Жажда тебя

Глава 19

- Это лаборатория, - заключает Джокер, после быстрого осмотра открывшегося нам помещения. – Черт, я надеялся получить гораздо больше ответов. А теперь только новые вопросы прибавились.

- Хреново, - заявляет Леднов.

Захар обходит потайную комнату молча, осматривает голые стены, точно рассчитывает обнаружить дополнительные ключи к разгадке.

Здесь ничего нет. Каменная кладка, голый пол. Никаких изысков. Осталось лишь некоторое оборудование, но по нему нельзя сделать четких выводов. Несколько столов, приборы, пустые колбы.

Отсюда явно все вынесли, причем давно. Судя по состоянию оставшихся вещей, это произошло как раз в тот период, когда убили отца Захара. Паутина. Пыль. Наверняка еще в период внутреннего расследования сняли отпечатки, изучили содержимое многочисленных колб, изъяли предметы, представляющие интерес. Можно сколько угодно гадать, какие именно опыты здесь проводились, точного ответа никто не предоставит.

Артем озвучивает безумные теории. Леднов делает снимки. Захар останавливается в центре комнаты и запрокидывает голову назад, устремляет взгляд в потолок.

- Символы, - говорит он, кивком указывая вверх. – Прямо как символы под гербом. Но здесь их больше. Дьявол, на что это похоже? Чертовски знакомая штука.

- Забытая летопись, - замечает Джокер. – Секретный шифр. Шпионские трюки. Вот увидите, один из моих вариантов выстрелит.

Я подхожу ближе к Захару. Тоже смотрю вверх. Символы действительно будоражат память. Смутная догадка оживает в подсознании, рвется на свободу. Я закусываю нижнюю губу.

- Карта звездного неба, - выпаливаю, когда меня наконец озаряет.

- Знаки зодиака, - почти в тот же момент выдает Захар.

Мы переглядываемся. Улыбаемся от того, что разобрали секрет одновременно. Это реально приятное чувство.

- Охренеть, - фыркает Артем. – Вы типа гороскопами увлекаетесь? Тогда я пошел, пока не поздно. А то сейчас начнется ретроградный Меркурий, расчет асцендента.

- Даже не хочу знать, где ты это подхватил, - бросает Леднов.

- Не дергайся, ум не передается воздушно-капельным путем, - елейным тоном заверяет Джокер. – Ты не заразишься от меня мозгами.

- Тише, ребята, - примирительно говорю я. – Дайте подумать.

- Должны быть еще знаки, - произносит Захар. – Вроде этих. Надо напрячься и поискать.

- В смысле? – протягивает Джокер. – По всему универу? Довольно слабая теория. Не выдерживает критики. С чего ты взял, что это вообще сработает?

- Других идей нет, - пожимает плечами. – Но логично, если тут полная карта, а на входе только часть знаков, должны быть еще похожие места.

- Их бы нашли, - хмурится парень. – Наш отец получал звание лучшего студента из года в год. Он бы заметил все, разобрался.

- Мы этого не знаем.

- Пора валить, - заявляет Леднов. – Время поджимает.

Мы покидаем «Маяк» до наступления рассвета, задерживаться здесь дольше никак нельзя, поскольку нас точно засекут охранники. Вот только разойтись по комнатам не успеваем.

- Стоять, господа, - бьет в спину голос Харитонова. – Что вы здесь забыли? Почему разгуливаете в библиотеке в период отбоя? Захотели получить штрафные?

Он не сможет обвинить нас в том, что мы проникли в башню, сам в такую наглость не поверит. Но зато проблемы обеспечит.

- Перед тобой два лучших студента, - заявляет Артем с нахальной ухмылкой. – И Захар. Победитель на Арене. Ну, а Леднова папаша выкупит. Так что ты нам всем сделаешь? Просто погрозишь пальчиком?

- Взять их, - распоряжается Харитонов. – Доставить в мой кабинет.

Нас окружает охрана, причем их настолько много, что совершенно непонятно, откуда они успели тут собраться. Библиотеку охраняют самые слабые патрули. Усилие идет по периметру и возле «Маяка».

Приходится подчиниться.

Мы идем под конвоем, точно преступники, а после дожидаемся Харитонова в кабинете.

- Черт, жрать охота, - кривится Джокер, поглядывает на часы. – Мы так завтрак пропустим. И перед кем я тогда похвастаю новым имиджем?

- Накормить тебя кулаками? – хмыкает Демид. – Может, хоть тогда ты наконец закроешь рот?

Парни продолжают перепалку на повышенных тонах, а Захар будто вовсе не реагирует на них.

- Ты про знаки думаешь? – спрашиваю.

- Про них тоже, - кивает он. – Но больше о том, какого дьявола Харитонов слонялся по библиотеке с кучей охранников. Кого он искал?

- Нас? – нервно усмехаюсь.

- Вряд ли, иначе бы сразу устроил допрос.

Дверь распахивается. Советник ректора мрачнее тучи. Проходит вперед, занимает свое место и смотрит на Захара.

- Выкладывай, как ты это устроил, - требует ледяным тоном.

- Что?

- Сам знаешь, - подается вперед. – Говори как есть. Тогда остальные не пострадают. Но если и дальше будешь юлить, то госпожа Орлова отправится в карцер. И не одна, а в приятной компании. Отправлю к ней Соколовского. Он же давно на сближение шел. Вот и будет шанс. К твоему братишке тоже найду, кого подсадить. У него здесь куча фанатов. А Леднова никакие деньги не спасут, с учетом того, что вы этой ночью вытворили. Я ему обеспечу тюремный срок, назначу главным зачинщиком.

- Ты что несешь, - скалится Захар.

- Ковалев доставлен в столичную клинику, - резко бросает Харитонов. – Множество переломов. Черепно-мозговая травма. Его по кускам собирать будут, и не факт, что он выживет.

- Туда ему и дорога, - бросает Леднов.

- Молчать! – рявкает Харитонов. – Тебе я слова не давал. Мелкий сучонок, возомнил себя крутым мажором? Думаешь, никто не обломает?

Советник ректора преображается за доли секунды. Нет ни тени от того интеллигентного мужчины, которым он хотел казаться прежде.

- Выкладывай, - опять говорит он, обращаясь к Захару. – Четко. По пунктам. Как вы заманили Ковалева в столовую, как проникли туда после отбоя, кто из охранников вам помог. Ну. Живо!

Черт. Кто такой этот Ковалев?

- Послушайте, мы не имеем никакого отношения…

Начинаю и замолкаю под тяжелым взглядом. Понимаю, Харитонов и правда смахивает на психованного убийцу. Такому ничего не стоит разыграть суицид. Впрочем, он явно способен на вещи похлеще. От него веет темнотой и злобой.

- Еще скажи, что не знаешь Олега Ковалева, - холодно бросает советник.

- Не знаю, - признаюсь искренне.

- И никогда его не видела?

- Нет, - роняю и мигом прибавляю. – А если и видела, то не знала его имени. Университет большой. Я не помню всех студентов.

- Отлично, - издевательски заключает Харитонов. – А я наивно полагал, что ты запомнила парня, который напал на ваш дом с бригадой наемных убийц.

- Главный магистр, - глухо бросает Джокер. – Его так зовут. Олег Ковалев. Его реальное имя. Хотя гаденыш ведет себя, будто родители назначили «Главным» с пеленок.

- Больше не «Главный», - замечает Леднов и прищуривается. – Вам бы лучше его друзей расспросить, чем он им не угодил, что они захотели назначить нового командира.

- Хватит пустой болтовни, - обрывает Харитонов. – Я жду объяснений от вас. Магистры без внимания не остаются. Но ваша чертова шайка тут тоже явно замазана. Днем посреди столовой чертят букву «Икс», а ночью на том же самом месте избивают Ковалева. Вы слоняетесь по университету. Я в курсе про ходы, подземелья «Клетки» позволяют отлично перемещаться между блоками. И у вас здесь самый явный мотив. Месть за тот захват. За угрозу убийству. Такое не прощается. Да, Громов?

Захар сохраняет молчание. Демонстративно. Вызывающе. Явно бросает вызов Харитонову подобным поведением. Их взгляды скрещиваются так, что искры разлетаются во все стороны.

- Мы готовились к тестированию, - невозмутимо заявляет Джокер. – Накажешь нас за тягу к знаниям? Вот уж не думал, что попаду в карцер за чрезмерное усердие в учебе.

Советник врезает кулаком по столу.

- Тебе я слова не давал, - цедит, мазнув взглядом по Артему, а потом снова смотрит на Захара, буквально буравит его. – Так и будешь молчать, Громов? Решил, тебе тут все разрешено? Думаешь, я не устрою вам сладкую жизнь? На деда надеешься? Зря. Именно он предоставил мне полную свободу действий.

Парень даже бровью не ведет. Вообще, никак не изменяется в лице. На вид кремень. Реально как из камня. От статуи больше эмоций исходит.

- Ну что? – опять срывается на рык Харитонов. – Дальше играешь в молчанку? А я ведь тоже готов поиграть. Поверь, фантазии предостаточно. Если же вдруг будут проблемы, магистров подключу. У них ты давно на особом счету.

- Играй, - Захар ухмыляется и холодно прибавляет: – Пока можешь.

Я смотрю на своего парня и ощущаю, как позвоночник сковывает льдом. Я совсем забыла про эту его сторону. Дикую. Жуткую. Звериную. Он не делает ничего, не совершает ни единого жеста, но от него исходит открытая угроза. Один лишь вид вызывает нервный трепет.

Дверь кабинета распахивается. На пороге возникает ректор.

- Свободны, - заявляет Громов-старший даже не глядя на нас, проходит вперед с таким видом, будто мы имеем не больше значения, чем мебель.

- Герман Львович, я же только начал…

- Мои распоряжения не обсуждаются, Иван.

Голосом ректора можно легко заморозить весь университет. Харитонов хочет поспорить, но вынужден подчиниться и стерпеть. Видно, ему тяжело взять разбушевавшиеся эмоции под контроль.

- Вы еще здесь? – кривится ректор, и пусть не оборачивается к нам, но сразу становится понятно, о ком идет речь. – На пары, живо.

Мы спешим убраться подальше из кабинета.

- Черт побери, чувствую, нормального завтрака не выйдет, - тянет Джокер, хмуро сдвигая брови. – Не хочется есть там, где по полу размазывали мозги Ковалева.

- Так сильно переживаешь о нем? – хмыкает Леднов.

- Брезгую, - фыркает Артем. – Я не доверяю уборщикам. Вдруг чего пропустили? Они мусор толком не разгребают. А тут место преступления. Крови, кишки, ошметки…

- Хватит, - обрываю его. – Меня сейчас стошнит.

- Я тоже на грани, - кивает Джокер. – Как представлю всю эту антисанитарию. Сколько там осталось бактерий. Ну что? Что я такого сказал?

Последние фразы он произносит, столкнувшись с тяжелым взглядом старшего брата.

- Мешаешь, - глухо бросает тот.

- Чему? – искренне изумляется Артем. – У нас же праздник. Тут отмечать надо. Пора открывать шампанское. Ни у кого бутылка не завалялась?

- Мы в дерьме, - мрачно заключает Леднов.

- В смысле? Этого засранца раскатали, а ты опять недоволен. Знаешь, Демид, может, тебе и правда стоит найти девчонку. Обрати внимание на ту блондиночку. Карина, кажется. Характер сучий. Но как же она по тебе сохнет.

- Заглохни, - отмахивается Леднов.

- Что? Зацепила? Проникся?

- А кто теперь станет Главным? – мой вопрос отвлекает Демида, поэтому он не успевает дать Артему подзатыльник. – Кто будет управлять магистрами?

- Выберут нового, - следует короткий ответ.

- Значит, в этом проблема? Мы не знаем, кто придет на замену? Новый Главный может оказаться еще хуже?

- Ковалева считали чересчур мягким, - пожимает плечами Леднов.

- Он же хотел убить нас, - роняю пораженно.

- Как знать, - скалит зубы Демид. – Тянул время, играл на публику. Допускаю, он мог сам позвать Харитонова. Когда решают убить, действуют иначе. Я знаю, что на него давили остальные. Уже давно. Гуляев. Шеров. Даже самый близкий круг. Ковалев четко придерживался правил, а другие считали, ему пора стать жестче, вести всех новым курсом.

- Отлично, - выдыхаю. – Теперь на его место придет какой-нибудь маньяк? Гуляев на лечении, но здесь хватает других психопатов.

- Я разгребу это, - обещает Захар.

А я осознаю, что покоя в ближайшее время не светит. Одно испытание завершается и сразу начинается другое. Лекции немного отвлекают меня, помогают собраться. Но потом опять раздается гром. Точнее просто звонок на очередную пару. Я захожу в аудиторию, достаю конспект, сжимаю ручку покрепче. Поворачиваюсь и встречаюсь лицом к лицу с кошмаром. Моргаю. Зажмуриваюсь. Ничего не помогает. Видение не исчезает.

Арина стоит прямо перед моей партой. Она прижимает учебник к груди. Ее губы дергаются, складываются в слабом подобии улыбки.

- Привет.

Это обращение ко мне?

Горло сдавливает. Физически не хватает воздуха. Я снова слышу тот проклятый выстрел, который разодрал мою жизнь надвое. Ребра обдает огнем. Чернота наваливается на плечи.

Нет, я не могу здесь оставаться. Поднимаюсь, резко покидаю кабинет.

- Орлова, вы куда? – поражается Зануда, когда я проношусь мимо него. – Вы что себе позволяете? Орлова! Немедленно вернитесь и займите свое место.

Мне совершенно плевать на слова преподавателя. Мчусь вперед, не разбирая дорогу. Глаза щиплет. Болезненная судорога сводит внутренности. Дрожь пробивает тело насквозь.

Какая издевательская ирония. Раньше я жалела Арину, когда она вернулась на учебу после изнасилования. Теперь я сама оказалась в похожем положении. Опять ступила на порог «Клетки». После смерти. Загвоздка в том, что то насилие, от которого якобы пострадала девушка, оказалось игрой, эффектным спектаклем. А вот свинцовая пуля врезалась внутрь меня вполне реально.

- Соня, - хриплый голос ударяет в затылок, сильные руки обвиваются вокруг моего тела, заключая в железный капкан.

- Откуда ты, - осекаюсь, давлюсь подступающими рыданиями. – Как ты…

- Я всегда рядом, - твердо произносит Захар и разворачивает меня лицом к себе, прижимает еще крепче. – Ты встретила ее?

- Д-да, - роняю глухо. – Но как ты понял?

Парень утыкается лбом в мой лоб.

Рядом. Всегда. Без лишних слов.

- Тебе надо на пары, - говорю я.

- Мне надо тебя.

- Захар, - невольно смеюсь, обнимаю его, прижимаюсь крепче. – Да, я тоже не хочу, чтобы ты меня отпускал, но вообще, нам надо разойтись. В принципе я могла бы догадаться, Арина будет здесь. Я жива. Попытку убийства замяли. Значит, никаких обвинений нет. Да и твой дед следит за ней, таким образом хочет выйти на тех, кто заказал все это. Ему выгоден подобный расклад.

- Ее скоро не будет.

- Стоп, - сглатываю и чуть отстраняюсь, чтобы посмотреть на Захара. – Ты же не станешь причинять ей вред?

Парень молчит, только сильнее сжимает челюсти.

- Захар, - дотрагиваюсь ладонью до его щеки. – Пожалуйста. Она же… она просто выполняла чужой приказ.

- Ее здесь не будет, - выдает он.

- Ты устроишь все так, чтобы Арина просто уехала?

- Поглядим.

- Не надо ничего с ней делать. Пожалуйста. Я тебя очень прошу. Да, мне тяжело, я не смогу простить и принять ее поступок. Но и мстить тоже не вариант.

- Я ничего не буду делать, - обещает он, однако вид у парня такой, будто смертный приговор давно подписан.

- А другие? – спрашиваю тихо.

- Как повезет, - криво усмехается.

Я решаю вернуться к этому обсуждению позже, пока с трудом могу подобрать правильные слова. Меня до сих пор жутко трясет, и Захар это чувствует. Боюсь навлечь на Арину еще больше гнева со стороны моего парня.

Позже, когда мы обедаем в столовой, я обнаруживаю под своей тарелкой записку. Разворачиваю лист и читаю короткое послание.

«Прости. Я не могла поступить иначе. Есть кое-что важное. Написать не могу. Я буду ждать тебя в проеме возле кофейного автомата».

Здесь полно ребят. Опасаться нечего. Я улучаю момент и направляюсь туда, где назначена встреча. Захар наверняка заметит. Но я надеюсь на короткую беседу.

- Соня, прости, - Арина тут же сжимает мою ладонь. – Прости меня, пожалуйста. Клянусь, выбора не было. Или так, или…

- Хватит, - отдергиваю руку, нервно тру ладонь о свою юбку. – Что ты хотела рассказать?

Вокруг постоянно ходят студенты. Рядом стойка с выпечкой, поэтому народ подступает волнами. Тихого места не найти.

Арина медлит, кусает губы, но отлично понимает, что без свидетелей я с ней никогда не останусь. Хотя в прошлый раз толпа людей не помешала в меня выстрелить.

- Захар, - наконец выпаливает девушка, после подается вперед, шепотом выдает на ухо: - Сегодня будет его инициация.

- Что? – хмурюсь. – Что это значит?

- Он знает, - твердо говорит она. – Должен тебя защитить.

Арина резко меняется в лице, бледнеет и отшатывается от меня. Осторожно пятится назад. В ее глазах полыхает такой дикий ужас, будто за моей спиной вдруг возникает чудовищный монстр.

Я оборачиваюсь и вижу Захара.

- Почему она здесь трется? – холодно спрашивает парень и в следующую секунду тяжелая ладонь опускается на мою талию.

- Я объясню, - роняю коротко. – Не здесь.

Арина успевает ускользнуть, теряется в толпе.

Захар мрачнеет. Сейчас его лицо кажется высеченным из камня. Мрачное, ледяное, абсолютно бесчувственное. А после холодный взгляд останавливается на мне и моментально теплеет. Чувствую, парень сдерживается, загоняет рвущегося на волю зверя обратно за прутья решетки.

- Ты уже поела?

Киваю.

- Пойдем.

Он выводит меня из столовой, а после останавливается в первом попавшемся укромном месте, в одном из уединенных проемов.

- Чего эта тварь хотела? – спрашивает отрывисто.

- Помочь нам.

Захар оскаливается.

- Она сказала, сегодня будет инициация, - продолжаю я. – Если честно, не понимаю, что это означает. Раньше ты упоминал какое-то посвящение. То особое испытание, которое нужно было пройти для вступления в «Ангелы Ада». Тогда ты отказался, решил не доводить дело конца. А сейчас выходит, передумал? Ты решил войти в клуб?

- Нет, - глухо бросает парень.

Нечто странное и необычное мелькает в его глазах. Неуловимо знакомое. Смутная тень отзывается внутри меня фантомной болью. А потом возникает озарение. Я видела подобное прежде, в тот самый день, когда оказалась на грани смерти.

Черт. Так выглядит страх. Животный ужас.

Тогда Захар боялся меня потерять. А теперь?

- Они же не могут провести инициацию без твоего согласия, - тихо замечаю я. – Или могут? Как эти правила работают?

- Все решает Главный.

- Но он же в клинике.

- Теперь назначен другой Главный, - губы Захара растягиваются в угрожающей усмешке, взгляд затуманивается, будто мысли уносятся далеко отсюда.

- А ты можешь занять эту… хм, должность? – пытаюсь найти выход, но слабо представляю, как именно все устроено в тайном клубе. – Допустим, если пройдешь последнее испытание. То самое, от которого раньше отказался.

- Я никогда его не пройду, - чеканит Захар.

- Оно настолько сложное? Опасное? Нужно совершить нечто противозаконное? Конечно, я не хочу, чтобы ты рисковал или ввязывался в криминал. Но вообще, тяжело судить, я же не понимаю, о чем идет речь.

- Тебе не нужно понимать, - холодно бросает Захар.

- Подожди, - хмурюсь. – Почему ты не объяснишь нормально? Не представляю, что там за испытание. Тебя же невозможно напугать трудностями. Я по Арене помню. Любую преграду преодолеешь.

Он ничего не отвечает, а я смотрю на него и удивительно четко понимаю: парень бы сделал абсолютно все. На сложности и опасности ему давно наплевать. Вызов лишь будоражит и подстегивает. А ради меня Захар горы свернет. Перед криминалом он тоже не остановится. Неудержимый. Бешеный. Без тормозов. Тогда какой же там расклад?

- Скажи мне, - роняю шепотом. – Что это?

- Забудь, - отрезает парень. – Никаких гребаных испытаний.

- Я хочу помочь, - выдыхаю сдавленно, нервно закусываю губу. – Но ты совсем не отвечаешь на мои вопросы.

- А ты помогла, - усмехается Захар. – Подала отличную идею. Теперь я знаю, как действовать дальше.

- Правда? – изумляюсь, хочу задать другой вопрос, но отвлекаюсь, заметив, что коридор стремительно наполняется белыми клубами: – Ой, откуда взялся дым? Неужели пожар? Но я не чувствую никакого запаха.

- Блядь, - резко бросает Захар. – Слишком рано.

Такое странное чувство. Реальность словно расплывается перед глазами. И дело не только в дыме повсюду. Мой разум подернут пеленой, ноги слабеют. Невольно приваливаюсь к стене, упираюсь ладонями в прохладную каменную поверхность, отчаянно стараюсь удержаться и не упасть.

Я вижу, как парень сдергивает цепь с шеи, звенья впиваются в смуглую кожу, терзают плоть, раздирая до крови. Но Захар не придает этому никакого значения. Серебристый кулон поблескивает в его пальцах. Я прищуриваюсь, пробуя лучше разглядеть. Понимаю, это не тот знак, который Громов надел на мою шею почти сразу. Другой символ. На вид – украшение в форме бритвенного лезвия. Только подвеска оказывается с секретом.

Раздается металлический щелчок. Захар запрокидывает голову назад и подносит сверкающее лезвие ко рту, из замысловатого кулона льется жидкость необычного оттенка. Такой знакомый цвет. Мысли спутываются. Не могу понять, где раньше наблюдала это. Потом сознание пронзает ослепительное озарение. Точно!

- Капсулы Джокера, - бормочу я. – Ты сохранил содержимое?

- Поглядим, как сработает.

Захар отбрасывает цепь с украшением в сторону, обхватывает меня за талию, прижимает вплотную к себе.

- Что происходит? – спрашиваю глухо. – Откуда взялся этот странный дым?

- Мы вырубимся, - говорит парень и притягивает еще крепче, практически вбивает в горячее мускулистое тело. – Но ты не бойся.

- Чего? – сглатываю. – Чего не бояться?

- Ничего, - чеканит. – Я вывезу.

- Захар, - начинаю и замолкаю.

Слова не идут, не срываются с губ. Веки тяжелеют, сами собой закрываются. Сознание меркнет. Я лечу в темную бездну. Лихорадочно пытаюсь удержаться, зацепиться за край пропасти.

Вокруг дым. Густые белые клубы. Ничего нельзя разглядеть. А горелым не пахнет. Стоп. Как сказал Захар? «Мы вырубимся». Это не дым. Газ со снотворным эффектом. Я же читала в научных статьях, еще в школе, когда готовила реферат на урок химии.

Вязкая пелена окутывает, мешает думать, парализует.

Я отключаюсь, чувствуя горячие сильные руки. Проваливаюсь в густой полумрак. Падаю на самое дно. В холод. Во тьму.

Но страха нет. Любой ужас отступает, трусливо жмется в углу. Я верю Захару. Четко знаю: он всегда будет рядом. Защитит.

+++

Я прихожу в себя постепенно. Медленно выныриваю на поверхность. Сбрасываю сонные оковы. Не сразу осознаю, где нахожусь. Разум проясняется, выходит из густого морока.

- Где мы? – роняю чуть слышно, едва двигаю губами. – Что происходит?

Я открываю глаза и сталкиваюсь с горящим взглядом Захара. Парень держит меня в руках, заключает в объятия, склоняется и твердо выдает на ухо:

- Вывезу.

До нас доносится гулкий звук. Будто кто-то ударяет в гонг. Против воли дергаюсь, а после оглядываюсь по сторонам.

Захар сидит на каменном полу, придерживает меня за талию. Вокруг нас множество магистров. Все в масках, в мантиях. Кроме одного. Он ступает вперед и ухмыляется.

Шеров. Сомнений не возникает. Раньше я видела его рядом с Главным, тогда, при объявлении грядущих соревнований на Арене.

- Твоя спящая красавица очнулась, Захар.

Отовсюду слышатся смешки. Мороз разливается под кожей. Если бы не массивные ладони, властно удерживающие мое тело, я бы истошно заорала. Паника накатывает волнами. Накрывает. И отступает. Мне не страшно. Не страшно. Я не покажу никому из этих ублюдков свою слабость. Пусть подавятся своими ожиданиями. Не важно, какие мерзости они задумали, мы справимся, вырвемся отсюда и одержим победу.

Вокруг царит полумрак. Я пытаюсь понять, где мы находимся, чтобы отвлечься от тревоги, взять эмоции под контроль, но это проклятое место ни на что не похоже.

Это не катакомбы под «Клеткой». Не Арена.

Что же?

- Теперь начнется самое интересное, - издевательски протягивает Шеров. – Твоя инициация. Готов к последнему испытанию, Громов?