Господин чиновник. Том 1

Пролог

Стоя перед зеркалом, я рассматривал своё отражение. Оттуда на меня удивлённо глазел взъерошенный молодой человек с осунувшейся физиономией, заострёнными чертами и синяками под глазами. Я умылся, опять посмотрел в зеркало – ничего не изменилось. Болела голова, дрожали ослабшие ноги, а на распухшем лбу, с которого я только что снял бинт, краснела крупная ссадина.

Момент смерти я не помнил. Помнил долгую осаду, и как мой город оказался отрезан от гибнущей цивилизации, как Скверна подступала к стенам, как у нас заканчивались еда и боеприпасы. Помнил последнее сражение с прорвавшимися в город тварями. Они запрудили все улицы и добрались до ратуши, где укрылись я и мои ближайшие соратники, выжившие в этой мясорубке.

Моя магия земли здорово проредила толпы осквернённых, позволив отсрочить неизбежное. Она не только создавала преграды на пути стаи, не только уничтожала их физически, дар Великого Стража сжигал существ живьём, стоило им коснуться созданной мной стены или булыжника. А моя невосприимчивость к Скверне позволяла мне выживать там, где и обычные люди, и заклинатели гибли, поражённые заразой.

И всё же враг оказался слишком силён. Орды тварей сокрушили нашу оборону. Сил сопротивляться не оставалось. Защитники пали, и город погрузился в хаос. Мы стояли до конца, мы были последними выжившими.

Я помнил, как нажал кнопку, и здание, обложенное тоннами взрывчатки, вздрогнуло. Меня подбросило вверх – всё вокруг исчезло. А когда открыл глаза, обнаружил, что лежу на мягкой перине и смотрю в потолок комнаты, обклеенной старинными обоями в ромбик и обставленной антикварной мебелью. В окно с двойной деревянной рамой проникал тусклый свет и падал на низкий шкафчик с книгами и всякой всячиной и на стол, где стояла лампа с зелёным абажуром.

А вскоре выяснилось, что я – не я: в зеркале оказался паренёк лет восемнадцати-двадцати, одетый по устаревшей моде: брюки на подтяжках, свободная холщовая рубаха и носки на ремешке.

Прошлое казалось сном. Словно я не был никогда Великим Стражем и градоначальником города-крепости, павшей под натиском Скверны, словно не было той последней битвы и моих верных боевых товарищей, самоотверженно дравшихся рядом. Тогда кто я такой? Увы, этого тоже понять не удавалось, хотя обрывки чужих мыслей мелькали в ушибленной голове. Я отчаянно зацеплялся за них, чтобы получить ответы на вопросы, роящиеся в мозгу, но картина пока вырисовывалась слишком смутная.

Случившееся походило на переселение душ. Только почему-то перенёсся я во взрослое тело, а не в новорождённого, как полагается в соответствии с некоторыми восточными вероучениями.

– Так-так-так, и куда же тебя занесло? – я ощупал своё молодое лицо, такое непривычное и незнакомое. – Может, хоть что-нибудь вспомнишь, а? Или так и будем стоять и бессмысленно пялиться друг на друга?

В дверь постучали.

– Открыто, – сказал я. – Наверное…

В комнату вошёл немолодой, лысоватый мужчина, облачённый в чёрный пиджак с зауженными полами, чёрные брюки и белую рубашку с бабочкой. Удивительно, но лицо этого типа мне показалось гораздо более знакомым, чем то, что я наблюдал в зеркале. Вроде бы, слуга… и даже фамилия на языке вертится, только вспомнить не могу.

– О, слава богу, Артур Андреевич, вы очнулись! – воскликнул лакей, не скрывая радости. – Какое счастье! Это настоящее чудо!

– В последнем я с тобой полностью согласен, – я окинул взглядом вошедшего. Тот назвал меня по имени. От него уже была польза. – Только вот никак не могу вспомнить, что со мной произошло. Откуда это? – я осторожно потрогал припухшую ссадину.

Глаза слуги наполнились тревогой:

– Вы забыли, Артур Андреевич? О, это очень плохо! Вы потеряли память, и вам непременно следует…

– Э, нет, давай только без паники. Да, кое-что я забыл, но ты же, надеюсь, напомнишь? Вот и расскажи. И я быстро вспомню.

– Да, ваше сиятельство. Но увы, я знаю лишь то, что вчера рассказал ваш друг. Дело в том, что произошёл курьёз.

– Курьёз? Я прямо-таки заинтригован.

– Э… да, Артур Андреевич… – смутился слуга. – Так вот, вчера вы с приятелями поехали отмечать выпускной в ресторацию «Золотая птица». И немного… пригубили спиртного.

– А, так я, получается, нажрался до потери пульса и нарвался на неприятности? Говори как есть, без прикрас. Я готов принять самую суровую правду. Бить не буду, обещаю.

– Простите, Артур Андреевич… Я лишь передаю слова вашего друга, который привёз вас домой.

– Продолжай.

– Да, Артур Андреевич... Так вот, по ужасному стечению обстоятельств в том же заведении, в то же самое время отмечал выпускной господин Булатов, ваш бывший одноклассник.

– Булатов? – я подошёл к кровати и сунул ноги в кожаные туфли, стоящие на ковре. На спинке стула висели жилетка и длинный коричневый пиджак, напоминающий сюртук века девятнадцатого. Их я тоже надел. Фамилия Булатов казалась знакомой. У неё был неприятный привкус.

– Это ваш одноклассник. С ним вы.. скажем так, плохо ладили, – проговорил слуга.

– Хм, мой заклятый враг, – улыбнулся я, переведя осторожную речь лакея на нормальный язык.

– У вас с ним были некоторые… разногласия. Булатов – маг земли и… вероятно, вы повздорили.

– А я?

– Простите?

– Я разве не маг?

– Ваше сиятельство, неужели вы и этого не помните?

– Знаешь, как будто припоминаю что-то урывками, но лучше ты мне скажи.

– Ваш отец владел чарами земли, ваш дед владеет чарами земли, но вы… ваш дар так и не раскрылся... к великому сожалению, – слуга состроил печальную гримасу.

– Вот как? Это плохо, – проговорил я серьёзно. Очевидно, что моя душа переселилась в новое тело, но почему оно оказалось таким немощным? Неужели боги не нашли местечка получше для одного из сильнейших воинов своей эпохи? Впрочем, не стоило делать поспешных выводов. Мой дух мог пробудить в новом организме скрытые резервы. – Получается, мне треснули камнем по лбу?

– Очень похоже на то, Артур Андреевич. Вас доставили вчера вечером в бессознательном состоянии. Мы пытались пронести вас так, чтобы не узнал Георгий Павлович, но ему доложили. И он… он сильно разгневался.

– Кто-кто?

– Ваш дед, неужели вы и это…

– Ах да, вспомнил. Продолжай.

– Так вот, Георгий Павлович очень разгневался и приказал вам явиться к нему в кабинет, как только к вам вернётся сознание.

– Эх, весёлый разговорчик меня ждёт, – я взял со стола расчёску и, подойдя к зеркалу, стал приглаживать водой и расчёсывать топорщащиеся не слишком длинные волосы. – В кабинет, говоришь? Ладно, приведу себя в порядок и отправлюсь на экзекуцию. Даже перед смертью надо выглядеть хорошо.

– О нет, что вы, я не думаю, что его сиятельство посмеет убить собственного…

– Я тоже надеюсь, что всё обойдётся, – перебил я. – Кстати, а где кабинет?

– На втором этаже, в правом крыле, – слуга сделал круглые глаза. – Вы уверены, что вам не надо к доктору?

– Нет, мне сейчас надо к деду на беседу, а с докторами потом. Можешь идти.

– Слушаюсь, – слуга поклонился и вышел, аккуратно затворив за собой дверь.

Теперь мне предстояла новая задача: найти кабинет деда. Общение, скорее всего, приятным не будет. Старик начнёт распекать нерадивого внука за вчерашний кутёж, а мне придётся держать ответ за всё, что сотворил этот бестолковый юнец перед моим вселением. Забавно. Новая жизнь началась не самым воодушевляющим образом. Но это было немного лучше, чем находиться в окружении жутких тварей в обречённом городе.