Госпожа Безымянной усадьбы

ГЛАВА 4

Завершив разделывать мясо, я отправила Марну отыскать Эйвинда и передать ему, чтобы он забрал остатки. Я не желала оставаться в долгах, да и чужое мне не нужно. И без того старик Асвальд однажды упрекнул меня в том, что я еще не расплатилась за похороны Тьерна.

Мой огород невелик. Земля здесь не очень плодородная. В этом году я собрала лишь три корзины репчатого лука, семь тыкв, две корзины сельдерея и мешок моркови. Голод мне не грозит, главное, быть экономнее с продуктами.

В погребе еще осталась провизия от отца: половина небольшого бочонка меда, вяленое мясо и мешок красных бобов. Муку я покупаю у бедного мельника, обменивая ее на вязаные носки и шапки для детей.

Круглый год я собираю грибы, чайные травы, орехи и дикие ягоды. Из ягод варю варенье, а грибы сушу на суп. Постепенно превращаю пустующий сарай в хранилище для трав, часть из которых отдаю знахарке в обмен на целебные микстуры.

Рыбы здесь в изобилии. Я, если честно, на нее уже смотреть не могу. Да и сбыть ее очень трудно, никто не хочет меняться. Мысли мои об одном: дотянуть до весны, не замерзнуть, и чтобы запасов хватило. Для себя я что-нибудь придумаю, но у меня две служанки, раб и три сторожевых пса, которых тоже нужно кормить.

Это не жизнь, а выживание. В развалюхе, где свистят окна, а крыша весной протекает. Я устала бороться за существование. Хотя по закону северных земель мне можно было бы жить с семьей Тьерна в господском доме…

Я так хотела домой! Мне было одиноко. Хоть волком вой!

В этот момент забежала Марна, замерзшая и вся в снегу. Присела у очага, быстро сняла сапоги.

— Ой, госпожа, похолодало там!

— Ты передала господину Эйвинду мое послание? — спросила я, подходя и снимая с нее тулуп.

— Да. Он просил передать, чтобы остатки мы оставили себе или скормили собакам. — Марна протянула покрасневшие руки к огню.

— Ясно! — махнула я полотенцем. — Тогда из остатков сделаем коттбулар [1] , а из костей наварим бульона для собак.

— Когда начнем печь пироги?

Марна взглянула на меня, собирая растрепавшиеся волосы в хвост. Она знала, что я не терплю неряшливости. В конце концов, моим служанкам еще замуж выходить.

— Сначала я подготовлю мясо, а ты начистишь лука, — объяснила я, ведь нас ждали три дня готовки.

Мужчины часто заказывали у меня большие мясные пироги, которые брали с собой в море, на охоту, ставили на праздничные столы. Редко кто из покупателей выбирал овощные, разве что с тыквой.

Наконец, после обеда явился плотник. В этот момент я доила козу, и его удивление от того, что знатная дама этим занимается, было очевидно.

— Госпожа, я прибыл по поручению своего господина.

— Знаю! — Я пошла показывать мастеру, в чем беда. — У меня проблема со всеми окнами. Летом стоит жара невыносимая, зимой выдувает все тепло, топить не успеваю.

— Все окна продувают? — спросил он, ставя на пол ящик с инструментами.

— Да.

— Тогда начну с кухни, — ответил работник.

— Лучше с моей комнаты, а то у меня тут дела, — указала я ему на короткую лестницу наверх.

Плотник кивнул и пошел заниматься своим делом. Я отправила с ним свою служанку, Иду, чтобы приглядела и помогла.

Вдруг кто-то негромко постучал в дверь. Я открыла окошко и увидела мальчишку, одного из внуков ярла Асвальда.

— Кальве! Чего тебе в такой холод дома не сидится? — распахнула я дверь.

— Дома скучно! Никто в шахматы не играет, — уныло ответил он.

Я погладила его по голове.

— У меня сегодня много дел, но одну партию мы сможем сыграть.

Он обрадовался и занял свое место у очага на маленькой табуретке. Я угостила его козьим молоком и куском пирога с тыквенным вареньем. Знала, что ради варенья этот десятилетний сорванец и бегает ко мне. Он всегда съедает серединку, оставляя тесто.

Я менялась только тыквенным или яблочным вареньем на другие продукты, а ценное, из шиповника, использовала для выпечки. Никто, кроме меня, из местных женщин в этом поселении не знал секрета такого варенья. Да и я никогда не согласилась бы ни на какую сделку. Это варенье — мое личное средство выживания. Уже не раз сноха младшего сына ярла пыталась выкупить этот рецепт. Кальве, кстати, ее сын. Я догадывалась, что она отправляет его ко мне специально, шпионить.

[1] Фрикадельки.