Жажда бессмертия. 3 том

Глава 6 Хуже быть не может

Место действия: Паутина миров

Время действия: 1 июня 2060 года

Через пять секунд пока что едва видимая точка начала двигаться, набирая высоту и одновременно безошибочно направляясь в мою сторону.

— Ну вот же песец! — Повторил я, находясь в полном недоумении касательно того, откуда, да еще и в такой короткий срок вояки смогли послать за мной ЭТО! Ведь сейчас, через окуляры коршунов, я наблюдал настоящую матку! Вернее, «циклон», по официальному названию. Но в армейке почти всегда использовали альтернативное обозначение, более подходящее той или иной технике.

И эта помесь истребителя с бабочкой, стоила просто адовую кучу денег, из-за чего их даже не пускали к нам, на фронт, предпочитая, чтобы дохли обычные вояки, пускай даже и теряя вместе с собой более дешевую технику… А сейчас у кого-то видать так подгорело, что они за час пригнали эту хреновину на край мира, где вокруг одна тайга…

Подавив в себе поток негативных мыслей, вызванных воспоминаниями из израильского конфликта и презрением к властьимущим, я, наконец, переключился на главное. На то, что я сейчас могу сдохнуть. Вот так вот просто. Ведь циклон… Циклон был совершенно иным уровнем, о котором я даже мало что знал. Огромная скорость, возможность подниматься на гигантскую высоту. Тридцать два дрона на вооружении, модели отдаленно напоминающей пауков. Только крайне мощных, пускай и с маленькими батарейками. Но и правильно, зачем пихать большие аккумуляторы в то, что всегда может вернуться на «авианосец». А еще там стоял пулемет-игольник. Штука пускай и не самая мощная, но невероятно скорострельная. И против живой силы противника работающая отменно. Впрочем, как и против других дронов. Ну и финалом была лазерная установка. Опять же, не слишком мощная. Скорее чтобы слепить другие дроны. Но при нужде прожарить человечка сможет.

Вариантов у меня оставалось немного. А если вернее, их не было вовсе. И вместо того чтобы бежать или еще как-либо суетиться, я принял единственно верное решение, сжав в руке сразу два кристалла. Осколок и каплю. И упал на спину в мягкую меховую подстилку, отключаясь от мира и даже от своего собственного тела. Теперь я был не человеком. Теперь имя мне Легион! Воздух, и так наполненный уже привычным жужжанием, как от мошкары, так и от парящих дронов, вышел на совсем уж высокую ноту, знаменующую разгон пропеллеров. И десятки птичек рванули вперед, наперехват приближающейся цели.

Мои мозги, кажется, начали закипать. В прямом смысле. Я ощущал, как область затылка, с расположенным там имплантом, нагревается. Хоть это и было частично фантомным ощущением. Однако, нельзя было не признать, что управлять сразу более чем двумя десятками дронов, именно управлять, поддерживая с каждым прямое сопряжение, было попросту невозможно для меня в прошлом. Сейчас? Сейчас у меня это получалось. Казалось, сознание дробится на множество осколков, распадающихся и разваливающихся в разные стороны. Но о последствиях я буду думать позднее.

Сейчас, пока у меня оставалось несколько десятков секунд до столкновения с циклоном, я должен был решить, как именно уничтожить эту цель. Особенно учитывая, что управляет ей… Кто, кстати? Если я вывел оборудование из строя, то либо оператор должен был также выйти на эту сторону, чего я не заметил, смотря на портал через линзы коршунов. Либо маткой управлял встроенный искин. Что тоже странно, учитывая, как им становится плохо от повышенного фона. Но сейчас главной целью было разработать тактику атаки, позволяющую победить превосходящие силы противника.

Четвертый удар сердца. Машинально отметил я, сколько прошло времени с начала моей атаки. А пауки, все кроме тех, что я оставил рядом с собой, на всякий случай, вырвались вперед, прикрывая собой монолиты и коршунов. Предстоящий бой будет не превосходством силы. Предстоящий бой — это шахматная партия. Где я король, а птички — мои верные фигуры, которыми необходимо жертвовать.

Шестой удар. Монолиты набирают высоту и расходятся веером, чтобы иметь возможность спикировать на матку. А коршуны плетутся следом, чтобы их не уничтожили в первую очередь. Но и мои действия не остаются для циклона незамеченными. И махина о восьми крылах, за что некоторые называли ее архангелом, хоть и редко, начала резко набирать высоту. А снизу, с ложных крыльев, вниз посыпалось множество точек пауков, тут же расходящихся широким веером.

Восьмой удар сердца. Сознание плавится, но тут мне становится чуточку легче. Ведь один из пауков выходит из строя, в последний свой миг существования показывая яркую вспышку. Свет в конце туннеля… Именно так выглядит смерть птичек от лазеров. Тут же я заставляю всю армаду дернуться в стороны, начав петлять и изменять свой курс хаотически. Это хоть немного, но помогало против средств ПВО.

Девятый удар. И еще два паука гаснут, а матка, источающая едва заметную ниточку лазера, окончательно разворачивается вверх, вертикально, врубая основные турбины и стараясь набрать высоту. Именно в таком положении она и напоминала странную фигуру, раскинувшую вокруг крылья — архангела. И я вывожу все дроны на максимум скорости. В первую очередь пауков, что имели куда как больший разгон по сравнению с тяжелыми монолитами.

Десятый удар сердца. И тут мне становится по-настоящему хреново. Ведь приходится включаться в коршунов, заставляя их атаковать несущийся в мою сторону рой мелких паучков. Хотя мелкими они казались только на фоне Матки и на расстоянии. В реальности же каждый из них был размером скорее с монолит, и нес на себе сразу обойму с несколькими зарядами.

Одиннадцатый удар! Мое внимание прикипает к первой едва уловимой точке, а далее автоматика коршуна, работающая на классическом железе, то есть без квантовой матрицы, захватывает цель в автоматическом режиме. Выстрел. Я не вижу снаряда. Но знаю, что сейчас в воздухе развернулась тончайшая сеть, запутывающая вражеского дрона. И мой коршун, даже не дожидаясь того, чтобы увидеть падающую точку, несется в сторону, захватывая следующую цель.

Пятнадцатый удар сердца. Я лишился еще двух пауков, и теперь моя уверенность в том, что я способен завалить матку мясом, сильно пошатнулась. Ведь такими темпами, она перестреляет всех птичек до того, как какой-нибудь из паучков сможет протаранить ее.

В то же время коршуны уже сбили, примерно, десяток пауков, израсходовав на это все свои патроны с сетями. И далее оставался лишь способ прямого уничтожения. Лезвия закружились, создавая на изображении едва уловимое марево. И коршуны продолжили свою работу. Через секунду первый из них догнал еще одну цель, сбив ее и тут же уйдя в сторону, чтобы не получить от взрыва, если механизм детонации все еще был активен. Однако я понимал. Уничтожить всех атакующих дронов у меня не выйдет. Тупо не хватит времени. Ведь большую часть пути до меня самого они уже преодолели. А значит. Придется принимать атаку на себя лично.

Девятнадцатый удар сердца. Еще минус дрон, уничтоженный лазером. А матка, хоть и стала менее активно использовать лазер, но лишь потому, что и сама отступала, поднимаясь уже куда-то под самый туман.

А вот ее паучки, чьи потери составляли уже под два десятка особей, почти что достигли своей цели. И через объективы коршунов я отчетливо видел в мелькающей кутерьме картинок себя самого. Едва различимую фигуру в тепловом спектре. Наверное, открой я глаза, мог бы увидеть завораживающую картину боя в небе, но на это у меня просто не было ресурсов мозга.

И в этот миг воздух вдруг расцвел тремя огненными шарами, в один из которых чуть не угодил мой коршун. Лишь в последний миг, действуя на невероятной скорости для человека, я увел птичку в сторону. Но это означало конец охоты. Видимо, матка решила, что лучше пожертвовать самой тройкой юнитов, чем позволить коршунам и далее уничтожать пауков. А до их столкновения со мной оставались считаные мгновения.

Рывок! Ноги кинули меня вверх и вперед. Но вопреки опасениям, никакой боли или рвущихся связок я не ощутил. Видимо, надо ввести коррективы и стать более смелым во время просветления. Раз тело стало таким крепким.

Рывок! И нога погружается в болотную тину по колено, но тут же выходит, заставляя тело продолжить полет. И хотя я оттолкнулся все же от густой массы из смеси мхов, корней и чего-то еще. Но это уже можно было считать чем-то похожим на хождение по воде.

Мазнув взглядом по небосводу, я, кажется, смог увидеть, как первый паучок отцепляет от себя едва видимую точку, что на скорости куда как выше свободного падения, за счет набранной самим дроном скорости, падает вниз.

Но в этот момент я ухожу под воду, ныряя рыбкой в какой-то прудик, весьма глубокий на вид. Глаза при этом остаются открытыми. И перевернувшись лицом кверху, я делаю резкий гребок руками и ногами, уходя на глубину и в последний миг открывая рот, позволяя затхлой воде наполнить горло. Ведь хоть я и стал невероятно крепким, но получить оглушение от массовой детонации мне как-то не хочется.

Бам! — Руки уже совершали второй гребок, когда по телу прошлось ударной волной, упершейся в покров. А сверху, то, что ранее казалось темной пеленой, едва пропускающей свет через толщу водорослей, вдруг расцвело новым солнцем, обрушивая огненный армагеддон на мою голову.

Серьезно? Они что, заправили дронов исключительно фениксами, желая сжечь тут все к чертям? — Как обычно и бывает при просветлении, на фоне неслись множество мыслей, при том, что само ядро моего сознания оставалось кристально чистым, сосредотачиваясь только на самых важных моментах. Новый гребок вниз, и я ударяюсь головой в какую-то склизкую корягу, за которую и цепляюсь рукой, чтобы не всплыть выше. По руке что-то скользит, явно живое и мерзкое. Но слишком маленькое, чтобы быть опасным. А я вновь сосредотачиваюсь на дронах.

Коршуны, до этого сбросившие скорость, чтобы не влететь в огненные облака, вновь разгоняются, настигая пауков, что сделали небольшой круг над расцветшим яркими всполохами огненным адом, где-то под которым и я располагался я сам.

Бам! — И в этот момент произошла вторая детонация. Видимо, пауки решили отбомбиться в два захода, чтобы уж точно выжечь то, что не сгорело ранее.

А я, ощутив на себе новую ударную волну и обжигающие потоки жара, пробивающиеся даже сквозь толщу воды, замер, от неожиданно пришедшей в голову идеи. Да, к сожалению, даже под просветлением я не мог додуматься до нее с самого начала. Но теперь? Поняв, что не смогу уничтожить циклон массовой атакой дронов, и так удачно спрятавшись под водой, я мог рассчитывать на успех.

И вместо того, чтобы добить оставшихся пауков коршунами, я просто отдал приказание всем дронам остановиться, зависнув в воздухе. Как будто они потеряли управляющий сигнал. План был, честно говоря, рискованный. В первую очередь потому, что циклон мог попытаться продолжить уничтожать вражеские для себя цели, лишив меня не только пауков, но и монолитов с коршунами. Еще хороший вопрос, кто все же управляет архангелом? Если человек, то ему будет свойственно купиться на мою удочку. Если тупая ИИшка, которая там обычно и стоит, то с нее станется продолжить уничтожать дроны, которые вояка предпочел бы сохранить.

Однако, если меня начнут лишать птичек, то я просто вернусь к предыдущей тактике. А пока что, учитывая, что я не могу выбраться на поверхность, что меня не могло не напрягать, ведь запасы воздуха были не бесконечны, то можно и рискнуть.

Через несколько секунд все птички остановились, эмитируя потерю сигнала. Или даже не эмитируя, учитывая, что я действительно резко разорвал связь, инициируя заложенные алгоритмы. Пауки и монолиты остались висеть. А вот коршуны, как более умные, начали сами снижаться. Это я понял, когда через миг вернул связь, продолжая просто наблюдать через птичек за тем, что творится сверху, и лишь аккуратно доворачивая камеры, чтобы получить удобный обзор на все происходящее.

Нагрузка на разум стала чуть меньше, и я смог во всей красе оценить прекрасную картину огненного инферно! Подобная картина бушующей стихии, растекшейся химической смесью на многие десятки метров, не могла не вызывать в душе трепет. Все, что попадало в огонь, почти мгновенно испарялось, обращаясь в пепел. Да и вокруг меня, в самом эпицентре, вода уже нагрелась до горячего состояния, грозя начать обжигать кожу.

Но вот прошло пять секунд, десять. Вражеские пауки начали кружить вокруг пятна огня. Но для меня уже это стало отличным сигналом. Как минимум они не стали пытаться уничтожить «отключившихся птичек». Теперь все зависело только от того, что предпримет Матка. Если посчитает задачу выполненной и уберется, это будет прекрасно. Если вдруг решит подлететь поближе, например, чтобы убедиться в моей ликвидации через более качественные объективы, это будет уже куда как хуже. Ну и самое плохое, если она продолжит ждать, пока тут все догорит. А это будет минут пять, не меньше. Смогу ли я продержаться столько?

Открыв глаза, я взглянул на кишащую жизнью воду, теперь хорошо просвечиваемую пламенем. И в ней, вокруг меня метались в отчаянной панике или даже уже агонии миллионы живых организмов, начиная от мелких червячков и рачков, размером с пылинку, заканчивая несколькими огромными змеями и варанами, один из которых проскользнул мимо меня, мельтеша хвостом. Но хотя бы на меня эти твари не нападали…

— Сук! — Пронзительная мысль пробилась даже сквозь просветление, хотя обычно такого не случалось. Но сейчас я уже привычно растягивал эффект одного кристалла надолго, что снижало глубину погружения. А дернулся я из-за того, что чья-то пасть сомкнулась на моей правой руке, сжимая предплечье в стальной хватке, похожей, по ощущениям, на наждачную бумагу. А следом меня резким движением потянуло вниз, на самую глубину. Но этому я противиться не стал, позволяя огромной тваре опустить себя пониже.

Небесное познание!

Рыба (Этап: зажигание звезд) (Насыщенность силой: низкая) Имеет высокую ценность для употребления в пищу. Обладает стихией пожирания

Примененное уже на автоматизме познание ничего особо не дало, кроме разве что информации о стихии пожирания. Но пора было озаботиться тем, чтобы убить эту тварину, которая, хоть я и не смог ее особо рассмотреть за столь короткий миг, напоминала огромного сома. Только очертаниями была куда как острее. Ведь мой покров, защищающий руку от сдавливания чудовищными челюстями, уже начинал трещать. А кроме того, я ощутил как его, напитанный стихией звука, проминает не только физической силой. Но и чем-то энергетическим. Отдаленно похожим… Точно! Разум почти сразу же вспомнил, как я пытался впитать в себя стихию пожирания. Вот и сейчас на руку надавило чем-то похожим. Как будто чужеродная, вязкая и жгучая сила, как кислота, начала впиваться под кожу, стремясь отравить все своими миазмами.

Через секунду меня впечатало в какую-то корягу, а сом по-хозяйски перехватил руку челюстями, постаравшись заглотить ее поглубже, так что и локоть мой ушел ему в пасть. И вот здесь вот я уже перестал терпеть, позволив своим эмоциям и остаткам энергии от капли выйти наружу.

Клинок звука! — Совершенно неожиданно я не попытался ударить хлопком силы. И не попытался даже достать из кармана нож, которым, подозреваю, мог бы вспороть рыбину запросто, применив тот же самый клинок звука. Вместо этого я ударил свободной левой рукой, загоняя палец в огромную глазницу, зырящую на меня еще мгновение назад холодным голодным блеском. А потом ци хлынула наружу сразу через обе руки, создавая вибрации клинка звука. Только создавая их уже внутри сома.

В следующий миг меня закрутило. Так, что одежду начало срывать от давления воды. За секунду бьющаяся в агонии тварь провернула меня вокруг своей оси раза четыре, и пару раз стукнула о дно, наматывая на нас обоих толщи водорослей. Но в следующий миг новый импульс энергии ушел через мой большой палец, утопший уже где-то в черепе. И сом резко замер. А я, перестав его держать, позволил едва колыхающейся туше отцепиться, возвращаясь к куда как более важным делам.

Тем временем на поверхности огненный ад и не собирался исчезать. Зато, как я заметил даже с некоторым облегчением, матка направилась вперед, спешно приближаясь ко мне. Вот только делала она это на весьма и весьма большой высоте, тактично поднявшись выше моих замерших монолитов. И это было ой как нехорошо. Ведь тогда вряд ли я смогу как-либо ее уничтожить. Стоит хоть одной птичке шелохнуться, и Аска внутри машины, ну или оператор, поймут, что я не умер. А далее последует новый виток противостояния.

Продолжая осмысливать все это, я вновь уцепился за корягу. Хотя обилие одежды и экипировки на мне и так не позволяло активно всплывать. Но нужно было решать, что делать дальше. Сколько я продержусь без воздуха? Мой рекорд был три минуты с лишком. Но учитывая, как я тут вертелся с этой тварью, на такой результат можно и не рассчитывать. Уже сейчас легкие начинают гореть огнем. Но и всплывать я не могу. Подозреваю, покров не защитит от той химической дряни, что сейчас пылает на поверхности воды. Выход?

Выход был. И подождав еще секунд десять, пока организм просто не начал кричать о недостатке воздуха, я переместил руку под лицо, подавая энергию в старое кольцо. Если уж затапливать, то его.

Процесс открытия шел неохотно до одури. Видимо, давление воды играло свою роль. Но через секунд десять артефакт все же поддался. И из пролома пространства на меня хлынул целый поток воздуха, который я тут же жадно хватанул ртом, предварительно выдув весь отработанный газ из легких. Попутно хватанул воды, залившейся в трахею. Но рвущийся изнутри кашель все же сдержал…

Просветление уже было на грани. Последние крохи. Но заливаться новой порцией я не стал. Вместо этого направил остатки «психического ресурса» на то, чтобы максимально успокоить тело и разум, снизив расходы кислорода. И несколько секунд мне казалось, что это у меня даже получилось. И я стал тем самым йогом, способным не дышать по полчаса.

А потом? Потом просветление оставило сознание, позволяя откату накрыть меня не просто медным тазом, а целым саркофагом. Спокойствие слона испарилось, позволяя гормонам вновь взбеситься, вопя и крича о том, что я в полной заднице. Глубоко под водой в ужасном болоте, где меня чуть не сожрали. Сверху пылает напалм, отрезая путь к спасению. А еще выше парит ужасная хреновина, что с радостью меня сначала еще раз взорвет, потом прошьет очередью игл и под конец зажарит лазером.

В общем… Мое отправление в свободное плавание как-то не задалось…