пытаясь прощупать их чуйкой. Но, то ли шкура у них непробиваемая во всех смыслах, то ли расстояние чересчур большое.

В итоге я добился только того, что они меня заметили. Начали кружить и метаться по клеткам, а один бросился на брусья и довольно лихо перебил лапой сразу три штуки. И уже собрался бежать в мою сторону, как палатка всколыхнулась, будто внутри какой-то великан вздохнул. Ну или пёрнул, что уж там. Главное — результат, звуковая волна осадила зверя и даже показалось, что отчасти причесало. Потом по этапам распространения волны с одной стороны с деревьев осыпалась листва, а с другой — начали дёргаться тагарцы. Один аж подпрыгнул и схватился за голову. А потом и до меня долетело, но уже лёгким дребезжанием в ушах.

— Силён, чертяка, — уважительно кивнул я пока невидимому, но точно будущему противнику. — А медвежатобезьянов прям жалко.

Мужчина, который подпрыгнул, очень сильно был похож на Митчела. Только старше, волос меньше, живот больше и рожа довольно противная, будто у него в голове постоянно вертится что-то гаденькое и подлое. В общем, отличное подтверждение тому, что, вписавшись за младшего брата, мы сделали правильный выбор. С этим бы точно не сработались, да и тагарцы тоже не будут. Отожмут для него земли, а потом и его грохнут, оставив всё себе. К гадалке не ходи, так и будет…

Это, конечно, если мы не вмешаемся. А мы уже вмешались ещё в момент, когда местные ушлые коммерсы перекупили Купера с парнями.

Я сменил позицию, уходя в сторону от лагеря и разглядывая особняк Митчела. Неплохо Купер здесь успел освоиться. На пятьдесят метров перед забором выпололи и растащили всё лишнее, кроме свежих трупов и двух сгоревших джипов. Я насчитал потерь противника как минимум на две неудачные вылазки. Обе начинались на минах, а заканчивались расстрелом по отступающим.

Хм, так-то крепко сидят. Кроме нашего ручья и ещё, может, двух-трёх канав с воронками от разорвавшихся мин, незаметно к забору уже не подкрасться. Сам забор тоже изменился: в нескольких местах стал выше, в других посвежел и светился свежей древесиной, где-то, наоборот, прорезали бойницы, ворота и вышки усилили. И это всё только снаружи, изнутри там наверняка ещё один слой, причём уже из металла.

Без тяжёлой техники у врагов, и с запасом продовольствия у наших за забором можно долго сидеть. Хотя вопрос техники тагарцы пытались решить при помощи двух тракторов. Один прямо сейчас превращали в бульдозер за увеличенным бронированным ковшом-щитом, а ко второму прикручивали не то плуг, не то собранные на скорую руку грабли для дальнейшего разминирования. Такое себе, скорее уж эти медведи-мутанты выступят в роли тяжёлой техники.

Времени до двух часов ещё было предостаточно, я успел не только обойти периметр, пересчитывая отряды тагарцев, но и вздремнул почти целый час. Мог бы и больше, но Оса разбудила, прислав очередное мысленное эмодзи. Получился очень яркий образ, в котором перемешались: усталость с азартом и злость с нетерпением. Я так понял, это было общее настроение у всех защитников особняка.

Пока я спал, с нужным мне отрядом ничего не произошло. Используя преимущества рельефа как по возвышенности, так и по складкам рельефа, здесь засел хорошо защищённый пулемётный расчёт. По силуэту угадывался ПКМ или опять его югославская копия Zastava M84. Возле него скрывались наводчик с заряжающим, а чуть в сторонке прятались ещё двое.

Со стороны забора их сейчас достать было невозможно, а им всего полсекунды, чтобы подорваться и открыть огонь по тревоге. А поднять её мог пятый, которого я сам не сразу заметил. Тёмный, размытый силуэт в плаще с меховым воротником на ещё более тёмном фоне и с приглушённой аурой. Скорее всего, с навыком ночного зрения и острой чуйкой. Охотник или разведчик, что на Аркадии одно и то же. Меня он пока не заметил, хотя уже несколько раз вздрагивал и пристально всматривался в темноту.

Между нами оставалось не больше ста метров, когда я сам вздрогнул, почувствовав на себе уже даже не взгляд, а конкретное такое тёплое дыхание в затылок. Знал, что Пепел рядом, чувствовал его приближение, но в последний момент отвлёкся. Шакрас как-то очень грамотно на меня налетел, сбил с ног, но при этом бесшумно уронил на мягкую траву. Потом придавил меня и попытался лизнуть меня в лицо, но в последний момент осознал, что я в маске, и прикусил себе язык. Недовольно зарычал и просто ткнулся мне носом в грудь.

— И по тебе я тоже соскучился, чертяка лохматый, — прошептал я, запустив пальцы в густую шерсть.

Потрепал немного и, приложив довольно много сил, отпихнул его от себя. Понимаю, самому хочется всех этих телячьих нежностей, но мы вроде как на дело вышли. И причём на мокрое. Мы быстро обменялись образами, почти как мыслесмайликами с Анной, и распределили цели. На часах было без пятнадцати два.

— Пошли!

Я подтолкнул Пепла, перестав различать его уже на дистанции полутора метров, а сам двинулся в другом направлении. Начать решили с соседних отрядов, чтобы в случае чего, подкрепление задержалось, или вообще не появилось. Здесь было проще. Что с моей стороны, что у Пепла скрывалось по два человека с автоматами.

Мы с шакрасом напали одновременно, не пытались синхронизироваться, но как-то само так вышло. Дротик, вылетев из темноты, воткнулся в затылок тагарца, и прежде чем тело упало на землю, последовал рывок и шелест клинка, подрезавшего колени второго противника, обратный замах и клинок пробил ключицу. Практически пригвоздил упавшее на колени тело, дав мне возможность спокойно забрать сигнальную ракетницу из ослабевшей руки.

Пепла я краем сознания отслеживал до схватки со вторым часовым. Первый также словил дротик из хвоста, дальше такой же (мы будто под одну музыку танцевали) бросок и удар лапой под колено. Ну а дальше я уже отключился и не стал увиваться кровью, хлынувшей из разорванной клыками артерией. У Пепла свои методы, не всё мне подходит.

Трофеи шакрас тоже не забрал, что было явным упущением в нашем плане. Я-то две новеньких «заставы» сразу подобрал, оттащив их в соседние кусты. Потом заберу, как и запас сигнальных ракет.

Мы снова синхронизировались и начали с двух сторон сближаться с противником. Осталось меньше пяти минут, но мы не торопились. Воображаемая музыка в голове притихла, вытянувшись в одну зудящую ноту. Не нравился мне этот тагарец в меховой накидке, его навыков могло хватить, чтобы в любой момент поднять тревогу. И тогда, мягко говоря, наш план придётся корректировать, то есть на рассвете встречать всю ораву с техникой и монстрами.

Я уже почти сформировал в руке дротик, подкравшись на расстояние уверенного броска, как, наконец, понял, что меня смущает. Дело-то рядовое — двум шакрасам ночью разобраться с пятью хищниками попроще. М-да, другие бы шакрасы засмеяли бы, узнав, что мы можем не справиться. А смущало меня то, что меховой плащ был пустым. Враг не просто скрыл ауру, он её исказил, сдвинув на несколько метров.

Мы заметили друг друга одновременно. Я тупо об него споткнулся, обходя стороной пулемётную двойку и двойку резерва. А дальше всё произошло как-то скомкано и чересчур быстро, чтобы контролировать и осознавать свои действия. Я упал, придавил и попытался ударить, но тут же сам оказался на спине, придавленный сверху. Но как-то легко, а потом и вовсе противник, взвился ветром, разрывая дистанцию. Тёмный силуэт совершенно не уступал мне в скорости, в тот же миг оказался сбоку и налетел на меня. На шее ножницами сомкнулись чужие ноги, противник завинтился на мне, и в следующий момент я уже встретил спиной жёсткие камни.

Заиграло «Поглощение», а в голове только одна мысль: как там Пепел один против четверых. В остальном тело вместе с бронёй работали сами на инстинктах и реакциях. Я чуть было не слетел с выступа, оказавшись на самом краю. Но тут же вывернул в сторону, уходя от блеска чужого клинка. Лезвие ударилось о камень, выбив искры. Ударилось ещё и ещё, будто лёгкий и юркий противник сам по себе превратился в отбойный молоток, который не может остановиться.

Но я остановил. Без красочных финтов и приёмов просто подгадал нужный момент и пробил по ногам с такой силой, что бойца тагарцев подбросило и ударило о камни. Как минимум одну ногу я, похоже, тоже сломал. И тут же рванул вперёд, замахиваясь «Пером», чтобы никто никуда уже не убежал.

Не знаю, как сквозь шум в голове пробился чужой голос. Возможно, ещё и внушение на уровне ауры произошло, но я всё-таки услышал сдавленное «пощади» и в последний момент изменил траекторию удара. И вместо того, чтобы воткнуть клинок в подбородок, повёл в стороны, разрывая чёрную маску, похожую на фукумэн у ниндзя.

Хм. Не показалось — голос был женский, глаза ясно-голубые, носик вздернутый, скулы…

Чёрт! Что-то я увлёкся! Пришлось резко выключать инстинкты, стыдливо поймав себя на мысли, что забыл про Пепла. С другой стороны — он не жаловался и ему острохвосты помогали, а сейчас он вообще, как оказалось, сидел всего в двух метрах и слизывал свежую кровь с лап. Вид у него при этом был более, чем довольный, а в эмоциональном фоне читалось одобрение в духе: ничего так самочка, дикая…

«Вы там охренели что ли?» — тут же пришла мыслеграмма от Осы. — «Мы выходим. Готовьтесь!»

К чему готовиться, она не сказала, а я спрашивать не стал. Вернул внимание к девушке и чуть отпустил «Перо», прижатое к её шее. Её оружие — тонкий стилет, похожий на нож для колки льда, она из рук уже выпустила и сейчас замерла, пытаясь отдышаться. На довольно милом, даже несмотря на все обстоятельства, лице периодически проскакивала гримаса боли, ногу я, похоже, всё-таки точно сломал.

— Не убивай, — повторила девушка. — Я не с ними.

— Что-то не похоже, — ответил я.

И воспользовавшись тем, что луна вышла из-за туч и добавила нам больше света, краем глаза рассмотрел её. Стройная, гибкая, тренированная… Понимаю, что так себе критерии обзора симпатичной девушки, но в ситуации, когда эта девушка одета как ниндзя, дерётся как ниндзя и пару минут назад, чуть меня не убила, то сойдёт.

— Да, — поняв, что убивать я её не собираюсь, по крайней мере, сразу, голос девушки стал чуть ровнее и смелее, — то есть нет. Меня наняли в роли разведчика. Я случайно с Митчелом встретилась. Не убивай, я могу заплатить за себя выкуп.

— Зовут-то тебя как, человек, который совершенно случайно собирался с нами воевать и у которого геном, ммм… — я прислушался к чуйке, но понял, что до сих пор вижу маркер совсем в другом месте, — убери маскировку и, может, поговорим.

«Перо» я не убирал и был готов к любым резким движениям, но девушка-ниндзя больше не сопротивлялась. Выдохнула и скривила лицо, будто пытается размять затёкшую шею, но надрезать дальше кожу о «Перо» не хочет, и вдруг резко засияла у меня перед глазами. Чуйка была обострена до предела, и с такого расстояния получилось даже чересчур ярко.

— Ага, — прошептал я, пытаясь частично угадать, но частично всё-таки проверить, смогу ли я определить. — В базе ягуар? Плюс что-то птичье? Плюс… яды? Как это?

На каждый мой вопрос девушка едва заметно кивала и моргала.

— Зовут Наоми, — ответила девушка. — В базе ягуар, уже третья инициация. Про яды и птиц ты тоже прав. Это двухцветная питоху, она же дроздовая мухоловка. Но это не ради яда, а для иммунитета. Немного от каймана, компенсировать массу. И ещё разное по мелочи для восприятия и ночного зрения. Не убивай. Я могу быть полезной. Я помогу против тагарцев.

— Эх, — вздохнул я, почувствовав разочарование.

Действительно промелькнула спрятанная от Осы мысль, переманить такого классного бойца, но факт, что она потом также и нас кинет, можно сказать, лежал сейчас передо мной. Но и убивать я её не собирался. В горячке боя — да, но вот так — нет. Мы толком-то и поссориться не успели.

— И что у нас здесь происходит? — раздался голос Анны, забравшейся на уступ.

За её спиной появился Купер, и дальше по цепочке стали появляться и тут же рассасываться в темноте наши бойцы.

— Пленного взяли, — я кивнул на Наоми. — Наёмница, готова сотрудничать и переметнуться.

— А мы разве пленных берём?

Оса спросила это холодным и безразличным тоном, но на уровне ауры бурлили совсем другие эмоции. И заметил их не только я. Наоми занервничала, а Купер рассмеялся и, достав из кармана наручники, встал между Анной и Наоми.

— Я беру, — хохотнул он. — Резюме есть? Шить умеешь? Мы так-то кукушек к себе не берём.

Наоми пожала плечами, не поняв ни юмор Купера, ни кривой отсылки, что предателям мы не доверяем. Тут мы с Купером мыслили одинаково. Исключения, конечно, бывают, но это процесс сложный и долгий.

— Ага, пришивать точно умеет, — прошептал я.

Рядом оказалась Анна и неожиданно обняла меня и поцеловала. Посмотрела на Наоми, на каких-то понятным только им обеим волнах, заявив на меня права, а потом перевела взгляд на Пепла и прошептала: «Предатель пушистый».

— Какой в итоге план? — спросил я у Анны.

— Самый простой, — ответил вместо неё Купер. — Валим всех, кто против нас.

— И, правда, куда уж проще, — кивнул я, некстати вспомнив про медведей-мутантов и их дрессировщика.