Жажда тебя

Глава 26

- Иван шантажировал меня, - говорит Ольга, когда мы с ней остаемся наедине. – В ночь гибели моего мужа он сказал, что я должна выйти за него замуж, если хочу сохранить жизнь своих детей.

- Это ужасно, - роняю тихо.

- Он утверждал, будто не виновен, - горько усмехается женщина. – Но догадывается на чьих руках кровь. Готов меня защитить. Мол, там старая вражда. Месть тянется долгие годы, но ему удалось заключить тайную сделку. Иван много говорил, теперь понимаю, мастерски играл на чувствах и запугивал. Позже я стала задумываться над его словами, сопоставлять факты. Тогда ему было легко представить все так, словно он наше единственное спасение. Я не могла проверить тот рассказ напрямую, у нас с Германом Громовым всегда были тяжелые отношения, ведь он выбирал для сына совсем другую невесту, мою кандидатуру так и не принял. Я потеряла любимого, чуть не лишилась старшего сына и носила под сердцем другое дитя. Оказалось очень просто воздействовать на женщину, которая едва соображала от отчаяния и страха. А после уже нельзя было ничего изменить. Иван обещал защитить моих сыновей, и я верила ему до последнего. Если и сомневалась, то не позволяла этому ощущению всерьез закрепиться. Я готова была и за черта замуж пойти, если бы он оградил моих мальчиков от нависшего над Громовыми зла.

- Харитонов поступил омерзительно.

- Я поверила ему как последняя дура, - Ольга сокрушенно качает головой. – Если бы не этот случай, если бы Захара не избили до полусмерти. Звучит чудовищно. Но я бы дальше верила Ивану, считала, будто он играет серьезную роль и способен подарить моим сыновьям абсолютную безопасность. Но эта кошмарная история с избиением заставила меня поговорить с Громовым. Правда открылась.

Я ловлю себя на том, что совсем не жалею о гибели Харитонова. Чем больше узнаю об этом человеке, тем четче понимаю, насколько же он омерзителен. Готов был достигать цели самыми грязными методами.

Конечно, ему было легко убедить беременную женщину в любой ерунде. Ольга ничего не знала про дело «Х», не слышала о расследовании. К своему свекру они никогда бы не рискнула обратиться, а значит провернуть манипуляцию не составляло особого труда.

Харитонов легко убедил женщину в своем непоколебимом могуществе и влиянии. Наплел разную чушь о том, что прошлые связи, наработанные за годы службы в наемниках, помогли ему заключить секретную сделку с загадочными врагами семейства Громовых. Если Ольга выйдет за него замуж, то ее дети навсегда будут в безопасности. Он обещал обо всем позаботиться, не скупился на ложь. Теперь мне стала понятна причина настолько поспешного бракосочетания. Гад попросту опасался, что позже его невеста опомнится или все же решится завести беседу с Громовым. Вот и ковал железо, пока горячо.

- У Германа много врагов, - продолжает Ольга. – Но к этой истории никто из них не имел отношения. Это было что-то личное. Только относилось именно к моему мужу. Он и правда умудрился раскопать важные факты, помешал серьезным людям.

Мы опять заходим в тупик. Харитонов вел собственную игру. Про расследование он практически ничего не знал, лишь сумел грамотно использовать случайные факты. После того как правда вскрылась, и Громов-старший решил вычеркнуть Ивана из завещания, советнику пришлось быстро составлять новый план действий. Мужчина отлично понимал, что такую циничную ложь ему никто не станет прощать. Потеря наследства окажется для него наименьшей из проблем, поэтому нужно переломить ход событий. Он собирался убить нас и обвинить во всем ректора. Заранее доставил на крышу взрывное устройство, раздобыл транквилизатор, чтобы вырубить парней, и дальше стоило только дождаться Германа. Схема выглядела четко.

Студенты пытались проникнуть на запретную территорию, хотели проскользнуть в «Маяк» и обезумевший ректор использовал радикальный метод расправы, устранил даже собственных внуков, лишь бы сохранить темные тайны «Клетки». Советник отдал приказы охране, использовав телефон Громова-старшего, а после сам вызвал Германа на встречу. Как только бы тот поднялся на крышу, произошла бы активация взрывного устройства. Подстроить остальное – дело техники. Для профессионала такого уровня как Харитонов это задача на пару минут.

Он не ждал сопротивления. Не мог представить, что Захар метнет шприц ему прямо в глаз. Да и на появление Арины не рассчитывал. По сути девушка оказалась не в то время и не в том месте. Она нашла уединенную площадку для учебы, расположилась в одном из проемов на крыше и погрузилась в изучение конспектов. Охранники ни разу ее не заметили, поскольку в закрытую башню Арина не рвалась, а другие студенты вообще не стремились забраться на крышу.

Девушка рисковала собственной жизнью. Сперва собиралась просто обратиться за помощью, а после осознала, что каждая секунда на вес золота, и пока подмога сюда доберется, может произойти непоправимое. Арина бросилась вперед, очертя голову. Ее до сих пор грызла совесть за попытку меня убить. Она считала, что только так сумеет все исправить, искупить прошлую вину.

Подобная жертва едва ли могла меня порадовать. Я выдохнула с облегчением, когда девушку доставили в лазарет и выяснилось, что ее состояние стабильное. Есть шанс выкарабкаться.

Сейчас Арина находится под наблюдением врачей, но угроза для жизни миновала. И пусть на реабилитацию уйдет много времени, в итоге девушка поправится и придет в норму.

- Убийца до сих пор на свободе, - вздыхает Ольга. – Кто-то подставил Ивана, пытался замести следы. Боюсь, дальше нас ждут новые преступления.

- Он затаится, - говорю я.

Вот только сама же сильно сомневаюсь в собственных словах. Пока трудно вообразить с кем мы имеем дело. Ясно одно: злодей до жути хитер.

Джокер разворачивает масштабную деятельность, превращает наше убежище в исследовательский отдел, приносит туда массивные белые доски, расписывает их разноцветными маркерами, составляет список подозреваемых, отображает полную хронологию событий и расставляет совершенные преступления по порядку. Старт берет от загадочных суицидов, которые произошли в «Клетке» еще во время учебы погибшего отца. Далее – находка на «Маяке» и дело «Х». Похищение маленького Захара. Трагическая смерть на Арене. Затишье. Новый виток событий с начертанной в столовой буквой «Х», жестоким избиением Главного магистра «Ангелов Ада», убийством Карины и нападением на Бориса. Подтасовка некоторых фактов с целью повесить вину на Харитонова.

Конечно, все очень условно. Например, мы не можем точно знать, было ли затишье с преступлениями. Может, нам попросту не все известно? А Главного магистра по сути избили его же побратимы по тайному клубу. Но кто знает, что именно послужило триггером? Многое лишь предстоит распутать.

Конечно, подключается полиция. Громов-старший запускает личное расследование, хотя у него и без того хватает проблем, ведь очередная смерть в университете и ранение студентки точно не добавляют пунктов в рейтинг ректора. Шеров не оставляет попытки сместить врага с должности, хотя попечители не могут найти единогласное решение. В сложившейся ситуации трудно понять, что лучше: выбрать нового руководителя или оставить текущего главу хотя бы до конца семестра. Часть спонсоров опасается, что очередная смена рулевого лишь усугубит и без того патовое положение.

Джокер берет все в свои руки. Парень злится, что загадочный противник сумел обхитрить его и ловко направил по ложному следу, воздействовав на эмоции.

Ребята ненавидели отчима и были готовы обвинить его во всех смертных грехах. Пара ложных нитей моментально сбила их с толку и направила подальше от реального злодея.

Хотя Иван Харитонов тоже далеко не святой, а тот еще гад.

- Я вычислю эту паскуду, - бормочет Артем, заполняя очередную доску различными надписями. – Поймаю подлую тварь.

Тревога никого не отпускает. Каждый из нас понимает, что враг на воле, скрывается в стенах университета, находится у всех на виду и будто насмехается над нами. Эта ситуация изматывает, заставляет нервы натягиваться до предела.

Борис так и не приходит в сознание, но выясняется, что на время убийства Карины у Харитонова как раз есть алиби. Похоже, парень был напуган тем столкновением по совсем другой причине. Советник требовал у него контакты дяди-адвоката, который известен на всю страну и славится тем, что не проиграл ни одного процесса, причем Иван и здесь пошел на шантаж, угрожал устроить «темную» для Бори, если тот не договорится о бесплатном предоставлении услуг. Харитонов утверждал, будто прежде именно по его указке до полусмерти избили Главного магистра, Олега Ковалева, что не являлось правдой, но Боря об этом не знал.

Вопросы множатся, а ни единого ответа так и не находится.

Ребята пробуют разобрать другие зацепки, но ничего не срабатывает. Удается выяснить лишь мелкие детали, которые ничего особо не дают. Например, то, что данные на компьютере Харитонова были подтасованы. Он не отправлял никаких указаний для Арины. Просто очередная нить оказывается фальшивкой, но это не приводит нас к личности реального злодея.

Наш враг умен. Изворотлив. Трудно понять, одиночка ли он. Вдруг и правда тут замешана целая организация? Подобная версия объясняет, почему так ловко получается скрывать следы на протяжении долгих лет.

Единственное позитивное событие – братья Громовы общаются с матерью. Да, полного доверия пока нет, но идет стремительное сближение. Их отношения постепенно теплеют, развиваются, набирают обороты.

Хрупкое счастье может быть разрушено в любой момент. Пока дело не распутано до конца, мы все находимся под угрозой.

- А если нам обратиться к отцу Карины напрямую? – предлагаю вариант. – Не факт, что он предоставит нам ту секретную информацию. Но с другой стороны – разве он не хочет засадить за решетку убийцу дочери?

- Отец Карины погиб, - мрачно заключает Захар и открывает свежую статью на экране своего телефона. – Разбился по дороге на работу.

- Очередной долбаный тупик, - гневно бросает Джокер.

Подсказка приходит откуда не ждали.

- Гуляев на связь вышел, - говорит Леднов и включает диктофон. – Напел пару интересных фактов.

Один из лидеров «Ангелов Ада» опасался прямо заговорить с братьями, но слить информацию хотел, поэтому постарался организовать встречу с Демидом.

- Ты бы еще помойную крысу сюда принес, - фыркает Джокер. – Хотя стоп, Гуляев же и есть помойная крыса. Бля, Леднов, какого хрена?

- Заткнись и послушай, - обрывает Демид. – У нас и так по нулям, а тут мелочь, но вдруг куда-то выведет.

Из динамика доносится голос Гуляева:

- Это Ковалев начертил букву «Икс» посреди столовой. Тогда Шеров и решил сместить его, подговорил других парней избить Олега до полусмерти.

- Борис тоже ваша работа? – спрашивает голос Леднова на записи.

- Нет, - резко идет в отказ Гуляев. – Мы ничего не делали после разборок с Захаром. Затаились. Вокруг слишком сильный движ прет. Короче, мы пока не высовываемся. Да и зачем нам трогать Борьку? Его старший брат в нашем ближнем круге.

- Карина?

- Ты чего? Стали бы мы издеваться над девчонкой? Еще и знаки на животе вырезать. Бред полный. Мы ведь не гребаные маньяки.

Выразительная пауза.

- Ладно, мне плевать, что ты про нас думаешь, - раздраженно продолжает Гуляев. – И я бы никогда не стал к тебе обращаться, но тут особенная ситуация. Ковалев тут «Х» чертил не просто так. Он обращался к Звездочету.

Кажется, Леднов издает презрительный смешок.

- Слушай, я согласен, звучит тупо, - выдает Гуляев и голос его пронизан сильной тревогой. – Но у этого типа реально такая кличка.

- Впервые такую встречаю. Что за бред ты мне втираешь?

- «Ангелы Ада» давно в курсе про Звездочета. Еще с того момента, когда он впервые появился. Несколько десятков лет назад. Этот ублюдок держал университет в страхе. Он и магистров затронул. Никого не обошел вниманием.

- Объясни нормально, - холодно бросает Леднов. – Хватит сопли жевать.

- Звездочет мог убить любого. Хоть пацана, хоть девку. На уровень дохода не смотрел. Перед ним все равны. И не было ясно, по какому принципу он отбирает жертв на убой. Просто утром ты получаешь от него послание с каким-нибудь зодиакальным знаком, а на следующее утро тебя находят мертвым.

- Бред. Что за херню ты мне втираешь? Я не помню никаких массовых убийств в «Клетке».

- Все выглядело как суицид.

Мы с ребятами переглядываемся, а Гуляев дальше выкладывает суть на сделанной Демидом записи.

- Но ты пойми, никто из погибших ребят не собирался сводить счеты с жизнью. У них и близко таких мыслей не было. Смерти разные. Кто повесится, кто спрыгнет, кто таблеток наглотается. Их явно принуждали. Ну или внушали что-то. Когда «Ангелов Ада» зацепило, Главный попробовал выйти на связь с этим типом. Деталей никто не знал, но им удалось договориться.

- Вы заключили сделку с убийцей?

- Не мы, это было хрен знает сколько лет назад…

- Ваш лидер помогал скрывать улики?

- Вроде того. Потом Звездочет затаился на долгий период и снова погнал активничать накануне того, как отец Захара его прижал. Он нашел что-то в проклятой башне. На «Маяке». Подробностей никто не знал.

- И тогда вы помогли этому долбанутому Звездочету снова? Убили собственного преподавателя на Арене?

- Нет, конечно. За кого ты нас держишь? Мы помогли скрыть некоторые улики и только. Уже потом. У этого типа серьезная поддержка. Он проводил секретные опыты в подпольной лаборатории. Но его прикрывало само государство.

- Звучит как шизофреническая теория заговора.

- Не спорю. Я и сам бы не поверил, если бы услышал нечто подобное. Про Звездочета знает исключительно высший круг «Ангелов». Тот, кого избирают Главным, а еще его доверенные лица. Он никогда не приходил на встречи лично. Все общение шло через письма или через сеть. Про опыты – чистая правда. Отец Захара обнаружил лабораторию, вот и завертелось. Не знаю, что именно он там нашел, и знать не хочу. Но я уверен, это связано с теми чертовыми суицидами.

- Допустим, - заявляет Леднов. – И что тебе от нас нужно?

- Поверь, мне лишний головняк не требуется. Сейчас пошел такой замес, от которого стоит держаться подальше. Непонятно, кто у нас теперь за лидера будет, а я никуда не рвусь.

- Ближе к теме, Гуляев.

- Я получил сообщение от Звездочета. Встреча назначена в полночь. В библиотеке. Видно, он решил, раз Ковалев и Шеров в больничке, то я теперь всем заправляю. И кажется, намерен выдать задание.

- Ты бы к ректору пошел, - бросает Демид. – Ну или в полицию наведался.

- Не гони, Леднов. Я не хочу рисковать. Ковалев хотел сотрудничать с этим типом. Шеров выступал против. Оба закончили в больничке. Вокруг Звездочета слишком много трупов. Я не подписывался плясать под его дудку. Конечно, вряд ли этот гад явится на встречу лично. Зато может скинуть новое послание. Короче, я готов его сдать. С потрохами.

- В какой секции тебе надо быть?

- В астрономической, - раздраженно заключает Гуляев. – Дебилизм. Понимаю. Этот псих явно зациклен на звездах. Дрочит на них или типа того.

Леднов вырубает запись.

- Подонок может легко наврать, - замечает Джокер. – Хотя тут ему нет смысла всякую хероту накручивать. Да и судя по голосу он уже обгадился по полной программе.

- Все сходится, - киваю. – Наверное, в тех посланиях, которые он оставлял погибшим студентам заключался определенный смысл. Но у нас нет ни единой записки. Мы не сумеем ничего разгадать.

- Я чую там одиночка, - говорит Леднов. – Нет никакой организации. Никто его не прикрывает. Просто этот скользкий ублюдок вроде Харитонова, та же тактика. Он умело пускает пыль в глаза.

- Мы мало что понимаем, - вздыхаем. – Неизвестно о чем этот гад успел договориться с главарем «Ангелов». Столько лет прошло.

- Надо идти на встречу, - выдает Захар. – Дались ему эти звезды.

- Я пробил всех наших преподов, - хмуро бросает Джокер. – Проверил, кто из них увлекается чем-то подобным. Пара бабенок сходит с ума по гороскопам, но на серийных маньячек ни одна из них не тянет. Алиби.

- Мы до сих пор не знаем, кто убил Карину, - закусываю губу от волнения. – Зачем избили Бориса? Если раньше он принуждал ребят к суициду, то почему теперь поменял свои методы?

- А маньяки могут менять почерк, - хмыкает Артем. – Плюс не стоит забывать про обострения. Если в обычной жизни у них случается неудача, то это тоже может сказаться на способе убийства.

Захар и Демид смотрят на Джокера, причем поворачиваются к нему одновременно, практически синхронно впечатывают взгляды в парня.

- Что? – картинно удивляется тот. – Что я такого сказал?

- Не хочу знать, откуда ты в курсе про эти вещи, - нервно усмехаюсь. – Похоже, и правда нет другого пути кроме как пойти на встречу в библиотеку. Вдруг звезды куда-нибудь да выведут.

- Ты останешься в убежище, - твердо произносит Захар.

А я слишком увлекаюсь собственными мыслями, чтобы спорить.

Звезды. Созвездия. Путь.

Смутная догадка царапает внутри. Я толком не понимаю, о чем думаю. Просто в один момент наступает озарение.

- Мне срочно надо в лазарет, - выпаливаю и бросаюсь вперед.

Ребята следуют за мной, требуют объяснений, но я ничего не могу сказать.

Черт, разве я сама осознаю происходящее до конца? Вряд ли. Все очень размыто. Догадки вспыхивают и тут же гаснут. Я должна срочно кое-что увидеть, тогда и ответ найдется.

- Соня, в чем дело? – спрашивает Захар.

- Подожди, - бормочу я.

Добираюсь до палаты, в которой парень лежал после столкновения с «Ангелами». Вообще, он до сих пор должен здесь находиться под наблюдением врачей, но с учетом последних событий все идет против привычного распорядка.

Я подхожу к кушетке. Запрокидываю голову назад, изучаю потолок.

- Смотрите! – показываю наверх. – Те же символы были на «Маяке». Очень похоже на карту звездного неба. Просто надо расчистить побелку, посмотреть, что под ней.

Захар быстро выполняет эту задачу, простукивает поверхность.

- Там ни черта нет, - заключает парень.

- А если внизу глянуть? – предполагает Демид. – Может, тайник скрывается в полу? Под досками?

Ребята отодвигают кушетку и буквально разламывают все, что находится под ней, добираются до скрытого проема. Через пару секунд обнаруживается содержимое. Куча толстенных папок. Внутри отчеты об опытах.

- Мы нашли архив этого ублюдка, - выпаливает Джокер, пролистывая бумаги. – Тут столько всего собрано. Наверняка, получится раздобыть новые зацепки.

Но через пару минут просмотра энтузиазм угасает.

- Черт раздери, - бросает Захар. – Тут шифр. Ничего нельзя понять, если не разгадаем код.

- И как будто разные люди делали записи, - отмечает Леднов. – Гляньте, почерк постоянно меняется. Неужели работала группа людей? Проклятье, звучит дико, однако я уже готов поверить в любой заговор.

- Нет, - жестко отрезает Джокер. – Здесь явно один парень старался. Но да, он намеренно менял почерк. И зашифровывал записи. Это же совсем старые бумаги. Тогда и компов нормальных не было. Вот он и старался заметать следы своих экспериментов. Понимал, если документы найдут, его будет тяжело найти. Вы взгляните на сами цифры. Они везде абсолютно одинаковые. Тут ублюдок не намутил. Опасался, что запутается. И код по ходу простенький. За пару дней я расколю эту гниду.

- У нас нет пары дней, - заявляет Захар. – Надо готовиться к встрече в библиотеке. Устроим засаду. А эти бумаги припрячем.

- Звездочету осталось недолго на воле шляться, - усмехается Артем.

Приходит время расстаться. Стоит лишь мне попрощаться с ребятами, как телефон вибрирует в кармане. Застываю посреди коридора, читаю уведомление.

- Срочно явиться в лазарет, - читаю сообщение и невольно улыбаюсь.

Отлично, я уже здесь. В послании указан номер палаты. Вспоминаю, что мне был назначен осмотр, на который я так и не пришла. После кошмара с Харитоновым я отказывалась тратить время на подобные мелочи, считала, что лучше помочь парням. Я совсем не пострадала в той чудовищной переделке. Пара царапин не считаются. Это Арина поймала шальную пулю, когда пыталась выбить оружие из рук советника. От жутких воспоминаний передергивает.

Я толкаю дверь нужной палаты и прохожу внутрь, усаживаюсь на кушетку, ожидая врача. Пока что здесь пусто. Даже медсестры нет. Поэтому ничто не отвлекает от размышлений.

Вообще, я могу изучить те материалы по опытам, пока ребята в библиотеке. Вдруг получится распутать загадку?

Звездочет тот еще хитрец. Столько лет прошло, а его не поймали.

Зажмуриваюсь. Перед глазами выстраиваются строки, выведенные на потемневшей от времени бумаге.

Смысл ускользает, ведь все слова зашифрованы. Если читать просто так, то видишь полную околесицу.

Но почерк кажется до боли знакомым. Во всяком случае, один из вариантов. Только где именно я могла видеть похожий? Жаль, нельзя взглянуть на документы снова. Ничего. Осмотр быстро закончится, и я вернусь в убежище, спокойно просмотрю папки. Надеюсь, опять осенит. Вообще, я бы давно могла раскопать тайник. Просто тогда отвлеклась. Я же заметила эти символы, когда проснулась на кушетке Захара.

Ладно. Лучше поздно, чем никогда.

Я вздрагиваю, когда раздается звук открываемой двери. Оборачиваюсь и сталкиваюсь с тем, кого точно не ожидаю тут увидеть.

Зануда. Наш преподаватель.

Он спокойно приближается ко мне, извлекает шприц, в котором виднеется темно-красная жидкость. Мужчина одет точно врач. Белоснежный халат, медицинская маска. Стандартная экипировка. Еще и пропуск.

- Что такое, Орлова? – ровно интересуется он. – Удивлены? Да, в последнее время у нас множество происшествий. Благодаря вам в том числе. Специалисты заняты. А я как всегда – на подхвате.

- Не понимаю, - роняю глухо.

- Вам так сложно принять тот факт, что у меня есть определенные таланты? Да, постарайтесь смириться. Бездарности всегда на виду, а настоящие звезды часто остаются в тени.

Я соскальзываю с кушетки. Отступаю назад. Это просто рефлекс.

- Расслабьтесь, Орлова, - хмыкает Зануда. – Или вы боитесь уколов? Не ожидал. Вы смелая девушка. Крепкая. Даже пули не берут. Интересно, что произойдет после моей инъекции?

Проклятье. Я вдруг понимаю, почему один из тех чертовых вариантов почерка выглядел до ужаса знакомым. Зануда пытался всучить мне свои бумаги. Вот, где красовались точно такие же строчки. Практически нечитаемые.

Почему я сразу не вспомнила? Почему?! Тогда не придала значения, отмела от себя, а теперь может оказаться слишком поздно. Для всего. Черт, нет, я должна найти путь отсюда вырваться.

Лихорадочно оглядываюсь по сторонам.

- Я шучу, Орлова. Здесь лишь витамины. Поскольку сейчас идет большая нагрузка на лазарет, меня вызвали помочь с регулярными осмотрами. Я не стану тратить много времени. Один укол – и вы можете отправляться на все четыре стороны.

Наверное, мне стоит подыграть ему. Он же больной психопат. От такого чокнутого подонка можно ожидать любые мерзости.

А что у него в шприце? Что-то такое, от чего ребята совершают суицид? Вдруг там психотропный препарат? Или яд? Токсичное вещество?

Надо тянуть время. Но Зануда подступает все ближе.

Раздается звонкий собачий лай, и я понимаю, что это мой единственный шанс. Преподаватель оборачивается на звук, явно не характерный для лазарета. Я вцепляюсь пальцами в тележку с инструментами, изо всех сил направляю импровизированное орудие защиты прямо в Зануду, а сама пролетаю мимо, выскакиваю в коридор, мчусь вперед, не разбирая дороги.

Где все? Нет ни единого врача, ни единой медсестры. Вообще, никого. Лишь собачий лай становится громче. Стоп, это же Цербер, мой малыш.

Я знаю, что Артем прячет щенка в нашем убежище, ведь в «Клетке» запрещено держать животных. Значит, пес умудрился сбежать. Опять ощутил угрозу?

Накатывает новое озарение.

Уведомление о посещении лазарета. Это ведь тоже дело рук Зануды. Или Звездочета? Он и прежде отсылал подобные сообщения. Мне. Харитонову. Манипулировал. Советника вызвал к Борису, а я оказалась в палате Арины. Разыгрывал чудовищные спектакли как по нотам.

Я несусь вперед все быстрее. Преследования не слышу. Оборачиваться не рискую. Боюсь сбиться с дороги, врезаться куда-то. Лечу так стремительно, что пол под ступнями не чувствую.

Влетаю в преграду. Содрогаюсь.

- Соня? – голос Захара обжигает.

Я понимаю, что на полном ходу сталкиваюсь с парнем.

- Пес удрал, - бросает он. – Я должен был его срочно вернуть. Ты же расстроишься, если этого блохастого пристрелят охранники.

Лай больше не доносится до нас. Резко затихает. Я оборачиваюсь назад и не вижу там маньяка.

- Это Зануда, - бормочу. – Я узнала его почерк. Сразу не осознала, зато потом… черт, Захар, у него шприц. Этот тип хотел сделать мне какой-то укол. Я чудом сбежала. Он отвлекся на лай Цербера, вот я и удрала из палаты.

- Наш препод? – хмурится парень. – Этот мелкий старикан и есть тот самый Звездочет?

- Да, - выдаю сдавленно. – И я не вижу его. Куда он мог пропасть?

Тишина кажется гнетущей. А потом раздается грохот открытой двери. Все происходит так быстро, что отступить не получается.

Я вижу только, как игла вонзается в бок Захара.

- Убей, - цедит Зануда. – Убей эту сучку. София Орлова – твоя главная мишень. Ты должен уничтожить эту тварь. Сейчас же. Придуши ее.

Я отшатываюсь назад. Отстраненно наблюдаю за тем, как Захар вытягивает пустой шприц и отбрасывает в сторону. Зеленые глаза впиваются в меня, держат под прицелом.

На автомате осознаю, что тут наверняка своя система ходов. Зануда отлично о них осведомлен. Возможно, у него тут есть другие тайники. Пока я бежала по коридору, он двигался так, чтобы выйти мне на перерез. Возник точно из пустоты и всадил в Захара шприц, сделал ту проклятую инъекцию.

Так он поступал с другими ребятами? Вкалывал им эту дрянь и отдавал распоряжения? Потом записывал результаты циничных опытов?

Псих. Абсолютно больной. И он нас переиграл. Потому что Захар сейчас смотрит на меня так, будто готов убить. Растерзать на месте.

Но… кого?

Парень резко оборачивается к Зануде.

Тот бледнеет, мотает головой.

- Нет, нет, - шепчет он. – Тупица. Убей эту дрянь. Соня. София. Орлова! Вот твоя цель. Убей ее. Убей. Уничтожь! Долбаная груда мускулов. Ты что-то соображаешь? Эй, ты должен ее…

Хруст позвонков.

Захар сворачивает шею Зануде. Отбрасывает мужчину прочь от себя, будто сломанную куклу.

- Захар, - глухо роняю я. – Захар.

Парень ничего не отвечает, вламывается в палату. Оттуда доносится грохот. Бьется стекло, прочь летят стальные инструменты.

Я следую за ним. Застываю на пороге. Вижу, как он вкалывает себе что-то.

- Захар! – бросаюсь вперед.

- Стой, - рявкает он. – Держись подальше.

Я подчиняюсь. Не решаюсь ослушаться. Парень даже не смотрит в мою сторону, лишь делает знак рукой, показывает, что я не должна приближаться.

Он медленно оседает на пол. Растягивается прямо посреди сверкающих скальпелей и осколков. Отключается.

- Помогите! – кричу я. – Есть здесь кто-нибудь?!

Хватаю телефон, вызываю помощь. Приближаюсь к парню, опускаюсь на колени рядом с ним, проверяю пульс. Бьется. Разбухшая вена пульсирует под моими пальцами. Значит, есть надежда.

Массивная ладонь вдруг накрывает мою, маленькую, нервно подрагивающую. Захар до сих пор в отключке, но кажется даже находясь в забытье, он ощущает мое дикое волнение, пробует уберечь и успокоить.

- Захар, я люблю тебя, - шепчу, покрывая его лицо хаотичными поцелуями. – Люблю. Люблю тебя. Слышишь?

Я ни на секунду не верю, будто он мог причинить мне вред. Даже под действием этого чертового препарата. Но сам Захар был другого мнения. Он точно вколол дополнительную инъекцию. Защищал меня от себя.

Но что именно было во втором шприце? Только бы не отрава. Вокруг столько разбитых пузырьков, что понять, какой именно использовал парень попросту нереально.

- Захар, - слезы стекают по моим щекам. – Пожалуйста, возвращайся.