Господин чиновник. Том 1

Глава 15

Мы с князем стояли на склоне шагах в двухстах-трёхстах от развалин. Ветер и дожди так обточили их, что силуэты некогда великих сооружений едва ли угадывались в этом нагромождении горной породы. Но местами ещё получалось различить кусок стены, позеленённой мхом или колонны. А вокруг валялись камни природного происхождения, и чуть выше валуны образовали высокий выступ.

Я находился в родной стихии, чувствовал огромную силу – силу гор, что наполняла мой источник могучей энергией. Я не боялся драки с Засекиным. У него здесь не было, что называется, почвы под ногами.

Князь выдержал паузу после моих слов и произнёс:

– Да, господин Ушаков, есть к вам пара вопросов, которые терзают меня уже третью неделю. Появилась загадка, которую я не могу отгадать. И мне это не нравится. Люблю, когда все карты открыты. А у нас так не получается. С самого вашего приезда всё никак не могу понять, кто вы, господин Ушакова? Что вы за человек такой?

– Это очень простой вопрос, и ответ вы на него знаете. Но на всякий случай напомню. Я – Артур Ушаков, чиновник десятого класса, внук прославленного генерала, недавно окончивший гимназию и вступивший на стезю государственной службы.

– Да, вы правы… Это я и так знаю.

– Тогда зачем спрашиваете?

– Будем говорить откровенно. Мне неясны цели вашего приезда. Хотелось бы разобраться.

– Служить, ваше сиятельство. Я приехал сюда служить государю и…

– Довольно пустой болтовни, – отрезал Засекин. – Вы с самого начала доставляете мне проблемы, господин Ушаков. А я не люблю, когда мне доставляют проблемы на моей же собственной земле, – взгляд, полный гнева, пронзил меня, вызвав жгучее желание отступить. Но вместо этого я тоже уставился в глаза князю. Не на того напал.

– Проблемы? Вам? Да что вы такое говорите? Интересно, какие? То, что я вам дороги и фасады хочу починить? Или вы считаете, что я тем самым разрушу уникальный архитектурный облик вашего городка?

Мне показалось, что Засекин взорвётся в буквальном смысле. У него даже огонь невольно полыхнул в ладонях. Неизвестно, какими чудовищными усилиями князь сдержал себя, чтобы сохранить самообладание и не поджарить меня на месте.

– Вы убили моих людей, господин Ушаков…

– Да что вы? Как можно? Обвиняете меня в таком ужасном преступлении! Да я мухи не обидел. Пока что.

– Довольно лжи. Я всё прекрасно знаю. Емельян по кличке Медведь и трое его людей пропали. И вы к этому причастны. Не мог же их убить трактирщик, в самом деле. А вот тот, кто решил оказывать трактирщику покровительство, вполне мог. Кто-то, кто явился в мой дом под видом волка в овечьей шкуре, в ком таится сила, которую он захотел сокрыть, чтобы хозяйничать за моей спиной на моей же собственной земле! Вот поэтому я и задаюсь вопросом: кто же этот загадочный молодой человек, прибывший к нам невесть откуда и притворяющийся обычным скромным служащим?

Я улыбнулся. Похоже, придётся говорить начистоту. Шутки кончились. До моих ушей донеслись звуки трескающегося камня и осыпающегося щебня. Но сейчас было не до них.

– Ладно, раз уж наш разговор столь откровенен, тогда скажу, как вижу ситуацию со своей стороны, – произнёс я спокойным, серьёзным тоном. – Всё, что вам нужно обо мне знать, вы знаете. Остальное – не имеет значения. Я приехал служить государю, выполнять свой долг перед отечеством. И что вижу? Разбой на улицах? Ограбление простых лавочников и трактирщиков? Кумовство, мздоимство, устранение неугодных? Да, я взялся покровительствовать этому бедному трактирщику, который вынужден в поте лица добывать свой хлеб. И если кто-то хоть пальцем тронет его и его семью, я в стороне не останусь. И это касается не только его. Я поговорю с другими лавочниками и, если узнаю, что и у них такие же проблемы, буду действовать по своему усмотрению. Этот город и эти люди – не ваша собственность, господин Засекин. Они – подданные государя императора. И они честно платят подати. А вот к вам есть вопросы. Только что вы заявили, что покровительствуете шайке головорезов, обворовывающих простых людей. Нехорошо получается.

Пока я говорил, звук трескающихся камней становился всё громче, а ноги мои ощутили вибрации. Было похоже, что начиналось землетрясение.

– Вопросы, значит? Ладно, – проговорил Засекин, сдерживая гнев. – Тогда я объясню, как тут обстоят дела. Людям в городе нужна защита, которую предоставляем мы: я и моя дружина. Увы, государь наш император сделать это не может. Армия, засевшая в крепости, не ездит по горам, не ищет злоболюдов, как мы сейчас. Эти бездельники и трусы вообще ни на что не способны, кроме как маршировать у себя на плацу. Вот мне и пришлось взвалить дело на свои плечи. Как будто мне оно больше всех надо. А содержание дружины, вы не поверите, господин Ушаков, но требует серьёзных финансовых вложений. Поэтому, если людишки хотят спать спокойно, пусть платят тому, кто их защищает. Надеюсь, я вам ясно объяснил?

– Но это ваша обязанность.

– А чья? Я вынужден. И делаю что могу. А вы мне мешаете. Вы убили моих людей. Думаете, я оставлю это без ответа? – с каждым словом гнев Засекина нарастал. Я чувствовал, что буря близка. Вот-вот разыграется огненный шторм. – Вы мне не нравитесь, как и ваше здесь присутствие. Не знаю, кто вас послал, но…

Князь недоговорил, поскольку выше по склону раздался грохот, заставивший нас обоих обернуться. Из земли поднялись камни. Мы приняли их за обычные валуны, не распознав спящего тролля, которого сейчас, видимо, разбудил наш громкий спор. Среди руин тем временем поднялся ещё один каменный великан. Это было не землетрясение, всё оказалось гораздо хуже.

На лице князя читалась растерянность. Очевидно, он собирался учинить надо мной расправу, но злобные каменные создания ему помешали. Внезапно у нас появился общий противник, и с этим требовалось что-то делать.

Рядом с тропой, по которой мы проходили, тоже зашевелились булыжники. Там проснулся третий тролль, и ещё один – среди развалин выше по склону. Уже четверо. Ситуация стремительно ухудшалась. Тролли окружали нас. Их мелкие глаза горели зловещим зелёным светом, а из широких ртов, наполненных кривыми зубами, вырывался грозное, утробное урчание.

Князь со злостью и недоумением посмотрел на меня. Подумал, что я поднял каменных великанов? Эх, если бы...

– Неудачное место вы выбрали для разговора, – усмехнулся я. – Кажется, нашу беседу придётся отложить.

– Да, вначале разберёмся с этими тварями, – сверкнул глазами Засекин.

– Уверены, что справитесь?

– А вы намерены удрать?

– Отчего же? Помогу чем смогу, – на самом деле, бегство мне действительно представлялось сейчас наиболее разумным решением. Правда, в таком случае каменные твари могли преследовать нас до самого лагеря, и тогда всё равно пришлось бы сражаться.

Четыре тролля для двух сильных магов – это серьёзный вызов, но не стопроцентная гибель. Только вот хруст камней продолжал разноситься над склоном. Где-то среди руин просыпались другие существа, и это не сулило нам ничего хорошего.

– Я беру на себя тех двух, – заявил Засекин, указывая на троллей, идущих из развалин, – а вы – остальных. Дружина! Ко мне! Рассредоточиться! Приготовить взрывчатку! И не вертитесь под рукой! Кого зашибу – сами виноваты.

Наёмники подбежали к нам и рассыпались по склону. Двое достали динамитные шашки, один – противотанковую гранату. Кузьма держал наготове своей боевой топор, который вряд ли помог бы ему чем-то в текущих обстоятельствах. Стрелять же никто даже не собирался. Все понимали, сколько бесполезны сейчас обычные пули.

Засекин выбежал вперёд и принялся, как и прошлый раз, создавать большие огненные шары, жар от которых чувствовался даже на расстоянии, и кидать их в ближайшего тролля. Тот взревел, но не прекратил своё упрямое шествие. Второй двигался следом за первым, но пока был далеко.

Я тоже стал использовать обычное заклинание: создал несколько крупных булыжников, приподнял их над собой и обрушил на существо, что двигалось к нам по тропе вдоль склона. Тролль пошатнулся, потерял равновесие и рухнул с чудовищным грохотом. А пока он вставал, я обрушил такие же тяжёлые глыбы на монстра, что двигался сверху. Тот был очень крупным, больше всех остальных, каким мне довелось повидать. Он схватил попавшийся под руку валун, чтобы швырнуть в нас, но мои магические снаряды опередили его.

Существо потеряло равновесие, упало, но тут же стало подниматься. Тем временем первый опять попёр на нас. Созданные мной заострённые глыбы вонзились в каменную тушу. Корпус тролля треснул. А после следующего удара появилась трещина и в голове. Завалившись набок, великан продолжал издавать что-то похожее на утробный рык, но встать уже не пытался.

Я удивлялся тому, как легко мне даётся формирование глыб весом в сотни пудов. Пару дней назад, в городе, подобное заклинания потребовали уйму времени и сил. Но горы буквально помогали мне сражаться против своих же порождений.

Второй тролль приближался. Я швырнул в него несколько созданных валунов, потом – ещё и ещё. Каменный град обрушился на голову огромного монстра. А тот пёр и пёр на меня, не желая больше падать. Он опять схватил валун и швырнул в нас. Тот упал ниже по склону. Великан оказался не слишком метким.

Он продолжил движение, расстояние между нами быстро сокращалось. Каждый шаг тролля был равен пяти человеческим. Чтобы затормозить его, я направил энергию в землю. Под ногами существа образовался разлом, тролль провалился туда и застрял. Заревел, заколотил кулаками по горе. Однако он мог быстро вылезти, и чтобы этого не произошло, я стал наращивать вокруг него каменную породу.

У Засекина дела тоже шли не лучшим образом. Он даже с одним троллем не мог справиться. Тот подобрался к нам шагов на пятьдесят. Но после этого получил в грудь столь мощную огненную струю, что каменное тело тролля буквально взорвалось, и обломки разлетелись во все стороны, чуть не прибив наёмников. Казалось бы, победа. Но я видел, в каком состоянии находится князь: он был выжат как лимон. Да и я порядком устал.

А ведь был ещё четвёртый тролль. И не один. Из руин выбрались три новых существа, и ещё сколько-то грохотали своими каменными ногами среди развалин. С ними нам было не справиться.

– Надо уходить! – крикнул я. – Их слишком много.

– Чёрт! – прорычал князь. – Откуда эти твари прут?!

– Пойдите спросите у них. Но я предлагаю спасать собственные шкуры.

– Проклятое место! Я всегда знал, что в этих руинах обитает зло!

– И потащили меня сюда разговоры вести. Или не только?

Князь бросил на меня злой взгляд:

– Уходим, господин Ушаков. Позже решим наши разногласия.

Он швырнул огненный шар в идущего следом тролля, а я с помощью энергии оторвал от земли десяток валунов разного размера (это было легче и быстрее, чем создавать новые объекты) и направил их в существо. От удара оно свалилось с ног. Теперь у нас появилось хоть немного времени, чтобы убежать от преследователей.

Засекин с дружиной сразу пустились наутёк. Свалив тролля, я помчался следом.

Кузьма всё-таки применил свой топор. Когда наёмники пробегали мимо растрескавшегося тролля, глава дружины размахнулся и так рубанул по каменной башке, что та развалилась. Тем временем самый большой увалень до сих пор пытался выбраться из облепивших его булыжников. Вряд ли это его надолго задержит. Скоро магическая порода рассеется. Но какую-то фору мы получили.

Удивительно, но мы оказались быстрее троллей и скоро от них оторвались. Однако их тяжёлый топот долго слышался за спиной, а массивные фигуры медленно брели следом за нами. Мы бежали, время от времени переходя на шаг. Все ужасно запыхались, устали, но нависшая угроза не позволяла остановиться и отдышаться.

Когда мы пробегали мимо пещеры злоболюдов, там уже никого не было, кроме трупов и кучи мусора. Остававшиеся здесь дружинники давно погрузили всё ценное в телеги, забрали раненых и ушли. Нагнали мы их лишь на перевале. Тем временем тролли продолжали идти за нами. Сверху был видно, как массивные, неповоротливые фигуры бредут вдоль озера. Я начитал их девять.

Мы к тому времени уже выплёвывали лёгкие от практически непрерывного бега, но ужас перед каменными великанами продолжал гнать людей вперёд. Больше всего мы боялись, что эти твари будут преследовать нас до самого Култука. Такое опасение высказал Павел Данилович, хотя и я об этом постоянно думал.

– Тогда мы их просто заманим к крепости, – рассудил Евгений. – Их расстреляют из пушек.

– Верно, сын, – согласился Засекин-старший. – У них не будет шансов, если они к нам сунутся. А теперь поторапливаемся! Сегодня же снимемся с места и выдвинемся в путь. Будем идти всю ночь. Иначе каменные твари нас быстро нагонят.

Похоже, только это нам и оставалось. Мы не могли позволить себе задержку на четыре-пять часов, пока нет уверенности, что тролли не прекратили преследование.

Вскоре добрались до лагеря. Его тут же стали сворачивать в авральном режиме. До наших ушей по-прежнему доносился далёкий грохот камня, возвещающий приближение троллей. День между тем уже клонился к вечеру. Часы показывали четвёртый час.

А вот штаб-ротмистр Руновский со своей командой до сих пор не вернулись. Насколько мне было известно, они собирались вернуться вечером, ведь изначально отъезд дружины намечался на следующее утром. Но обстоятельства внесли коррективы в наши планы. Только вот теперь получалось так, что жандармов никто не предупредит об опасности.

– Ваше сиятельство, жандармов бросим на произвол судьбы? – спросил я у князя, сложив на седло своё одеяло и взяв Норовистого под узды. – Они до сих пор не вернулись. И они не знают, что здесь происходит. Надо предупредить.

– Мне-то какая разница? Я отвечаю только за своих людей, – Засекин был раздражён. – У корпуса – другое ведомство. Вот пусть их начальство с ними и разбирается.

– Ладно, дело ваше. Тогда придётся мне подождать их.

– Подождать? Господин Ушаков, не глупите. Скоро тролли будут здесь.

– Тогда я от них просто ускачу. Мы этих увальней пешком обогнали.

– Нет уж, вы поедете с нами. И без рассуждений.

– Простите, но нет. Я остаюсь.

– Перечить вздумали? Я возглавляю ополчение, и вы должны меня слушаться.

– Но в данном случае я не подчинюсь. Делайте что хотите, а я уж сам по себе.

– Ладно, чёрт с вами! Но лошадь вы отдадите мне. Это моя лошадь. Если хотите оставаться, то идите пешком. Или пусть вас ваши друзья жандармы везут.

– Нет, так не годится. Лошадь тоже останется со мной. По возвращении вы получите её в целости и сохранности. Ну или компенсацию, если что-то случится.

Я снова увидел едва сдерживаемый гнев в глазах князя. Такое прямое неподчинение вызывало у него бешенство. Он готов был испепелить меня на месте и, скорее всего, так и сделал бы… если бы мог.

– Господин Ушаков! – угрожающе прорычал князь.

– Я уже девятнадцать лет господин Ушаков. Я останусь и подожду жандармов. С лошадью.

– Упрямый юнец! – процедил князь и крикнул своим. – Собираемся! Быстрее! Не задерживаемся.

Он больше не разговаривал со мной. Вскочил на своего коня и стал бранью подгонять собирающихся наёмников. Он понимал, что не может на меня воздействовать ничем другим, кроме слов. А они сейчас были бесполезны. Да и вряд ли ему хотелось со мной разбираться в тот момент, когда над всеми нависла столь серьёзная угроза.

У меня же была и ещё одна причина остаться. Не хотел ехать с отрядом Засекина. Кто знает, не прикажет ли князь ночью перерезать мне глотку, когда мои глаза закроются, и я не смогу оказать сопротивление? Ведь свою роль я сыграл, злоболюдов мы победили. Теперь можно и личные счёты свести.

Разумеется, было бы лучше, если бы мы с Засекиным подрались. Тогда я просто убил бы и его и дружинников, и проблема бы решилась. А родственникам сказал бы, что на нас напали тролли или злоболюды. Теперь же ситуация усугубилась, причём для нас обоих. Некие внешние силы вмешались в наш конфликт. Похоже, в руинах, и правда, обитал какой-то дух, управляющий каменными существами. Очередная загадка природы.

– Ну что, Норовистый, – я похлопал коня по морде. – Придётся нам остаться ненадолго. Надеюсь, ты не возражаешь. Обещаю, что доставлю тебя домой в целости и сохранности.

Вскоре отряд скрылся из виду, подняв тучу пыли. А я остался. Расхаживал взад-вперёд, прислушиваясь к далёким ударам камня и всматривался вдаль, ожидая появления троллей на перевале. Конь, привязанный к дереву, словно чувствовал опасность: нервничал, дёргал головой, тревожно ржал.

Наконец, в сгущающихся сумерках на тропе появились три всадника в чёрных кителях. Они остановились рядом со мной, удивлённо осматривая место недавнего лагеря.

– А где все, господин Ушаков? – спросил Руновский. – Они уехали?

– Князь со своими людьми уехал, и нам следует поторопиться, – ответил я. – В развалинах старого города проснулось троллей. И они, вероятно, ищут нас, жаждут поквитаться за потревоженный покой. Если что и справится с ними, так это артиллерийская батарея. В связи с этим обстоятельством нам необходимо уехать отсюда как можно скорее и как можно дальше, пока не зашло солнце. Я остался, чтобы предупредить вас.

– Боже мой! Вы встретили троллей? – заволновалась Ксения. – Зачем вы вообще туда пошли? Никто не ранен?

– Есть и раненые, и убитые, но тролли тут ни при чём, – я отвязал Норовистого и забрался в седло. – Сражение со злоболюдами пошло не по плану. Их логово мы уничтожили, но понесли потери. А потом, преследуя остатки злоболюдов, отправились к руинам Холодного камня. Тролли услышали нас и проснулись очень злые. Пришлось ретироваться.

– Наши лошади устали, – сказал Руновский. – Они вряд ли выдержат ночь в дороге. К тому же горные тропы в темноте особенно опасны.

– Вот поэтому надо торопиться. До темноты мы должны убраться отсюда как можно дальше. Очень надеюсь, что мои опасения напрасны, но лучше перестраховаться. Не хочу, чтобы те ходячие глыбы сделали из меня лепёшку. Слышите эти зловещие звуки? Они стали ближе, чем были пару часов назад.

Руновский прислушался:

– Пожалуй, вы правы… Такое впечатление, будто сами горы ожили. Значит, надо ехать. Надеюсь, мы успеем пройти вёрст десять до полной темноты.

Развернув лошадей, жандармы поскакали прочь от этого проклятого места. Я последовал за ними. Ксения, разумеется, не могла удержаться от расспросов, и мне пришлось подробно рассказать, как утром на нас напал тролль, нарушив все планы, и описать столкновение со злоболюдами.

– А вы-то нашли, что искали? – спросил я.

– Мы облазили, кажется, все окрестные горы. Скверны нет, – объявила Ксения. – К нашей великой радости.

– Может, плохо искали?

– Нет, что вы… Если бы Скверна появилась, то следы были повсюду. И эти ужасные твари уж точно встретились бы нам. Но здесь чисто. Если кто и обитает в этих краях, то лишь тролли. Интересно, откуда они взялись?

– Значит, можно спокойно. А вам в ваших училщах не рассказывают, откуда появляются подобные твари?

– Считается, что это… просто стихийное порождение природы. Наука не знает, как появляются элементали.

– Легенды говорят о духах стихий, – добавил едущий впереди Руновский. – Но церковь отрицает их существование. И наука – тоже.

– Поменьше бы наука слушала церковь.

– Эх, что правда то правда, – вздохнул Руновский. – Я тоже считаю, что надо дать больше свободы исследованиям. Но церковь не может признать существование духов природы, ведь это поставит под вопрос некоторые богословские догматы.

– А наличие у людей магии её не смущает. Тяжёлый случай, – подытожил я.

Стемнело, но мы не останавливались. Скакали при свете фонарей, а потом шли пешком, ведя коней за поводья. Ночью ехать было опасно, ведь лошади могли подвернуть ногу на любой неровности или камешке. Но и останавливаться не хотелось, особенно когда за спиной раздавался топот троллей. Впрочем, нас они как будто не преследовали.

Найдя относительно ровную местность, мы разбили лагерь. Жандармы поставили две палатки: в одной ночевали Руновский и унтер, в другой – Ксения. У меня палатки не оказалась: её увёз Гусев, и я не стал возражать. Уж как-нибудь обойдусь.

– У вас нет палатки? – спросил Руновский.

– К сожалению. Но это не беда. На улице не холодно. Более того, я могу постоять в карауле первую половину ночи. А потом разбужу кого-нибудь из вас и займу его место. Как вам план, господа?

– Вы разве не устали?

– Обо мне не беспокойтесь. Я не усну. В этих горах я чувствую особую бодрость. Не забывайте, какая у меня стихия, – я не преувеличивал: несмотря на усталость, энергия внутри била ключом.

– Если вы хотите, то можете постоять на карауле. Через два часа разбудите унтер-офицера Петрова и ложитесь спать. Поспим четыре часа до первых лучей солнца – и в путь.

Ксения залезла в свою палатку, жандармы покормили лошадей и улеглись в своей. Очень скоро оттуда донёсся богатырский храп.

Я же остался на улице охранять их сон. Поставил фонарь между палатками и расхаживал туда-сюда, вслушиваясь в звуки гор, чтобы вовремя засечь приближение троллей. К счастью, каменные великаны на цыпочках к нам не подкрадутся и за ёлкой не спрячутся.

– Как вы там, Артур? – донёсся из палатки голос Ксении. – Ещё не хотите спать?

– Не волнуйтесь, я не усну на посту. Бояться вам нечего, – успокоил я девушку.

– Я больше за вас волнуюсь. У вас был трудный день, вам бы отдохнуть.

– Аж теплее стало на душе от вашей заботы. Но и об этом не надо беспокоиться. Я бы всё равно не уснул, когда за мной гонится толпа ходячих глыб.

– Ох, боюсь, и мне теперь уснуть будет непросто. Интересно, они нас преследуют?

– Даже если так, уйти от них очень легко. Они медленные и тупые. Бегать не умеют. Так что у нас есть все шансы, если они доберутся до нас. К тому же мы услышим их приближение за версту.

– Ну хоть немного меня успокоили.

Мы почти час болтали с Ксенией, пока она не уснула. Потом я продолжил расхаживать из стороны в сторону. Ночь была спокойной, далёкие удары смолкли. Похоже, тролли тоже улеглись спать.

Отстояв на посту два часа, я не стал поднимать унтера. Ночная прохлада освежала, спать хотелось не очень сильно. А когда на небе показались первые лучи солнца, разбудил своих спутников. Мы быстро перекусили, покормили лошадей и продолжили путь.

Сегодня даже Ксения стала необычайно молчаливой. Сказывалась усталость от долгой дороги. Но хоть тролли нам теперь не угрожали. Топота мы больше не слышали. И всё равно меня не отпускало беспокойство, что громады выследят нас, припрутся в Култук. Да, в крепости есть артиллерия, но кто сказал,что они пойдут сразу туда и не разнесут по пути полгорода.

Я же весь день думал о нашей беседе с князем. Засекин, очевидно, собирался меня убить. Ему помешали тролли, иначе драка была бы неизбежна. Но мы оба выжили. Более того, Засекин открыл передо мной все карты, а я перед ним – нет. Теперь у него появилось ещё больше поводов убрать меня.

Но открыто он это не сделает. Не посмеет. Не станет рисковать. Он считает, что за мной стоят какие-то высокопоставленные люди, и мне это было на руку. Только вот долго ли удастся водить его за нос? Ведь единственное, что за мной стоит – мой магический дар.

Но по мере отдаления от руин заброшенного города сила внутри угасала. Я вернулся к своему прежнему состоянию среднеуровневого мага. Видимо, рядом с Холодным камнем действительно находился некий источник силы. Места те были в высшей степени загадочным. А учитывая, что в недрах гор покоились несметные эльфийские сокровища, мне очень хотелось туда вернуться. Но когда? Вряд ли скоро. Слишком много дел в городе. К тому же, если лезть в Холодный камень, то с собой надо иметь минимум артиллерийскую батарею, чтобы грозные защитники не растоптали незадачливых кладоискателей.

За день мы сделали всего два привала, а ночью прибыли в Култук, уставшие как собаки. Там и расстались: жандармы поскакали в крепость, я – к себе домой. Отдать коня Засекиным решил утром или днём (как проснусь), поэтому отправился в городскую конюшню, что была недалеко от моего дома. Оставить там лошадь на ночь стоило полрубля.

Идти утром на службу я не собирался, хоть была и среда. После длительного путешествия следовало хорошо выспаться, а потом уже со свежими силами приниматься за работу.

Подходя к парадной двери, я заметил какую-то тень, что мелькнула возле подворотни. Там появилась длинная чёрная фигура в цилиндре и с тростью в руках. Но я даже подумать ничего не успел. Сердце кольнуло, стало тяжело дышать. Чтобы не упасть, я схватился за стенку.