Жажда тебя

Глава 16

Погода резко портится, но в этих местах такое часто бывает. Яркое солнце за пару секунд сменяется свинцовыми тучами, раскатистыми ударами грома и чудовищной грозой. Похоже, надвигается настоящий шторм.

- Ну надо же, какой сюрприз, - насмешливо тянет Джокер, когда мы с Захаром залетаем в дом. – Явились, голубки. Почему так быстро? Дождик напугал?

- Второй этаж для всех закрыт, - рявкает Захар.

Подхватывает меня на руки и буквально взлетает по лестнице, толкает дверь ногой, врывается в нашу спальню.

- Эй, у нас ужин остывает, - возмущенно бросает Джокер, будто намеренно гремя кастрюлями. – Вообще, я старался. Даю вам полчаса, потом за шиворот к столу потащу. Без шуток.

Мы опять остаемся наедине. Тут же сливаемся в безумном поцелуе. Наша одежда смята, вещи насквозь промокли, перепачканы песком, но нам наплевать. Не мешает даже то, как мелкие песчинки ранят губы и поскрипывают на зубах. Мы просто не замечаем этого, целиком отдаемся моменту. Сбрасываем все лишнее. Запираемся в стеклянной кабине. Теряем счет времени.

Отлипнуть нереально. Невозможно. Губы впиваются в губы до онемения, до мелкой дрожи в каждой клеточке тела. Пальцы переплетаются, сжимаются в замок, судорога сводит крепко сцепленные в объятиях руки. Электрический ток раскалывает на части, пробегает по венам, обдает живым пламенем.

- Соня, - хрипло бросает он.

- Захар, - шепчу я.

Наши имена звучат как самые сокровенные признания. Стоны. Всхлипы. Бешеный бой крови. Такую цепь нельзя разомкнуть.

Когда мы спускаемся вниз, на часах уже практически полночь.

Джокер смотрит популярное телевизионное шоу, Леднов зависает над своим лэптопом.

- Дебил, да она тебе явно рога наставила! – восклицает Артем. – Проверь записи камер, взломай ту хилую систему и лично зацени скрытый материал. С этим же любой придурок справится. Нет, ты только посмотри, как дрянь облизывается, прямо растекается по тому качку. Твоя жена шлюха, приятель.

- Выруби это дерьмо, - мрачно бросает Демид.

- С чего вдруг? Самое рейтинговое шоу страны. Ты хоть знаешь, сколько рекордов оно успело побить? Я обожаю его. Пересматриваю каждый выпуск.

- Тогда понятно, почему разложились твои мозги.

- Но некоторым не мешает поумнеть, - хмыкает Джокер. – А вот я намеренно снижаю градус интеллекта. Иначе как уживаться на одной планете с простыми смертными?

Леднов ничего не отвечает, потому как отвлекается, заметив нас.

- Все готово, Захар, - говорит он. – Я сам разобрался. Система полностью налажена. Если сюда сунутся, мигом сработает сигнализация, даст нам фору.

- Наконец-то, - фыркает Джокер. – Ужин в холодильнике, и разогревать его я не собираюсь.

- Цербер не возвращался? – спрашиваю.

- Далась тебе эта псина, - кривится парень.

- Там ливень, - хмурюсь, поглядывая на жуть, которая творится за окном, дождь барабанит по стеклам, сверкают молнии. – А он потерялся, совсем один.

- Матерая дворняга, - отмахивается Джокер. – Что с ней сделается? Может, твой адский песик нашел новых хозяев, счастливо торчит в тепле.

Сомневаюсь. Поблизости никого нет. Если только не заскочил в проезжающую мимо машину, но тут и автомобили редко показываются.

Я складываю руки на груди, подхожу вплотную к окну, вглядываюсь в зияющую черноту, будто пытаюсь отыскать знакомую гриву. Стараюсь не размышлять о том, что с Цербером могла случиться беда.

- Так ты больше не видел пса? – мрачно интересуется Захар, нависая над братом.

- Нет, - отмахивается тот. – В чем ты меня подозреваешь? Думаешь, я маньяк? Могу замучить собачонку? Спроси у Леднова. Он вечно рядом отирается, следит за каждым моим шагом. Или запишем твоего дружка в соучастники?

Захар молчит, буравит Артема тяжелым взглядом.

- Не трогал я ту псину. Не трогал! Ясно? Скорее он бы меня загрыз. Отвали и дай нормально досмотреть выпуск, повтор будет на выходных, а я не хочу потерять нить.

Захар хлопает его по плечу, заставляя вжаться в кресло, после подходит ко мне, заключает в объятия.

- Найдем твоего блохастого, - обещает. – Не дергайся. Завтра утром пройдусь по пляжу. Видно, забился в ущелье, от грозы прячется.

- У Цербера нет блох.

- Монстр объявится в самый неожиданный момент, - подключается Джокер. – Вот увидите. Монстры всегда так делают.

Мы отправляемся на кухню и быстро уплетаем то, что умудряемся найти. Аппетит разыгрывается дикий, ледяная еда нас совсем не смущает. Хотя холодные макароны не самое вкусное блюдо в мире, мы вряд ли обращаем на это внимание. Смотрим друг на друга, невольно улыбаемся. Внутри разливается трепет, радостная вибрация охватывает сердце.

Хочется растянуть миг до бесконечности. Поймать и запечатлеть, проживать его снова и снова, открывать новые грани.

Раньше я и не замечала, что у Захара есть ямочка на левой щеке, что он вообще умеет так искренне улыбаться, что в подобные моменты в его зеленых глазах загораются ослепительные искры.

Он был красивым. До одури. До безумия. Красивым, но чужим. А теперь? Мы становимся гораздо ближе. Все меняется. Теперь он родной. Мой.

Я собираюсь что-то сказать, но застываю с открытым ртом. Фраза замерзает глубоко в горле, а вилка, которую я еще секунду назад крепко сжимала, падает на стол.

Раздается сирена. Тревожная, пронзительная. Звук нарастает, вызывая внутри волны обжигающей дрожи.

Черт. Неужели срабатывает та самая сигнализация, которую установил Демид? Липкий ужас затапливает меня. Может, ошибка? Ложная тревога?

- Смотри, - заявляет Леднов, залетая на кухню.

Он сметает тарелки в сторону, ставит лэптоп перед Захаром. Лица парней мрачнеют, черты заостряются, превращаются в камень.

- А это кто? – спрашивает Джокер, тоже встает перед экраном. – Тачки клуба узнаю, но откуда прут левые авто?

Клуб. «Ангелы Ада». Они нашли нас, скоро будут здесь.

- Решили зайти с двух фронтов, - замечает Демид.

- Слишком умно для них, - бросает Захар.

Я поднимаюсь, но даже шаг сделать не успеваю и уж точно не получаю ни единого шанса взглянуть на экран лэптопа, лично изучить ситуацию. Парень обхватывает меня за талию, отрывает от пола и несет прочь.

- Ты что, - запинаюсь. – Ты что творишь?

- Это не репетиция, - отрезает Захар. – Действуем, как договаривались. Ты помнишь план. Продвигаешь по тайному ходу. Снаружи ждет тачка. Там свежие документы. Наличных на первое время хватит. Потом используешь мой тайный счет.

- Захар, нет, - бормочу и вскрикиваю. – Нет! Ты с ума сошел?

Парень открывает люк и заталкивает меня внутрь, жестко пресекает любое сопротивление. Сейчас он действует гораздо увереннее, чем в прошлый раз. Причиняет физическую боль, отталкивая меня.

- Прости, Соня, - заявляет глухо.

Железная крышка захлопывается над моей головой, отрезая путь наверх. Замок защелкивается. Даже если я захочу отсюда выбраться, то не сумею. Вернее, есть лишь один путь – подземный коридор, но он ведет в другом направлении.

- Захар! – кричу и молочу по стальному люку кулаками. – Захар!

Выбившись из сил, я опускаюсь на лестницу, роняю голову на руки, до крови закусываю губу.

Я не слышу, что происходит наверху. Значит, там меня тоже не слышно. Можно сколько угодно стучать, это все абсолютно бесполезно.

Тогда как быть? Подчиниться Захару? Действовать по плану? Собраться, сбежать, ждать, пока он опять найдет меня. Самый логичный вариант, но все внутри меня протестует, встает на дыбы.

Я вспоминаю, как наказывают в «Клетке» за дезертирство. Липкий холод оплетает внутренности, сводит желудок тягучими спазмами.

Разум твердит, что надо послушаться и убраться прочь. А сердце бунтует, гулко бьется, рвется обратно. Туда, к нему, в рай, который должен стать адом.

Я поднимаюсь и пытаюсь открыть люк изнутри, стучу кулаками по железной поверхности. Бесполезно. Скорее пальцы переломаю, чем отсюда выберусь.

Черт. Надо попробовать иначе.

Я спускаюсь по лестнице вниз, осматриваю помещение. Здесь практически ничего нет. Голые стены. Тумбы заполнены припасами, которые притащил Захар. Тут все самое необходимое: консервы, протеиновные батончики, крупы, запас питьевой воды. Еды достаточно. Еще есть лампы, аккумуляторы, инструменты для ремонта, выставленные в пару рядов. Нужные вещи, но они едва ли мне сейчас помогут. Я прохожусь вперед и возвращаюсь обратно.

Проклятье. Как быть?

Раздраженно выдыхаю и опускаюсь на первую попавшуюся тумбу, взъерошиваю волосы, после откидываюсь назад и больно врезаюсь затылком в пластиковый выступ. Подскакиваю и оборачиваюсь, пораженно изучаю случайную находку.

Я думала, это просто электрический счетчик, прикрытый заслонкой. Отметила устройство чисто машинально и не придала особенного значения, прошла мимо, ведь в моей квартире располагался похожий аппарат. Теперь крышка отвалилась, обнажилась реальная картина.

Экран, а под ним панель со множеством мелких кнопок. Невольно подношу пальцы к гладкой темной поверхности, но не дотрагиваюсь, почти сразу отвожу руку. Я даже забываю про ноющую боль в затылке.

Что за штука? Смахивает на встроенный в стену телевизор или новомодный лэптоп, однако чутье подсказывает: все не может оказаться настолько просто.

Я прищуриваюсь, внимательно изучаю кнопки. На них изображены замысловатые символы. Привычных букв или слов нет.

Пожалуй, разобраться можно только опытным путем.

Я жму наугад – экран моментально вспыхивает. Квадрат за квадратом, передо мной возникает трансляция из каждой комнаты дома.

Выходит, везде расположены камеры?

Я вспыхиваю от негодования, вспомнив моменты близости с Захаром, но потом понимаю, что изображения из нашей комнаты тут нет. Зато остальные показаны. Только слишком мелко. Как увеличить? Я разбираюсь с этой странной системой практически вслепую. Улавливаю язык символов на уровне интуиции. А может, удача опять на моей стороне?

Я умудряюсь развернуть трансляцию на весь экран, после выбираю ту комнату, где все и происходит. В процессе получается включить и звук.

- Тебя ждет казнь, - первая же фраза обрушивается на меня как удар грома. – Может, ты забыл, но это «Клетка» принимает дезертиров обратно. Наказания, отправка на долгий срок в карцер. Они дают шанс исправиться, искупить вину. А мы – нет.

«Главный». Я сразу узнаю его твердый и уверенный голос, после выхватываю мрачную фигуру в темной мантии. Вглядываюсь в экран, стараясь опознать остальных. Семь человек. Нет, девять. Стоп, вот еще один мелькнул, и еще.

Слишком много противников. Даже Захар тут не справится. Демид и Джокер стоят рядом с ним, но вряд ли они способны переломить ход игры. Наверняка, снаружи караулят другие члены студенческого клуба. Ну или рядовые шестерки, ведь там всегда хватает желающих подмазаться к самым влиятельным мажорам. Многие ребята согласны душу продать за внимание избранных.

Эти ублюдки знают, на что способен Захар и его друзья. Видели наглядно, на Арене. Они точно подготовились, в противном случае не рискнули бы ворваться к нам.

Три парня против целой оравы. Исход такого боя заранее предрешен.

А я чем могу помочь? Лихорадочно оглядываюсь по сторонам, будто пробую найти секретное оружие.

- «Ангелы Ада» не прощают слабостей, не допускают ошибок, - продолжает Главный, наступая вперед, приближаясь к Захару. – Мы очищаем наши ряды. Держим только сильнейших. Твоему везению пришел конец. Пора закрывать счет.

- Я забыл, когда вступал к вам, - отрезает парень.

- Повтори, - цедит старший из магистров, перебрасывает трость из одной в руки в другую, точно разминается, а потом вбивает ее в пол с жутким грохотом, сжимает золотой набалдашник. – Что ты сказал?

- Я не стал одним из вас.

- Ты победил на соревнованиях.

- И?

Захар достает пачку сигарет, закуривает с абсолютно невозмутимым видом, после выпускает дым в потолок и ухмыляется. Да, я могу легко различить его ухмылку. Плевать, что камера не передает крупный план. Кожей чувствую. Ловлю каждый жест, малейшую эмоцию.

- Ты вступил в наш клуб, - холодно бросает Главный. – Выигрыш подтвердил тот статус, который ты добыл на первом курсе.

- Я не прошел инициацию.

- Торгуешься? – хмыкает. – Пытаешься спасти свою шкуру? Ты облажался, Громов. Назад дороги нет. Тебе ничего не поможет. Даже твои дружки ни черта не сумеют сделать. Будут молча наблюдать. Факт.

- Нет, - ровно произносит Захар.

- Что – нет? – все сильнее разъяряется Главный, трость вибрирует под его пальцами, поскрипывает, царапая пол.

- Класть я хотел на ваш блядский орден, - заявляет парень. – Вот, что такое факт, а остальное твои тупые угрозы.

- Точно, - подключается Джокер. – С чего ты взял, будто мы засунем языки в задницу?

- Вас тут вообще быть не должно, - чуть ли не шипит Главный.

- Почему это? – фыркает Артем. – Я лучший студент. У меня на все косяки есть серьезный иммунитет. Ни вашему клубу, ни ректору не подчиняюсь. Вольный студент.

- Забавно, - вкрадчиво замечает Главный и поворачивается к Леднову. – А ты как объяснишь пропуск занятий посреди учебного года?

- Никак, - пожимает плечами тот. – Мне похрен.

Захар продолжает выпускать дым в потолок. Всем своим видом демонстрирует тотальное безразличие к реальной опасности. В его позе нет ни намека на страх. Ноль напряжения. Демид тоже закуривает, следуя примеру друга.

Стоп. Это странно. Я прежде не замечала у Леднова сигарет. Хотя может, мы мало общались? В универе не разрешалось курить никому, кроме Захара, а в обычной жизни мы лишь недавно пересеклись, поэтому я могла попросту не обратить внимания на вредные привычки Демида.

- Веселые вы ребята, - говорит Главный. – Я уверен, что смогу пустить слезу, когда произнесу поминальную речь в вашу честь. Ладно, мы и так затянули.

Он вдруг отходит в сторону, резко меняет положение в пространстве и отрывисто прибавляет:

- Пристрелите их.

Шок сковывает мои внутренности. Я обмираю, не могу шевельнуться. Глаза обдает острая боль.

Нет, нет. Все не может закончиться так.

Это шутка? Розыгрыш? Он пытается запугать парней? Черт, никто не отдает приказы об убийстве настолько будничным тоном. Впечатление, точно тут оглашается нечто совершенно рядовое, вроде прогноза погоды.

А в следующий миг мне приходится зажать уши ладонями.

Визг сирены сотрясает пространство. Теперь сигнал звучит гораздо громче. А еще прибавляются новые спецэффекты – льются мощные струи воды. По ту сторону экрана срабатывает пожарная сигнализация. Я с трудом могу различать темные фигуры, размытые силуэты хаотично передвигаются по комнате.

Камеру заливает. Почти ничего не видно.

Вот почему парни закурили. Отвлекающий маневр. Значит, все не так безнадежно, есть шанс взять верх. Я ликую недолго. Вскоре видимость восстанавливается, и мое сердце опять дает перебой.

- Сюрприз! – насмешливо заключает Главный. – Я решил, что стоит подстраховаться и подключить этих милых ребят. Ваши фокусы вряд ли с ними прокатят.

Я отмечаю красноречивые ссадины на его скулах, понимаю, что кто-то успел несколько раз врезать этому магистру, но особой радости ощутить не успеваю. Тревога переполняет. Все внимание приковано к Захару.

Я вижу, как парня скручивают и заковывают в цепи. Комната заполнена людьми в черной военной экипировке. Они смахивают на спецназ: наглухо закрытые каски, бронежилеты, оружие. Я не различаю нашивок или хоть каких-то опознавательных знаков. Черт, неужели это наемники?

Помню, однажды я видела передачу о них. Отряды особого назначения. Никому не подчиняются, работают на частной основе. Кто больше заплатит, тому и служат. У этих людей серьезный боевой опыт, им любая задача по плечу.

Логично, что мажоры вроде «Ангелов Ада» могут нанять себе таких телохранителей, использовать их как личных цепных псов. Подобное прикрытие способно уравнять шансы.

Кто победит Захара в честной схватке? Тут либо количеством брать, либо хитростью и подставой. Главный решил использовать все козыри сразу.

Ребят ставят на колени, пригибают к полу. Легче всего покоряется Джокер, но я понимаю, тут лишь видимость, замечаю, как парень поглядывает по сторонам, прикидывает доступные возможности. Леднов умудряется вырубить наемника, поэтому к его шее прижимают электрошокер и выпускают разряд. Захар явно пробует разодрать железные звенья, вырывается так, что к нему опасаются приближаться, только сильнее цепи натягивают, пытаясь удержать на месте. Электрошокер не производит особого эффекта на Демида. Максимум вызывает больше злости. Кажется, будто парень совсем ничего не чувствует, настолько яростно он сопротивляется, не реагирует на разряды, хотя мышцы его очень выразительно содрогаются.

Я нервно кусаю губы. Пора уходить отсюда, мчаться прочь из ловушки, но сердце рвется совсем в другую сторону. Наверх.

- Поиграли и хватит, - раздается голос Артема. – Предлагаю всем сложить оружие и сдаться, пока я не вырезал на память кадык вашего командира.

Я упустила момент, когда Джокер успел вывернуться из захвата и взять в плен того, кто управляет наемниками.

Ох, а лезвие он откуда взял? Сорвал ту часть бронежилета, которая прикрывает горло, вжал сталь в голое тело. Надавил, пустил кровь.

- Мы наемники, - бросает один из людей в черном. – У нас нет никакого командира. Каждый сам за себя.

- Ладно, стоило попробовать, - хмыкает Джокер, но своего пленника отпускать не торопится.

Гремят цепи. Захар лихо скручивает тех, кто пытался скрутить его. Демид вырывает электрошокер, обращает этот агрегат против нападающего, еще и автомат забирает, направляет вперед.

- Вам ни черта не светит, - рявкает Главный.

Наемники берут парней под прицел. Десятки дул направлены на троицу ребят. Патовая ситуация.

- Ну хоть уйдем не одни, - хмыкает Леднов.

- А это идея, - ухмыляется Главный. – Ты можешь уйти, Демид. Забирай мелкого ушлепка и проваливай. Нам хватит одного Громова. Второго отпустим.

- Я запомню твою щедрость, - бросает Артем. – Одну руку тебе отрежу, а вторую оставлю, чтобы ты никогда не страдал в одиночестве, а мог в любой момент развлечься. Девчонки тебе не дают, так хоть…

- Прострели ему ногу, - приказывает Главный.

Раздается выстрел. Джокер дергается, но ни единого звука не издает, только улыбается шире. Глубже вдавливает лезвие в шею врага.

- Решайте, - холодно заявляет Главный.

- Все решено, - чеканит Леднов.

- Думаешь, я не рискну грохнуть тебя, потому что ты сынок мэра столицы? Нет. Вас всех прикончат. Дом сравняют с землей. Никто ничего не найдет посреди жалкого захолустья.

- Я дал ответ, - отрезает Демид.

- Такая преданность восхищает. Хотя нет. Это не преданность. Тупость. Нет ничего глупее, чем смерть, особенно когда есть выбор…

- Стать крысой? – оскаливается Леднов.

- Уходи, - вдруг произносит Захар.

- Чего?

- Иди, - повторяет парень. – Сказал же. И брата моего прихвати. Сам он никогда отсюда не уйдет. Придется тащить силой.

- Ты сдурел? – рычит Артем. – Совсем охренел?

- А какой смысл подыхать вместе?

Захар тянет время. Наверное. Надеюсь. Может, у него есть запасной план? Или он выжидает? По камерам мы видели, что автомобили приближались с двух разных сторон. Но вдруг то и были наемники?

Я отхожу от экрана. Надо действовать. Больше не могу торчать здесь и наблюдать за происходящим по камерам.

Я взъерошиваю волосы. Безотчетно оглядываюсь. Взгляд падает на слетевшую пластиковую крышку.

Тут есть другие счетчики. Вдруг и они просто «обманка»? Выглядят как стандартные приборы для измерения показателей, а в реальности скрывают нечто совсем иное?

Я бросаюсь к ближайшему агрегату, срываю крышку, под которой оказывается рычаг. Надавливаю – и мигом обнаруживаю в распахнувшемся проеме тайник с оружием.

- Неплохо, - роняю глухо.

Подаюсь рефлексу и хватаю пистолет. Наверное, подобное оружие использовала против меня Арина. По телу пробегает лихорадочная дрожь от одной лишь мысли, внутренности затапливает жидкий лед.

Я заталкиваю пистолет в карман куртки. Направляюсь к следующему счетчику, срываю пластиковую заслонку. Вижу еще один рычаг и сразу жму.

Ничего не происходит. Лишь слышится легкий металлический щелчок.

Я осматриваюсь вокруг. Никаких тайников не замечаю. Ноль перемен. А после приближаюсь к лестнице и запрокидываю голову назад, смотрю вверх. Люк приподнялся или мне чудится?

Нужно проверить.

Я взбираюсь по ступенькам. Упираюсь ладонями в металлическую поверхность, ощущаю, как двигается крышка.

Повезло. Я нашла выход.

Осторожно выбираюсь наружу, стараюсь не шуметь. Еще плохо представляю, как именно поступлю. В голове витают разные идеи, одна безумнее другой.

- Тут девчонка!

Наемники хватают меня практически сразу, затягивают в комнату, где все собрались.

- Ты? – пораженно выдает Главный.

Он смотрит на меня как на призрак. Бледнеет. Даже отступает на шаг назад. Моргает, точно отказывается верить собственным глазам. Его лицо буквально вытягивается от изумления.

- Да, - отвечаю спокойно. – И ты крупно попал. Ректор отправил нас выполнять секретное задание, а вы вмешались в самый неподходящий момент. Если прямо сейчас уберетесь, то проблем еще можно будет избежать.

Главный выглядит так, будто мои слова пролетают мимо его сознания. Остальные молчат, ждут команды. Я на автомате отмечаю, что среди присутствующих нет ни Соколовского, ни Гуляева. Лица магистров открыты. Никто не старается скрыться. Многих я видела прежде. Мельком, лично не знала.

- Как тебе удалось? – прищуривается Главный.

Создается впечатление, будто он до сих пор не уверен в том, что я реально нахожусь здесь. Прикидывает варианты подвоха. Ждет моего исчезновения в любой момент.

Я стараюсь держаться уверенно и спокойно. На Захара не смотрю. Но все равно четко ощущаю прожигающий насквозь взгляд.

Знаю, парень готов меня прибить. Прямо здесь. Я же ослушалась его, нарушила все инструкции, пошла на поводу эмоций. Но черт, как я могла бежать, зная, что его могут убить? Я бы не смогла уйти. Физически. Ноги бы отказались слушаться.

Подозреваю, нас ждет долгий разговор. Потом. Сейчас главное выбраться.

Я рискую. Очень. Однако иначе поступить не выйдет.

- Как ты смогла выжить? – вдруг выпаливает Главный и сразу же поджимает губы, хмурится, сожалея о своих неосторожных словах.

Ну да, подобная реакция портит его имидж всесильного лидера. Этот ублюдок обязан быть в курсе всех событий.

- Что, придурок? – хмыкает Джокер, включаясь в мою игру. – Поздравляю тебя с очередным проколом. Хотя ничего другого я и не ждал. Раз Соня вскрыла карты, больше не вижу резона молчать.

- Секретное задание, - мрачно цедит Главный и кривится: – Кто бы доверил вам нечто подобное? Звучит как полный бред. Кучка заядлых прогульщиков и чудом уцелевшая нищебродка. Ректор мог набрать компанию покруче.

- Мы признаны лучшими учениками года, если ты забыл, - насмешливо заявляет Джокер. – Или жалеешь, что сам в нашу бригаду не попал? Извини, но чтобы здесь оказаться нужен ум, сила, хотя бы хитрость. Чувак, ты мимо по всем фронтам.

- Леднов, - Главный обращается к Демиду. – Выходит, ты на задании?

- Я приказы ректора не обсуждаю, - ровно бросает тот.

- И Громов? Даже два Громовых сразу. Попахивает злоупотреблением. Назначать собственных родственников. Не лучшая затея, скажем прямо. Интересно, как на такое согласились попечители? Никакие операции не начинают без одобрения основных спонсоров «Клетки».

Проклятье. До этого момента я не представляла, что такие задания в принципе существуют. Ладно, надо выкручиваться.

- Операция секретная, - выделяю последнее слово выразительным тоном. – О ней мало кто в курсе. Иначе в чем смысл?

- Она врет, - вдруг подает голос один из магистров. – Ты почему ведешься? Реально веришь этой лживой сучке? Пусть их скорее грохнут. Покончим с этим и уберемся отсюда.

- Заткнись! – рявкает Главный, мигом пресекая открытый бунт и последующие недовольные шепотки, а после отдает приказ наемникам: - Оружие убрать.

Помедлив, парень делает несколько шагов ко мне, сокращает расстояние до минимума и чуть не на ухо выдает:

- Делу «Х» опять дали ход?

Я леденею изнутри. Боюсь ошибиться. Ноги мелко подрагивают от жуткого напряжения. Горло перехватывает. Грудь наполняется свинцом.

Вдруг это проверка? Вдруг никакого Дела «Х» нет? Стоит мне дать неверный ответ, хрупкий план окончательно полетит к чертям.

Я доверяюсь интуиции. Безумно. Однако другого пути не вижу. Просто смотрю в потемневшие глаза Главного и чувствую, он знает гораздо больше других ребят. Взгляд охвачен беспокойством. Проклятье, может, я схожу с ума, но различаю там всполохи страха.

- Ты ведь и сам понял, - роняю глухо. – Иначе меня бы здесь не было.

Раздается чудовищный грохот. Пространство вокруг заполняет белый дым. Клубы забиваются в нос и в горло, затрудняют дыхание.

Я опускаюсь вниз, отползаю в сторону, забиваюсь в угол. Действую, подчиняясь внутренним рефлексам.

Вскоре светлая пелена рассеивается, и я могу различить охрану «Клетки». Такую форму никогда не перепутаешь. Наемники не шевелятся, не оказывают никакого сопротивления и моментально сдаются.

Это странно. Разве они слабее обычных охранников? Ладно, понятно, что в универ набирают крутых специалистов, однако даже они по силе не могут превосходить профессиональных военных, которые регулярно сражаются в горячих точках.

Стоп. Наемники смотрят в одну сторону, точно зачарованные.

- Добрый вечер, господа, - раздается вкрадчивый мужской голос. – Надеюсь, я вас не слишком отвлек от важных дел.

Я поворачиваюсь на звук, теперь понимаю, куда приковано всеобщее внимание. Высокая темная фигура возникает в проеме, продвигается вперед.

Элегантный костюм. Уверенная походка.

Я хочу получше разглядеть незнакомца, когда сильные руки обвиваются вокруг тела и напрочь вышибают все мысли из головы.

- Какого хрена? – рычит Захар, сжимая меня в объятиях будто в стальных тисках. – Я же четко тебе сказал. Я приказал. Что за гребаные шпионские игры?

- Прости, - нервно закусываю губу. – Я не могла там остаться.

- Соня, - говорит так, будто жаждет крепко выругаться.

Нас накрывает тень. Невольно поднимаю взгляд и сталкиваюсь с незнакомцем. Он склоняет голову к плечу, изучает меня и Захара.

- Иван Харитонов, - представляется мужчина. – Советник ректора.

Воцаряется тишина.

Я снова поражаюсь реакции наемников. Такое впечатление, словно они знают этого мужчину и… опасаются его? Высокий худощавый тип. Он не внушает особой угрозы. Или первое впечатление обманчиво?

- Пришел черед всем вернуться к учебе, - говорит Харитонов. – Ваша миссия окончена, госпожа Орлова. Дальнейшие инструкции получите от ректора. Разумеется, если в них возникнет необходимость.

- Я должна…

- Вы отправляетесь в «Клетку», - тонкие губы Харитонова трогает слабая улыбка, а в следующий момент он отворачивается и окидывает взглядом остальных ребят. – И все остальные следуют вашему примеру.

Мужчина отходит.

- Разве у ректора есть такой советник? – спрашиваю Захара. – Впервые вижу этого человека. Почему все его боятся? Кто он такой?

- Рядовой ублюдок, - холодно отвечает парень. – Урод, за которого вышла замуж моя мать после гибели отца.