Зараза-4 Графиня

Глава 7

Когда и этот вопрос был решен, неожиданно поинтересовался своей судьбой Сидоренко, в привычной ему рассудительно-доброжелательной манере заявив, что тоже желает работать именно в моём госпитале. Мол, отдохнул он на пенсии полгодика — и хватит. А тут у нас и движ, и поколение молодое растить надо… А квартирку он купит сам, для него это не проблема. Но работать хочет именно хирургом, никак иначе. Можно совместить с заведующим, но чтоб был доступ к операционной.

— Должность ваша, — заверила я его с нескрываемым удовольствием и повернула голову к задумчивому Демидову. — А вы что скажете, Ярослав?

— Командуйте, ваше сиятельство, — улыбнулся он. — Я ваш с потрохами. Кем поставите?

— Как насчет вакансии полубога? — улыбнулась, хитро переглянувшись с Савелием, который тоже расплылся в предвкушающей улыбке. — Мы тут подумали с коллегой и решили, что ваша регенерация обязана получить развитие и должное применение. На моём примере видите, что в тандеме с целительством она идеально его дополняет. А если получится научиться скрывать доспехи, то цены вам не будет. Что скажете?

Озадаченно кхекнув, мужчина серьезно задумался, но потом просветлел лицом и кивнул.

— Я ваш от и до, Полина Дмитриевна. Готов. Что делать?

— Пока ничего, — покачала головой с улыбкой. — Сейчас ваша главная задача — встать на ноги. Кстати, как нога?

— Как новенькая! — сочно рассмеялся Демидов и посмотрел на меня так, что стало даже немного неловко. — Мы с Сергеем уже закончили курс насыщения хряща кальцием, сейчас разминаем с Жанной. Но что я хочу сказать? Как родная! Обещайте на свою свадьбу подарить мне танец.

Рассмеявшись, кивнула.

— Обещаю. А вы готовьтесь — починим всех, кого к нам привезут, займемся вашей второй ногой, а потом и за развитие регенерации примемся.

Мы поболтали ещё немного, причем о всяком разном. Сидоренко намекнул, что у него есть знакомый профессионал, который тоже горит своей работой, причем выдающийся в своём городе нейрохирург, к тому же ещё не очень старый (чуть за пятьдесят), но вот незадача — нет у него правой кисти. В аварии раздробило. Напрочь. Протез-то поставили и в быту он с ним прекрасно управляется, но для целителя важны обе руки и путь в магическую медицину ему перекрыт напрочь. Только и остается, что работать медстатистиком, да заведующим, но грех такого специалиста раньше срока со счетов списывать.

Вот если б я его глянула…

— Приглашайте, — согласилась. — Глянем. Если человек достойный, будем возвращать руку.

В итоге договорились, что оба: и Михаил из Воронежа, и Петр из Калуги подъедут ко мне в понедельник после обеда (это если никакой форс мажор не случится), а потом меня нашел Стужев и утащил наверх.

Во-первых, ужинать, во-вторых, тискать Арчи, в-третьих, отдыхать. Первых бойцов привезут к полуночи и стоит решить, будем ли мы хоть кого-то из них лечить сразу или всех оставим на утро. А если будем, то стоит отдохнуть заранее. Хотя бы часа три, но подремать.

— Не хочу, — сморщила нос, но позволила после сытного ужина утащить себя на кровать и сама обняла Егора, как та самая панда — свой бамбук. Арчи к этому моменту уже сладко сопел на своей подстилке, ведь днём набесился с ребятишками и Ульяной, которая за ним охотно присматривала в отсутствие Егора. — Но с тобой полежу с удовольствием. Ты ведь ничем не занят?

— В твоём полном распоряжении, — заверил меня почти муж. — И если не спится, то хотел бы обсудить некоторые нюансы по свадьбе. Сама знаешь, время летит неумолимо, стоит озадачиться этим уже сейчас.

— О, да, — вздохнула, но сразу воспряла. — А мы с девочками уже озадачились! Немного.

Следующие два с половиной часа мы азартно обсуждали самое разное. Сначала я рассказала о нашей идее сделать свадьбу капельку тематической: в определенном цвете. Егору идея понравилась, тем более это касалось лишь женских платьев, но никак не мужских костюмов. С них будет достаточно и галстуков, либо бутоньерок нужных оттенков, надо будет подумать. Своим родителям он уже позвонил, они оба искренне за нас рады и приедут за пару дней до торжества, так что надо будет подумать, где их всех разместить. А потом мы стали думать, где именно будем праздновать свадьбу и о списках гостей. В идеале сначала стоило определиться именно с гостями, чтобы понять, какие площади нам понадобятся. На двадцать человек? Тридцать? Пятьдесят? А может и вовсе сто?

В общем, начали считать. С моей стороны только мать. Совсем не приглашать нельзя, всё-таки… мать. Затем все до единого домочадцы, включая слуг и детей. Это двенадцать человек и Ржевский. Затем Светлана Прокопьевна, Рената и Алла, Жанна с сыном, Тимур, все до единого целители. Ректор! Естественно, Банщиков и «Витязи», даже не обсуждается. Немного подумав, упомянула и Зою, и Вадима, и даже Соловьева с Алещуговым. Все они, так или иначе, внесли немалый вклад в моё становление, как графини. И просто были хорошими людьми.

У Егора семья оказалась больше: родители и сестры, Петр с супругой и отпрысками и Лидия с дочерью. Последнюю я бы с радостью «забыла», но всё же родня. Ну а будет вести себя вызывающе — отправлю на унитаз, у меня с этим быстро. Помимо этого Егор хотел бы пригласить и своих друзей, которых набралось примерно десять пар. Кто-то с женами, кто-то с подругами. Но это не точно.

Итого… Шестьдесят пять человек. Плюс-минус. Возможно, кто-то подтянется ближе к празднику. Например, Екатерина Станиславовна. Если окажется действительно хорошим человеком и просто профессионалом своего дела, будет странно приглашать остальных, но не её. Опять же Михаил маячит на горизонте, как и Петр. Да и в целом открытие госпиталя.

В итоге решили, что народу наберется от шестидесяти до сотни, окончательно смотреть будем ближе к дате.

Когда этот вопрос был решен, мы перешли к обсуждению места. Я хотела открытый павильон и торжество на улице, но это если погода не подведет. Стужев шутливо заверил, что персонально отгонит от Твери все тучи заранее, лишь бы ничто не испортило нам праздник.

А я подумала о разломах… Может и их все заранее ликвидировать? Эх, мечты-мечты…

В общем, договорились, что завтра я всех лечу, а Егор ищет нам место и распорядителя, который займется всем, чем обычно занимаются такие люди на свадьбах. Поиском нужного цвета пригласительных, составлением цветочных композиций, меню, программы, платья для невесты… В общем, всем-всем, чтобы я не волновалась ни о чем. Мне и так есть чем заняться.

Финансовую сторону вопроса он тоже берет на себя.

— Я говорила, что люблю тебя?

— М-м… Сегодня вечером точно нет.

— Люблю.

— Вечность бы слушал.

Увы, время неумолимо подбиралось к полуночи и совсем скоро я услышала стрекот вертолетных лопастей. Даже пошутила, что воякам пора строить тут полноценную вертолетную площадку для удобства, на что Стужев хмыкнул и «по секрету» сообщил:

— Да, я уже рекомендовал им подумать над этим. Всё-таки дорожное полотно и берег не предусмотрены для частых посадок вертолетов. Мы с Доком уже прикидывали, чуть дальше будущего госпиталя есть пустырь, там раньше была платная огороженная автостоянка, но сейчас заброшена. Не знаю, почему. Я подал мысль Ибрагимову, дальше пусть сами думают. Идем, глянем, кто прибыл.

Мы как раз успели спуститься вниз, встретив в холле и капитана Шапошникова, который тоже у нас прописался (бесплатно, непорядок!) и уже встречал сопровождающего, который летел с ранеными. Капитан Тамаридзе был типичным горцем с орлиным носом и горячим взглядом темно-карих глаз, но обо мне уже явно наслышан, потому что первым делом отдал честь и представился, затем вручил сопроводительные документы на бойцов и целителей и деловито поинтересовался, куда всех размещать.

— Да прямо сюда, — разрешила я щедро, показывая на холл рядом с собой. — Дальше мы сами.

При этом первыми бойцы сопровождения начали закатывать каталки, но где-то между пятой и шестой в особняк вошли два возрастных дядечки на вид лет шестидесяти. По ощущениям — под сотню. Оба невысокие, но крепкие, с ясными и очень умными глазами. Первый был до ужаса похож на Эйнштейна — особенно непокорными кудрями и усами цвета соль с перцем, звали его Вахтанг Лионидзе. Без отчества. Да, он сам попросил. Второй горец был ещё более седым, но лысым, зато с бородой. Звали его Давид Ратиев.

Оба были целителями первого уровня и сходу попросили звать их исключительно по именам. При этом меня уважительно называли «ваше сиятельство» и никак иначе, искренне поблагодарили за наличие обустроенной комнаты, попросили позаботиться об ужине для них и дали понять, что через полчаса будут готовы к операции. Ну или операциям, как пойдет.

А как пойдет?

Присмотревшись ко всем без исключения пострадавшим, которым не повезло зачищать мощную лавовую аномалию (все до единого были горелыми пирожками), я прикинула свои шансы не перенапрячься, и поняла, что они крайне низки. Придется действовать поэтапно.

И, пожалуй… Да, надо попробовать. Надо!

Но сначала проконсультируюсь с остальными.

Пока Док, как самый компанейский из нас, помогал разместиться приезжим аксакалам, Стужев, спустившийся вниз вместе со мной, изучал пострадавших откровенно мрачным взглядом. И я точно знаю, какие в этот момент его одолевали мысли.

Слишком много. Слишком много для меня одной…

Но разве я одна?

— Егор, — я сама шагнула к нему и привлекла внимание, первая обняв его за талию, — только без паники. Моя главная задача — вскрыть. Остальным займутся специалисты. Клянусь, я буду себя беречь, мне есть ради чего жить.

— Ты самая умная и проницательная Зараза, — мягко усмехнулся Стужев, обнимая меня в ответ. — Начинаю подумывать над тем, чтобы тебя переименовать.

— О, нет, не надо, — запротестовала со смехом. — Мне очень нравится мой позывной. Оставляет простор для действий. А ты шел бы спать, а? Обещаю, присоединиться максимум часа через два-три, не позже. Лучше хорошенько поработаем с утра, как все отдохнут. Кстати, поздравляю с единицей. Как насчет того, чтобы сделать тебя ультрой?

— Яд… — Егор поморщился, — не самая приятная стихия. Но ты права. Смотрю на этих бойцов, вспоминаю сегодняшний разлом и четко знаю — ты права. Не время быть слабым. Займемся сразу, как освободишься и отдохнёшь. И только под присмотром Дока. Хорошо?

— Как скажешь.

Я была само благоразумие, заодно подумав о том, что стоит приживить регенерацию и Стужеву. Почему нет? Он сильный маг. Опытный мульт. Он справится, уверена. Тем более регенерация сама по себе довольно мягкая способность, Док даже не пикнул.

А уж под моим присмотром и вовсе всё пройдет идеально!

Хм, а если… Сначала приживить регенерацию? Всем по очереди нашим ребятам, а? Это ведь будет настоящий прорыв! Даже если не научатся сходу использовать её сами, то мне будет намного проще их лечить, как в случае с Ярославом!

А ведь это идея, черт возьми! Гениальная идея!

И почему она не пришла мне в голову раньше?

Осталось только узнать, сколько у нас этих ядер всего, чтобы не прогадать. Да, это очень важно!

В итоге, когда мне удалось отозвать в сторонку Дока, в моей голове роилось столько интересных мыслей, что я вывалила их на Савелия одним махом. Он даже растерялся поначалу.

— Так, стоп. Полиночка, не так быстро. Про Егора понял, одобряю. Но не яд, ни в коем случае. Опасная штука, очень. А вот регенерация — это мысль. Отличная, скажу я вам, мысль. Свою я уже, можно сказать, почти освоил и даже кое-что опробовал, мне понравилось. По ядрам так сразу не скажу, но я себе запасец изначально оставлял сотни в две, надо глянуть, сколько осталось. На наших точно хватит. Идея великолепная, поддерживаю от и до. Но не с разбегу, постепенно. А вот насчет Вари не совсем понял. Вы уверены?

— Нет. Но надо попробовать. Если она действительно универсальный энергетический вампир, то может питаться в том числе крупицами той стихии, которая враждебна для пострадавших бойцов. Да, я понимаю, это чудовищный стресс для ребенка — увидеть покалеченного человека, но для неё самой это будет великолепная возможность осознать свою значимость. Понять, что она действительно сможет стать врачом и помогать людям. Понимаете? У нас восемь угольков, большая их часть — маги стали, воздуха, тумана, льда. Для них магма губительна. Сама я… Сами понимаете, мне перенапрягаться нельзя.

— Понимаю, — торопливо подтвердил Док. — А целители даже первого уровня одного такого зараженного будут чистить часов пять-шесть, не меньше, этот момент мы уже обсудили. Что ж… Это бесчеловечно, но… Поговорим об этом с девочкой завтра. С самого утра. Хорошо? И с ней, и с её отцом. Он должен понимать, куда мы втягиваем его ребенка. Только так.

Поморщившись, тем не менее кивнула. Да, только так. Было бы Варе хотя бы шестнадцать, можно было бы взять на себя хотя бы часть ответственности. Но девочке всего девять, совсем малышка.

Но если именно она спасет восемь человек, то разве оно того не стоит? Прежде всего для неё самой!

Как бы то ни было, прямо сейчас ребенок спал и нам стоило понять, с кого мы начнем. Хотя бы одного, чтобы разгрузить завтрашний день. Стазис не бесконечен, уже завтра к полудню привезут ещё двенадцать человек и среди них нет совсем легких. Каждому придется уделить минимум час. То есть в общей сложности двенадцать часов. Минимум!

Думаю, придется работать сразу на два операционных стола, время поджимает. Учитывая, что их до нас везли почти сутки. Нда… Как-то не так я себе представляла своё «долго и счастливо»!

Ладно. Отставить панику.

За дело!

Не собираясь делать бездумный шаг в пропасть, да еще и без страховки, я внимательно изучила всех восьмерых и выбрала для пробного захода самого, на мой взгляд, легкого пирожка. Тройка, стихия камень. Не самая худшая по отношению к магме. Тот же ледяной, уверена, перенесет ранение намного хуже и будет восстанавливаться намного дольше. Этот же… Будет жить. У него просто нет иных вариантов.

Когда дедули из Грузии поели и переоделись, а вместе с ними подошли и остальные, я попросила слово и аргументированно отправила спать Семена и Матвея, а так же Ярослава, клятвенно пообещав, что завтра они наоперируются до черных точек в глазах. Сегодня же горели энтузиазмом Вахтанг и Давид, а Сергея Анатольевича я взяла для подстраховки, ведь он знал наши методы и в случае чего мог заменить приезжих, если они вдруг не будут справляться. Ну а Док как обычно отвечал за медикаменты.

Поразительно, но ни Вахтанг, ни Давид не выказали ни грамма удивления, когда я рассказала, что именно буду делать и зачем, чтобы не терять время на объяснения в процессе операции, и мы начали.

Деды были на высоте.

Сидоренко не вмешался ни разу, на всякий случай по просьбе Дока переместившись поближе ко мне, чтобы отслеживать состояние именно моего здоровья. Подозреваю, мужчина уже точно знал о моём «интересном» положении, но молчал, предпочитая отслеживать мой пульс и уровень энергетической усталости, вовремя подсказывая Доку, что мне дать и в какой пропорции.

Первым делом я вскрыла доспех, затем почистила каналы бойца от магмы, снова не рискуя её впитывать, а цепляя ментальными щупами и выбрасывая их в заботливо подставленную кювету. В это время Док вводил пострадавшему витамины и вещества, способствующие регенерации, Вахтанг занимался гортанью, легкими и желудком, Давид контролировал сердечную деятельность — все были при деле.

Когда стало ясно, что внутри мы закончили, я занялась косметологией: запустила наружнюю регенерацию, восстановив бойцу кожный покров буквально с парочкой фактурных шрамов на груди, и не забыла о волосяном, проконсультировавшись по этому вопросу с грузинами.

Удивилась, узнав, что у настоящих горных орлов волосы растут практически везде (разве что не на пятках!), но предпочла ограничиться головой и пахом. Остальное пусть восстанавливает сам. Если действительно надо. Мы тут вообще-то не косметологическая клиника, неа.

Я ещё на заднице мужикам волосы не выращивала! Обойдутся!

В общей сложности на одного бойца ушло два с половиной часа, по итогам которых было решено завтра с самого утра работать в двух операционных. На мне главное: деактивация доспеха и чистка от магмы, а затем кожа и волосы, с остальным мужчины гарантировали, что справятся сами.

Вот и чудно!

Поблагодарив всех присутствующих за отличную работу и в ответ выслушав заслуженные и непривычно витиеватые, красочные комплименты, которые так любили южные мужчины, я ушла наверх, умылась и юркой змейкой скользнула в чужую постель, тут же оказываясь в жадных объятиях почти мужа.

— Закончили?

— Ты почему не спишь? — возмутилась.

— Тебя жду. Не спится.

И так мне в этот момент приятно стало, что просто ужас!

— Спи. — Я с улыбкой поцеловала его в губы и спрятала зевок в его шею. — Сегодня прооперировали только одного, но очень хорошо. Деды настоящие профи, нам с ними безумно повезло. Завтра будем работать сразу в двух операционных, дело пойдет быстрее. Разбудишь меня в семь, хорошо?

— В семь? Уже почти три! — возмутился Егор.

— Хорошо-хорошо, в восемь, — усмехнулась. — Но не позже. Всё, спим.

— Спим, — моментально согласился Стужев и обнял ещё крепче, кутая не только в тепло своих рук, но и в нежность своей души.

И так это было чудесно, что уснула я практически моментально.