Господин чиновник. Том 1

Глава 16

Я стоял, держась за стену и чувствуя, как подкашиваются ноги. Словно что-то тёмное и холодное проникло внутрь и сжало сердце, пытаясь остановить его стук, стиснуло лёгкие, не позволяя циркулировать воздуху. Это была магия – магия того странного типа, что стоял возле подворотни и молча наблюдал за тем, как умирает его жертва.

Моментально моя плоть начала каменеть. Я упал на корточки, пытаясь вздохнуть. Но когда внутренние органы изменили структуру, внезапно мне полегчало. Сердцу вернулся ритм: оно стало биться редко, но спокойно, а лёгкие уже не требовали столько воздуха, как прежде. Под действием магии земли процессы в организме замедлялись. Я не становился каменной статуей, лишённой жизни, но и уже не был хрупким куском мяса, уязвимым для всего на свете.

Чужая магия уже не действовала на меня. Мой организм вернулся в состояние покоя. Я поднялся и двинулся к незнакомцу. А тот испарился. Был – и исчез, не оставив после себя ни единого следа. Я застыл, осматривая пустую улицу. Светил одинокий фонарь на углу, прохожих не было.

За фонарём на другой стороне перекрёстка рос развесистый дуб. Возле него кто-то пошевелился. Я мгновенно создал перед собой горсть острой щебёнки, метнул в дерево и побежал следом. Раздался сдавленный стон. Но когда я добрался до дерева, там никого не было, и только брызги крови на мостовой говорили о том, что мои снаряды достигли цели. Однако странный тип всё равно сбежал.

Я стоял и оглядывался по сторонам. Кто был тот человек? Почему пытался меня убить? Что у него за магия? Рой вопросов кружился в голове.

Я быстро зашагал к дому. Забежал на второй этаж, зашёл в квартиру, запер дверь. И лишь когда уселся на кровать и вернулся в человеческий облик, почувствовал, как сильно бьётся сердце. Незнакомец знатно нагнал на меня жути. Смерть подобралась совсем близко, вся жизнь пронеслась перед глазами. Тем не менее раунд оказался не в его пользу.

Магия, которой странный тип пытался на меня убить, выглядела незнакомо. Возможно, какие-то «биологические» заклинания, воздействующие напрямую на внутренние органы человека. Но что меня спасло? Стихия земли, сделавшая мою плоть каменной? Или дар Стража? А я ведь даже не знал, сохранился он у меня с прошлой жизни или нет.

Второй важный вопрос, на который требовалось ответить: кто послал убийцу? Засекин? Приехал домой и сразу же приказал своему человеку подкараулить меня возле дома? Сердечный приступ в моём возрасте – это странно, но вряд ли у кого-то возникнут подозрения в убийстве. А если и возникнут, никто ничего не докажет.

Но если у Засекиных есть человек, способный проворачивать такие фокусы, почему князь не послал его раньше? Зачем тащил меня в горы? Зачем шёл на риск, пытаясь расправиться со мной сам, когда мог бы уладить проблему аккуратно, без шума, без свидетелей и лишних жертв?

Также подослать убийцу мог дядя. Этот вариант нельзя было отбрасывать. Дмитрий узнал о моих способностях, и теперь ему требовалось во что бы то ни стало прикончить меня, пока весть не дошла до деда. Ведь тогда старик захочет вернуть мне право наследования, и дядюшка с его сыном останутся не у дел.

И я почему-то склонялся к последнему варианту. Найти человека, владеющего столь необычной и опасной магией, гораздо проще в столице, чем в этой глуши. К счастью, на меня она не подействовала.

Однако расслабляться не стоило. Враг хитёр и коварен. За первые недели моей новой жизни я перешёл дорогу сразу двум опасным, влиятельным людям. Правда, вряд ли более опасным, чем я, но они точно не оставят намерения расправиться с помехой на своём пути. По-хорошему следовало приобрести качественную антимагическую защиту из митрила, только вот стоила она очень дорого, даже самая простая, рассеивающая лишь слабую магию.

Я достал из ранца светящийся зелёный камень:

– Интересно, а сколько ты стоишь? Я-то видел, как у Засекина глаза загорелись…

Хотелось надеяться, что за этот камень можно выручить хорошие деньги, ведь назрело одно дельце, которое пока мне было не по карману. За время пути у меня созрел план. Я подумывал приобрести у Барыковых их каменоломню. Не за полую сумму, конечно, а, что называется, в рассрочку. Всё равно они ничего не получают со своего промысла. Засекины не для того прогнали своих конкурентов, чтобы оставить тем прибыль местных компаний. Но против меня князь не попрёт. У него нет надо мной никакой власти. Даже убить не в состоянии. А рассматриваемый мной вариант должен принести выгоду как мне, так и Барыковым. Они вернут себе значительную часть средств, а у меня появится источник доходов.

Несмотря на усталость, заснул я не сразу. Прислушивался к звукам за дверью, ожидая шагов убийцы. А когда моё сознание погрузилось в дрёму, перед глазами ещё долго мелькали отвратительные рожи злоболюдов, могучие тролли, швыряющие огромные валуны, и сказочные эльфы с длинными ушками. Накопившиеся за последние дни впечатления, смешались в кашу из образов и звуков.

Проснулся рано: не было и одиннадцати, хотя думал дрыхнуть минимум до полудня. Я по-прежнему был жив и здоров, убийцы не проникли ночью в мою квартиру, а за окном продолжалась размеренная, обыденная жизнь крошечного городка.

Оделся. В поленнице на лестничной площадке, как всегда, исправно лежали дрова, за которые я платил дворнику. Развёл огонь в плите, сварил гречку. У меня оставалась копчёная колбаса. Кажется, ещё не испортилась. Холодильников в этом мире до сих пор не изобрели. Как подсказывала память, имелись ледники – шкафы, загружаемые льдом для хранения быстропортящихся продуктов. Но стоили такие недёшево.

Позавтракав, я забрал лошадь из конюшни и отвёл к Засекиным. Даже заходить к ним не стал – у ворот передал поводья слуге и со спокойной душой зашагал обратно. По пути заглянул в книжный. Искал информацию про элементалей, злоболюдов, Скверну. Продавец посоветовал пару-тройку научно-популярных книг по истории и магии. Про элементалей и Скверну ничего не нашлось: третье отделение не разрешало печатать такие вещи.

Увы, сети здесь не было, и я не мог просто открыть поисковик на компьютере и найти любую информацию, пусть даже поверхностную. Приходилось покупать книги. Да и то, как я понял, знания о магии, элементалях и прочих сверхъестественных явлениях держалась по большей части в секрете от широкой общественности.

На следующий день Филипп огорошил известием, что меня спрашивал какой-то странный господин. По описанию он был высокий, тощий, бледный как смерть, в чёрном сюртуке, цилиндре и с тростью. Человек представился господином Ивановым, но вряд ли это была его настоящая фамилия. Похоже, он меня всё-таки нашёл, ведь именно такого я видел у подворотни собственного дома.

И тут мне стало очевидно, что Засекины не имеют никакого отношения к покушению. Заходил этот так называемый Иванов два дня назад, когда мы были в пути. Если бы его послал князь, то убийца точно знал бы, где я живу и когда вернусь домой.

Вариант оставался один: дядюшка нанял душегуба, чтобы укокошить нелюбимого племянника. Долго же он меня искал. Все же думали, что я еду в Иркутск. Про Култук никто ничего не слышал. Но теперь-то Дмитрий Георгиевич знает, где я, и от меня не отстанет. Вся надежда на деда, что тот своего сыночка к ногтю прижмёт. Но надо ли оно ему – вот вопрос. Неужели придётся самому поехать к дядюшке и остановить произвол с его стороны?

Филиппа я почти сразу отправил проверять жалобы жителей северной части Култука. Там пару месяцев назад произошёл оползень, пострадали дворы и дорога. Проблема выглядела серьёзно, непонятно, почему с ней до сих пор не разобрались. Я решил, что пора её уладить. Для этого послал канцеляриста зафиксировать разрушения, а сам подумывал наведаться в управление городского хозяйства и обсудить не только данный инцидент, но и в целом дорожные работы.

Только вот Филипп в моё отсутствие снова филонил, и список аварийных участков улиц до сих пор не был завершён. Парень заверял, что бегал с утра до вечера, с ног сбился, но мне слабо верилось. Небось журналы свои читал целыми днями, а в последний момент спохватился. Придётся идти с тем, что есть.

Но прежде я хотел пообщаться с Алексеем Засекиным насчёт найма нового сотрудника, точнее, сотрудницы. Я не отказался от идеи пристроить Тамару к себе в отдел. Работа ей найдётся. Но городскому главе я так и не смог дозвониться. Да и в приёмной секретарша мне ничего толком не сказала. Обещала сообщить начальнику о моём деле. Как же, как же, знаем мы такие обещания.

Я спускался по лестнице на первый этаж, когда меня окликнул Уткин:

– Господин Ушаков, можно с вами поговорить? Наедине.

– Да, разумеется. Пройдёмте в мой кабинет. Я как раз своего работника отправил по делам.

Мы прошли в кабинет, я закрыл дверь. Предложил коллеге стул, а сам расположился в рабочем кресле.

– Как добрались? – спросил я. – Надеюсь, без происшествий?

– Лошадь у одного наёмника подвернула ногу. Но в остальном всё прошло гладко. Троллей мы больше не видели, – ответил Уткин. – Вы, вижу, тоже добрались удачно. Но я сейчас не о дорожных приключениях хотел поговорить.

– Я вас внимательно слушаю.

– Дело деликатное. Даже не знаю, как сказать…

– Говорите, не бойтесь. Обещаю, что всё сказанное останется за этими дверями.

– Нет-нет, я вовсе не хочу этого. Наоборот, об этом должны узнать… Но не все. Некоторые не должны знать, что я вам сообщил.

– Хорошо. Те, кому надо, узнают, кому не надо – нет. Обещаю. Сделаю всё, что смогу. Излагайте своё дело.

– Я знал, что вы – честный человек. И у вас есть нужные связи… Просто я боюсь, как бы это постыдно ни звучало. Речь пойдёт о тех, кто имеет власть в этом городе.

– Вам угрожают? Засекины? – догадался я.

– Пока нет, но… Ладно, не буду тянуть. Недалеко от города найдено осквернённое существо, но Засекины это скрыли, – выпалил парень.

Я сидел, как поражённый громом и смотрел на Уткина широко открытыми глазами. Не похоже, что парень придумывал. Он действительно боялся за свою жизнь. Значит, Скверна уже добралась сюда. Страшная напасть, уничтожающая всё на своём пути, подползла совсем близко и тянула щупальца к городу. Но жители находились в счастливом неведении. И как жандармы проворонили?

– Где Скверна? – мой голос изменился.

– В двух днях пути отсюда. Прошлый раз мы ездили уничтожать лагерь злоболюдов и наткнулись на осквернённого. Жуткая тварь. Покрыта какими-то язвами и волдырями, а облик… просто нечеловеческий. Фёдор Иванович сжёг его своей магией и наказал нам не рассказывать никому о происшествии. Говоря о нём, я нарушаю обещание, но… чувствую, что это важно. Корпус стражей должен знать. А вы… у вас есть связи, знакомства.

– Почему напрямую не пошли к жандармам?

– Я их не знаю, – потупился парень. – Не знаю, каковы будут последствия. Для меня.

Я кивнул и задумался. Ситуация выглядела скверно.

– А почему Засекин решил скрыть?

– Точно не знаю. Он не объяснял. Но я думаю, он боится, что в городе появится много жандармов, что это ему как-то помешает. Насколько мне известно, у него какие-то разногласия с властями.

– Да понятно какие. Он считает себя властителем этих земель. А это слегка так противоречит законам империи.

– Наверное. Я не лезу в его дела и… не хочу вмешиваться. Я простой чиновник. Мне не нужны проблемы. Но в данном случае не мог поступиться совестью.

– Вы правильно сделали, что рассказали, господин Уткин. Я обещаю, что донесу информацию кому надо. Ну а вы можете спать спокойно: про вас никто ничего не узнает. Просто скажу, что есть анонимный источник, раскрывать который не имею права.

– Спасибо вам большое, господин Ушаков. Я знал, что вы – человек чести.

– А можете показать место, где вы встретили осквернённого?

– Да… наверное. Но у меня нет карты.

– Не проблема.

Я достал из ящика карту уезда и расстелил на столе. Уткин плохо ориентировался на местности, но общее направление движения он мне показал. После чего я его отпустил, ещё раз поблагодарив и пообещав, что у него проблем не будет ни с Засекиными, ни с жандармами.

А когда он ушёл, я серьёзно задумался. Что делать с полученной информацией? Я мог отправиться в крепость и как на духу выложить всё майору корпуса стражей. Он скажет мне спасибо и… всё. К данному делу меня не подпустят на пушечный выстрел. А могу поехать в горы сам, попробовать свои силы, убедиться, что я всё ещё умею поджигать задницы проклятым отродьям Скверны.

Судя по словам Уткина, Скверна находилась где-то в горах, но насколько близко к городу, неясно. Одиночные монстры разбредались на многие вёрсты от своего корневища. И поскольку корпус стражей его до сих пор не обнаружил, оно могло прятаться среди леса или расти далеко от города. Тем не менее угроза уже нависла над этими краями, и мой долг – бороться с опасными тварями, как боролся всю прошлую жизнь.

С другой стороны, что я сделаю один? Чтобы обшарить весь лес, требовалась куча народу. Этим должен заниматься корпус стражей. Ведь если не во время не обнаружить и не вырезать корневище Скверны, она может распространиться так широко, что потом придётся потратить очень много сил и средств на решение проблемы. Значит, жандармы должны узнать о появлении осквернённого. Нельзя молчать. И так прошло три недели, за это время ситуация могла усугубиться.

Мне же не стоило забывать о своих прямых служебных обязанностях. Этот город следовало привести в порядок. Только вот могло получиться так же, как и в прошлой жизни, когда все мои усилия, все старания пошли прахом из-за проклятых тварей, уничтоживших всё, что создало человечество великими трудами. Если понадобится, я буду драться вновь. Главное, чтобы не стало слишком поздно.

Собрав бумаги, я отправился в управление городским хозяйством. Оно находилось возле вокзала, так что топать пришлось далековато по местным меркам. На противоположной стороне улицы, напротив какой-то железнодорожной службы расположился длинный одноэтажный дом с прилегающей территорией, где стояли два грузовика и каток. Рядом с техникой возвышалась гора щебёнки. В углу расположились тачки и всякий хозяйственный инвентарь. В тени у сарая играли в кости два мужика прямо на земле.

Я зашёл в дверь, рядом с которой находилась выцветшая вывеска. В большой комнате по обе стороны длинного стола сидели пожилой конторщик в кителе, два мужчины помоложе и женщина строгого вида с очками на носу, что-то печатавшая на машинке.

– Добрый день. Начальник здесь? – спросил я.

– Да, ваше благородие, – вскочил старший конторщик. – Здравствуйте! Они чаёвничают. Вон там.

За дверью, на которую мне указали, два чиновника пили чай в небольшом, но уютном кабинете. На столе воздвигся самовар, рядом пристроилась чашка с бубликами. Оба мужчины были немолоды. Один – высокий, с длинными свисающими усами – имел, судя по погонам, десятый класс по табели, второй – маленький, толстый, щекастый с двойным подбородком – девятый.

– Добрый день. Чем могу помочь? – произнёс басом тот, кто был старшим по званию.

– Меня зовут Артур Андреевич Ушаков, и я – новый столоначальник отдела благоустройства. Нашим отделам предстоит тесно сотрудничать. Вот я и явился к вам обсудить дальнейшие планы.

Оба чиновника переглянулись. Явно не ожидали такого лихого вторжения в свой размеренный, беззаботный быт.

– Очень приятно, – кивнул старший и отставил чашку с дымящимся чаем. – Меня зовут Архип Гаврилович Дятлов. Я – глава городского хозяйства. А это – Семён Семёнович Ежевикин, мой заместитель. А какой, собственно, вопрос вас интересует? Да вы присаживайтесь. Чаю наливайте. Вас же недавно к нам прислали? А то, помнится, прошлый столоначальник скончался месяца уж как два назад, царствие ему небесное. А других и не было. Да и его мы видели здесь нечасто.

Я взял стул и устроился за третьей стороной стола, отодвинул чашку с бубликами, положил папку:

– Вопрос у меня сугубо рабочий. Здесь список участков дороги, которые надо подлатать. Ямы, выбоины в брусчатке, даже оползень есть в одном месте. Вы же этим занимаетесь? Ну вот я и пришёл. Теперь меня часто будете видеть. Сотрудничать с вами намерен активно, – при последних словах на лицах обоих чиновников появилось печальное разочарование. – А прислали меня действительно недавно. Из Петербурга.

– Из Петербурга?! – в один голос воскликнули оба чиновника.

– Так-так, а вот тут поподробнее, пожалуйста, – Дятлов взял папку, пробежал глазами два листа и отложил в сторону, словно не нашёл там ничего интересного. – Мы сколько живём, ни разу столичных не видели. Прошу прощения, Артур Андреевич, но вы для нас – можно сказать, диковинный зверь.

В общем, пришлось нам познакомиться более тесно. Но я не стал возражать. Налил себе чаю, взял баранку и стал общаться с чиновниками, словно сто лет с ними знаком. Оказалось, что оба – местные. Учились в Иркутске, дворянского титула не имеют, оттого и класс невысокий, несмотря на возраст. А вот про дела они говорили неохотно, намекая на отсутствие финансирования, нормальной техники, служащих и прочее. В общем, что называется, плохому танцору танцпол мешает.

Проболтали мы без малого час до самого обеда. Меня уговаривали остаться, но я отказался: всему надо знать меру.

– Простите великодушно, господа. Но у меня ещё забот полно. Как-нибудь в другой раз к вам на чай заскочу. А сейчас пойду. Только вначале давайте разберёмся вот с этим. Возьмётесь?

– Да-да, мы посмотрим-посмотрим. Обязательно. Вы заходите, обсудим… Только не сегодня. Меня не будет после обеда. Дела, знаете ли… А завтра, например, могу вас принять. Часов так… ну как сегодня.

Трудность взаимодействия с управлением хозяйства заключалась в том, что они мне напрямую не подчинялись. Поэтому если мне что-то от них требовалось, то я должен был вначале составить задание, затем получить подпись городского главы или заместителя, и только потом передать в дорожную службу. Что ж, похоже, снова предстояло штурмовать кабинет Засекина. Хотя в данном случае я больше рассчитывал на Кривошеева.

– Я ещё к вам зайду. Обязательно, – проговорил я таким тоном, что оба чиновника сразу поняли, что легко им от меня не отделаться. – Кстати, Алексей Фёдорович передавал вам привет и сказал, что дороги надо бы привести в порядок. Сам лично меня к вам послал.

– А… да? – Дятлов стушевался. – Так вы бы это… сразу бы так и сказали… Мы займёмся. Обязательно займёмся. Передайте Алексею Фёдорвичу, что мы уже делаем всё… что нужно. Только бы это… финансирование бы нам увеличить. А то брусчатку, щебёнку надо покупать, а денег на всё не хватает.

– У вас щебень во дворе насыпан. Целая гора.

– Так этого мало. Не хватает его вечно.

– Ладно. Поговорю, попробую выбить финансирование.

Попрощавшись с хозяйственным отделом, я отправился обратно, надеясь, что Филипп сделал дело и уже вернулся, а не отправился праздно шататься по городу, воспользовавшись «командировкой».

Я шагал по мостовой, то и дело утирая пот с лица носовым платком. Жара не прекращалась. Солнце палило так, словно хотело всех нас зажарить.

Возле городской управы стоял серебристый паровой экипаж, похожий на обычный старинный автомобиль, только с двумя хромированными трубами, торчащими с обеих сторон капота. Сидящий за рулём парень в светлом сюртуке и шляпе окликнул меня:

– Ваше благородие, господин Ушаков! Можно вас на минутку? Его сиятельство господин Засекин приглашает вас к себе в гости.

– Вот как? Приглашает? А если у меня нет времени. Я всё-таки на службе.

– Его сиятельство велел передать, что городской глава разрешает вам отлучиться. С вашей стороны было бы крайне невежливо отказываться. Ваша безопасность гарантирована.

Похоже, мне предстоял второй раунд переговоров с Засекиным. Что ж, чем быстрее, тем лучше.

– Тогда я принимаю приглашение. Отвезёшь?

– Разумеется. Прошу в машину.